Решение № 2-7411/2017 2-7411/2017~М-7471/2017 М-7471/2017 от 9 ноября 2017 г. по делу № 2-7411/2017

Дело № 2-7411/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 декабря 2017 года город Саратов

Волжский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Чечи И.В.,

при секретаре Рохман С.Р.,

с участием истца ФИО3 ФИО9,

представителя истца ФИО3 ФИО10 – ФИО1, действует на основании ордера адвоката № 275 от 16.10.2017 г.,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Саратовской области – ФИО2, действует на основании доверенности от 29.09.2016 г. сроком до 26.02.2019 г.,

представителя третьего лица прокуратуры Саратовской области - старшего помощника прокурора Волжского района г. Саратова Литвишко Е.В., действует на основании доверенности от 10.11.2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО11 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Саратовской области, третьи лица прокуратура Саратовской области, Гукасян ФИО12 о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с правом на реабилитацию,

установил:

истец ФИО3 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Саратовской области о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с правом на реабилитацию.

Требования мотивированы тем, что приговором Ленинского районного суда г. Пензы от 06.06.2017 г. ФИО3 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 204 УК РФ (в редакции ФЗ № 324 от 03.07.2016 г.) к наказанию в виде штрафа в размере 600 000 руб. В связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности он от назначенного наказания освобожден. Ранее по этому же уголовному делу постановлением Ленинского районного суда г. Пензы от 18.10.2016 г. уголовное преследование в отношении истца прекращено по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления в его действиях. Данным постановлением в соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ за ним признано право на реабилитацию. Уголовное преследование в отношении истца по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть по реабилитирующему основанию. Уголовное дело № 21504031 возбуждено 12.03.2015 г. В порядке ст. 91 УПК РФ истец не задерживался, мера пресечения не избиралась. Срок следствия по делу продлевался до 12.11.2015 г. Далее 04.12.2015 г. постановлением прокурора уголовное дело возвращено на дополнительное расследование. Срок следствия продлен до 12.02.2016 г. За период расследования истцы трижды перепредъявлялось обвинение по ч. 3 ст. 204 УК РФ, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ (17.09.2015 г., 03.10.2015 г. и 28.01.2016 г). 10.03.2016 г. уголовное дело направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения. Судебные заседания по уголовному делу в отношении истца, в том числе по обвинению по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, длились с апреля 2016 г. по 18.10.2016 г., то есть день вынесения судом реабилитирующего постановления. Уголовному преследованию по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ истец подвергался в общей сложности в течение 10 месяцев 27 суток предварительного расследования и 7 месяцев судебного разбирательства до вынесения неправосудного приговора от 18.10.2016 г. До момента возбуждения уголовного дела и начала уголовного преследования истец работал в должности директора Пензенского филиала ОАО «Вымпел-Коммуникации». В связи с уголовным преследованием истец вынужден был уволиться с указанного места работы в марте 2015 г. За период работы в указанной должности истец заслужил авторитет как добросовестный и грамотный специалист как перед руководством головной организации ОАО «Вымпел-Коммуникации», так и перед представителями региональной власти. В период уголовного преследования и производства следственных действий истец испытывал нравственные страдания, был оторван от дома, семьи, работы. Основываясь на домыслах следствия, не дожидаясь решения суда в средствах массовой информации распространены прочащие сведения о нем. Находясь в непривычных для себя условиях уголовного преследования, истец испытал стрессовое состояние от общения с сотрудниками прокурорских, следственных, судебных органов, испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны правоохранительных органов, в том числе из-за безразличия следователя, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье, воспоминания о судебных процессах периодически служат причиной бессонницы, депрессий и обострения хронического заболевания «бронхиальная астма». Указывает, что уголовное преследование осуществлялось в течении длительного периода времени, за которое истец потерял престижную высокооплачиваемую работу, уважение сотрудников, граждан, представителей власти и общественности.

Истец, ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, просит взыскать с ответчика Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 1 800 000 руб.

Истец ФИО3 и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали, просили требования удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против доводов иска, просил в удовлетворении требований отказать либо снизить размер компенсации морального вреда в рамках требований разумности и справедливости по доводам письменных возражений.

Из письменных возражений представителя ответчика следует, что один только факт прекращения уголовного преследования в части предъявленного обвинения сам по себе не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов ФИО3, и следовательно не имеется оснований для удовлетворения заявленных требований о компенсации морального вреда. Доводы истца о том, что он вынужден уволится в связи с уголовным преследованием не подтверждается материалами дела, поскольку из представленной копии трудовой книжки, следует что истец уволился из ОАО «Вымпел-Коммуникации» по собственному желанию. Доводы истца о моральных страданиях в связи с публикацией порочащих сведений в СМИ не имеют отношения к данному делу, поскольку за достоверность указанных порочащих сведений несет лицо, распространившее такие сведения. Отсутствует причинно-следственная связь между заболеваниями истца и уголовным преследованием именно по ч. 1 с. 174.1 УК РФ. Преступление, по которому истец оправдан (ч. 1 ст. 174.1 УК РФ) относится к категории преступлений небольшой тяжести, срок уголовного преследования по данной статье 1 год, мера пресечения в виде заключения под стражу избрана по той статье, по которой истец осужден.

Представитель третьего лица прокуратуры Саратовской области в судебном заседании возражал против доводов иска, просил в удовлетворении требований отказать либо снизить размер компенсации морального вреда в рамках требований разумности и справедливости.

Третье лицо ФИО4, являвшийся следователем и проводившим предварительное следствие в отношении ФИО3, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом заблаговременно, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал. Ранее предоставил письменный отзыв, в котором указал о необоснованности доводов искового заявления.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу прав граждан, закрепленных в Конституции РФ, относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст.ст. 52 и 53).

К таким способам защиты гражданских прав относится и компенсация морального вреда (статья 12 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

Таким образом, для перечисленных в пункте 1 указанной статьи специальных деликтов устанавливается ответственность и возмещение вреда, в том числе и компенсация морального вреда, независимо от вины причинителя вреда (абз. 3 ст. 1100 ГК РФ).

Статья 1071 ГК РФ определяет, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как следует из материалов дела, постановлением старшего следователя следственного отдела по Первомайскому району г. Пензы следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области от 12.03.2015 возбуждено уголовное дело в отношении ФИО3 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 204, ч. 1 ст. 174.1 УК РФ.

Исходя из положений УПК РФ, с данного момента (12.03.2015 г.) ФИО3 имел статус подозреваемого в совершении инкриминируемых преступлений.

В порядке ст. 91 УПК РФ истец не задерживался, мера пресечения не избиралась.

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался, в том числе по причине возвращения уголовного дела прокурором в порядке ст.ст. 37, 221 УПК РФ для производства дополнительного расследования.

Постановлениями должностных лиц следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области от 17.09.2015 г., 03.10.2015 г., 28.01.2016 г. ФИО3 предъявлялось обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 204, ч.1 ст. 174.1 УК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда г. Пензы от 18.10.2016 г. уголовное преследование в отношении ФИО3 по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Признано право на реабилитацию.

Приговором Ленинского районного суда г. Пензы от 18.10.2016 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 204 УК РФ, с назначением наказания в виде 2 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 4 751 597 руб. 20 коп. ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Пензенского областного суда от 15.02.2017 г. приговор Ленинского районного суда г. Пензы от 18.10.2016 г. отменен, дело направлено на новое разбирательство в суд первой инстанции иным составом суда.

Приговором Ленинского районного суда г. Пензы от 06.06.2017 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 204 УК РФ (в редакции Федерального закона № 324-ФЗ от 03.07.2016 г.), с назначением наказания в виде штрафа в размере 600 000 руб. В связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности ФИО3 от назначенного наказания освобожден. О.В.АБ. освобожден из-под стражи в зале суда.

Приговор суда обжалован не был и вступил в законную силу.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда. Развивая эти положения, федеральный законодатель урегулировал условия возмещения вреда, причиненного гражданину, в отраслевых законодательных актах: прежде всего в главе 18 УПК РФ, регламентирующей основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда, а также в главе 59 ГК РФ, устанавливающей, в частности, ответственность за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий государственных органов либо должностных лиц этих органов (статья 1069), ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (статья 1070), и правила компенсации морального вреда (параграф 4 главы 59 ГК РФ) (определение Конституционного Суда РФ от 17.01.2012 г. № 149-О-О).

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ имеет право на реабилитацию подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Факт незаконного уголовного преследования ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, установлен судом и сторонами не оспаривался.

О праве на реабилитацию непосредственного указано в тексте постановления Ленинского районного суда г. Пензы от 18.10.2016 г., которым уголовное преследование в отношении ФИО3 по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Из положений части 1 стати 174.1 УК РФ следует, что совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года.

Исходя из положений ст. 15 УК РФ данное преступление относится к категории небольшой тяжести, поскольку за его совершение максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает трех лет лишения свободы.

В ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Моральный вред причинен истцу действиями органа предварительного следствия, то есть государственного органа, и подлежит возмещению независимо от вины должностных лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 г. № 17 г. «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда суд учитывает объяснения истца о его нравственных страданиях, материалы уголовного дела, а также предоставленные истцом иные доказательства.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ суд исходит из характера причиненных истцу нравственных страданий, степени физических и нравственных страданий ФИО3, конкретных обстоятельств дела, тяжести предъявленного обвинения, периода уголовного преследования, учитывает требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 4 000 руб.

Из материалов дела следует из стороной истца не оспаривалось, что привлечение ФИО3 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, и заключение его под сражу на основании приговора суда не являются взаимосвязанными.

Нахождение в местах лишения свободы более 7 месяцев основание иска в связи с правом на реабилитацию не является, о чем представитель истца пояснил в судебном заседании.

Доводы истца об увеличении степени страданий в связи с вынужденным увольнением суд находит не состоятельными, поскольку как следует из записи в трудовой книжке, истец уволился из организации по собственному желанию.

Требования о компенсации морального вреда в размере 1 800 000 руб. суд находит явно неразумными и несправедливыми.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 ФИО13 денежную компенсацию морального вреда в размере 4 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Волжский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 26.12.2017 г.

Судья подпись И.В. Чеча