Решение № 2-2705/2021 от 8 июня 2021 г. по делу № 2-2705/2021

Дело № 2 – 2705/2021(21) УИД 66RS0005-01-2020-007463-12

Мотивированное
решение изготовлено 09.06.2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург «2» июня 2021 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Блиновой Ю.А.

при секретаре Зименковой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Центр по выплате пенсий и обработки информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Свердловской области к ФИО1 о взыскании ущерба в виде излишне выплаченных сумм пенсии, федеральной социальной доплаты и единовременной выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л:

истец Государственное учреждение – Центр по выплате пенсий и обработки информации Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> (далее – Центр ПФР по выплате пенсий в <адрес>) обратился в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ответчику ФИО2 о взыскании ущерба – 553421 рубль 01 копейка, процентов за пользование чужими денежными средствами – 45056 рублей 12 копеек.

В обоснование иска указано, что решением Новоуральского городского суда <адрес> от ФИО3 признан безвестно отсутствующим. В связи с этим на основании заявления ФИО2, года рождения, решением УПФР в <адрес> от № ей была назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца, установлена федеральная социальная доплата, решением УПФР в <адрес> от произведена единовременная выплата в сумме 5000 рублей. В дальнейшем решением Новоуральского городского суда Свердловской области от ранее принятое решение было отменено, в связи с чем составлен протокол о выявлении факта излишней выплаты страховой пенсии по потери кормильца, федеральной социальной доплаты и единовременной выплаты за период с по в сумме 553421 рубль 01 копейка. ФИО2 была уведомлена о сумме переплаты, однако мер для добровольного возврата этой суммы не предприняла, что послужило основанием для обращения истца с иском в суд в порядке статей 1102, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от гражданское дело по данному иску передано для рассмотрения по существу по подсудности в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик ФИО2 сменила фамилию на «Казанцева».

Истец своего представителя в судебное заседание не направил, своевременно и надлежащим образом извещался о времени и месте рассмотрения дела, в письменном ходатайстве начальник Центра ПФР по выплате пенсий в Свердловской области ФИО4 просил рассмотреть дело в отсутствие стороны истца.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании иск не признала, просила в его удовлетворении отказать по доводам представленного письменного отзыва, в котором указала, что обязанность по возмещению причиненного ущерба по указанному в иске основанию возникает лишь в случае виновного поведения лица, выразившегося в предоставлении в орган пенсионного фонда недостоверных сведений или в несвоевременном предоставлении сведений, влекущих за собой возникновение или прекращение выплаты пенсии. в данном случае ей была назначена и выплачена пенсия по случаю потери кормильца на основании вступившего в законную силу решения суда по делу № от . Обязанность пенсионного органа назначить и выплачивать пенсию по случаю потери кормильца на период безвестного отсутствия гражданина предусмотрена пенсионным законодательством. Пенсионное законодательство связывает право на назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца с фактом удостоверения безвестного отсутствия гражданина в порядке, предусмотренном ст. 42 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действующим пенсионным законодательством не предусмотрено возложение на лицо, в связи с признанием которого безвестно отсутствующим выплачена пенсия по случаю потери кормильца, обязанности по возмещению ее выплаты. Пенсия по потере кормильца была назначена истцом не в связи с умышленным уклонением ФИО3 от выполнения своих родительских обязанностей по содержанию ребенка, а в связи с признанием его судом безвестно отсутствующим по правилам ст. 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО5, УПФР в г. Новоуральске Свердловской области, УПФР в Ленинском районе г. Екатеринбурга Свердловской области.

В судебном заседании третье лицо ФИО5 полагала иск не подлежащим удовлетворению, пояснила, что является матерью ответчика ФИО1 Брак с ФИО3 она зарегистрировала в 1996 году, в 2009 году она подала заявление на алименты, так как муж не помогал, после этого он скрылся. Решением суда в 2009-2010 г.г. в отсутствие ФИО3 брак был расторгнут, но и после этого она продолжала его искать, поскольку дочь была маленькая, денежных средств не хватало. Кроме того, стали беспокоить коллекторы, требовать погашения кредитов, которые взял бывший супруг. Она была заинтересована в поисках ФИО3, так как без его разрешения дочь не могла никуда поехать. Больше года розыск велся через полицию, друзья ФИО3 говорили, что он вел аморальный образ жизни, умер. Следователь разъяснил право обратиться в суд с заявлением о признании ФИО3 безвестно отсутствующим, что она и сделала. После решения суда она обратилась в пенсионный фонд, который назначил дочери минимальную пенсию по случаю потери кормильца. Первоначально она получала пенсию за дочь, а по достижении дочерью 14 лет, на неё был открыт счет и она сама стала получателем пенсии. Денежные средства тратились на образование, одежду, лекарства. Она с дочерью никуда не укрывалась, места жительства не меняли, были очень удивлены, когда ФИО3 объявился в конце 2019 года и её вызвали в суд. В это время дочь пенсию не получала. Корыстной цели в получении пенсии не было.

Третьи лица УПФР в г. Новоуральске Свердловской области, УПФР в Ленинском районе г. Екатеринбурга Свердловской области своих представителей в судебное заседание не направили, своевременно и надлежащим образом извещались о времени и месте рассмотрения дела.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд находит иск Центра ПФР по выплате пенсий в Свердловской области не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Постановлением Пенсионного фонда Российской Федерации от 15.01.2020 № 31п, Положением о Государственном учреждении – Центре по выплате пенсий и обработки информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Свердловской области, данный орган осуществляет контроль за правильностью начисления сумм пенсий, пособий и иных социальных выплат; проводит работы по выявлению излишне выплаченных сумм пенсий, пособий и иных социальных выплат; ведет претензионно-исковую работу по вопросам, относящимся к компетенции центра; осуществляет юридические действия по защите имущественных и иных прав и законных интересов центра, в том числе судебных органах, по вопросам, относящимся к компетенции центра; имеет право представительствовать в судах общей юрисдикции при рассмотрении вопросов, касающихся осуществления деятельности центра и выполняемых им функций, в пределах, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1). Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом (часть 3).

В Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 7, ч. 3 ст. 37, ч. 1 ст. 39 Конституции Российской Федерации).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии с ч. 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в подпункте 2 пункта 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.

В соответствии с п. 2 ст. 9 данного Федерального закона нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются: дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме в образовательных учреждениях всех типов и видов независимо от их организационно-правовой формы, в том числе в иностранных образовательных учреждениях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, за исключением образовательных учреждений дополнительного образования, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Согласно п.п. 3 п. 1 ст. 22 Федерального закона 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» выплата трудовой пенсии (части трудовой пенсии по старости) прекращается в случае утраты пенсионером права на назначенную ему трудовую пенсию (часть трудовой пенсии по старости) (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию; истечения срока признания лица инвалидом; приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца; поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных в подпункте 2 пункта 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные выше обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В силу п. 4 ст. 23 данного Федерального закона пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты.

С 01.01.2015 вступил в силу Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», который также в ст. 10 предусматривает, что право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке) (п. 1).

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей (пп. 1 п. 2).

Согласно ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 28 данного Закона физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии).

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных ч. 5 ст. 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Аналогичные положения содержатся в ч. 4 ст. 23, ст. 25 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что ФИО5 (ранее Волченко) Т. А. и ФИО3 являются родителями ФИО1 (до Волченко) К. А., года рождения.

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области по делу № от ФИО3 признан безвестно отсутствующим.

На основании заявления ФИО2 в соответствии со ст. 9 Федерального закона от 17.12.2001 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в связи с признанием её отца безвестно отсутствующим решением УПФР в г. Новоуральске Свердловской области от № ей была назначена государственная (социальная) пенсия по случаю потери кормильца, установлена федеральная социальная доплата.

На основании решения УПФР в г. Новоуральске Свердловской области от ФИО2 произведена единовременная выплата в сумме 5 000 рублей.

В дальнейшем выплатное дело ФИО2 было передано в УПФР в Ленинском районе г. Екатеринбурга Свердловской области.

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от решение Новоуральского городского суда Свердловской области от о признании ФИО3 безвестно отсутствующим отменено.

Ранее ФИО3 обратился в УПФР в г. Новоуральске Свердловской области за назначением ежемесячной денежной выплаты и страховой пенсии по инвалидности, в связи с чем указанная информация письмом от была передана из УПФР в г. Новоуральске Свердловской области в УПФР в Ленинском районе г. Екатеринбурга Свердловской области.

В связи с этим обстоятельством, УПФР в Ленинском районе г. Екатеринбурга Свердловской области был составлен протокол о выявлении излишне выплаченных сумм пенсии по случаю потери кормильца, федеральной социальной доплаты и единовременной выплаты за период с по всего в сумме 553421 рубль 01 копейка. Также вынесено решение об обнаружении ошибки, допущенной при выплате пенсии.

К указанному времени ФИО2 пенсию по случаю потери кормильца не получала, поскольку в июне 2019 года закончила обучение по очной форме Института гуманитарного и социально-экономического образования ФГАОУ ВПО «Российский государственный профессионально-педагогический университет».

в адрес ответчика и её родителей направлено требование о возмещении необоснованно полученной суммы.

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Эти нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением гражданами пенсий и других социальных выплат.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Таким образом, с учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации с гражданина, которому назначены пенсия по случаю потери кормильца и страховая часть пенсии по старости, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях такого гражданина.

Истец, обращаясь в суд с иском о взыскании необоснованно полученной суммы пенсии, ссылается в обоснование своих требований исключительно на факт состоявшейся отмены в установленном законом порядке решения суда о признании ФИО3 безвестно отсутствующим по заявлению матери ответчика. По сути, истцом заявлено о недобросовестности ответчика и её законного представителя на момент установления пенсии.

По данному делу юридически значимым с учетом исковых требований и возражений относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права является установление следующего обстоятельства: имела ли место со стороны ответчика недобросовестность в получении пенсии по случаю потери кормильца.

Поскольку добросовестность гражданина (в данном случае ФИО1) при разрешении требований пенсионного органа о взыскании необоснованно полученной пенсии презюмируется, доказательства недобросовестного поведения со стороны ответчика истцом в материалы дела не представлены, следовательно, в действиях ответчика отсутствуют признаки недобросовестности при получении пенсии по случаю потери кормильца.

При таком положении требование истца о взыскании с ответчика ущерба в виде излишне выплаченных сумм пенсии, федеральной социальной доплаты и единовременной выплаты удовлетворению не подлежит.

Суд также не находит оснований для взыскания с ответчика в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в которой определено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).

Применение положений ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство - денежным, а если не являются, то имеется ли указание законодателя о возможности их применения к спорным отношениям (пункт 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.04.2001 № 99-О).

Из изложенного следует, что положения ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают ответственность за нарушение денежного обязательства гражданско-правового характера и определяют последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства, в силу которого на должника возлагается обязанность уплатить деньги, вернуть долг.

Однако в данном случае спорные отношения связаны с реализацией гражданином права на пенсионное обеспечение. Эти отношения урегулированы нормами специального законодательства - Федеральным законом от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», которым возможность взыскания процентов с получателей страховых пенсий за пользование чужими денежными средствами по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрена.

Таким образом, применение к спорным правоотношениям положений указанной нормы неправомерно, отношения по предоставлению ответчику пенсионного обеспечения по потере кормильца в рамках специального правового регулирования не носят гражданско-правового характера и не относятся к денежным обязательствам по смыслу, придаваемому этим обязательствам нормами ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскание процентов на основании данной нормы закона противоречит нормативным положениям, подлежащим применению к спорным отношениям.

Иных требований на рассмотрение и разрешение суда не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении иска Государственного учреждения – Центр по выплате пенсий и обработки информации Пенсионного фонда Российской Федерации в Свердловской области к ФИО1 о взыскании ущерба в виде излишне выплаченных сумм пенсии, федеральной социальной доплаты и единовременной выплаты, процентов за пользование чужими денежными средствами – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга, принявший решение.

Судья (подпись) Копия верна. Судья Ю.А. Блинова

Секретарь: