Решение № 2-164/2025 2-29/2026 2-29/2026(2-164/2025;2-3013/2024;)~М-2252/2024 2-3013/2024 М-2252/2024 от 1 марта 2026 г. по делу № 2-164/2025

УИД 68RS0001-01-2024-004014-12

Дело № 2-29/2026 (2-164/2025; 2-3013/2024)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2026 г. г. Тамбов

Октябрьский районный суд города Тамбова в составе судьи Нишуковой Е.Ю., при секретаре Сысоеве Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Администрации г. Тамбова к ФИО1 о сносе самовольной постройки; встречному иску ФИО1 к Администрации города Тамбова о признании права собственности на нежилое здание,

установил:

Администрации города Тамбова обратилась в суд с иском к ФИО1 о сносе самовольно возведенного строения, указав, что в адрес администрации поступил материал проверки, проведенной Министерством государственного жилищного, строительного и технического контроля (надзора) Тамбовской области 26 апреля 2024 г. в отношении собственника земельного участка ФИО1 В ходе осмотра, проведенного 19 апреля 2024 г. с общедоступной территории (улица Селезневская), установлено, что на территории земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 возведен трехэтажный объект капитального строительства с облицовкой сэндвич-панелями, имеющий прочную связь с землей. Согласно выписке из ЕГРН от 7 марта 2024 г. № КУВИ-001/2024-68251555, вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 - магазины. Согласно информации Министерства градостроительства и архитектуры Тамбовской области, разрешение на строительство (реконструкцию) на данном земельном участке не выдавалось. Таким образом, строительство объекта капитального строительства выполнено с нарушением требований ч. 2 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации. 8 мая 2024 г. администрация города Тамбова направила в адрес ФИО1 претензионное письмо с требованием о приведении земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 в первоначальное состояние в течение 10 календарных дней со дня получения претензионного письма. Претензия вручена ответчику 23 мая 2024 г. Что подтверждается справкой об отправке/доставке почтового отправления № 174094-16. До настоящего времени требование администрации города Тамбова Тамбовской области не удовлетворено. Ссылаясь на статьи 2, 51 ГрК РФ, ст. 222 ГК РФ, просит суд обязать ФИО1 в течение месяца со дня вступления решения в законную силу произвести за свой счет и своими силами снос объекта капитального строительства, возведенного на земельном участке с кадастровым номером 68:29:0212001:3124, расположенном по адресу: <...>.

В процессе рассмотрения дела представитель ФИО1 по доверенности ФИО2 подал встречный иск о признании права собственности на нежилое здание площадью 503,7 кв.м, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 по адресу: <...>, с сохранением постройки исходя из технического плана, подготовленного 21 октября 2024 г. кадастровым инженером ФИО3 Указал, что в соответствии с пунктом 3 статьи 222 ГК РФ спорный объект недвижимости может быть сохранён, и на него может быть признано право собственности, поскольку он отвечает следующим критериям: в отношении земельного участка ФИО1, осуществившая постройку, имеет право собственности, и вид разрешенного использования – «магазины» допускает строительство на нем данного объекта; на день обращения в суд с иском постройка соответствует установленным требованиям; сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан. О последнем обстоятельстве предварительно можно утверждать, поскольку какие-либо жалобы по этому поводу не поступали. А для изучения технической стороны вопроса необходимо экспертное исследование.

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) по доверенности ФИО4 поддержала исковые требования администрации и возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1, поддержав доводы, изложенные в письменных отзывах от 27 января 2026 г. и 2 февраля 2026 г. Указала, что по ходатайству представителя ФИО1 по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, в результате которой дано заключение о том, что спорное нежилое здание не соответствует градостроительным, противопожарным нормам и правилам. Вследствие чего - на очередном судебном заседании представитель ФИО1 предоставил пояснения эксперта об устранении ранее указанных в заключении несоответствий. Однако, при изучении материалов дела и заключения эксперта администрация выявила множество замечаний и несоответствий, которые не были учтены экспертом: нарушение правил землепользования и застройки муниципального образования городской округ - город Тамбов в части минимального размера земельного участка для строительства магазина (по правилам минимальный размер земельного участка - 1000 кв.м, а размер спорного земельного участка - 515 кв.м); несоблюдение линии застройки. Спорный объект расположен на первой линии застройки с объектом регионального значения «Спортивный комплекс «Спортивно-тренировочный центр «Тамбов»), и в этом случае отсутствует согласование архитектурно-градостроительного облика. Не были соблюдены минимальные отступы от границ земельного участка до объекта капитального строительства. В нарушение СП 118.13330.2022 в заключении отсутствовал расчет массового пребывания людей. В связи с этим – по ходатайству администрации была назначена повторная строительно-техническая экспертиза.

В результате проведения повторной экспертизы было представлено заключение эксперта о том, что спорное нежилое здание имеет несоответствия, и были предложены варианты их устранения. При этом эксперт не проводил сравнение по параметрам предельной площади земельного участка, так как объектом являлось здание, а не земельный участок. Однако, согласно Правилам землепользования и застройки в территориальной зоне Ж 1 с видом разрешенного использования земельного участка «Магазины» минимальный размер земельного участка должен составлять от 1000 до 2000 кв.м (спорный земельный участок 515 кв.м.

Кроме того, Правилами землепользования и застройки на территории размещения спорного объекта установлено требование о необходимости согласования архитектурно-градостроительного облика строящихся зданий. Требования к архитектурно градостроительному облику объекта капитального строительства и порядок его согласования регулируются статьей 40.1 ГрК РФ, частью 6.2 статьи 30 ГрК РФ. Более того, постановлением администрации города Тамбова Тамбовской области от 28 октября 2014 г. № 9295 была утверждена Концепция общего цветового решения застройки улиц и территорий городского округа - город Тамбов, где отмечено, что при согласовании архитектурно-градостроительного облика необходимо придерживаться светлых цветов (бежевый, светлая охра) и белого цвета (в сочетаниях) как для основных, так и для дополнительных цветов. Спорное же здание обшито ярко оранжевым и темно-серым сайдингом.

Материалами дела установлено, что разрешение на строительство спорного объекта не выдавалось. В настоящее время постройка не соответствует установленным требованиям, и её безопасная эксплуатация - невозможна, что тождественно понятию «угроза жизни и здоровью граждан». При этом ответчик, создавшая самовольную постройку, не предпринимала надлежащих мер к ее легализации, в частности, к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что удовлетворение иска о признании права собственности на самовольное строение не будет соответствовать положениям статьи 222 ГК РФ и статьи 51 ГрК РФ.

В соответствии с пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке, является исключительным способом защиты права, который может применяться в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения. Полагает, что со стороны ФИО1 имело место такое поведение, поскольку, получив градостроительный план от 22 апреля 2024 г., в котором были указаны требования о минимальном размере земельного участка, об отступах от границ земельного участка и необходимости согласования архитектурно градостроительного облика, ФИО1 намеренно, в нарушение действующего законодательства осуществила строительство магазина, без разрешения на строительство, игнорируя градостроительные нормы, и сейчас пытается узаконить объект через суд «для вида». В то время как добросовестный застройщик принимает все зависящие от него меры по получению разрешения на строительство и вводу объекта в эксплуатацию (ст. 51 ГрК РФ). ФИО1 таких мер не принимала. Поэтому, действуя недобросовестно, она приняла на себя все возможные риски своего противоправного поведения, включая риски сноса построенного объекта.

Кроме того, определением суда от 14 ноября 2024 г. был установлен запрет на производство строительных работ и (или) эксплуатацию самовольной постройки, и на основании исполнительного листа от 27 июня 2025 г. было возбуждено исполнительное производство. Однако, в судебном заседании 28 января 2026 г. стало известно, что она не исполнила определение суда и произвела строительные работы. В связи с чем, администрация обратилась с заявлением к судебному приставу о наложении административного штрафа в соответствии со ст. 17.15 КоАП РФ. Эти обстоятельства также подтверждают недобросовестность ФИО1

Учитывая вышеизложенное, а также то, что при возведении самовольной постройки были допущены существенные нарушения действующего законодательства, которые являются неустранимыми, администрация города Тамбова просит суд удовлетворить исковые требования администрации, а встречные исковые требования ФИО1 - оставить без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО1 по доверенности ФИО2 представил письменные возражения, в которых указал, что отсутствие отступа по границе с участком, принадлежащем ФИО1, никак не нарушает прав и интересов третьих лиц, не создает угрозы их жизни и здоровью, поэтому не является существенным нарушением градостроительных норм. Размер земельного участка не является предметом спора, поэтому не должен оцениваться при разрешении спора. В части несогласованности архитектурного облика указал, что представленный в материалы дела архитектурный проект спорного здания, опирающийся в цветовых решениях на близлежащую архитектурную доминанту - спортивно-гостиничный комплекс в Олимпийском парке и иные коммерческие объекты, нет оснований полагать, что при строительстве спорного объекта были допущены существенные нарушения градостроительных норм в связи с отсутствием факта согласования архитектурного облика. Утверждение о том, что ФИО1 не принимались меры к получению разрешения на строительство и разрешения на ввод в эксплуатацию спорного здания, не является полностью справедливым и соответствующим действительности, так как она обращалась за получением градостроительного плана в администрацию г. Тамбова, а также в специализированную проектную организацию ООО «Аркадий», которая разработала полный архитектурно- строительный проект. В соответствии с этим проектом и осуществлялось строительство. Полагает, что все три критерия, указанные в статье 222 ГК РФ, как необходимые для сохранения постройки, ФИО1 выполнены. Оценку степени добросовестности ФИО1, с учетом всех исследованных обстоятельств, оставляет на усмотрение суда. Между тем, указанные в отзыве администрации обстоятельства о нарушении градостроительных норм и непринятии мер к их допущению (речь о несоответствии отступа от своего же участка и «несогласовании арх. облика), не являются существенными нарушениями, способными повлиять на характеристики надежности и безопасности, права и интересы третьих лиц. С учетом конкретных обстоятельств дела, допущенное при возведении (создании) постройки незначительное нарушение градостроительных и строительных норм и правил (например, в части минимальных отступов от границ земельных участков или максимального процента застройки в границах земельного участка), не создающее угрозу жизни и здоровью граждан, и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом несущественным и не препятствующим возможности сохранения постройки. Поэтому просит суд удовлетворить исковые требования ФИО1, в требованиях о сносе - отказать.

В судебном заседании представитель третьего лица министерства градостроительства и архитектуры Тамбовской области по доверенности ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1 и считала необходимым удовлетворить исковые требования администрации, указав в письменном отзыве на то, что ФИО1 не обращалась в министерство для получения разрешения на строительство спорного объекта и, соответственно, не соблюла установленный Градостроительным кодексом РФ порядок. Поэтому спорный объект обладает признаком самовольной постройки, предусмотренным статьей 222 ГК РФ. Отмечает, что спорный объект недвижимости расположен на территории городского округа — город Тамбов. Согласно правилам землепользования и застройки муниципального образования городского округа - город Тамбов, утвержденным постановлением администрации области от 16 августа 2022 г. № 655 «О внесении изменений в постановление администрации области от 28 сентября 2017 г. № 943 «Об утверждении правил землепользования и застройки муниципального образования городского округа - город Тамбов», спорный объект расположен в территориальной зоне Ж 1 (зона застройки индивидуальными жилыми домами). Градостроительным регламентом для зоны Ж-1 предусмотрен условно разрешенный вид использования «магазины», при этом, согласно правил землепользования и застройки минимальный размер земельных участков для размещения магазина должен быть от 1000 — 2000 кв.м, отступы от границ земельного участка - 3 м. Как усматривается из материалов дела, указанные условия для размещения магазина ФИО1 не выполнены.

В судебное заседание ответчик (истец по встречному иску) ФИО1, третье лицо ФИО6 не явились, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. Ранее ФИО6 направляла заявление о рассмотрении дела в её отсутствие, не возражает против удовлетворения исковых требований. На основании ст. 165.1 ГК РФ и ст. 118 ГПК РФ суд признал извещение не явившихся участников процесса надлежащим, и, руководствуясь ст. 48, 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд исходит из следующего.

Пунктом 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре - сносу незаконно возведенных сооружений, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств.

В силу статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник (иной титульный владелец) земельного участка вправе возводить на нем здания (строения, сооружения) в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно статье 42 Земельного кодекса Российской Федерации - при использовании земельного участка его собственник обязан соблюдать требования градостроительных регламентов, строительных, санитарных, противопожарных и иных норм и нормативов.

Пунктами 1, 2 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка.

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение при наличии хотя бы одного из следующих признаков: возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки; возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявления постройки; возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления.

Пунктом 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

В пунктах 2, 6, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. N 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что перечень признаков самовольной постройки, изложенный в статье 222 ГК РФ, является исчерпывающим.

Органы государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления не вправе устанавливать дополнительные признаки самовольной постройки.

Если на день вынесения решения суда ранее выявленные признаки самовольной постройки устранены и отсутствуют иные основания для признания постройки самовольной, суд отказывает в удовлетворении требования о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями.

В пунктах 10, 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. N 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что последствиями возведения (создания) самовольной постройки являются ее снос или приведение в соответствие с установленными требованиями на основании решения суда, если судом не будут установлены обстоятельства, свидетельствующие о возможности ее сохранения.

В силу положений пункта 1 статьи 222 ГК РФ возведение постройки в отсутствие необходимого в силу закона разрешения на строительство является признаком самовольной постройки.

Вместе с тем, исходя из принципа пропорциональности снос объекта самовольного строительства является крайней мерой государственного вмешательства в отношения, связанные с возведением (созданием) объектов недвижимого имущества, а устранение последствий допущенного нарушения должно быть соразмерно самому нарушению, не должно создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков.

В связи с этим следует иметь в виду, что необходимость сноса самовольной постройки обусловливается не только несоблюдением требований о получении разрешения на строительство, но и обстоятельствами, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки вследствие ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц.

В пункте 8 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16 ноября 2022 г., также разъяснено, что снос недвижимого имущества является крайней мерой, когда устранение последствий нарушения невозможно иным способом, сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы граждан и юридических лиц, создает угрозу жизни и здоровью граждан и эти нарушения являются неустранимыми.

Поскольку устранение последствий нарушения должно соответствовать самому нарушению и не приводить к причинению несоразмерных убытков, снос объекта самовольного строительства является крайней мерой ответственности, то отсутствие разрешения на строительство как единственное основание для сноса не может бесспорно свидетельствовать о невозможности сохранения постройки.

Для определения последствий возведения самовольной постройки юридически значимым обстоятельством является установление факта неустранимости допущенных при ее возведении нарушений либо возможности приведения постройки в соответствие с установленными требованиями.

В силу ч. 3 ст. 17, ч. 1, 2 ст. 19, ч. 1, 3 ст. 55 Конституции РФ защита вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота. То есть избранный истцом способ защиты должен соответствовать характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов, и привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

Судом установлено, и это следует из материалов дела, что ФИО1 на праве собственности принадлежал земельный участок обшей площадью 886 кв.м с кадастровым номером 68:29:0212001:652, вид разрешенного использования - «для размещения индивидуальной жилой застройки». На данном земельном участке располагался жилой дом с кадастровым номером 68:29:0206001:280, принадлежащий ФИО1

17 мая 2021 г. приказом Управления градостроительства и архитектуры Тамбовской области ФИО1 было выдано разрешение на использование для земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:652 площадью 886 кв.м разрешенного вида - магазины.

С этой целью - для земельного участка была подготовлена схема планировочной организации, где цифрой 1 обозначен жилой дом, который предполагался переносу; под цифрой 2 - территория под строительство двухэтажного магазина, с учетом строительных норм и правил; под цифрой 4 отмечено место для организации парковки.

В дальнейшем, как следует из выписки из ЕГРН, из земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:652 площадью 886 кв.м были образованы два земельных участка - с кадастровыми номерами 68:29:0212001:3123 и 68:29:0212001:3124.

Земельный участок с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 образовался 26 ноября 2021 г. и имеет площадь 515 кв.м, вид разрешенного использования – магазины, и он находится в собственности ФИО1

4 апреля 2024 г. ФИО1 обращалась в администрацию города Тамбова с заявлением о выдаче градостроительного плана земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 с указанием цели использования - под строительство магазина.

Экспертом установлено (стр. 4), что жилой двухэтажный дом с кадастровым номером 68:29:0206001:280 площадью 196,5 кв.м, ранее расположенный на земельном участке кадастровым номером 68:29:0212001:652, - перенесён и впоследствии сблокирован с магазином.

19 апреля 2024 г. с общедоступной территории - улицы Селезневской города Тамбова, консультант отдела государственного надзора управления градостроительства строительного надзора Тамбовской области провела обследование и установила, что на территории земельного участка с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 возведен трехэтажный объект капитального строительства с облицовкой сэндвич-панелями, имеющий прочную связь с землей (т. 1 л.д. 10-11).

В материалах дела имеется технический план здания от 21 октября 2024 г., подтверждающий существование вышеназванного объекта недвижимости и, соответственно, его возведение на земельном участке, принадлежащем ФИО1

Судом установлено, и не оспаривалось ФИО1, что она не обращалась в Министерство градостроительства и архитектуры Тамбовской области с заявлением о выдаче разрешения на строительство. Соответственно, такое разрешение ей не выдавалось.

Обратившись в суд с иском о сносе возведенного здания, Администрация города Тамбова ссылается на многочисленные нарушения, допущенные при строительстве. В свою очередь, ФИО1 просит во встречном иске сохранить возведенную постройку в существующих параметрах и признать за ней право собственности на неё.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В данном случае, учитывая характер и особенности спора, для его разрешения требовалось получение в области строительства специальных познаний о соответствии спорной постройки установленным нормам и правилам, от чего зависело разрешение первоначальных и встречных требований.

Определением Октябрьского районного суда города Тамбова от 21 ноября 2024 г. по делу была назначена строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста. На разрешение эксперта были поставлены вопросы:

Соответствует ли строительным, градостроительным, противопожарным и санитарным нормам и правилам (с учетом возможных допустимых отклонений в соответствии с частью 1.1. статьи 40 ГрК РФ) капитальное строение площадью 503,7 кв.м, возведенное на земельном участке с кадастровым номером 68:29:0212001:3124, расположенном по адресу: <...>; если не соответствует, то возможно ли приведение его в соответствие и в результате каких мероприятий? 2

Возможна ли безопасная эксплуатация указанного здания, не создает ли его сохранение угрозу жизни и здоровью граждан?

По результатам проведенной экспертизы эксперт составил заключение № 03130/6-2-24 от 9 апреля 2025 г., и указал, что: разрешение вопроса об отсутствии отступа от смежного участка оставил на усмотрение суда; для устранения выявленных отступлений от строительно-технических норм необходимо перераспределить земельный участок таким образом, чтобы был соблюден отступ 3 метра от границы (согласно схеме, в исследовании); для приведения капитального строения в соответствие нормативным требованиям необходимо выполнить следующие мероприятия: в проеме кирпичной стены - устроить противопожарную дверь согласно СП 4.13130.2013; увеличить высоту противопожарной стены таким образом, чтобы ее высота была на 60 см выше сблокированного жилого дома; выполнить эвакуационный выход со второго этажа здания; устроить на кровле строения снегозадерживающие устройства; обустроить на объекте исследования автоматическую установку пожарной сигнализации;

В процессе рассмотрения дела представитель ФИО1 по доверенности ФИО2 представил техническое заключение ООО «Экспертное бюро № 1», подтверждая устранение недостатков, выявленных судебным экспертом.

Администрация города Тамбова не согласилась с выводами, изложенными в заключении судебной экспертизы, в связи с чем – по ходатайству представителя по делу была назначена повторная строительно-техническая экспертизы, проведение которой было поручено ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы с постановкой тех же вопросов.

По результатам повторной строительно-технической экспертизы эксперт ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы составил заключение № 3899/6-2-25 от 25 ноября 2025 г., в котором, отвечая на первый вопрос суда, пришел к следующим выводам:

1). Исследуемое нежилое здание площадью 503,7кв.м, расположенное по адресу <...>, по параметрам, регламентируемым Правилами землепользования и застройки г. Тамбова:

- по фактической высоте - соответствует параметрам Правил землепользования и застройки (далее – ПЗЗ), по фактическому проценту застройки - соответствует параметрам ПЗЗ, по количеству этажей - соответствует параметрам ПЗЗ, по фактическим отступам от границ земельного участка - частично не соответствует параметрам ПЗЗ, так как контур исследуемого здания по северо-западным углам, на расстояниях 1,82м и 2,01 м располагается без отступа от границ земельного участка, по остальным границам отступ соответствует нормативным требованиям (сведения по красным линиям в материалах дела отсутствуют). При этом стоит отметить, что отступ от границ земельного участка, при размещении на нем здания предусматривается в градостроительных целях для соблюдения санитарных параметров (просматриваемость из окна в окно, инсоляция, освещенность), противопожарных параметров (противопожарные разрывы), а в связи с тем, что данные параметры не нарушается и смежный земельный участок № 170А принадлежит тому же собственнику, то возможно, как изменение, так и сохранение данных отступов;

- сравнение по параметрам предельной площади земельного участка, в рамках данной экспертизы не производится, т.к. объектом исследования является здание площадью 503,7 кв.м, а не земельный участок, по которому вопрос не ставился;

- зона размещения объекта исследования регулируется архитектурно градостроительным обликом объектов капитального строительства, при этом установление параметров согласования по данному облику не входит в компетенцию эксперта. Цветовое решение исследуемого здания не регулируется перечнем палитры, в соответствии с пунктом 10.3. ПЗЗ;

- объект исследования, расположенный на земельном участке № 170 по ул. Мичуринская, по параметрам, регламентируемым Воздушным кодексом РФ, не нарушает требования ЗОУТ, в которых расположен.

2). Исследуемое нежилое здание площадью 503,7 кв.м, расположенное по адресу <...>, по параметрам, регламентируемым строительными нормами, согласно СП 118.13330.2022, соответствует нормам по объемно-планировочному решению.

3). По параметрам эвакуационных путей и выходов в исследуемом здании, установлено что:

- внутренняя лестница по параметрам ступеней - соответствует нормативным требованиям, при этом на данной лестнице отсутствуют ограждения (необходимо выполнить ограждения);

- внешняя эвакуационная лестница по параметрам ступеней и ширине лестницы - соответствует нормативным требованиям, при этом по высоте ограждения лестницы (составляющего 0,82м), не соответствует нормативным требованиям (регламентируемая высота - 1,2 м);

- ширина эвакуационных дверей и количество выходов соответствует нормам.

4). Исследуемое нежилое здание по параметрам противопожарных расстояний (разрывов), предъявляемых к исследуемому зданию, установлено что, наличие 1-го типа с северо-западной стороны соответствует требованиям п. 4.11 СП 4.134130.2013, при этом в данной стене на уровне 2-го этажа исследуемого здания необходимо заделать технологическое отверстие (лаз). Расположение гаража на соседнем земельном участке - № 170А, на расстоянии 3,96 м соответствует противопожарным требованиям, с учетом наличия согласия (л.д. 244, т.1), а также с учетом площади застройки в соответствии с п. 4.12 СП 4.13130.2013, включая незастроенную часть, составляющую 488 кв.м, что меньше нормативного значение по таб. 6.11 СП 2.13130.2020.

5). Исследуемое нежилое здание имеет систему пожарной сигнализации, но установление функционирования данной системы, а также ее параметров, не входит в компетенцию эксперта строителя.

6). Исследуемое нежилое здание по конструктивному исполнению кровли с системой снегозадержания соответствует требованиям СП 17.13330.2017.

7). Исследуемое нежилое здание не относится к категории объектов, для которых в соответствии с постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 25 сентября 2007 г. N 74 "О введении в действие новой редакции санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 "Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов" (зарегистрировано в Минюсте России 25 января 2008 г. N 10995), необходимо установление санитарно-защитной зоны.

8). По функциональному назначению объекта исследования, минимальных расчетных параметров по площади на машино-место, и требований по количеству парковочных мест:

в соответствии с таб. Ж.1 СП 42.13330.2016. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*" (утв. Приказом Минстроя России от 30 декабря 2016 г. N 1034/пр), для исследуемого объекта требуется 8 машино-мест. Организация парковочных мест в соответствии с нормативными требованиями возможна только на прилегающей территории к исследуемому земельному участку, в соответствии с представленным в материалах дела проектом (л.д. 82, т.1).

9). Исследуемое нежилое здание не имеет отклонений от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, подпадающих под требования п. 1.1, ст. 40 Градостроительного кодекса Российской Федерации" от 29 декабря 2004 г. N 190-ФЗ.

10). Исследуемое нежилое здание соответствует основному виду разрешенного использования земельного участка, указанному в Правилах землепользования застройки муниципального образования городского округа - город Тамбов (постановление Правительства Тамбовской области № 415 от 7 июля 2025 г.).

11). Исследуемое нежилое здание по санитарным нормам, соответствует требованиям СанПиН 2.1.3684-21 по естественному освещению, освещение обеспечивается посредством оконных проемов, в исследуемом здании не имеется вредных производств.

12). Исследуемое нежилое здание по строительной части соответствует СП 70.13330.2012. Свод правил. «Несущие и ограждающие конструкции. Актуализированная редакция СНиП 3.03.01-87» (утв. Приказом Госстроя от 25.12.2012 г. N 109/ГС), объект исследования не имеет строительных дефектов, по несущим и ограждающим конструкциям исследуемого объекта, по конструкциям стен, кровли, установлено их соответствие нормативным требованиям.

Далее эксперт констатирует, что, исходя из проведённого исследования и регламентируемых параметров, предъявляемых к исследуемому нежилому зданию, для приведения его в соответствие необходимо: выполнить ограждение внутренней лестницы, на высоту 1,2 м, а также выполнить отделку ступеней данной лестницы; увеличить высоту ограждения внешней эвакуационной лестницы до 1,2 м; в кирпичной стене на втором этаже исследуемого здания заделать технологическое отверстие - лаз, который, согласно пояснениям, был необходим для выполнения работ по увеличению высоты противопожарной стены; для увеличения размеров отступа здания от границы земельного участка, с северо-западной стороны перераспределить земельный участок с соседним земельным участком № 170 А. Выполнение указанных работ, является возможным.

Отвечая на второй вопрос, эксперт изложил в заключении следующие выводы.

По результатам обследования нежилого здания площадью 503,7 кв.м, расположенного по адресу <...>, было установлено, что конструкции данного здания а момент экспертного осмотра не имеют повреждений (прогибы, перекосы, деформации), влияющих на несущую способность конструкций, что соответствует требованиям статьи 7 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», а, следовательно, обеспечивается механическая безопасность.

Архитектурно-планировочное решение исследуемого здания соответствует требованиям статьи 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», и, следовательно, обеспечивается безопасность в строительном плане при использовании и эксплуатации объекта исследования.

Расположение данного здания в части противопожарных проездов и противопожарных расстояний (разрывов), соответствует требованиям статьи 8 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» и статьи 80 Федерального закона от 22 июля 2008 г. N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", исходя из чего отсутствует угроза жизни и здоровья граждан в противопожарном плане по противопожарным проездам и противопожарным расстояниям (разрывам).

Планировочное решение исследуемого здания по противопожарным нормам в части эвакуационных путей и выходов соответствует требованиям статьи 8 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» и статьи 80 Федерального закона от 22 июля 2008 г. N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", за исключением отсутствия и не соответствующей высоты ограждения наружной эвакуационной лестницы, - исходя из чего будет отсутствовать угроза жизни и здоровья граждан в противопожарном плане по эвакуационным путям и выходам после монтажа ограждений соответствующей высоты (1,2 м) и увеличения высоты ограждений до 1,2 м наружной эвакуационной лестницы. После устранения вышеуказанных несоответствий безопасная эксплуатация указанного здания будет возможна.

Таким образом, эксперт установил возможность устранения допущенных ответчицей нарушений и приведения спорной постройки в соответствии с установленными требованиями – посредством совершения действий, о которых указано в заключении.

Оценив заключение повторной судебной экспертизы, суд признает его соответствующим требованиям статей 79, 86 ГПК РФ, статьи 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ. Выводы эксперта являются ясными и полными, содержат подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные вопросы – со ссылкой на действующие Своды правил, методические рекомендации, Технический регламент и Правила застройки.

При этом суд учитывает, что эксперт, проводивший исследование, имеет специальное образование, соответствующую квалификацию, является штатным сотрудником государственного экспертного учреждения; при проведении экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Поэтому выводы данного эксперта суд кладёт в основу решения о возможности сохранения нежилого здания, возведенного ФИО1

Доказательств, отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ, и указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение её выводы, администрацией города Тамбова не представлено.

Исходя из дальнейшего процессуального поведения обеих сторон, суд делает вывод, что фактически они согласились с возможностью ссылки при разрешении спора на заключение повторной судебной экспертизы. Поэтому, исходя из тех замечаний, которые вызывали сомнение в объективности, суд исключает из числа доказательств выводы эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста, изложенные в первом заключении.

По результатам повторной судебной экспертизы – в подтверждение устранения недостатков, на которые было обращено внимание в заключении эксперта, представитель ФИО1 представил суду техническое заключение ООО «Экспертное бюро № 1» № 26-01-079-Э-СЭ-ЗСС от 27 января 2026 г.

В техническом заключении эксперт, проведя фактическое обследование спорного объекта, пришел к выводу о том, что для устранения несоответствия конструктивных элементов строительно-техническим нормам нежилого здания, расположенного по адресу: <...>, были осуществлены следующие мероприятия: выполнено ограждение (перила) внутренней лестницы по всему маршу с обеих сторон на 1 и 2 этажах нежилого здания выстой 1,21 м; увеличена высота ограждения внешней эвакуационной лестницы до 1,24 м вдоль всего лестничного марша; в кирпичной стене на втором этаже исследуемого здания, выполнена закладка кирпичом технологического отверстия (лаз).

Таким образом, несоответствия, которые, по мнению эксперта, влияли на возможность сохранения спорного объекта и его дальнейшую, безопасную эксплуатацию, ФИО1 устранила.

Поскольку техническое заключение составлялось с целью констатации факта устранения выявленных несоответствий и не являлось результатом экспертной оценки, с точки зрения соответствия либо несоответствия здания строительным нормам и правилам, то в совокупности с экспертным заключением суд принимает его в качестве доказательства, подтверждающего отсутствие нарушений, которые давали бы основание для сноса спорного здания, и делали невозможным его сохранение. Кроме того, заключение было составлено сотрудником, имеющим специальное образование и квалификацию, а, соответственно, позволяло определить совершение фактических действий по устранению недостатков.

Каких-либо доводов о недостоверности технического заключения, либо о несоответствии того, что в нём отражено, фактическому состоянию объекта, администрацией города не приведено, и соответствующих доказательств не представлено. Поэтому суд исходит из того, что устранение недостатков имело место быть.

Таким образом, суд установил, что спорное здание возведено на земельном участке, принадлежащем ФИО1 на праве собственности, и имеющем соответствующий вид разрешенного использования.

Те нарушения в спорном здании, которые существовали на момент обращения администрации в суд, не являются существенными, поскольку их устранение было возможно, и фактически было осуществлено – здание приведено в соответствие установленным требованиям. Поэтому суд расценивает их как несущественные.

При такой ситуации - применение последствия в виде сноса здания, имеющего единственный признак самовольного строения – отсутствие разрешения, в силу закона и вышеприведенных разъяснений - не может быть применено. Принятие решения о сносе спорной постройки создаст, по мнению суда, дисбаланс между публичным и частным интересом, и приведёт к причинению ФИО1 убытков, несоразмерных избранному администрацией города способу защиты прав.

Что касается недостаточности отступа от соседнего земельного участка, а также площади земельного участка (на что акцентировала внимание представитель администрации), то в этой части судебный эксперт, руководствуясь действующими нормами и правилами, указал, что при размещении здания отступ от границ земельного участка предусматривается в градостроительных целях - для соблюдения санитарных параметров (просматриваемость из окна в окно, инсоляция, освещенность), противопожарных параметров (противопожарных разрывов). А, поскольку смежный земельный участок – под № 170А, принадлежит тому же собственнику - ФИО1, на нем имеется незастроенная площадь – 488 кв.м, и параметры не нарушены, то отступы, которые имеют место быть, возможно сохранить. В свою очередь, отсутствие необходимой площади у участка не явилось для эксперта поводом констатировать невозможность сохранения постройки.

Несоответствие архитектурного облика спорного здания (по цветовой гамме), регулируемого требованиями, утвержденными постановлением Правительства РФ от 29 мая 2023 г. № 857, не относится к числу признаков самовольной постройки и нарушений, являющихся основанием для сноса постройки.

Этот недостаток не является тем нарушением, в отношении которого суд по собственной инициативе вправе принять решение о его устранении. Для устранения данного несоответствия администрация города вправе избрать иной способ судебной защиты.

Администрация ссылается на недостаточность площади для организации необходимого количества парковочных мест (перед входом в здание). Эксперт установил это несоответствие, которое необходимо соблюдать, исходя из функционального назначения объекта исследования. Вместе с тем, он указал, что организация парковочных мест возможна за счет использования территории, прилегающей к земельному участку истца (сослался на схему – т. 1 л.д. 82).

Из фотографий, а также схем, отраженных в заключении эксперта, видно, что перед зданием в сторону улицы Селезневской имеется определенный участок земли, принадлежащей ответчице, и его площадь (согласно замерам, произведенным экспертом) позволяет, не затрагивая земли муниципального образования, разместить несколько легковых автомобилей. Остальная часть земли (до асфальтированной дороги) является муниципальной, и, соответственно, может быть предоставлена истцу на иных

условиях.

При этом суд отмечает, что при отсутствии дорожных знаков, запрещающих остановку/стоянку вдоль дороги в районе расположения здания (доказательств обратного администрацией не представлено, учитывая, что представитель ФИО1 этот довод озвучивал), указанный недостаток может быть восполнен иными способами. И в целом – он не относится к числу нарушений, являющихся основанием для сноса постройки либо отказа в её сохранении.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе Администрации города Тамбова в удовлетворении исковых требований о сносе постройки, возведенной ФИО1

Принимая решение об отказе в сносе спорного строения, суд также исходит из следующего.

В силу части 1 статьи 3 и статьи 4 ГПК РФ - обязательным условием для реализации гражданином права на судебную защиту является наличие нарушения либо угрозы нарушения прав, свобод или законных интересов лица, обращающегося в суд, либо если право на обращение в суд в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица предусмотрено ГПК РФ и другими федеральными законами.

Защита гражданских прав осуществляется способами, прямо перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе – путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих прав или создающих угрозу его нарушения; присуждения к исполнению обязанности в натуре.

Под способами защиты гражданских прав понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав.

В силу статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, то есть он осуществляет выбор способа защиты нарушенного права. Вместе с тем, одним из условий предоставления судебной защиты является установление наличия у истца, принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса для обращения в суд.

В пункте 11 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16 ноября 2022 г., разъяснено, что при рассмотрении спора о сносе объекта требуется установить наличие у истца не только процессуального права на предъявление иска, но и материально-правового интереса в сносе самовольной постройки, выраженного в том, что требуемый снос приведет к восстановлению нарушенного права.

Из положений пункта 1 статьи 222 ГК РФ следует, что к признанию постройки самовольной приводит либо частноправовое нарушение (строительство на земельном участке в отсутствие соответствующего гражданского права на землю), либо публично-правовые нарушения: формальное (отсутствие необходимых разрешений) или содержательное (нарушение градостроительных и строительных норм и правил).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении N 10/22, с иском о сносе самовольной постройки вправе обратиться собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки. С иском о сносе самовольной постройки в публичных интересах вправе обратиться прокурор, а также уполномоченные органы в соответствии с федеральным законом.

Таким образом, лицо, обращающееся в суд с иском о сносе самовольной постройки, должно обладать определенным материально-правовым интересом либо в защите принадлежащего ему гражданского права, либо, в соответствии с установленной компетенцией, в защите публичного порядка строительства, прав и охраняемых законом интересов других лиц, жизни и здоровья граждан.

Администрация города является публично-правовым образованием, поэтому подразумевается, что её действия как истца должны быть направлены на обеспечение публичного интереса, связанного с защитой прав и интересов неопределенного круга лиц, жизни и здоровья граждан, охраной окружающей среды.

Исходя из указанного, при применении положений статьи 222 ГК РФ и решении вопроса о судьбе спорного объекта следует не только установить наличие у администрации как органа, наделенного полномочиями в сфере осуществления контроля за соблюдением градостроительного законодательства, права на иск в силу формального нарушения (отсутствия разрешения на строительство), но и учесть публичный интерес.

В связи с этим – необходимо установить, на защиту какого права направлено предъявление администрацией иска о сносе самовольной постройки: если публичного, то нарушает ли строительство спорного объекта в таком случае интересы неопределенного круга лиц; если частного, то в чем заключается нарушение гражданских прав, принадлежащих непосредственно муниципальному образованию. Кроме того, необходимо установить, каким образом снос спорного объекта недвижимости может привести к восстановлению нарушенного права, и какой интерес публично-правового образования будет защищен в результате его сноса?

В данном случае – администрация города Тамбова не привела суду доводов, свидетельствующих о нарушении возведённой постройкой прав неопределенного круга лиц, а, значит, снос постройки, возведенной ФИО1, не приведёт к защите какого-либо публичного интереса.

Довод о недостаточности площади земельного участка для создания необходимого количества парковочных мест (перед входом в здание) не является тем публичным интересом, для защиты которого может быть применена крайняя мера в виде сноса. При том, что этот недостаток может быть устранён действиями самой же администрации – если она предоставит ФИО1 на договорных отношениях часть земли, которая к моменту рассмотрения никем не использовалась, и не является частью дорожного полотна.

Все остальные нарушения (находившиеся внутри здания), которые затрагивали бы интересы граждан, ФИО1 в ходе судебного разбирательства устранила. Тогда как устранимые недостатки не могут квалифицироваться, как существенные, и, соответственно, учитываться при применении муниципальным образованием такого способа защиты, как снос

постройки.

Кроме того, администрация не привела суду доводов (и не представила соответствующих доказательств) в подтверждение того, что возведенной постройкой были нарушены гражданские права, принадлежащие непосредственно муниципальному образованию, и того, что удовлетворением иска о сносе будет восстановлен частный интерес муниципального образования.

Изложенные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа администрации города Тамбова в удовлетворении ей исковых требований.

Пунктом 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на самовольную постройку может быть признано судом за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 29 января 2015 г. № 101-О и от 27 сентября 2016 г. указал, что пункт 3 статьи 222 ГК РФ направлен на защиту прав граждан, а также на обеспечение баланса публичных и частных интересов и тем самым на реализацию статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Следовательно, право собственности на самовольное строение, возведенное гражданином без необходимых разрешений на земельном участке, принадлежащем на праве собственности, может быть признано судом, если строение создано без существенных нарушений градостроительных и строительных норм и правил и, если сохранение этого строения не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

В абзаце третьем пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. N 44 также разъяснено, что, с учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении (создании) постройки незначительное нарушение градостроительных и строительных норм и правил, не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом, несущественным и не препятствующим возможности сохранения постройки.

Гражданское законодательство связывает признание права собственности на самовольную постройку не с формальным соблюдением получений соответствующих разрешений, а с установлением обстоятельств, которые могли бы препятствовать использованию такой постройки. Следовательно, по смыслу статьи 222 ГК РФ и вышеприведенных разъяснений, отклонение от определенных параметров - при отсутствии доказательств невозможности дальнейшего сохранения и очевидных признаков явного и намеренно недобросовестного поведения застройщика не могут служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на завершенный строительством объект недвижимого имущества (Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 июня 2022 г. N 308-ЭС21-29061).

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. N 44 разъяснено, что, если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению, если единственным признаком самовольной постройки является отсутствие необходимых в силу закона согласований, разрешений, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, принимало надлежащие меры. При установлении факта недобросовестного поведения застройщика, создавшего самовольную постройку (например, в случае, если такое лицо обращалось за выдачей разрешения на строительство лишь для вида, действуя в обход закона), суд вправе отказать в признании права собственности на самовольную постройку (статья 10 ГК РФ).

В связи с изложенным, разрешая вопрос о возможности сохранения возведенной постройки и признания за истцом права собственности на неё, суд исходит из того, что нарушения в самой постройке, которые установил эксперт, и которые могли повлиять на вывод о невозможности сохранения постройки и её дальнейшей эксплуатации, являются несущественными, поскольку все они являются устранимыми, и фактически были устранены.

А несоответствия, которые имеют место быть, не являются теми нарушениями градостроительных и строительных норм и правил, которые создают угрозу жизни и здоровью граждан.

Доказательств того, что сохранение спорного жилого дома может повлечь угрозу жизни или здоровью неопределенному кругу лиц, администрацией не представлено. Напротив, заключение эксперта с выводом о возможности сохранения здания (при условии устранения указанных нарушений, и которые в последующем были устранены) позволяет прийти к выводу о том, что техническое состояние его конструкций и элементов не представляет такой угрозы.

Кроме того, установленные нарушения не препятствуют дальнейшему использованию возведённого здания, а несоответствий, которые нарушали бы права третьих лиц (в частности, ФИО6 – собственника соседнего участка, а также неопределенного круга лиц), судом не установлено. Поэтому их наличие на момент рассмотрения дела не является препятствием к сохранению спорной постройки.

Помимо этого, установлено (и это подтверждается документами, представленными в последнее судебное заседание), что ФИО1 принимала меры к легализации нежилого здания, обращаясь в администрацию за оказанием муниципальной услуги "Выдача градостроительного плана». И эти меры принимались не по окончании строительства.

При наличии единственного признака – отсутствие разрешения на строительство - довод о недобросовестном поведении ФИО1, которое администрация ассоциирует с продолжением строительства в обход установленной процедуры и неполучением разрешения на строительство, сам по себе не является основанием для отказа в защите её прав.

Доказательств того, что ФИО1 обращалась в муниципальный орган лишь для вида и одновременно с этим действовала в обход закона, суду не представлено.

Таким образом, суд не усматривает очевидных признаков явного и намеренно недобросовестного поведения ФИО1, являющихся поводом к отказу ей в защите прав в судебном порядке (в силу статьи 10 ГК РФ).

Не может расцениваться как недобросовестное поведение и устранение ФИО1 имеющихся недостатков после принятия судом обеспечительных мер, поскольку для отказа в иске по причине недобросовестного поведения имеет значение поведение застройщика на досудебной стадии – когда требовалось получение разрешения на строительство. Кроме того, это не влияет на существо в части существенности нарушений. Нарушение установленного запрета на продолжение строительства влечёт иные правовые последствия, в том числе – наложение штрафа.

Кроме того, отказ по основанию злоупотребления является правом суда (исходя из содержания вышеприведенных разъяснений), а при недоказанности иных обстоятельств, имеющих значение для такого спора, может быть расценён, как формальный подход при его разрешении.

Таким образом, в связи с установлением возможности сохранения постройки, возведенной ФИО1, её исковые требования о признании права собственности на неё подлежат удовлетворению.

В материалах дела имеется заявление директора ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы о возмещении расходов за производство экспертизы в размере 166 315 рублей.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу части 4 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязательным условием заявления ходатайства о назначении судебной экспертизы является внесение денежных средств на счет, указанный в статье 96 Кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта, за счет средств, внесенных на счет, указанный в части первой статьи 96 настоящего Кодекса.

Ходатайствуя о назначении повторной экспертизы, представитель администрации представила гарантийное письмо директора экспертного учреждения, в котором он выражал согласие на проведение экспертизы без предварительного внесения на депозит денежных средств – с оплатой после вынесения судебного решения. Поэтому суд не возлагал на администрацию обязанность по внесению денежных средств на депозит УСД.

Поскольку эксперт ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы провел порученную ему экспертизу, в подтверждение чего представил соответствующее заключение, и экспертное заключение принимается судом в качестве доказательства необоснованности требования администрации города Тамбова и, соответственно, положено в основу решения об отказе в иске о сносе самовольного строения, то суд приходит к выводу о взыскании расходов на проведение экспертизы с администрации города Тамбова – как с проигравшей стороны.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 - удовлетворить.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС №), право собственности на нежилое здание с кадастровым номером 68:29:0212001:3124 площадью 503,7 кв.м, расположенное на земельном участке по адресу: <...>, с сохранением его в состоянии, установленном в заключении ФБУ Воронежский РЦСЭ № 3899/6-2-25 от 25 ноября 2025 г., с учетом последующих изменений, описанных в техническом заключении ООО «Экспертное бюро № 1» № 26-01-079-Э-СЭ-ЗСС от 27 января 2026 г.

В удовлетворении встречных исковых требований о сносе самовольной постройки Администрации города Тамбова – отказать.

Взыскать с муниципального образования – город Тамбов в лице администрации города Тамбова за счет средств казны муниципального образования в пользу Федерального бюджетного учреждения Воронежский региональный центр судебной экспертизы (ИНН <***>, ОГРН <***>; КПП 366401001, ОКВЭД 71.20.2; ОКТМО 20701000; получатель платежа - УФК по Воронежской области (ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России л/с 20316X35130; р/с <***>; к/с 40102810945370000023; БИК 012007084; КБК 00000000000000000130; Банк - ОКЦ № 2 ГУ Банка России по ЦФО//УФК по Воронежской области г. Воронеж) расходы за производство судебной экспертизы в размере 166 315 (со шестьдесят шесть тысяч триста пятнадцать) рублей

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд города Тамбова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 2 марта 2026 г.

Судья подпись Е.Ю. Нишукова