Решение № 2-2141/2018 от 18 июля 2018 г. по делу № 2-2141/2018

Дело № 2-2141/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 июля 2018 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе

председательствующего судьи Морева Е.А.,

при секретаре Бебешко П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах», ФИО2 о взыскании страхового возмещения и материального ущерба, причинённого в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратилась в суд с указанным исковым заявлением к ПАО СК «Росгосстрах» в лице Костромского филиала ПАО СК «Росгосстрах». В обоснование исковых требований указала, что <дата> в 05 часов 30 минут на 220 км + 560 метров ФАД «Холмогоры» произошло ДТП с участием двух транспортных средств: «...», гос.номер ..., под управлением водителя ФИО2, принадлежащего на праве собственности ФИО1, и «...», гос.номер ..., под управлением водителя ФИО4 В результате ДТП автомобили получили механические повреждения. Согласно материалам органов ГИБДД, к административной ответственности никто из водителей привлечен не был. В связи с этим, считает, что на ПАО СК «Росгосстрах» лежит обязанность по возмещению ущерба, причиненного автомобилю ФИО1 Гражданская ответственность ФИО5 застрахована в страховой компании ПАО СК «Росгосстрах». Гражданская ответственность ФИО1 застрахована в ПАО СК «Росгосстрах». <дата> ФИО1 обратилась в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о наступлении страхового случая. Страховщик принял заявление, а впоследствии направил истцу отказ в выплате страхового возмещения, указав, что не имеется правовых оснований для выплаты. С данной ситуацией ФИО1 не согласилась, в связи, с чем обратилась к независимому оценщику. На основании акта осмотра поврежденного транспортного средства, составленного экспертом-техником ФИО6, было изготовлено экспертное заключение №, в котором определена стоимость устранения дефектов АМТС с учетом износа заменяемых деталей в сумме 96300 рублей. Оплата услуг эксперта по определению ущерба составила 10000 рублей. Так как ФИО1 не обладает специальными познаниями в области юриспруденции, для сбора всех документов и подготовки досудебной претензии она обратилась к услугам юриста, заплатив при этом 3000 рублей. <дата> страховщику была вручена досудебная претензия с документами, подтверждающими ее обоснованность, и требованием выплатить полную сумму ущерба. ПАО СК «Росгосстрах» выплату страхового возмещения не произвело. На основании изложенного просит взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в лице Костромского филиала в свою пользу сумму страхового возмещения в размере 96300 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в размере 10000 рублей, неустойку в размере 102078 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 13000 рублей, штраф за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке в размере 50% от присужденной суммы.

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО3 уточнил исковые требования, просили установить вину участников ДТП, взыскать причиненный ущерб прямо пропорционально установленной вины с ПАО СК «Росгосстрах» в лице Костромского филиала, с учетом износа заменяемых деталей, а в случае взыскания ущерба полностью либо в части с ФИО2, взыскать ущерб без учета износа заменяемых деталей. В остальной части исковые требования оставили без изменения.

В связи с увеличением исковых требований к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО2

Также судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечен ФИО4

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, ее представители по доверенности ФИО3 и ФИО7 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» по доверенности ФИО9 исковые требования к страховой компании не признала, к ответчику ФИО2 оставила на усмотрение суда. Полагала, что ДТП произошло по вине водителя ФИО2 в связи, с чем у ПАО СК «Росгосстрах» обязанность по выплате страхового возмещения истцу не возникла.

Ответчик ФИО2, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился. В предыдущем судебном заседании полагал, что исковые требования должны быть удовлетворены за счет ПАО СК «Росгосстрах», поскольку в его действиях вины в ДТП не имеется, т.к. причиной столкновения транспортных средств стал маневр перестроения, совершенный водителем автомобиля «Опель Астра».

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом. Ранее оставил разрешение исковых требований на усмотрение суда, указал, что причиной ДТП стало совершение водителем ФИО2 маневра обгона в ходе которого его автомобиль занесло и он совершил столкновение с автомобилем «Опель Астра», под управлением ФИО4

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ч.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Как следует из п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

По смыслу закона установлена презумпция вины причинителя вреда, который может быть освобожден от ответственности лишь в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Частью 1 статьи 12 ГПК РФ предусмотрено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу требований ст.1064 ГК РФ для наступления деликтной ответственности, т.е. вытекающей из причинения вреда, необходимо наличие совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между двумя первыми элементами, вина причинителя вреда.

Таким образом, в силу вышеизложенных норм права истец обращаясь в суд с настоящим иском обязан доказать наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, а ответчик доказать отсутствие своей вины.

Между тем достаточных и допустимых доказательств, достоверно указывающих на то, что между действиями водителя ФИО10 и причинением вреда транспортному средству истца при указанных им обстоятельствах имеется причинно-следственная связь, суду не представлено.

Согласно ч. 1 ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ст. 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Статьей 7 этого Закона определено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, не более 400 000 рублей.

В соответствии с п. 2.1 и п. 2.2 ст. 12 указанного Федерального закона размер подлежащих возмещению убытков в случае повреждения имущества потерпевшего определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая. К указанным расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

В соответствии с п. 18 ст. 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется: а) в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость; б) в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

В силу п.4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 г. №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Согласно п.35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 г. №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Согласно ст. 1072 ГК РФ, юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Исходя из положений ст. 15 ГК РФ и абзаца 2 п. 23 ст. 12 закона об ОСАГО в их взаимосвязи, с причинителя вреда на основании гл. 59 ГК РФ могут быть взысканы лишь убытки, превышающие предельный размер страховой суммы.

Судом установлено и следует из материалов дела, что <дата> в 05 часов 30 минут на 220 км + 560 метров ФАД М-8 «Холмогоры» произошло ДТП с участием двух транспортных средств двигавшихся в попутном направлении «...», гос.рег.знак ..., под управлением водителя ФИО2, и «...», гос.рег.знак ..., под управлением водителя ФИО4 В результате ДТП вышеуказанные транспортные средства получили механические повреждения.

Собственником транспортного средства «...», государственный регистрационный знак ..., является истец ФИО1

В свою очередь ответчик ФИО2 пояснил, что управлял автомобилем «...», государственный регистрационный знак ..., на законных основаниях, а именно автомобиль ему был передан ФИО11 (мужем ФИО1) на основании устного соглашения, на праве аренды для осуществления пассажирских перевозок.

Данные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Определением инспектора ОРДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> ФИО8 от <дата> в возбуждении дела об административном правонарушении отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава административного правонарушения.

Из описательной части определения следует, что водитель ФИО2, управляя автомобилем «...», государственный регистрационный знак ..., двигаясь по направлению к г. Москва, утратил контроль за движением, не справился с управлением и произвел столкновение с движущимся в попутном направлении транспортным средством «...», государственный регистрационный знак ..., под управлением водителя ФИО4, вследствие чего от удара «Рено Логан» откинуло на железный отбойник. В результате ДТП оба автомобиля получили механические повреждения.

К административной ответственности никто из водителей привлечен не был.

Гражданская ответственность водителя ФИО4 застрахована в страховой компании ПАО СК «Росгосстрах», страховой полис ЕЕЕ №, гражданская ответственность истца ФИО1 застрахована также в ПАО СК «Росгосстрах», страховой полис ЕЕЕ №.

На основании заявления от <дата> ФИО4 страховщиком была выплачена страховая сумма в счет возмещения ущерба, причиненного в результате вышеуказанного ДТП, в размере 49 200 рублей, что подтверждается представленным в материалы дела актом о страховом случае от <дата>. При этом из материалов страхового дела следует, что виновником ДТП признан ФИО2

<дата> ФИО1 обратилась в Страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая. Страховщик принял заявление. Однако в выплате страхового возмещения отказал.

<дата> страховщику была вручена досудебная претензия, в которой представитель истца ФИО3 просил в срок до <дата> произвести истцу выплату страхового возмещения по данному ДТП в размере 196933 рубля, из которых: 96300 рублей – сумма страхового возмещения, 10000 рублей – оплата услуг независимого эксперта, 87633 рублей – неустойка, 3000 рублей – расходы по оплате юридических услуг.

<дата> на претензию последовал ответ, в котором Страховщик, ссылаясь на раздел 3 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, указал, что оснований для выплаты страхового возмещения не имеется, поскольку истец не является потерпевшим в результате данного страхового события. Согласно представленным документам органов ГИДББ, виновником ДТП от <дата> признан водитель ФИО2

Для наступления гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда и причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Из объяснений третьего лица – водителя транспортного средства «...» ФИО2 следует, что транспортное средство «...», гос.номер ... ему предоставил на основании устного договора в аренду супруг истца для организации пассажирских перевозок. <дата> он вез пассажиров в г.Москву. В районе п.Семибратово он двигался по главной трассе в крайней правой полосе. Слева в попутном направлении двигался автомобиль «...», гос.номер ..., который стал перестраиваться на правую полосу. В этот момент он столкнулся с автомобилем истца, который откинуло на отбойник.

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что он непосредственно перед ДТП находился на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «...». Автомобиль двигался по правой полосе. С прилегающей дороги на главную полосу выехал автомобиль «...», который продолжил движение в попутном направлении по левой полосе, а затем перестроился в правую полосу, по которой двигался автомобиль «...». Чтобы избежать столкновения водитель ФИО2 выехал в левую полосу. Шел мокрый снег, автомобиль под управлением ФИО2 стало заносить. Следствием чего стало ДТП.

Согласно объяснениям третьего лица ФИО4 на своем автомобиле «...» вместе с сыном ФИО14 он выехал в районе поселка Семибратово с второстепенной дороги на светофоре на федеральную автомобильную дорогу «Холмогоры» М-8. На левой полосе дороги была «снежная каша», а на правой полосе проглядывался асфальт. Двигался по автодороге в сторону <адрес>. Во встречном направлении транспортных средств не было. В попутном направлении вдалеке двигался автомобиль, были виден свет фар. Выехав на дорогу, ФИО4 стал двигаться по левой полосе, но поскольку на ней была снежная каша, он перестроился в правую полосу, на которой состояние дорожного полотна было лучше (она была «накатана»). Скорость движения автомобиля ФИО4 составляла 50 км/ч. Только через 500 метров после указанного маневра на мосту его догнал автомобиль «...», который двигался на большой скорости. Водитель данного автомобиля стал совершать маневр обгона, а именно начал перестраиваться в левую полосу, автомобиль повело в занос. Далее автомобиль «...» совершил столкновение с его автомобилем. Удар пришелся в водительскую дверь автомобиля «...» правой передней фарой автомобиля «...». Далее автомобиль «...» закрутило, он оказался перед автомобилем ФИО4, который некоторое время толкал его. После чего ФИО4 увел свой автомобиль в сторону, а автомобиль «...» откинуло на отбойник. После ДТП водитель автомобиля «...», в котором находилось три пассажира, пояснил, что опаздывает в аэропорт. Не согласен с объяснениями ФИО2 об обстоятельствах ДТП, поскольку от места его поворота (местонахождения светофора) до места столкновения транспортных средств на мосту около 500 метров, тогда как перестроился он, в правую полосу проехав по главной дороге около 100 метров. На тот момент автомобиль «...» находился еще далеко от автомобиля ФИО4

Свидетель ФИО14 поддержал данные объяснения, указывая на то, что с момента, когда автомобиль «...» перестроился на встречную полосу до момента столкновения с автомобилем «...» прошло более минуты.

В материалы дела представлены копии объяснений данных третьим лицом ФИО4 и свидетелем ФИО14 непосредственно после ДТП сотруднику ГИБДД УМВД России по Ярославской области, которые согласуются с их объяснениями в судебном заседании.

Кроме того, в материалы дела представлены схема места ДТП, фотографии с места ДТП, сделанные сотрудниками полиции, из которых следует, что столкновение транспортных средств «...» и «...» произошло в крайней правой полосе движения, что подтверждает объяснения водителя «...» ФИО15 об обстоятельствах ДТП и соответственно опровергает объяснения водителя ФИО2

При указанных обстоятельствах оснований полагать, что водитель ФИО15 непосредственно перед приближением транспортного средства «...» начал маневр перестроения на соседнюю полосу движения не имеется.

Об отсутствии оснований полагать, что ФИО15 совершался такой маневр свидетельствуют характер и локализация повреждений транспортных средств, которые нашли свое отражение в административном материале правоохранительных органов. Так, из справки о ДТП следует, что повреждения на автомобиле «...» в основном имеют место в левой передней части автомобиля (повреждено: левое переднее крыло, левая передняя дверь, левая передняя фара, бампер), что также указывает на то, что причинение данных повреждений при обстоятельствах указанных водителем ФИО2 (а именно при перестроении автомобиля «...» в правую полосу) маловероятно.

В данном случае следует полагать, что, поскольку автомобиль «...» начал бы маневр перестроения раньше, а скорость движения автомобиля «...» была выше, что не оспаривалось участниками судебного процесса, а на дорожном покрытии лежал мокрый снег, удар неизбежно должен был прийтись на заднюю часть или правую сторону автомобиля ФИО4 Однако именно там каких-либо повреждений сотрудниками ГИБДД не зафиксировано.

Согласно справке о дорожно-транспортном происшествии от <дата> следует, что в действиях водителя ФИО4 нарушений требований ПДД РФ не установлено.

Иных объективных доказательств механизма ДТП в материалы дела не представлено.

В силу положений ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются обязательными для суда и не подлежат повторному доказыванию только обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными постановлениями.

Какое-либо судебное постановление, которым была бы подтверждена вина ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии, отсутствует.

Суд, также не принимает во внимание показания ... который, будучи братом истца ... и лицом, в связи с действиями которого страховой компанией были произведены выплаты остальным участникам ДТП, является лицом, заинтересованным в исходе дела.

Ответчик ФИО2 будучи лицом, в связи с действиями которого страховой компанией была произведена выплата участнику ДТП, является заинтересованным в исходе дела, а его показания противоречат обстоятельствам, изложенным в деле об административном правонарушении, что вызывает объективные сомнения в его беспристрастности, при изложении обстоятельств очевидцем которых он стал.

Суд, также не принимает во внимание показания свидетеля ФИО22 по вышеуказанным причинам. Объективными доказательствами показания свидетеля не подтверждаются.

Таким образом, суду не были представлены доказательства, бесспорно свидетельствующие о наличии в действиях ФИО4 противоправных, виновных действий. Объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что причиной ДТП стало нарушение ФИО4 ПДД РФ (в частности п.8.4 ПДД РФ) при совершении маневра перестроения истец не представил.

В свою очередь ФИО4 ссылался на то, что маневр перестроения им был окончен задолго до приближения транспортного средства ответчика ФИО2 Об этом, как указывалось ранее, свидетельствует и схема ДТП, из которой явно следует, что на момент ДТП его автомобиль находился на крайней правой полосе движения.

Как указывалось ранее допустимых и бесспорных доказательств, свидетельствующих об ином механизме ДТП, в дело не представлено.

В связи с чем, оснований для возложения на ПАО СК «Рострах» обязанности по возмещению истцу ФИО1 причиненного ущерба не усматривается.

Напротив, показания третьего лица ФИО4 в части совершения столкновения, в связи с заносом автомобиля под управлением водителя ФИО2, при совершении маневра обгона, подтверждаются объяснениями сторон, свидетеля ФИО14, письменными материалами дела, а также характером и локализацией, имеющихся на транспортных средствах повреждений.

В соответствии с п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п.9.10 ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

В силу п.11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (п.11.2 ПДД РФ).

Из пояснений участников судебного процесса, в том числе ФИО2, свидетеля ФИО13 следует, что автомобиль «...» двигался со скоростью 70 км/ч, а автомобиль «...» со скоростью около 40-50 км/ч, учитывая, что непосредственно перед ДТП его участники двигались в границах населенного пункта <адрес> водитель ФИО2 двигался с явным превышением скорости, что не соответствовало положениям п.10.2 ПДД РФ, и также способствовало возникновению ДТП.

Таким образом, суд считает, что ФИО2 даже при указанных им обстоятельствах должен был действовать в соответствии с указанными требования правил дорожного движения, что им сделано не было.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу, что действия ФИО2 состоят в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место <дата>, который, управляя автомобилем «Рено Логан» неправильно выбрал дистанцию до впереди идущего транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, начал маневр обгона не убедившись в его безопасности и не учел дорожные и погодные условия.

Поскольку истцом в порядке ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО4 и причиненным истцу вредом, а в силу требований действующего Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», предусматривающего выплату страхового возмещения только потерпевшему, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ПАО СК «Россгострах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, а также судебных расходов не имеется.

Вместе с тем требования о взыскании в пользу истца с ответчика ФИО2 ущерба, причиненного вследствие ДТП, подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений ст.ст.1064, 1079 ГК РФ в данном случае ущерб, причиненный вследствие повреждения транспортного средства, в результате ДТП подлежит взысканию в соответствии с общими положениями о деликатной ответственности.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Для целей возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, используется понятие "владелец источника повышенной опасности" и приводится перечень законных оснований владения транспортным средством (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Этот перечень не является исчерпывающим.

При этом в понятие "владелец" не включаются лишь лица, управляющие транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Таким образом, исходя из положений вышеприведенных правовых норм и разъяснений в их взаимосвязи, незаконным владением транспортным средством должно признаваться противоправное завладение им.

Остальные основания наряду с прямо оговоренными в Гражданском кодексе РФ, ином Федеральном законе, следует считать законными основаниями владения транспортным средством.

Таким образом, ФИО16 как лицо, которому было передано транспортное средство для использования в коммерческих целях для извлечения прибыли должно возместить собственнику транспортного средства, причиненный ему ущерб, состоящий в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика и соответственно возникший по его вине.

В обоснование размера причиненного ущерба вследствие повреждения, принадлежащего ему автомобиля, истцом представлено заключение эксперта ФИО6 № от <дата>, согласно которому стоимость материального ущерба, вызванного повреждением транспортного средства истца с учетом износа составила 96308 рублей 05 копеек, без учета износа 114452 рубля 92 копейки.

Судом заключение оценивается в совокупности с другими материалами по делу.

Иных доказательств в обоснование размера ущерба, указанного в вышеназванных заключениях суду не представлено. Более того, сторона ответчика не оспаривала выводы, содержащиеся в заключениях эксперта о размере ущерба.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 12, 13 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то, за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Постановлением от 10 марта 2017 года № 6-П Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и признал оспоренные положения не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они предполагают возможность возмещения потерпевшему вреда в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности.

Так, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении указал, что замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права. В свою очередь на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене. В данном случае неосновательное обогащение собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Таким образом, ФИО17, заявляя фактически требования о полном возмещении ущерба, в соответствии с положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П имеет право на взыскание стоимости восстановительного ремонта без учета износа с виновника дорожно-транспортного происшествия.

Оснований для применения положений п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно, суд не усматривает. Ответчиком не представлено исчерпывающих доказательств, свидетельствующих о его тяжелом материальном положении, в том числе сведений об отсутствии имущества, за счет которого может быть возмещен ущерб, ходатайство о снижении размера возмещения, причиненного ущерба, не заявлялось.

При таких обстоятельствах с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежит взысканию 114452 рубля 92 копейки.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании страхового возмещения удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба, причиненного в результате ДТП 114 452 рубля 92 копейки.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня вынесения судом решения в окончательной форме.

Судья Морев Е.А.