Решение № 2-777/2018 2-777/2018~М-212/2018 М-212/2018 от 10 мая 2018 г. по делу № 2-777/2018

Дело № 2-777/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 мая 2018 года город Севастополь

Балаклавский районный суд города Севастополя в составе председательствующего судьи Анашкиной И.А., при секретаре Ткач А.Р., с участием представителей истца ФИО, ФИО, ответчика ФИО, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО к ФИО, ФИО о признании договора дарения притворной сделкой, прекращении право собственности ответчика на долю в праве собственности на жилой дом, признании права преимущественной покупки доли в праве собственности на объект недвижимого имущества, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

1 марта 2018 года истец обратилась в суд с указанным исковым заявлением и, уточнив исковые требования, просит:

- признать договор дарения ? доли в праве собственности на жилой <адрес> города Севастополя, заключенный 19 октября 2013 года, между ФИО и ФИО, притворной сделкой;

- прекратить право собственности ФИО на ? долю в праве собственности на жилой <адрес> города Севастополя;

- признать за ФИО право преимущественной покупки ? доли в праве собственности на жилой <адрес> города Севастополя;

- взыскать солидарно с ФИО и ФИО в ее пользу в счет компенсации морального вреда <данные изъяты>.

Иск обоснован тем, что заключенный между ФИО и ФИО договор дарения доли вправе собственности на спорный жилой дом, является притворной сделкой, поскольку в действительности стороны договора его заключением прикрыли иную сделку - договор купли–продажи доли в паве собственности на жилой дом, следовательно, договор дарения является недействительным в силу его ничтожности. Указывая, что поскольку при продаже доли в праве собственности, правом преимущественной покупки обладают иные сособственники, истец просит признать за ней право преимущественной покупки спорной доли в праве собственности на жилой дом, при этом, прекратив право ответчика ФИО на указанную долю в праве собственности. Кроме того, истец просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, поскольку их действиями ей причинены нравственные страдания. Относительно пропуска срока исковой давности истец указывает, что о заключенном между сторонами договоре дарения, а, соответственно, и о своем нарушенном праве ей стало известно только в декабре 2017 года.

Истец указывает, что стороной договора дарения не является, однако ее право на обращение с иском о признании договора недействительным обусловлено тем, что она как сособственник спорного жилого дома обладает правом преимущественной покупки доли, то есть в ее интересах доказать факт притворности сделки.

В судебном заседании представители истца наставали на удовлетворении иска по основаниям, в нем изложенным. Пояснив, что договор дарения является притворной сделкой, в действительности прикрывающей заключенный между его сторонами договор купли–продажи. Поскольку спорный жилой дом до момента заключения договора дарения находился в общей долевой собственности истца и ответчика ФИО, именно истец обладает правом преимущественной покупки доли ответчика в праве собственности.

Ответчик ФИО в судебном заседании против удовлетворения иска возражал как по существу, так и в связи с пропуском истцом срока исковой давности. В обоснование возражений пояснил, что заключенным между ним и ФИО договор является именно договором дарения, то есть доля в праве собственности на жилой дом была ему передана ФИО безвозмездно, денежные средства он ФИО в счет стоимости спорной доли в праве собственности на дом не передавал, что в полной мере свидетельствует об отсутствии оснований полагать, что договор дарения является притворной сделкой.

Ответчик ФИО в судебное заседание не прибыл, уведомлен надлежаще, ранее в судебном заседании просил в удовлетворении иска отказать, в том числе в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Выслушав пояснения представителей истца, ответчика ФИО, исследовав представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению на предмет относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в совокупности, суд не нашел оснований для удовлетворения иска.

Судом установлено, что первоначально право собственности на жилой <адрес> города Севастополя возникло у ФИО на основании договора купли–продажи от 31 января 1989 года.

Поскольку право собственности на жилой дом возникло у ФИО в период нахождения в зарегистрированном браке с истцом ФИО, в силу ранее действовавшего семейного законодательства жилой дом являлся их общей совместной собственностью.

Право общей долевой собственности ФИО и ФИО возникло в результате реализации наследственных прав после смерти ФИО

В частности, у истца ФИО возникло право на ? доли в праве собственности на дом, а именно ? доля приобретена ею в результате определения доли в общем имуществе супругов (свидетельство о праве собственности, выданное 26 февраля 2010 года государственным нотариусом Пятой Севастопольской государственной нотариальной конторы ФИО), право на ? долю возникло в порядке наследования после смерти супруга (свидетельство о праве на наследство по закону, выданное 26 февраля 2010 года государственным нотариусом Пятой Севастопольской государственной нотариальной конторы ФИО).

У ответчика ФИО право на ? долю в праве собственности на спорный жилой дом возникло также на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 26 февраля 2010 года государственным нотариусом Пятой Севастопольской государственной нотариальной конторы ФИО).

Право собственности ФИО и ФИО на принадлежащие им доли в праве собственности было зарегистрировано в соответствии с ранее действовавшим законодательством.

Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предусмотрено законом (часть 1 статьи 1206 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 23 Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 г. N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным конституционным законом.

В силу пункта 1 части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Поскольку спорные правоотношения, связанные с заключением договора дарения спорной доли в праве собственности на жилой дом, возникли до 18 марта 2014 года, к ним подлежат применению положения ранее действовавшего Гражданского кодекса Украины и иных действовавших нормативно – правовых актов.

В соответствии со статьей 11 Гражданского кодекса Украины (далее также ГК Украины) одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является договор и иные сделки, предусмотренные законом, а также хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему.

Согласно части 1 статьи 202 ГК Украины сделкой является действие лица, направленное на приобретение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По договору дарения одна сторона (даритель) передает или обязуется передать в будущем второй стороне (одаряемому) безвозмездно имущество (дар) в собственность (статья 717 ГК Украины).

В силу части 2 статьи 717 ГК Украины договор, устанавливающий обязанность одаряемого совершить в пользу дарителя любое действие имущественного или неимущественного характера, не является договором дарения.

Следовательно, учитывая вышеизложенное, юридическим последствием договора дарения является безвозмездное прекращение права дарителя в отношении имущества, являющегося предметом договора дарения, в пользу одаряемого.

Статьей 655 ГК Украины предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) передает или обязуется передать имущество (товар) в собственность второй стороне (покупателю), а покупатель принимает или обязуется принять имущество (товар) и уплатить за него определенную денежную сумму.

Предметом договора купли-продажи может быть товар, который есть у продавца на момент заключения договора или будет создан (приобретен, получен) продавцом в будущем (часть 1 статьи 656 ГК Украины).

7 декабря 2013 года между ФИО и ФИО заключен и нотариально удостоверен договор дарения ? доли в праве собственности на жилой <адрес> города Севастополя.

На основании указанного договора ФИО совершил безвозмездное отчуждение принадлежащей ему ? доли в праве собственности на жилой дом ФИО

Право собственности ФИО зарегистрировано в соответствии с действовавшим законодательством.

Доказательств передачи имущества по договору за плату суду не представлено.

Обосновывая исковые требования, ФИО указывает, что заключенный между ответчиками договор дарения является притворной сделкой, поскольку в действительности его заключением стороны сделки прикрыли договор купли–продажи, то есть возмездное отчуждение доли в праве собственности, следовательно, указанный договор подлежит признанию недействительным в виду его ничтожности.

Согласно части 1 статьи 235 ГК Украины притворной является сделка, совершенная сторонами для прикрытия другой сделки, которую они действительно совершили.

Если будет установлено, что сделка была совершена сторонами для прикрытия другой сделки, отношения сторон регулируются правилами по сделке, которую стороны действительно совершили (часть 2 статьи 235 ГК Украины).

В силу положений статьи 236 ГК Украины ничтожная сделка или сделка, признанная судом недействительной, является недействительной с момента ее совершения.

Аналогичные положения закреплены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В частности согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки; намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Сделка может быть признана ничтожной по основаниям притворности, только в случае наличия умысла всех сторон сделки прикрыть ее заключением иную сделку, следовательно, для признания сделки притворной необходимо установить действительное волеизъявление сторон оспариваемого договора.

Вместе с тем, доказательств притворности сделки, суду в нарушение установленного процессуального принципа распределения между сторонами бремени доказывания, стороной истца, оспаривающей сделку, не представлено.

Суд исходит из презумпции действительности сделки, пока с достоверностью не доказано иное.

Согласно положениям статей 55, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При этом о действительном волеизъявлении сторон договора на заключение именно договора дарения может свидетельствовать его нотариальное удостоверение, имеющаяся в материалах дела расписка дарителя, согласно которой он понимает и осознает правовые последствия договора дарения, а также то обстоятельство, что непосредственно сторонами договора его действительность не оспаривается.

Доказательств возмездности сделки суду не представлено.

Кроме того, в силу п. 3 ст. 250 ГК РФ при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п.3 ст. 166 ГК РФ).

В свете приведенных норм истец должна доказать, что имеет охраняемый законом интерес, а именно доказать намерение и возможность выкупить принадлежащую ответчику долю. Тогда как таковых суду не представлено. Следовательно, истец не доказала, что заключенная ответчиками сделка нарушает её права и законные интересы.

Учитывая, что стороной истца в ходе рассмотрения спора по существу не представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности договора дарения, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о признании договора дарения недействительным, а равно для удовлетворения всех иных, заявленных истцом требований.

Относительно заявления ответчиков о применении срока исковой давности, пропуск которого в силу закона является самостоятельным основанием для отказа в иске, суд приходит к выводу о нижеследующем.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Аналогичные положения содержатся в статье 256 ГК Украины, действовавшего на территории города Севастополя в момент возникновения спорных правоотношений, в частности, исковая давность — это срок, в пределах которого лицо может обратиться в суд с требованием о защите своего гражданского права или интереса.

Общая исковая давность устанавливается продолжительностью в три года (статья 257 ГК Украины).

В соответствии с частью 1 статьи 261 ГК Украины течение исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или могло узнать о нарушении своего права или о лице, которое его нарушило.

На основании ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности", если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела, поскольку, в соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно части 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно доводам иска о заключении оспариваемого договора дарения истцу стало известно только 20 декабря 2017 года из постановления оперуполномоченного ОУР ОМВД России по <адрес> от указанного числа, при этом материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что непосредственно истцу стало известно о заключении оспариваемого договора дарения ранее, материалы дела не содержат, таковых суду не представлено, следовательно, можно прийти к выводу о том, что на момент обращения с иском в суд, истцом срок исковой давности не пропущен.

Ввиду отказа в удовлетворении исковых требований в силу положений ст. 98 ГПК РФ судебные расходы истца не подлежат возмещению за счет ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО к ФИО, ФИО о признании договора дарения притворной сделкой, прекращении право собственности ответчика на долю в праве собственности на жилой дом, признании права преимущественной покупки доли в праве собственности на объект недвижимого имущества, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в апелляционном прядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Балаклавский районный суд города Севастополя.

Судья И.А. Анашкина

Решение принято в окончательной форме «16» мая 2018 года.