Апелляционное определение № 33-2463/2025 от 3 декабря 2025 г.

Председательствующий в 1 инстанции: ФИО1 УИД93RS0002-01-2025-006102-70

№ 2-3780/2025

№ 33-2463/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 декабря 2025 года г. Донецк

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Донецкой Народной Республики в составе:

председательствующего Дорошенко В.Г.,

судей Шамратова Т.Х., Зарицкой О.А.,

при секретаре Трубачеве А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Адвокатской палате Донецкой Народной Республики о признании незаконными действий, заключения и решения, восстановлении статуса адвоката,

по апелляционной жалобе Адвокатская палата Донецкой Народной Республики на решение Ворошиловского межрайонного суда города Донецка Донецкой Народной Республики от 17 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Шамратова Т.Х., объяснения представителя ответчика АП ДНР - ФИО3, вице-президента АП ДНР ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, истца ФИО2, полагавшего решение законным и обоснованным, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточненных требований) к Адвокатской палате Донецкой Народной Республики (далее - АП ДНР, Адвокатская палата Донецкой Народной Республики, Адвокатская палата ДНР) о признании незаконными действий и решения на всех стадиях дисциплинарного производства, а именно: возбуждения АП ДНР 04 марта 2025 года дисциплинарного производства по представлению вице-президента ФИО4, заключения квалификационной комиссии АП ДНР» от 11 апреля 2025 года о наличии в действиях ФИО2 нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и п. 2 ст. 5, п. 5 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, решения АП ДНР» от 13 мая 2025 года № в том числе о признании в действиях ФИО2 наличия нарушений требований норм п. 2 ст. 5, п. 5 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся в осуществлении действий, направленных на подрыв доверия к нему как к адвокату-члену адвокатского сообщества Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики, а также против интересов всего адвокатского сообщества Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики, причинивших существенный вред репутации адвоката и адвокатуре Российской Федерации, невыполнении решений органов Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики; о применении к ФИО2 меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката за злостное, систематическое и грубое нарушение Кодекса профессиональной этики адвоката и ненадлежащее исполнение Решений органов Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики, об установлении в отношении ФИО2 срока, по истечении которого он может быть допущен к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката в три года, отмене решения АП ДНР № от 13 мая 2025 года в отношении ФИО2 по всем пунктам, восстановлении статуса адвоката.

Исковые требования мотивированы тем, решением Совета Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики от 13 мая 2025 года ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Основанием для возбуждения дисциплинарного производства послужило представление вице-президента АП ДНР ФИО4, в котором указано о том, что ФИО2 действовал в интересах вражеского государства при подаче апелляционной жалобы по гражданскому делу №, тем самым нарушив требования положений п. 2 ст. 5, п. 5 ст. 9, п. 6 ст. 15 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Полагает, что в представлении ФИО4 приведены заведомо ложные сведения о его действиях, совершенных при рассмотрении судом гражданского дела с участием Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики, поскольку в апелляционной жалобе он не указывал о принадлежности спорного имущества Квалификационно-дисциплинарной комиссии Адвокатуры Донецкой области, а считал это имущество бесхозяйным.

В ходе дисциплинарного производства не обеспечен принцип состязательности, в связи с чем принято необъективное и предвзятое решение. За время занятия адвокатской деятельностью не привлекался к дисциплинарной ответственности, в связи с чем выводы о систематическом нарушении им требований Кодекса профессиональной этики адвоката являются несостоятельными.

Решением Ворошиловского межрайонного суда города Донецка Народной Республики от 17 июля 2025 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично, признаны незаконными заключение Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики от 11 апреля 2025 года, решение Совета Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики № от 13 мая 2025 года, ФИО2 восстановлен статус адвоката.

В апелляционной жалобе АП ДНР просит отменить решение суда первой инстанции в части удовлетворенных исковых требований ФИО2

В обоснование жалобы указано, что судом первой инстанции не дана оценка фактическим обстоятельствам дела, представленным доказательствам, выводы суда первой инстанции не мотивированны.

ФИО2 предоставлены письменные возражения, в которых он полагал решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Другие лица, участвующие в деле, в заседание судебной коллегии не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом заказным письмом с обратным уведомлением, извещением, направленным по адресу электронной почты, об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили.

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, учитывая, что неявка лица, извещенного о времени и месте заседания, не является препятствием к рассмотрению иска, принимая во внимание отсутствие каких-либо данных, которые бы свидетельствовали об уважительности причин, препятствующих личному либо через представителя участию в рассмотрении дела, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 3271 ГПК РФ), судебная коллегия считает, что оснований для отмены или изменения решения суда не имеется, поскольку при разрешении спора правильно применены нормы материального и процессуального права, определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда в судебном решении мотивированы.

Правовые основы адвокатской деятельности и адвокатуры установлены Федеральным законом от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 63-ФЗ).

Адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», физическим и юридическим лицам (далее - доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию (п. 1 ст. 1 Федерального закона № 63-ФЗ).

Адвокатом является лицо, получившее в установленном названным федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам (п. 1 ст. 2 Федерального закона № 63-ФЗ).

Оказывая юридическую помощь, адвокат дает консультации и справки по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме, составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера, участвует в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях (пп. 1, 2, 5 п. 2 ст. 2 Федерального закона № 63-ФЗ).

Законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из данного федерального закона об адвокатской деятельности и адвокатуре, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных этим федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации (п. 1 ст. 4 Федерального закона № 63-ФЗ).

Принятый в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности (п. 2 ст. 4 Федерального закона № 63-ФЗ).

Статьей 7 Федерального закона № 63-ФЗ определены обязанности адвоката. Так, в числе прочего адвокат обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции (пп. 4 п. 1 данной статьи).

В п. 2 ст. 17 Федерального закона № 63-ФЗ приведены основания, по которым статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации. В их числе нарушение адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката (пп. 2 п. 2 ст. 17 Федерального закона № 63-ФЗ).

Решение совета адвокатской палаты, принятое по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ст. 17 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», может быть обжаловано в суд или в Федеральную палату адвокатов в порядке, установленном статьей 37.2 названного федерального закона (п. 5 ст. 17 Федерального закона № 63-ФЗ).

31 января 2003 года I Всероссийским съездом адвокатов принят Кодекс профессиональной этики адвоката (далее - Кодекс профессиональной этики адвоката).

Кодекс профессиональной этики адвоката согласно положениям части 1 статьи 1 этого кодекса устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, на международных стандартах и правилах адвокатской профессии, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.

Названный кодекс дополняет правила, установленные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре (ч. 1 ст. 2 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Статьей 8 Кодекса профессиональной этики адвоката определены обязанности адвоката при осуществлении профессиональной деятельности. При осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и названным кодексом (п. 1 ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката), уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению (п. 2 ч. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Согласно п. 1 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и названного кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и этим кодексом.

Меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными Разделом 2 Кодекса профессиональной этики адвоката. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, является предметом исключительной компетенции Совета, за исключением случаев, когда дисциплинарное дело рассматривается в Федеральной палате адвокатов (абз. 1 п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения (абз. 2 п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Мерами дисциплинарной ответственности являются замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката (п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Процедурные основы дисциплинарного производства установлены разделом 2 Кодекса профессиональной этики адвоката (ст. ст. 19-26).

Пунктом 2 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката предусмотрено, что поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными этим кодексом.

Дисциплинарное производство должно обеспечить своевременное, объективное и справедливое рассмотрение жалоб, представлений, обращений в отношении адвоката, их разрешение в соответствии с законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и данным кодексом, а также исполнение принятого решения (п. 3 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Поводом для возбуждения дисциплинарного производства в числе прочих является представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим (пп. 2 п. 1 ст. 20 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Разбирательство в комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении. Изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается (п. 4 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В силу п. 9 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката по результатам разбирательства квалификационная комиссия вправе вынести, в том числе следующие заключения: о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем, или о неисполнении решений органов адвокатской палаты (пп. 1); о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса либо вследствие надлежащего исполнения адвокатом своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой (пп. 2).

Пунктом 14 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката предписано, что заключение комиссии должно быть мотивированным и обоснованным и состоять из вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частей. В мотивировочной части заключения должны быть указаны фактические обстоятельства, установленные комиссией, доказательства, на которых основаны ее выводы, и доводы, по которым она отвергает те или иные доказательства, а также правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, которыми руководствовалась комиссия при вынесении заключения.

Согласно п. 4 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства, а равно выходить за пределы жалобы, представления, обращения и заключения комиссии.

Решение Совета должно быть мотивированным и содержать конкретную ссылку на правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодексом, в соответствии с которыми квалифицировались действия (бездействие) адвоката (п. 6 ст. 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В п. 1 ст. 25 Кодекса профессиональной этики адвоката перечислены решения, которые Совет вправе принять по дисциплинарному производству. В их числе решение о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем или о неисполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных статьей 18 настоящего Кодекса (пп. 1); решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката вследствие отсутствия в его действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) этого кодекса либо вследствие надлежащего исполнения им своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой, на основании заключения комиссии или вопреки ему, если фактические обстоятельства комиссией установлены правильно, но ею сделана ошибка в правовой оценке деяния адвоката или толковании закона и этого Кодекса (пп. 2).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 с 09 декабря 2022 года являлся адвокатом и осуществлял профессиональную деятельность в адвокатском образовании – адвокатском кабинете, состоял в реестре адвокатов Донецкой Народной Республики под регистрационным №.

04 марта 2025 года по представлению вице-президента АП ДНР ФИО4 в отношении адвоката ФИО2 возбуждено дисциплинарное производство (распоряжение №).

Основанием для внесения представления послужило подача председателем ликвидационной комиссии Совета адвокатов Донецкой Народной Республики (далее - Совет адвокатов ДНР, СА ДНР) ФИО2 апелляционной жалобы на заочное решение Ворошиловского межрайонного суда города Донецка от 21 ноября 2024 года по гражданскому делу № по исковому заявлению АП ДНР к Квалификационно-дисциплинарной комиссии Адвокатуры Донецкой области о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

По мнению вице-президента АП ДНР, указанные действия ФИО2 направлены на подрыв доверия к нему как к адвокату – члену адвокатского сообщества Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики, а также против интересов всего адвокатского сообщества, которые причинили существенный вред репутации адвоката и адвокатуре Российской Федерации.

В заключении квалификационной комиссии АП ДНР от 11 апреля 2025 года указано, что ФИО2, подавая апелляционную жалобу в интересах СА ДНР, фактически действовал в своих личных интересах и в интересах Украины и, соответственно, против интересов адвокатского сообщества Российской Федерации. В период с 2020 года по 2024 год ФИО2 не предпринимал никаких действий, связанных с погашением образовавшейся перед кредиторами задолженности СА ДНР.

По результатам дисциплинарного производства квалификационная комиссия Адвокатской палаты ДНР сочла установленным, что адвокат ФИО2, подавая апелляционную жалобу, фактически действовал в своих личных интересах и в интересах Украины, в связи с чем пришла к заключению о наличии в действиях адвоката умышленного нарушения п. 2 ст. 5 и п. 5 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года.

Решением Совета Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики № от 13 мая 2025 года к адвокату ФИО2 применена мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Названным решением ФИО2 установлен срок, по истечении которого он может быть допущен к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката, - три года.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО2 о признании незаконными и отмене заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты ДНР, решения Совета Адвокатской палаты ДНР о прекращении статуса адвоката, о восстановлении статуса адвоката, суд первой инстанции сослался на положения указанных выше правовых норм и исходил из того, что ФИО2, являвшийся членом профессионального сообщества адвокатов, с одной стороны, и выступавший в суде качестве руководителя ликвидируемого юридического лица, с другой стороны, не совершил каких-либо действий (бездействия), которые нанесли ущерб авторитету адвокатуры или подорвали доверие к ней, в связи с чем у квалификационной комиссии Адвокатской палаты ДНР, Совета Адвокатской палаты ДНР не имелось правовых оснований для привлечения адвоката ФИО2 к дисциплинарной ответственности.

Также суд первой инстанции полагал, что квалификационной комиссией и Советом Адвокатской палаты ДНР при принятии решения о прекращении ФИО2 статуса адвоката не были учтены данные о личности ФИО2 Суд первой инстанции обратил внимание на то, что истец имеет длительный трудовой стаж, в том числе стаж работы в качестве адвоката, ФИО2 ранее не подвергался дисциплинарным взысканиям, напротив неоднократно поощрялся за добросовестную работу, в том числе награжден грамотой президента Адвокатской палаты ДНР и Знаком отличия Гильдии российских адвокатов «За вклад в развитие адвокатуры».

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании незаконным решения о возбуждении дисциплинарного производства, суд первой инстанции указал, что данное решение принято уполномоченным лицом и по представлению вице-президента адвокатской палаты, то есть по основанию, предусмотренному законом.

Судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, которые постановлены при правильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, и применении норм материального права, подлежащих применению к отношениям сторон.

В судебном акте приведено верное толкование Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года (с изменениями и дополнениями, действующими на момент спорных правоотношений), а также результаты оценки доказательств в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Выводы суда первой инстанции приведены и подробно мотивированы в судебном постановлении, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана оценка на предмет их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи, и соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Юридически значимые обстоятельства судом первой инстанции определены правильно, нарушений норм материального, либо процессуального права, влекущих отмену или изменение судебного постановления при рассмотрении настоящего дела не допущено.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции привлек к участию в деле прокурора, не влияет на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку участие в деле прокурора не повлекло и не могло повлечь нарушение прав и законных интересов ответчика.

Судебная коллегия полагает несостоятельным довод жалобы о том, что на момент внесения представления в ЕГРЮЛ отсутствовали сведения о том, что ФИО2 являлся председателем ликвидационной комиссии Совета адвокатов ДНР, поскольку в соответствии со сведениями, содержащимися в открытом доступе, истец был наделен полномочиями действовать в интересах указанного юридического лица без доверенности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что после образования Адвокатской палаты ДНР у Совета адвокатов ДНР отсутствовали полномочия в сфере адвокатского самоуправления, являются необоснованными, поскольку действия по обжалованию указанного судебного акта были направлены в интересах конкретного юридического лица, совершены лицом, наделенным полномочиями действовать в интересах указанного юридического лица.

Судебная коллегия полагает необоснованными доводы апелляционной жалобы о том, что адвокат ФИО2, подавая апелляционную жалобу на заочное решение Ворошиловского межрайонного суда города Донецка от 21 ноября 2024 года по гражданскому делу № по исковому заявлению АП ДНР к Квалификационно-дисциплинарной комиссии Адвокатуры Донецкой области о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, фактически действовал в своих личных интересах и в интересах Украины, по следующим основаниям.

Так, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц и физических лиц - предпринимателей ДНР от 11 августа 2021 года, Совет адвокатов ДНР создан 30 декабря 2016 года и находится в стадии ликвидации, председателем ликвидационной комиссии является ФИО2, уполномоченный действовать от имени юридического лица без доверенности.

Сведения о наличии у ФИО2 полномочий действовать от имени указанного юридического лица без доверенности содержатся и в выписке из ЕГРЮЛ от 26 мая 2025 года, представленной в материалы дела.

В силу положений ч. 4 ст. 49 Закона ДНР от 20 марта 2015 года № 25-IНС «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» (далее - Закон ДНР № 25-IНС) с момента сформирования Совета адвокатов Донецкой Народной Республики, ранее действовавшие органы адвокатского самоуправления в течение 10 дней передают Совету адвокатов Донецкой Народной Республики все имущество и документы, реестр адвокатов региона (включая информацию, расположенную на электронных носителях), которые находятся на балансе и введении органа адвокатского самоуправления.

Как следует из содержания апелляционной жалобы на заочное решение Ворошиловского межрайонного суда города Донецка от 21 ноября 2024 года, поданной председателем ликвидационной комиссии Совета адвокатов ДНР ФИО2 по указанному гражданскому делу, податель жалобы в том числе указывает на незаконность передачи спорного имущества на праве собственности Адвокатской палате ДНР, поскольку в силу Закона ДНР № 25IНС данное имущество являлось собственностью Совета адвокатов ДНР.

Каких-либо самостоятельных требований, связанных в том числе с признанием за ФИО2 как физическим лицом права собственности на спорное имущество, в ходе рассмотрения данного дела истец не заявлял.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2, подавая апелляционную жалобу, действовал исключительно в интересах Совета адвокатов ДНР, а не в своих личных интересах и тем более не в интересах государства Украины.

Напротив, обоснованность подачи апелляционной жалобы председателем ликвидационной комиссии Совета адвокатов ДНР ФИО2 установлена определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Донецкой Народной Республики от 28 мая 2025 года о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, и апелляционным определением от 18 июня 2025 года которыми установлено, что Совет адвокатов ДНР не был привлечен к участию в деле, в связи с чем было нарушено его право на доступ к правосудию, гарантированное ст. 46 Конституции РФ.

При этом, само по себе несогласие истца с судебным актом, которым признано право собственности на спорное имущество за Адвокатской палатой ДНР, не свидетельствует о совершении им действий, которые порочат честь и достоинство адвоката, умаляют авторитет адвокатуры либо причинили существенный вред адвокатской палате.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, относительно того, что заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты ДНР не подлежит обжалованию в порядке гражданского судопроизводства, поскольку законодательством предусмотрено обжалование в суд только решение Совета адвокатской палаты о прекращении статуса адвоката в связи с нарушением процедуры его принятия, основаны на неверном, ошибочном понимании норм Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Судебная коллегия полагает необоснованными доводы жалобы о том, что определение меры ответственности относится к полномочиям Совета Адвокатской палаты ДНР, а не в полномочия суда, поскольку адвокат вправе обжаловать решение совета в суд, а соответственно именно к полномочиям суда относится оценка законности принятого советом решения.

В целом доводы апелляционной жалобы повторяют позицию стороны ответчика, выраженную в суде первой инстанции, а потому не содержат юридически значимых по делу обстоятельств, по существу сводятся к переоценке выводов суда о фактических обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, и не содержат каких-либо подтверждений, которые могли бы послужить основаниями для принятия судом иного решения, в связи с чем не могут быть положены в основу отмены решения суда. В своем решении суд оценил достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Оснований для иной оценки доказательств, представленных при разрешении спора, судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела судом не допущено, в связи с чем оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327, 3271, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ворошиловского межрайонного суда города Донецка Донецкой Народной Республики от 17 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Адвокатской палаты Донецкой Народной Республики - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий В.Г. Дорошенко

Судьи Т.Х. Шамратов

О.А. Зарицкая

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 декабря 2025 года