Апелляционное определение № 33-172/2026 33-2639/2025 от 8 февраля 2026 г.

Судья Смолин А.Н. Дело № 33-172/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«09» февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего судьи Ивановой О.А.,

судей Зиновьевой Г.Н., Королевой Ю.П.,

при секретарях Агафоновой М.Н., Васильевой А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-30/2025 (УИД 44RS0013-01-2024-000185-17) по апелляционному представлению Костромского межрайонного природоохранного прокурора на решение Красносельского районного суда Костромской области от 01 октября 2025 года по иску Костромского межрайонного природоохранного прокурора в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации к ФИО2 о признании отсутствующим право собственности на земельный участок, исключении сведений из ЕГРН о земельном участке.

Заслушав доклад судьи Ивановой О.А., объяснения представителя истца Костромского межрайонного природоохранного прокурора Комарова Д.О., поддержавшего доводы апелляционного представления, представителя ФИО2 ФИО3, полагавшего, что решение суда является законным и обоснованным, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Костромской природоохранный прокурор в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании отсутствующим зарегистрированное право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный в <адрес>, в связи с его наложением на береговую полосу Горьковского водохранилища; признать недействительными результаты межевания, полученные при образовании земельного участка с кадастровым номером №, расположенного в <адрес>, в связи с его наложением на береговую полосу Горьковского водохранилища.

Требования мотивированы тем, что Костромской межрайонной природоохранной прокуратурой проведена проверка законности владения и распоряжения земельным участком с кадастровым номером №, расположенным в береговой полосе Горьковского водохранилища в <адрес> Согласно выписке из ЕГРН собственником земельного участка является ФИО2 В ходе проверки прокуратурой проведено обследование береговой полосы и водоохранной зоны Горьковского водохранилища (р. Волга), инженером-геодезистом МКУ г. Костромы «Центр градостроительства» проведена горизонтальная геодезическая съемка земельного участка с кадастровым номером №, расположенного в береговой полосе водного объекта. В соответствии со схемой МКУ г. Костромы «Центр градостроительства» земельный участок, принадлежащий на праве собственности ФИО2, полностью расположен в береговой полосе Горьковского водохранилища. Водным и земельным законодательством предусмотрен прямой запрет на передачу земельного участка в собственность, если он охватывает границы береговой полосы. Межевание земельного участка проведено также с нарушением действующего законодательства, поэтому межевой план является недействительным. Изложенное нарушает права неопределенного круга лиц на пользование береговой полосой водного объекта.

К участию в деле в качестве соответчика было привлечено ООО «Кадастровые инженеры».

В ходе рассмотрения дела Костромской межрайонный природоохранный прокурор в соответствии со ст.ст.39,45 ГПК РФ неоднократно уточнял исковые требования, окончательно предъявив требования к единственному ответчику ФИО2 сформулировал их следующим образом: просил признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, вошедший в границы береговой полосы Горьковского водохранилища, расположенный в <адрес>. При этом не поддержал требование о признании недействительными результатов межевания и образования земельного участка с кадастровым номером №, вошедшего в границы береговой полосы Горьковского водохранилища. ООО «Кадастровые инженеры» из соответчика переведено в третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора.

Судом в соответствии со ст. 43 ГПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: кадастровый инженер ФИО4, Верхне-Волжское бассейновое водное управление (г. Нижний Новгород), администрация Боровиковского сельского поселения Красносельского муниципального района Костромской области, ОСП по Красносельскому и Давыдовскому округам г. Костромы УФССП России по Костромской области.

Решением Красносельского районного суда Костромской области от 01 октября 2025 года исковые требования Костромского межрайонного природоохранного прокурора оставлены без удовлетворения.

В апелляционном представлении Костромской межрайонный природоохранный прокурор просит отменить решение суда. Указывает, что выводы суда касательно права собственности на береговую полосу р. Волга не соответствуют обстоятельствам дела. Вывод суда о том, что на момент первоначального формирования и предоставления земельного участка в 1992 году запрет на приватизацию береговой полосы отсутствовал, основан на ошибочном толковании законодательства РСФСР. При этом суд ошибочно полагает, что действовавший на момент предоставления первому владельцу ФИО1 указанного земельного участка в 1994 году Водный кодекс РСФСР не устанавливал прибрежную защитную полосу и ширину береговой полосы р. Волга.

Так, из материалов дела следует, что земельный участок ФИО2 был образован из земельного участка, принадлежащего ФИО1, которому на основании постановления главы администрации Боровиковского сельского поселения Красносельского района от 11 июня 1992 года № были выданы свидетельства о праве собственности на трехконтурный земельный участок площадью 1400 кв.м., состоящий из земельных участков площадью 200,700 и 500 кв.м. В 1999 году земельному участку был присвоен кадастровый №. Сведений о границах земельного участка, предоставленного ФИО1, в указанном постановлении главы администрации Боровиковского сельского поселения не имеется. Сведения о предполагаемом местоположении такого земельного участка впервые стали известны в 1999 году. Таким образом, оспаривание постановления от 11 июня 1992 года № не требуется.

Указывает, что одним из основных принципов правового регулирования отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности является принцип приоритета публичных интересов. Со ссылками на статьи 1,5,6 Водного Кодекса РФ считает, что законодатель исчерпывающе определил цели и способы использования береговой полосы водного объекта общего пользования, установив для всех граждан без исключения право на ее использование только для передвижения и пребывания около водного объекта. Статьей 8 Водного Кодекса РФ установлено, что все водные объекты, за исключением прудов и обводненных карьеров, расположенных в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту РФ, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся в собственности Российской Федерации. Горьковское водохранилище (р. Волга) находится в государственной собственности и является водным объектом общего пользования. Земельный участок или его часть, находящиеся в границах береговой полосы водного объекта общего пользования, не могут находиться в частной собственности независимо от времени возникновения права. Соблюдение режима использования территории, предназначенной для общего пользования неопределенного круга лиц, несовместимо с правом частной собственности на указанные части земельных участков.

Расположение спорного земельного участка в береговой полосе Горьковского водохранилища исключает возможность использования земельного участка в соответствии с его видом разрешенного использования, поскольку такая деятельность на земельном участке не позволяет обеспечить к нему доступ неограниченного круга лиц и его использование такими лицами в соответствии с Водным Кодексом РФ.

Полагает недопустимым применение в указанном споре постановления Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 года № 3-П по делу о проверке конституционности статей 12,209 и 304 ГК РФ и ч.5 ст.1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости».

Суд первой инстанции, установив презумпцию добросовестности ответчиков, возложил на прокуратуру бремя доказывания их недобросовестности, что является ошибочным толкованием закона. В данном случае предметом спора является не добросовестность приобретения имущества у конкретного продавца, а законность самого объекта права. Береговая полоса – это объект, который не мог быть предметом сделки и не мог по закону находиться в частной собственности ни при каких обстоятельствах. Добросовестность приобретателя не может служить основанием для обхода прямого законодательного запрета. Лицо, приобретающее земельный участок в непосредственной близости от водного объекта, обязано проявить осмотрительность и проверить его границы относительно береговой полосы, достаточные сведения о которой были внесены в ЕГРН в 2014 году (для водоохранной зоны), в 2022 году (для береговой линии). Игнорирование данной информации свидетельствует об отсутствии должной осмотрительности.

Спорный земельный участок не может являться предметом гражданского оборота, поскольку не мог быть отчужден (предоставлен) третьим лицам. В данном случае имеет место порок предмета сделки. Сделка по продаже участка земель общего пользования (береговой полосы водного объекта) не может быть признана законной в силу добросовестности продавца или приобретателя, поскольку в силу закона данные природные объекты не могут быть предметом свободного гражданского оборота, так как не подлежат отчуждению. По мнению прокурора, основания для признания ответчика добросовестным приобретателем отсутствуют.

Не согласен прокурор и с доводами ответчика о пропуске срока исковой давности. Полагает, что подобный подход противоречит позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой переход права собственности сам по себе не может расцениваться как критерий, влияющий на течении срока давности. Суду следует определять момент, когда стало известно о допущенных нарушениях закона, с учетом фактических обстоятельств дела (Определения от 14.04.2025 № 913-0 и 914-0).

В то же время избранный прокурором способ защиты права путем признания его отсутствующим на часть участка, имеющую наложение на земли общего пользования, обеспечит наиболее гармоничное и правильное восстановление баланса публичных и частных интересов, так как с одной стороны позволит гарантировать соблюдение и защиту экологических прав граждан (на равный и свободный доступ к землям общего пользования), а с другой обеспечит сохранение в собственности ответчиков земельных участков для эксплуатации их жилого дома.

Требование о признании права отсутствующим в случае, когда право собственности зарегистрировано на объект, изъятый из оборота или ограниченный в обороте (как береговая полоса), является негаторным и направлено на устранение нарушения права публичной собственности и прав неопределенного круга лиц. На такие требования, в соответствии со ст. 208 ГК РФ, исковая давность не распространяется.

Нарушение, выражающееся в незаконном нахождении береговой полосы в частной собственности, носит длящийся характер, так как продолжается непрерывно. Течение срока исковой давности по длящимся правонарушениям начинается с момента их прекращения. В данном случае правонарушение не прекращалось.

Цель подачи настоящего искового заявления - восстановить правовой режим береговой полосы водного объекта общего пользования, что невозможно без исключения ее из состава земельных участков, находящихся в частной собственности.

Таким образом, полагает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы настоящего дела, судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность решения суда, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 является собственником земельного участка общей площадью 220+-5 кв.м, с кадастровым номером №, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенного по адресу: <адрес> (дата присвоения кадастрового номера 30.01.2001 года) на основании договора купли-продажи указанного земельного участка у ФИО13 от 26.12.2017 года, право собственности зарегистрировано в ЕГРН 11.01.2018 г. (т.1 л.д.9-18).

Также на основании вышеуказанного указанного договора купли-продажи истец ФИО2 вместе с земельным участком с кадастровым номером № приобрел в собственность у ФИО13 земельный участок с кадастровым номером №, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование: для личного подсобного хозяйства, площадью 700 кв.м, с находящимся на нем жилым домом общей площадью 47,2 кв.м. по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 162-163, 164).

Ранее на основании постановлений главы администрации Боровиковского сельского поселения № от 11.06.1992 года гражданину ФИО1 были выданы свидетельства о праве собственности № от 22.11.1992 г. и № от 07.10.1999 года на трехконтурный земельный участок общей площадью 1400 кв.м., состоящий из трех земельных участков площадями 200, 700 и 500 кв.м. Им было получено свидетельство о государственной регистрации права АА № от 26.11.1999 г. Земельному участку был присвоен кадастровый номер №. (т.1 л.д.47,133,134).

По заказу комитета по земельным ресурсам и землеустройству Костромской области на основании договора № от 23.03.1994 г. Костромским землеустроительным проектно-изыскательским предприятием были подготовлены материалы инвентаризации земель населенного пункта <адрес> с определением границ землепользователей, с учетом ранее выданных документов, фактических площадей и перспективной застройки населенного пункта, Определено, что территория населенного пункта находится в прибрежной зоне р. Волга и р. Малая Покша. Земельные участки, находящиеся в собственности у ФИО1 под номерами 34, 34-1 учтены как земли населенного пункта, разрешенное использование для личного подсобного хозяйства.

Постановлением главы администрации Боровиковской сельской администрации Красносельского района за № от 21.12.1994 г. материалы инвентаризации земель <адрес> утверждены, все собственники обязаны закрепить в натуре границы своих земельных участков согласно утвержденным данным инвентаризации земель (т.1 л.д. 95-109,111).

Согласно свидетельству о праве на наследство от 10.01.2001 г. после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, наследство на трехконтурный земельный участок общей площадью 1400 кв.м. и дом по указанному адресу приняла его супруга ФИО12, которой было выдано свидетельство о государственной регистрации права на них 30.01.2001 г. (т.1 л.д.43,43-оборот-44,45оборот).

Согласно уведомлению о внесении изменений в ЕГРП 09.03.2011 года были внесены изменения на принадлежащий ФИО12 земельный участок по адресу <адрес> а именно изменен кадастровый номер с № на №.

Также в материалах дела имеется кадастровый паспорт от 14.02.2011 года, из которого следует, что из земельного участка с кадастровым номером № образовано три земельных участка с кадастровыми номерами №, №, №

На основании свидетельства о праве на наследство от 21.03.2017 г. после смерти ФИО12, умершей ДД.ММ.ГГГГ г. наследство в виде земельных участков и дома, в том числе земельного участка с кадастровым номером № приняла её дочь ФИО13 (т.1 л.д.49-53).

17.04.2018 года кадастровым инженером ООО «Кадастровые инженеры» ФИО4, в связи с уточнением местоположения границы и площади земельного участка с кадастровым номером № был подготовлен межевой план, в ходе которого местоположение границ земельного участка согласовано с комитетом имущественных и земельных отношений администрации Красносельского муниципального района Костромской области. Геодезическая съемка производилась 25.01.2018 г. в системе координат МСК44.

В судебном заседании суда первой инстанции третье лицо кадастровый инженер ФИО4 указала, что данный земельный участок находился в собственности ФИО2 и числился как ранее учтенный. Площадь земельного участка в результате проведенных кадастровых работ увеличилась на 20 кв.м., и составила 220 кв.м., что не превышает 10% от его прежней декларативной площади. Межевые работы были проведены ею в строгом соответствии с действующим законодательством. Весь земельный участок на момент проведения кадастровых работ находился вне 20 метровой береговой полосы. От земельного участка до уреза воды было более 20 метров.

Сведения о границах водоохранных зон и прибрежных полос Горьковского водохранилища (р. Волга), в том числе в районе <адрес> внесены в государственный водный реестр и единый государственный реестр недвижимости в 2014 году, сведения о местоположении береговой линии (границы водного объекта) указанного водохранилища внесены в государственный водных реестр и единый государственный реестр недвижимости по Костромской области 07.02.2022 г. с реестровыми номерами – №., и внесены изменения в 2024 г.

Обращаясь в суд с настоящим иском, Костромская межрайонная природоохранная прокуратура ссылается на то, что спорный земельный участок входит в границу береговой полосы Горьковского водохранилища (р. Волга).

На основании распоряжения Правительства РФ от 31.12.2008 года № 2054-р Горьковское водохранилище входит в перечень водоемов, которые полностью расположены на территориях соответствующих субъектов Российской Федерации и использование водных ресурсов которых осуществляется для обеспечения питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения двух и более субъектов Российской Федерации.

В связи с поступившим 20.04.2023 г. обращением ФИО14, а также обращения жителей д<адрес>, поступившего в прокуратуру Костромской области 20.07.2023 г., Костромской межрайонной природоохранной прокуратурой с мая по август 2023 г. была проведена проверка по факту ограничения свободного доступа к р. Волга и ее береговой полосе в д. <адрес>, отсутствия транспортной доступности на водном транспорте в <адрес>, незаконности заключения договора водопользования с гражданином ФИО2, являющегося собственником земельного участка с кадастровым номером №.

На основании обращения Костромской межрайонной прокуратуры кадастровым инженером МКУ г. Костромы «Центр градостроительства» ФИО15 была подготовлена схема расположения земельного участка с кадастровым номером № огороженного забором, согласно которой в результате переноса установленной в 2022 г. границы береговой линии, внесенной в ЕГРН (границы водного объекта) на 20 метров указанный земельный участок оказался полностью в береговой полосе Горьковского водохранилища.

В связи с этим помощником Костромского межрайонного природоохранного прокурора ФИО16 18.05.2023 г. была подготовлена соответствующая справка с приложением фототаблицы земельного участка с кадастровым номером №, согласно которой земельный участок, расположенный в границах населенного пункта <адрес> находится в пределах 20-ти метровой береговой полосы, огорожен сплошным металлическим ограждением с трех сторон, ограничивая доступ к водному объекту. В границах земельного участка и в акватории р. Волга размешены отходы производства и потребления в виде отработанных автомобильных шин. При проведении берегоукрепительных работ применены строительные отходы в виде силикатного кирпича (т.1 л.д. 29-34, 204,112).

Допрошенная судом первой инстанции в качестве специалиста кадастровый инженер ФИО15 в суде подтвердила обстоятельства составления схемы расположения земельного участка ответчика ФИО2 с кадастровым номером №. Также указала, что она схему не подписывала и не указала дату составления, поскольку она составлялась исключительно по заказу прокуратуры для наглядности при последующем обращении в суд. При составлении схемы была получена выписка из ЕГРН в виде кадастрового плана территории. Путем камеральной обработки всех полученных ею данных и была составлена указанная схема, на которой отображены результаты геодезии, с отображением имеющихся на земельном участке заборов. Из Росреестра были получены сведения о береговой полосе, внесенные в феврале 2022 года, от которых с помощью лицензионного программного обеспечения ею и был осуществлен перенос береговой линии на 20 метров для отображения береговой полосы и ее местоположения на схеме.

На основании определения суда по настоящему делу была проведена судебная землеустроительная экспертиза от 01.05.2025 г., подготовленная экспертом ООО «Центр кадастровых услуг» ФИО21 Из заключения эксперта следует, что фактическое местоположение береговой линии (границы водного объекта) Горьковского водохранилища в районе земельного участка с кадастровым номером № д. <адрес> на момент проведения экспертного исследования не соответствует сведениям, которые о ней содержатся в ЕГРН. Фактически земельный участок огорожен за пределами юридических границ, сведения о местоположении которых содержатся в ЕГРН. Исходя из результата наложения юридических границ земельного участка на геодезическую съемку и сравнения с материалами инвентаризации можно прийти к следующим выводам. Земельный участок с указанным кадастровым номером на момент его предоставления в собственность физическим лицам, а также на момент разграничения прав в отношении земельных участков в собственность, на которые не разграничена, в том числе из документов об образовании земельного участка, его постановки на кадастровый учет, фактически: в целом находился в береговой полосе реки Волга, по координатам береговой линии, установленным в 2024 г., частично, если предполагать, что береговая линия на 1992 год проходила по существующему на момент геодезической съемки урезу воды. Юридически береговая линия, от которой на основании ст.6 ВК РФ 03.06.2006 №74-ФЗ устанавливается двадцатиметровая береговая полоса, была закоординирована в 2024 году. На момент передачи земельного участка в частную собственность в 1992 г. прибрежная полоса (ст.17 ВК РСФСР) реки Волга (Горьковского водохранилища) в границах населенного пункта <адрес> установлена не была. Таким образом, ни фактически, ни юридически на момент предоставления и разграничения на него собственности в 1992 г., постановки на кадастровый учет в 2001 г. земельный участок не был расположен в береговой полосе р. Волга (Горьковское водохранилище). Земельный участок с кадастровым номером №, частично расположен в 20 метровой береговой полосе р. Волга, являющейся подпором Горьковского водохранилища.

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований суд исходил из того, что на момент предоставления спорного земельного участка действовал Водный кодекс РСФСР от 30.06.1972, согласно которому прибрежные полосы, береговые полосы, земли водного фонда не были включены в Единый государственный водный фонд, а значит, отсутствовал запрет на их передачу в частную собственность. Суд указал, что на момент передачи спорного земельного участка в частную собственность прибрежная полоса реки Волга в границах населенного пункта <адрес> установлена не была. Спорный участок предоставлялся из состава земель населенного пункта и входил в границы д. Гомониха, то есть находился в границах населенного пункта. Также суд исходил из презумпции добросовестности ответчика, как приобретателя и собственника земельного участка.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждается, что принадлежащий ответчику ФИО2 спорный земельный участок расположен в береговой полосе Горьковского водохранилища.

Статьей 1 Водного кодекса Российской Федерации определено понятие водного объекта, как природного или искусственного водоёма, водотока либо иного объекта, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

В силу частей 1, 2, 6, 8 ст. 6 Водного кодекса Российской Федерации поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования, то есть общедоступными водными объектами, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд, если иное не предусмотрено указанным кодексом, другими федеральными законами.

Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров.

Из системного толкования приведённых положений материального закона следует, что береговая полоса является неотъемлемой частью водного объекта, связана с ним территориально и функционально, составляет с ним единое целое как природный комплекс, обеспечивая сохранность водного объекта, путем использования водоохраной зоны в особо установленном режиме.

Частью 1 ст. 8 Водного кодекса Российской Федерации установлено, что водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 данной статьи, в соответствии с которой пруд, обводненный карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся соответственно в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами.

В соответствии с пунктом 8 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации запрещается приватизация земельных участков в пределах береговой полосы, установленной в соответствии с Водным кодексом, а также земельных участков, на которых находятся пруды, обводненные карьеры, в границах территорий общего пользования.

С учётом изложенного акватория и береговая полоса указанных водных объектов находятся в собственности Российской Федерации.

Также в отношении земельного участка, расположенного вблизи с водными объектами, действуют ограничения их оборотоспособности, предусмотренные статьей 65 Водного кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2, 4, 13 статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира. В границах водоохранных зон устанавливаются прибрежные защитные полосы, на территориях которых вводятся дополнительные ограничения хозяйственной и иной деятельности.

Пунктом 15 статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации установлены запреты использования земельных участков в границах водоохранных зон. В соответствии с пунктом 17 указанной выше статьи в границах прибрежных защитных полос запрещаются: 1) распашка земель; 2) размещение отвалов размываемых грунтов; 3) выпас сельскохозяйственных животных и организация для них летних лагерей, ванн.

В нарушение установленного порядка спорный земельный участок сформирован за счёт земель береговой полосы, которая является федеральной собственностью.

Запрет на передачу в частную собственность водных объектов общего пользования и их береговых полос действовал еще до введения в действие Земельного кодекса РФ от 25.01.2001 и Водного кодекса РФ от 03.06.2006.

В силу ст. 7 Водного кодекса РФ от 16.11.1995 N 167-ФЗ (далее - ВК 1995 г.), утратившего силу в связи с введением в действие Водного кодекса РФ от 03.06.2006, поверхностные воды и земли, покрытые ими и сопряженные с ними (дно и берега водного объекта), рассматривались как единый водный объект.

Береговая полоса водного объекта именовалась как "бечевник". Согласно ст. 20 Водного кодекса РФ 1995 г, полоса суши вдоль берегов водных объектов общего пользования (бечевник) предназначалась для общего пользования. Каждый вправе (без использования транспорта) пользоваться бечевником для передвижения и пребывания у водного объекта общего пользования, в том числе рыболовства и причаливания плавательных средств. Ширина бечевника не могла превышать 20 метров.

Водным кодексом РСФСР, утвержденным Верховным Советом РСФСР 30.06.1972 (далее - ВК РСФСР 1972 г.) и действовавшим до введения в действие Водного кодекса РФ от 16.11.1995, было предусмотрено, что реки, озера, водохранилища, другие поверхностные водоемы и водные источники, воды каналов, прудов и др. составляют Единый государственной водный фонд (ст. ст. 3, 4). В соответствии с Конституцией СССР и Конституцией РСФСР вода являются государственной собственностью - общим достоянием всего советского народа. Воды состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. Действия, в прямой или скрытой форме нарушающие право государственной собственности на воду, запрещаются.

Аналогичные положения были закреплены в ст. ст. 3, 4 Основ водного законодательства СССР.

Гражданским кодексом РСФСР 1964 г. также устанавливалось, что государство является собственником всего государственного имущества; земля, ее недра, воды, леса состоят в исключительной собственности государства (ст. 95).

Одновременно с ВК РСФСР 1972 г. и Основами водного законодательства СССР в период предоставления спорного земельного участка ФИО5 действовал Земельный кодекс РСФСР, утвержденный Верховным Советом РСФСР 25.04.1991 N 1103-1 (далее ЗК РСФСР 1991 г.), устанавливающий исключительную собственность государства на землю и отнесение набережных к землям общего пользования (ст. 76). На землях общего пользования разрешалось возведение капитальных строений и сооружений в соответствии с долевым назначением этих земель, а также временных строений и сооружений облегченного типа (палатки, киоски и т.п.).

Кроме того, Земельным кодексом РСФСР 1991 г. предусматривалось, что земли, выделенные под полосы отвода (по берегам) водоемов, магистральных межхозяйственных каналов и коннекторов являются землями водного фонда (п. 1 ст. 95 ЗК РСФСР 1991 г.) и находятся в собственности РСФСР (подп. 6 п. 1 ст., 4 Ж-РСФСР 1991. г.). Порядок использования земель водного фонда определяется законодательством РСФСР и республик, входящих в состав РСФСР".

Устав внутреннего водного транспорта СССР, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 15.10.1955 N 1801 и действовавший до введения в действие Кодекса внутреннего водного транспорта от 07.03.2001 N 24-ФЗ, также регулировал вопросы бечевника - полосы земли шириной в 20 метров от уреза воды или от бровки берега (на крутых берегах) в глубь материка или острова, являющейся береговой полосой внутренних водных путей ж предоставляемой в бесплатное общее пользование (п. 20 раздела 2).

Возведение строений и сооружений в пределах береговой полосы внутренних водных путей допускалось только с разрешения соответствующих исполнительных комитетов Советов депутатов трудящихся. Это разрешение должно быть согласовано с органами, регулирующими судоходство и сплав, с другими органами в соответствии с законодательством Союза ССР и союзных республик. Организации, производящие в пределах береговой полосы разработку ископаемых, рубку леса, постройку мостов ж другие работы, должны обеспечивать сохранность расположенных на этой полосе сооружений, предназначенных для нужд судоходства и сплава и своевременно исправлять происшедшие при проведении работ повреждения этих сооружений (п. 23 раздела 2 Устава внутреннего водного транспорта Союза ССР).

Таким образом, из приведенных норм права следует, что земельные участки, занятые поверхностными водными объектами, а также их береговая полоса на момент выделения спорного земельного участка правопредшественнику ответчика в 1992 г. не могли принадлежать на праве индивидуальной собственности гражданам и подлежали использованию не иначе как в рамках, определенных законом, исходя из установленной государственной собственности на водные объекты и их береговые полосы.

Таким образом, формирование и образование спорного земельного участка из земель, покрытых относящимся к государственной собственности Российской Федерации поверхностным водным объектом, постановка его на кадастровый учет как объекта недвижимого имущества и предоставление в собственность ФИО1 актом органа местного самоуправления являлись неправомерными.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения. На основании статьи 304 указанного кодекса собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими (пункт 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что имеются основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

При этом коллегия соглашается с выводом суда о том, что срок исковой давности, о чем было заявлено в суде первой инстанции стороной ответчика, прокурором не пропущен.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

Пунктом 2 статьи 199 этого же кодекса предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 названного кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 531 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в том числе в постановлении от 28 января 2025 г. № 3-П по делу о проверке конституционности статей 12, 209 и 304 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 5 статьи 1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» в связи с жалобами граждан ФИО6, ФИО7 и других, сам по себе момент нарушения права публично-правового образования не может считаться моментом начала исчисления срока исковой давности. Течение давностного срока связано с моментом выявления такого нарушения уполномоченными органами или должностными лицами, а равно с моментом, когда уполномоченным органам или должностным лицам стало известно об этом нарушении.

Также Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 14 апреля 2025 г. № 913-0 указал, что момент, когда публично-правовому образованию стало или должно было стать известно о нарушении своих прав, равно как и момент, когда состоялось нарушение прав публичного образования, определяется судом с учетом всей совокупности фактических обстоятельств. Эти же критерии определения начала течения срока исковой давности применимы и в случаях, когда иск в защиту интересов публично-правового образования заявлен прокурором.

Таким образом, течение срока исковой давности необходимо исчислять с момента, когда исходя из фактических обстоятельств дела выявлено или должно было быть установлено нарушение публичных интересов.

Кроме того, в названном выше постановлении от 28 января 2025 г. № 3-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в ситуации, когда вопреки положениям об изъятии земельных участков в границах особо охраняемой природной территории федерального значения из оборота (в частности, о невозможности их предоставления гражданам на праве собственности или ином вещном праве) за гражданином было зарегистрировано или учтено как ранее возникшее вещное право, статьи 2, 18, 35 и 36 Конституции Российской Федерации не могут рассматриваться в качестве обязывающих к тому, чтобы выход из этой ситуации состоял в сохранении за гражданином права на земельный участок с предоставлением всех или существенной части возможностей по его использованию, так как реализация частного интереса лица может вступить в непреодолимое противоречие с интересами общего блага, нарушая тем самым положения статей 17 (часть 3) и 75 Конституции Российской Федерации о недопустимости осуществления прав с нарушением прав других лиц и об экономической и социальной солидарности (абзац четвертый пункта З1).

Согласно этому постановлению Конституционного Суда Российской Федерации в этом случае значение истечения срока исковой давности отличается от обычного, то есть оно не является при заявлении стороной в споре о его применении основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, а выступает критерием, от которого зависят последствия удовлетворения требования для гражданина.

Учитывая изложенное, срок исковой давности не истек, поскольку о нарушении прав неопределенного круга лиц, в интересах которых предъявлен иск, природоохранному прокурору стало известно в ходе проведения прокурорской проверки по обращению граждан в апреле 2023 году, а иск был направлен в суд 26.03.2024 года (согласно штемпелю на почтовом конверте).

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Красносельского районного суда Костромской области от 01 октября 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования Костромского межрайонного природоохранного прокурора удовлетворить.

Признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, вошедший в границы береговой полосы Горьковского водохранилища, расположенный в <адрес>.

Решение суда является основанием для погашения записи в ЕГРН о праве собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 февраля 2026 года.