Апелляционное определение № 33-1414/2026 от 11 марта 2026 г.

Дело №2-918/2025 (№33-1414/2026) судья Лискина Т.В.

УИД 69RS0038-03-2025-000166-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года город Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Кондратьевой А.В.,

судей Долгинцевой Т.Е. и Рязанцева В.О.,

при секретаре судебного заседания Емельяновой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Кондратьевой А.В.,

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Московского районного суда города Твери от 20 ноября 2025 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Росгосстрах Жизнь», акционерному обществу «БМ-Банк» о признании договора страхования №43200-77000070 от 25 октября 2023 года по программе «Нота Премиум» недействительным; взыскании денежных средств в размере 879176 рублей в счет возврата страховой премии; компенсации морального вреда в размере 100000 рублей с каждого ответчика; штрафа; процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму основного долга за период с 31 октября 2024 года по 02 октября 2025 года в размере 163992 рубля 80 копеек и с 02 октября 2025 года по день фактического исполнения решения суда; судебных расходов, отказать».

Судебная коллегия,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Росгосстрах Жизнь» (далее Страховая компания), акционерному обществу «БМ-Банк» (правопреемник публичного акционерного общества «Финансовая корпорация «Открытие» (далее Банк), в котором с учетом уточнения исковых требований просила признать договор страхования от 25 октября 2023 года №43200-77000070 по программе «Нота Премиум» недействительным, взыскать со Страховой компании денежные средства в размере 879176,00 рублей в счет возврата страховой премии, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму основного долга за период с 31 октября 2024 года по 02 октября 2025 года в размере 163992 рублей 80 копеек, и с 02 октября 2025 года по день фактического исполнения решения суда, штраф в порядке пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей», взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере по 100000,00 рублей с каждого, а также компенсацию судебных расходов.

В обоснование иска указано, что 06 октября 2023 года ФИО1 в помещении публичного акционерного общества «Финансовая корпорация Открытие», расположенном по адресу: <адрес>, по предложению сотрудника названного юридического лица внесла в кассу по платежному поручению от 06 октября 2023 года №70432 денежную сумму в размере 2000000,00 рублей, получателем которой являлось Страховая компания.

25 октября 2024 года ФИО1, осознавая, что ничего, кроме платежного поручения, подтверждающего внесение денежных средств в кассу, не имеет, условий внесения денежных средств не знает, вновь обратилась в банк, где ее заверили, что ею заключен договор банковского вклада, но поименованный как договор страхования в целях получения истцом более высокого дохода от вложенных денежных средств.

Истец, поверив обещаниям, подписала предложенный ей договор, который являлся договором страхования от 25 октября 2023 года №43200-77000070 по программе «Нота Премиум» по страховым случаям: дожитие застрахованного до окончания срока страхования, смерть застрахованного по любой причине, смерть застрахованного в результате несчастного случая.

Срок договора установлен до 24 октября 2024 года включительно.

По утверждению истца, она приходила в банк в целях размещения своих пенсионных накоплений во вклад для сохранения и преумножения, а не страхования жизни. При этом в подписанных истцом документах – договоре страхования, приложении №1 Инвестиционная декларация, не содержится доступного для потребителя разъяснений сути страховой программы и риска утраты вложенных денежных средств.

Как утверждает истец, заключая договор страхования, она фактически заблуждалась в отношении обстоятельства при заключении договора инвестиционного страхования, поскольку при его подписании она обоснованно полагала, что заключает именно договор вклада с дополнительным доходом от инвестирования, а не договор страхования жизни.

Заключение договора страхования с условием не гарантированности сохранения вложенных денежных средств, более того с риском их утраты, являлось явно невыгодным для истца. Со стороны истца на стадии заключения договора страхования имело место заблуждение относительно природы сделки и ее последствий.

25 октября 2024 года истцом в банк написано заявление на возврат средств, в ответ на которое сотрудник банка сообщил сумму выдачи – 880824,00 рубля, что в совокупности с ранее выплаченными купонами составит 1120824,00 рубля от 2000000,00 рублей вложенных средств.

30 октября 2024 года ФИО1 через банк направила претензию в страховую компанию о возврате внесенной суммы. На данную претензию истцом получено письмо от 12 ноября 2024 года №99-08-420-02\02739 об отказе в возврате денежных средств с обоснованием негативной динамикой конъектуры рынка при осуществлении инвестиционной деятельности.

В результате заключения невыгодного для истца договора и возникновении негативных последствий в виде утраты почти половины вложенной суммы, а также отсутствия какого-либо дохода от размещенных пенсионных накоплений, истцу причинен как материальный, так и моральный ущерб. В связи с указанными событиями у истца ухудшилось состояние здоровья, повысилось артериальное давление, она вынуждена была обратиться в государственное бюджетное учреждение здравоохранения Тверской области «Областной клинический кардиологический диспансер», куда была госпитализирована и находилась на дневном стационаре с 06 ноября 2024 года по 14 ноября 2024 года. Истец полагает, что ответчик должны компенсировать моральный вред в денежном выражении по 100000,0 рублей каждый.

В дополнительных письменных пояснениях по делу представитель истца указал, что согласно заключению почерковедческой экспертизы заявление на страхование от 06 октября 2023 года №43200-77000070 ФИО1 не подписывала, то есть волеизъявления на заключение спорного договора не проявляла.

Под внесенные ФИО1 деньги «подстроили» невыгодный ей договор, который заставили подписать, не предоставив заблаговременно необходимую информацию об условиях и рисках заключаемого договора, а также негативных тенденциях финансового рынка.

Согласно договору страхования (раздел IV) страховая премия уплачивается единовременно в полном объеме не позднее 24 октября 2023 года (определена конкретная дата), между тем договор заключен 25 октября 2023 года.

ФИО1 в указанные даты каких-либо денежных средств по спорному договору от 25 октября 2023 года не вносила, что опровергает довод ответчика об оплате страхователем в полном объеме страховой премии.

В оспариваемом договоре на странице 13 выкупная сумма не определена, то есть возможность досрочного прекращения, и получения денежных средств исключена.

Страховщик не предоставил истцу достоверной информации о рисках, связанных с инвестированием, не предупредил о возможных потерях, которые могут негативно повлиять на стоимость инструмента, размера ДИД и возможность его выплаты, хотя такая обязанность предусмотрена пунктом 8.1 приложения №1 к договору.

В ответе от 12 ноября 2024 года №99-08-420-02\02739 на претензию истца ответчик констатировал в письменной и графической форме, что котировки акций ценных бумаг формируют негативную динамику с октября 2023 года и к 24 октября 2024 года достигли минимальных значений с июля 2021 года.

Ответчик, обладая информацией о негативной тенденции (снижении) котировки ценных бумаг, намеренно не информировал истца о данных существенных обстоятельствах, чем намерено причинил ей ущерб.

Кроме того, согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы подпись на согласие на обработку персональных данных не принадлежит ФИО1

Ответчик Страховая компания в письменных возражениях просило отказать в удовлетворении заявленных исковых требований со ссылкой на пропуск истцом срока исковой давности для признания договора страхования недействительным.

Ранее между ФИО1 (страхователь) и Страховой компанией заключался договор страхования от 13 февраля 2020 года №62600-01020838. Условия, на которых заключался договор страхования, а также права и обязанности страховщика и страхователя определены в стандартных Правилах добровольного инвестиционного страхования жизни физических лиц №1.

17 февраля 2023 года от истца ответчику поступило заявление о произведении страховой выплаты по риску «Дожитие» по договору страхования от 13 февраля 2020 года №62600-01020838.

06 марта 2023 года страховщик произвел выплату по риску «Дожитие» в размере 500000,00 рублей, что подтверждается платежным поручением №17632.

Действия общества с ограниченной ответственностью страховая компания «Росгосстрах Жизнь» при заключении с ФИО1 и исполнении последующего договора страхования от 25 октября 2023 года №43200-77000070 года осуществлены в строгом соответствии с нормами законодательства о защите прав потребителей, специального законодательства о страховании и гражданского законодательства Российской Федерации.

06 октября 2023 истцом собственноручно написано заявление на страхование, в котором стороны определили существенные условия договора страхования и параметры инвестиционной декларации, также программу страхования.

Распоряжаясь денежными средствами в размере 2000000,00 рублей, истец должна действовать с должной степенью осмотрительности, могла и должна была прочитать договор страхования, ознакомиться с ними дополнительно в домашних условиях.

Программа страхования страхователя предусматривает минимальный страховой взнос в размере 1500000,00 рублей. Также стороны определили, что в случае отсутствия возможности у страховщика приобретения инструментов инвестиционной части, то договор страхования не будет заключен, и страховщиком будет произведен возврат поступивших денежных средств на банковский счет страхователя. Истец понимала природу договора страхования, а также понимала риски инвестирования.

Сам договор страхования заключен с ФИО1 25 октября 2023 года. Между заполнением и подписанием заявления на страхование и подписанием оспариваемого договора страхования прошло 19 дней. В этот период времени истец имела возможность дополнительно ознакомиться с подписанным заявлением на страхование.

Информация о договоре добровольного страхования, в том числе о его условиях и рисках, связанных с его исполнением, расположены на страницах 9-13 договора и подписаны страхователем на каждой странице. Кроме того, клиент имел возможность дополнительно ознакомиться с условиями договора в течение 30-ти календарных дней и в случае несогласия с ними подать заявление на расторжение договора страхования и возврате ранее уплаченной страховой премии.

Таким образом, у истца было 49 дней, чтобы детально ознакомиться с условиями договора страхования. При этом страховщику от клиента заявление на расторжение договора страхования не поступало.

30 октября 2023 года истец написала заявление на получение начисленного дополнительного инвестиционного дохода по окончании купонного периода/страховых выплат при дожитии застрахованного до сроков, установленных в договоре страхования для выплат аннуитетов.

Во исполнение договора страхования Страховая компания произвела начисление и выплату дополнительного инвестиционного дохода в размере 4% от суммы премии, в соответствующие даты наблюдения купонного периода.

29 января 2024 года в соответствии с платежным поручением №6964 с назначением платежа «страховая выплата ДИД» страховщик произвел выплату начисленного ДИД за купонный период в размере 80000,00 рублей.

03 мая 2024 года в соответствии с платежным поручением №34587 с назначением платежа «страховая выплата ДИД» страховщик произвел выплату начисленного ДИД за купонный период в размере 80000,00 рублей.

01 августа 2024 года в соответствии с платежным поручением №58765 с назначением платежа «страховая выплата ДИД» страховщик произвел выплату начисленного ДИД за купонный период в размере 80000,00 рублей.

Истец принимала платежи по выплате купонного дохода 29 января 2024 года, 03 мая 2024 года, 01 августа 2024 года. Неполучение истцом желаемой суммы доходности или выгодности не является заблуждением относительно природы сделки и не свидетельствует о предоставлении истцу недостоверной или не полной информации об условиях страхования.

Поданные заявления от клиента в Страховую компанию до обращения в суд с иском отражают только негодование о полученной сумме, а не о заблуждении в природе сделки. Страховщик произвел выплату по риску «Дожитие застрахованного до окончания срока страхования» в установленный срок – 13 ноября 2024 года.

Требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000,00 рублей ничем не обоснованы.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО8 поддержали заявленные исковые требования по доводам иска, просили их удовлетворить в полном объеме, представитель ответчика акционерного общества «БМ-Банк» ФИО7 возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, просила отказать в их удовлетворении, дополнительно пояснила, что истцом не оспаривается факт подписания договора страхования 25 октября 2023 года, с содержанием которого истец имела возможность ознакомиться.

Представитель ответчика Страховой компании в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела указанное юридическое лицо извещалось надлежащим образом.

Судом постановлено приведенное выше решение, которое ФИО1 просит отменить, постановить по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

В жалобе критикуется оценка доказательств, произведенная судом первой инстанции, указывается на то, что срок исковой давности истцом не пропущен.

В заседание суда апелляционной инстанции представитель ответчика Страховой компании, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями статей 113-118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не явился, о причинах неявки не сообщил, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратился.

На основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной коллегией определено рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле и не явившихся в судебное заседание.

Заслушав судью-докладчика, объяснения апеллянта ФИО1 и ее представителя по доверенности ФИО8, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика акционерного общества «БМ-Банк» ФИО7, полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая заявленный спор и отказывая истцу в иске, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 166, 167, 178, 181, 195, 199, 421, 934, 940, 942, 943, 957 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 10 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», исходил из того, что действия по заключению договора страхования истцом осуществлены лично и направлены на достижение правовых последствий заключенной им сделки, намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно, содержание договора позволяло истцу оценить природу и последствия совершаемой сделки; доказательств, подтверждающих, что истец была введена в заблуждение и не понимала последствий своих действий, что ее волеизъявление было направлено на достижение иных целей, а не на заключение договора страхования, ФИО1 не представлено.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности, поскольку договор страхования заключен 25 октября 2023 года, а с иском истец обратилась 27 декабря 2024 года, что с учетом заявления Страховой компании является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Судебная коллегия соглашается выводами суда первой инстанции, которые основаны на имеющихся в деле доказательствах, оценка данным доказательствам дана судом с соблюдением статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и во взаимосвязи с нормами действующего законодательства.

Материалами дела подтверждено, что 06 октября 2023 года истец по платежному поручению №70432 через филиал «Центральный» публичного акционерного общества «Финансовая корпорация «Открытие» осуществила перевод денежной суммы в размере 2000000,0 рублей в качестве оплаты по заявлению на страхование от 06 октября 2023 года №43200-77000070 (л.д.22 том №1).

25 октября 2023 года между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Росгосстрах Жизнь» был заключен договор страхования №43200-77000070 по программе «Нота Премиум» на основании Правил добровольного инвестиционного страхования жизни физических лиц №1 (в редакции от 15 ноября 2022 года) (л.д.9-21 том №1).

Согласно разделу IV названного договора срок его действия определен с 25 октября 2023 года по 24 октября 2024 года, страховая премия по договору составляет 2000000,0 рублей.

Исходя из условий страхования, истец застрахована по рискам «Дожитие застрахованного до окончания срока страхования» - страховая сумма 2000,0 рублей, «Смерть застрахованного по любой причине» - страховые суммы 2000000,0 рублей и 2000,0 рублей, «Смерть застрахованного в результате несчастного случая» - страховая сумма 200000,0 рублей.

По условиям названного договора, страховщик за счет страховой премии формирует инвестиционную часть с целью исполнения обязательств по договору страхования. Стоимость инструментов инвестиционной части (денежные средства от инструментов инвестиционной части) определяют инвестиционный доход.

Согласно Инвестиционной декларации, являющейся неотъемлемой частью вышеуказанного договора (приложение №1), часть денежных средств, оплаченных в качестве страхового взноса, были проинвестированы в определенный базовый актив: ГК «Самолет», ПАО «НЛМК», «ММК» (ПАО), ГПМ «Норникель» (ПАО), «Северсталь» (ПАО).

Судебная коллегия отклоняет доводы апеллянта о том, что у нее отсутствовало волеизъявление на заключение оспариваемого договора, так как она 06 октября 2023 года не подписывала заявление на его заключение.

Действительно, согласно заключению эксперта от 05 августа 2025 года №82496, составленного на основании определения Московского районного суда города Твери от 17 июня 2025 года, подпись в заявлении на заключение оспариваемого договора от 06 октября 2023 года подписано не ФИО1, а иным лицом. Однако данное обстоятельство само по себе не является безусловным основанием для признания оспариваемого договора недействительным по заявленному основанию.

Заявление страхователя обладает юридическими признаками сделки, однако оно само по себе не является оспариваемым договором страхования.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемый договор с приложениями №1 и №2 к нему истец подписала лично, данное обстоятельство она подтвердила и в суде апелляционной инстанции.

Согласно пункту 14 раздела VII договора страхования, истец была ознакомлена и согласна с правилами добровольного инвестиционного страхования жизни физических лиц №1 в редакции от 15 ноября 2022 года, размещенными на официальном сайте страховщика, что позволяло истцу принять окончательное решение относительного заключения договора.

Условиями договора страхования также определены существенные обстоятельства и достигнуты соглашения: о застрахованном лице (ФИО1); о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного; о страховых рисках (страховых случаях); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Кроме того, как следует из представленной истцом переписки в социальном мессенджере «WhatsApp», истец с 06 октября 2023 года по 26 октября 2023 года активно интересовалась поступлением оспариваемого договора в Банк, возможностью его подписания (л.д.215-216 том №1).

Материалами дела также подтверждено, что по договору страхования истцу выплачены суммы дополнительного инвестиционного дохода, а именно: 29 января 2024 года – 80000,0 рублей (платежное поручение №6964), 03 мая 2024 года – 80000,0 рублей (платежное поручение №34587), 01 августа 2024 года – 80000,0 рублей (платежное поручение №58765) (л.д. 72, 74, 75 том №1).

13 ноября 2024 года Страховой компанией истцу произведена страховая выплата по риску «Дожитие» в размере 882824,84 рублей (платежное поручение №1107) (л.д.66 оборот том №1).

Истцом в рамках рассмотрения заявленного спора, в том числе в суде апелляционной инстанции, подтверждено получение указанных денежных сумм.

Судебная коллегия, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установленные по делу обстоятельства, объяснения сторон, приходит к выводу о том, что, несмотря на отсутствие заявления истца на заключение договора страхования №43200-77000070 по программе «Нота Премиум» на основании Правил добровольного инвестиционного страхования жизни физических лиц №1 (в редакции от 15 ноября 2022 года), соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что у истца наличествовало волеизъявление на заключение названного договора, о чем в том числе, свидетельствует ее конклюдентные действия до подписания оспариваемого договора, а также ее непосредственное участие при подписании договора (договор с приложениями №1 и №2 к нему подписаны лично ФИО2), а также действия после заключения договора (принятие исполнения по сделке).

Довод апеллянта о том, что страховая премия по оспариваемому договору, подлежащая уплате не позднее 24 октября 2023 года, не была внесена в полном объеме, не состоятелен, поскольку в счет оплаты страховой премии зачтена денежная сумма, уплаченная по платежному поручению от 06 октября 2023 года.

Авансирование расходов на заключение договора не запрещено законом и не само по себе не влечет недействительность договора.

Внесенная истцом 06 октября 2023 года по платежному поручению №70432 денежная сумма в размере 2000000,0 рублей учтена в договоре в качестве страховой премии, соответственно, датой заключения оспариваемого договора следует считать дату его подписания - 25 октября 2023 года.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы истца о том, что она заблуждалась относительно природы сделки, полагая, что она заключает договор банковского вклада.

Как следует из представленного в материалы дела оригинала оспариваемого договора (л.д.6 том №2), на титульном листе договора большими буквами указано наименование юридического лица «Росгосстрах Жизнь», читаемым шрифтом и текстом указано наименование договора «ДОГОВОР СТРАХОВАНИЯ №43200-77000070 от 25.10.2023 г. по программе «Нота Премиум» на основании Правил добровольного инвестиционного страхования жизни физически лиц №1 (в редакции от 15 ноября 2022 года) (далее по тексту Правила).

Таким образом, набор слов и выражений в наименовании договора позволял однозначно определить природу оспариваемого договора.

Со слов истца она имеет высшее образование, соответственно, она имела реальную возможность отличить договор страхования от договора банковского вклада. Для прочтения наименования договора не требуются специальные познания.

Из платежного поручения от 06 октября 2023 года №704432 также следует, что денежные средства в размере 2000000,0 рублей были внесены не на счет банковского вклада, а в счет оплаты заявления на страхование №43200-77000070 от 06 октября 2023 года.

Кроме того, как следует из переписки истца с менеджером Банка, истец в период действия договора страхования регулярно интересовалась курсом инвестиций, ценами на активы, поступлением купонов, изменением стоимости ценных бумаг на фондовом рынке (л.д.219, 220, 223 том №1).

Из переписки также следует, что в мае 2024 года истцу было известно о возможном инвестиционном риске – потере денежных средств, и о том, что выплаченные проценты не перекрывают сумму инвестиций.

При изложенном выше, судебная коллегия отклоняет доводы апеллянта о том, что она не обладала достоверной информацией о том, что оспариваемый договор не является договором банковского вклада, обязательства по нему возникают у Страховой компании, и названный договор не гарантирует получение дохода.

Кроме того, получив экземпляр договора на руки, истец имела возможность более детально ознакомиться с его условиями, и в период охлаждения исполнения обязательств по договору (пункт 9.1.4 Правил добровольного инвестиционного страхования жизни физически лиц №1 (в редакции от 15 ноября 2022 года), раздел VIII «Иные условия» оспариваемого договора) обратиться в Страховую компанию с заявлением об отказе от исполнения договора и возврате денежной суммы. Вместе с тем, данным правом истец в установленный договором срок не воспользовалась.

Таким образом, заключая договоры, условия которых изложены в письменной форме, действуя своей волей и в своем интересе, истец понимала, что, подписывая договор, она принимает на себя обязательства его исполнять, несет риск наступления для себя неблагоприятных последствий.

Доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку истцом существа оспариваемой сделки, внушаемости и заблуждении относительно природы сделки, истцом, исходя из бремени доказывания, не представлено.

Довод апеллянта о том, что страховая премия по оспариваемому договору, подлежащая уплате не позднее 24 октября 2023 года, не была ею внесена в полном объеме, не состоятелен, поскольку в счет оплаты страховой премии зачтена денежная сумма, уплаченная по платежному поручению от 06 октября 2023 года, соответственно, датой заключения оспариваемого договора является дата его подписания, а именно 25 октября 2023 года.

По смыслу статьи 178, пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для оспаривания сделки по основанию заблуждения относительно ее природы составляет один год, который подлежит исчислению со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Само по себе неполучение желаемого/ожидаемого инвестиционного дохода в рамках оспариваемого договора не является безусловным доказательством наличия у истца заблуждения относительно природы сделки и не является основанием к изменению даты начала исчисления срока исковой давности по заявленному требованию.

Как установлено судом первой инстанции денежные средства в счет оплаты оспариваемого договора внесены 06 октября 2023 года, договор страхования был заключен 25 октября 2023 года, следовательно, в этот период истец должна была узнать о нарушении своих прав.

Поскольку срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки начал исчисляться с 26 октября 2023 года и истек 25 октября 2024 года, а с иском истец обратилась лишь 27 декабря 2024 года (л.д.33 том 31), постольку суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием к отказу в иске.

В целом, доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию апеллянта с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, и установленными фактическими обстоятельствами дела, повторяют правовую позицию истца, которая была предметом исследования суда первой инстанции, выражают его субъективное мнение об ином приемлемом для него решении по данному делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции установлены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, представленным доказательствам дана надлежащая оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нарушений норм гражданского процессуального права не допущено, в связи с чем, судебная коллегия полагает, что состоявшееся по делу решение является законным и обоснованным. Оснований для его отмены по мотивам, изложенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Московского районного суда города Твери от 20 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи: