Решение № 2-1314/2025 2-1314/2025~М-700/2025 М-700/2025 от 24 ноября 2025 г. по делу № 2-1314/2025

УИД № 23RS0051-01-2025-001200-58 Дело № 2-1314/2025


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 ноября 2025 года г. Тимашевск

Тимашевский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Муравленко Е.И.,

при секретаре Корж А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Банк УралСиб» о признании недействительным кредитного договора,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Банк УралСиб» о признании недействительным кредитного договора <№> от 09 октября 2024 года и взыскании судебных расходов по оплате госпошлины в размере 3000 рублей, указав, что 09 октября 2024 года неустановленное лицо незаконно путем обмана заключило от ее имени с ответчиком кредитный договор на сумму 482 954 рубля под 46.9 % годовых. Так, 09 октября 2024 года ей на мессенджер Ватцап поступил звонок от неизвестного лица, которое представилось специалистом мобильной связи «Билайн» и сообщило о необходимости продления срока действия абонентского договора во избежание блокировки ее номера и услуг мобильной связи. Данное лицо прислало ей на телефон смс со ссылкой на страницу, на которой она по инструкции неизвестного лица нажала определенные кнопки, после чего она в течение нескольких часов не могла звонить и получать звонки на свой телефон. Затем в приложении банка ПАО «БАНК УРАЛСИБ» она обнаружила, что с ее счета <№> произведено списание денежных средств в общей сумме 1 394 000 рублей. В тот же день она обратилась в дополнительный офис ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в г.Тимашевске, где сотрудница банка сообщила, что от ее имени был открыт картсчет <№> по кредитному договору <№> от 09 октября 2024 года на сумму 482 954 рублей под 46,90% годовых. Данные денежные средства сначала были переведены на ее счет <№>, а потом на другие счета неизвестных лиц. С этого счета также были похищены ее накопления, общая сумма похищенных денежных средств составила 1 394 000 рублей. В дополнительном офисе банка мне выдали копию кредитного договора, в котором отсутствуют ее подписи. Указанный кредит она не оформляла, в личный кабинет банка не заходила, заявление на открытие картсчета и выдачу кредита не подавала и не подписывала, СМС подтверждение на подобные действия не отправляла, денежные средства со своих счетов не снимала, на счета других лиц не переводила. В этот же день она обратилась в ОМВД России по Тимашевскому району, где по данному факту следователем возбуждено уголовное дело <№> в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, и она признана по данному уголовному делу потерпевшей.

Считает, что при заключении кредитного договора и рассмотрении заявки ПАО «Банк УралСиб» действовал недобросовестно. Не учтены ее интересы и ее безопасность при дистанционном предоставлении услуг. Идентификация клиента Банком надлежащим образом не произведена. Звонка ПАО «Банк УралСиб» с подтверждением заявки на предоставление кредита она не получала. Какие-либо документы на ее электронную почту банком не направлялись. Она с заявкой о предоставлении кредита в ПАО «Банк УралСиб» не обращалась, кредитные договоры и иные договоры на дополнительные услуги не подписывала, с какими- либо условиями кредитования ознакомлена банком не была, операций по переводу, съему денежных средств не совершала, кредитные денежные средства не получала, не переводила на другие счета, не распоряжалась, ей они банком вообще не предоставлялись. Согласие о дистанционном банковском обслуживании банку ПАО «Банк УралСиб» она не давала. Фактически банк выдал кредит неустановленному лицу - мошеннику, при этом незаконно и необоснованно возложив обязанности по погашению кредита на нее. В добровольном порядке ПАО «Банк УралСиб» расторгать с ней кредитный договор отказался, ее досудебную претензию от 28 марта 2025 года отклонил, в связи с чем, она вынуждена обратиться в суд.

ФИО1 и ее представитель ФИО2 в суд не явились, представили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, в которых просили удовлетворить исковые требования.

Представитель ответчика ПАО «Банк УралСиб» на неоднократные вызовы в суд не явился, хотя о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, что подтверждается уведомлениями о вручении заказных писем с судебными повестками, о причине неявки суд не уведомил, ходатайств о рассмотрении дела в его отсутствие не предоставил, в связи с чем, суд на основании ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие. Кроме того, на запрос о предоставлении документов, подтверждающих заключение оспариваемого договора и его условий, направил суду лишь Индивидуальные условия договора и заявление-анкету.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования обоснованы и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 и п.4 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу положений п.1 ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу п.1, п.2 ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

В силу п.1 ст.2 Федерального закона от 06 апреля 2011 года № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Пунктом 2 ст.5 указанного Федерального закона простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

На основании п.2 ст. 6 данного закона, информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).

В силу п.1 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности кредитного договора основаны, как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).Федеральный закон от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» возлагает на кредитные организации обязанность применять меры по противодействию операциям без добровольного согласия клиента. В соответствии с ним банки осуществляют проверку наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента. При выявлении операции, соответствующей хотя бы одному из этих признаков, кредитная организация обязана на два дня приостановить перевод денег или отказать клиенту в совершении операции.

Кроме того, Банк России формирует базу данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента (База ЦБ РФ) на основе сведений кредитных организаций и МВД России, и доводит ее до всех кредитных организаций.

На основании п.4 ст.9 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» оператор по переводу денежных средств обязан информировать клиента о совершении каждой операции с использованием электронного средства платежа путем направления клиенту соответствующего уведомления в порядке, установленном договором с клиентом.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, установленных Приказом Банка России от 27 июня 2024 года № ОД-1027, несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Как следует из материалов дела, 09 октября 2024 года между ПАО «Банк УралСиб» и ФИО1 заключен кредитный договор (Индивидуальные условия договора для карты с лимитом кредитования) <№>, согласно которому ответчик предоставил кредитную карту с лимитом кредитования в сумме 492 000 рублей на срок до полного выполнения сторонами обязательств с условием уплаты процентов в размере 39,7% годовых по операциям безналичной оплаты покупок и 46,9% годовых по операциям снятия наличных и переводам с карты.

Указанный договор подписан простой электронной подписью от имени ФИО1, как и заявление-анкета <№> от 09 октября 2024 года на получение кредитно-карточного продукта.

Согласно выписке по договору <№> от 09 октября 2024 года с картсчета <№>, открытого на имя ФИО1 с кредитным лимитом в 492 000 рублей, 09 октября 2024 года списано 460 000 рублей кредитных средств между своими счетами, а также 22 9454 рубля в счет комиссии за безналичные операции по договору, то есть предоставлен кредит на общую сумму 482 954 рубля.

Из заявления-анкеты <№> от 09 октября 2024 года видно, что от имени ФИО1 подана заявка на получение кредита, в которой помимо принадлежащего истцу номера телефона <№>, на который должно поступать смс-информирование, указан дополнительный контактный телефон <№>, а также место ее работы в Акционерном общества «Уфанет» с доходом после вычета НДФЛ в 58 710,25 рублей.

Однако, согласно копии трудовой книжки истца, ФИО1 в АО «Уфанет», расположенном в г.Уфе Республики Башкортостан, никогда не работала, с 2007 года по настоящее время осуществляет трудовую деятельность в <данные изъяты>, зарегистрирована и проживает по месту жительства в <данные изъяты> Краснодарского края.

Более того, номер телефона <№> зарегистрирован в Нижегородской области, оператор ПАО «МТС», по общедоступным сведениям в Интернете скомпрометирован с 2022 года как номер телефона, который используют мошенники, что подтверждается скрин-шотами.

Как видно из детализации телефонных переговоров ФИО1 по принадлежащему ей номеру телефона <№>, никакие смс-сообщения на данный номер телефона о заключении договора, предоставлении кредита, а также переводе денежных средств с ее счета на счета иных лиц не содержит, при этом 09 и 10 октября 2024 года все входящие звонки переадресовывались на номер <№>, зарегистрированный оператором МТС в Волгоградской области.

Указанное обстоятельство подтверждает доводы истца о том, что она не заключала кредитный договор, так как 09 октября 2024 года она находилась в г.Тимашевске, где в этот день обращалась как в сам ПАО «Банк УралСиб», так и в ОМВД России по Тимашевскому району с заявлением по факту мошеннических действий, то есть она не могла находится в Волгоградской области.

Более того, из заявления-анкеты <№> от 09 октября 2024 года видно, что клиент давал согласие банку на фотографирование и/или видеосъемку в целях подтверждения ее личности для заключения договора с банком.

Однако, данных действий при оформлении оспариваемого кредитного договора ответчиком не совершались, фотография либо видео заемщика им не истребовались, то есть ответчик действовал недобросовестно и неблагоразумно, не проверив личность заемщика.

Как видно из заявления ФИО1 <№> от 10 июля 2024 года, в ПАО «Банк УралСиб» она открыла вклад со счетом <№> и счетом для перечисления средств вклада <№> на сумму 530 000 рублей сроком на 181 день до 07 января 2025 года под 16,81% годовых, при этом возможность досрочного возврата вклада не допускается, кроме причисленных процентов.

Согласно выписок по счетам ФИО1 в ПАО РНКБ, у истца имелся вклад по договору <№> от 11 июля 2024 года на счете <№> в сумме 300 007,46 рублей, который 09 октября 2024 года был закрыт и денежные средства перечислены на ее карточный счет <№>, с которого в этот день списано по системе быстрых платежей 400 000 рублей восемью платежами по 50 000 рублей.

Из выписок по счету истца в ПАО «Банк УралСиб» <№> за 09 октября 2024 года видно, что в этот день на этот счет зачислены денежные средства в размере 530 013,18 рублей со вклада при расторжении депозитного договора <№> от 10 июля 2024 года, при этом банком не учтены положения договора вклада <№> от 10 июля 2024 года о том, что возможность досрочного возврата вклада не допускается.

Затем из указанных денежных средств 495 000 рублей сразу же перечислены на счет <№> третьего лица <ФИО>1 с назначением платежа: возврат депозита; затем поступило семь платежей по 50 000 рублей каждый от ФИО1 по системе быстрых платежей; после чего 370 000 рублей перечислены на счет <№> третьего лица <ФИО>2 с назначением платежа: возврат депозита; затем поступил еще один платеж 50 000 рублей от ФИО1 по системе быстрых платежей, после чего переведены между своими счетами 460 000 рублей (кредитные средства), из которых 130 000 рублей перечислены на счет <№> третьего лица <ФИО>2 с назначением платежа: возврат депозита, 370 000 рублей перевод по заявлению ФИО1 <№> неизвестному лицу с назначением платежа: возврат депозита и 29 000 рублей перечислены на счет <№> третьему лицу <ФИО>3 с назначением платежа: возврат депозита.

Из указанной выписки следует, что кредитные средства были переведены с картсчета на счет <№> уже после проведения нескольких транзакций по счетам ФИО1, закрытия ее вклада, имеющегося в ПАО «Банк УралСиб», до окончания срока его возврата, направлении денежных средств третьему лицу, затем поступлении однородных нескольких платежей с СПБ и направлению их также в пользу третьего лица.

Таким образом, совершение расходных операций перед получением кредита, а также указание в заявке на кредит недостоверных сведений о месте работы, которое находится не в месте нахождения истца, должно было насторожить ответчика о незаконности получения кредита и незаконности операций по переводу денежных средств не только со вкладов, но и полученных кредитных средств сразу после получения кредита.

Из пункта 1 статьи 819 ГК РФ, положений статей 5 и 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита возложена на Банк.

Как видно из указанных выписок по счетам истца, она 09 октября 2024 года уже обратилась в ПАО «Банк УралСиб» и ПАО РНКБ, получив выписки по движению ее денежных средств, указав ответчику на незаконность получения кредита и списания ее денежных средств.

Кроме того, согласно талону-уведомлению <№> от 09 октября 2024 года, в дежурной части ОМВД РФ по Тимашевскому району в этот же день от ФИО1 принято заявление о хищении ее денежных средств в размере 1 394 000 рублей с банковского счета и в этот же день возбуждено уголовное дело <№> по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.158 УК РФ, по факту хищения денежных средств в особо крупном размере.

Согласно постановлению следователя СО ОМВД России по Тимашевскому району от 09 октября 2024 года ФИО1 признана потерпевшей по данному уголовному делу.

Согласно представленным истцом обращений, она неоднократно обращалась в ПАО «Банк УралСиб» с требованием о расторжении кредитного договора, а также в Цетральный Банк России с жалобами на ответчика, на что подучила ответы о необходимости обращения в суд с требованием о признании кредитного договора недействительным.

Ответчиком не представлено суду никаких доказательств того, что им был соблюден порядок заключения кредитного договора, надлежащего информирования истца о его заключении и списании денежных средств, никаких выписок о направлении смс-сообщений либо записей разговоров и иных документов по заключению кредитного договора суду не направлено.

Ответчиком не представлено также никаких достоверных и достаточных доказательств совершения якобы истцом действий по заключению кредитного договора от 09 октября 2024 года, подачи заявления на открытие счета и совершению операций по переводу спорных денежных сумм на счета третьих лиц, равно как и доказательства ознакомления банком истца с условиями кредитного договора, с учетом того, что кредитные средства переведены на счета третьих лиц со счетов с истца с минимальной разницей во времени сразу после предоставления кредита, принимая во внимание последовательное поведение истца, обращение ее в тот же день в банк, в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела, банк не принял во внимание несоответствие устройства, с использованием которого совершались данные операции, устройству, обычно используемому клиентом, характер операции - получение кредитных средств с одновременным их перечислением с накопленными средствами пятью переводами на счета, принадлежащие другим лицам, не предпринял меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что указанные операции в действительности совершены истцом в соответствии с его волеизъявлением.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что условия кредитного договора до истца доведены не были, волеизъявление истца на заключение спорного кредитного договора и на осуществление данных операций по распоряжению денежными средствами отсутствовало, истец не давала свое согласие на заключение договора, на давала согласие на распоряжение денежными средствами посредством осуществления перевода на счета иных лиц, не подписывала кредитный договор ни физически, ни путем простой электронной подписью и не имела намерений на его заключение.

По сути, банк не надлежащим образом исполнил свои обязанности при заключении и исполнении договора потребительского кредита, не учел интересы клиента и не обеспечил безопасность дистанционного предоставления услуг, так как не убедился в личности заемщика, не приостановил перевод денег на два дня и не отказал клиенту в совершении операции, тем самым совершил операции, соответствующие признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента.

С учетом собранных по делу доказательств, суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования в полном размере.

На основании ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят их государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст.98 ГПК РФ и п.3 ч.1 ст.333.19 НК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в размере 3000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) к ПАО «Банк УралСиб» (ИНН <***>) о признании недействительным кредитного договора – удовлетворить.

Признать недействительным кредитный договор <№> от 09 октября 2024 года, заключенный между ФИО1 и ПАО «Банк УралСиб».

Взыскать с ПАО «Банк УралСиб» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате госпошлины в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Тимашевский районный суд в течение одного месяца со дня его составления в окончательной форме.

Полный текст решения изготовлен 25 ноября 2025 года.

Председательствующий