Решение № 2-1357/2019 2-1357/2019~М-1033/2019 М-1033/2019 от 16 мая 2019 г. по делу № 2-1357/2019

Дело № 2-1357/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 мая 2019 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе

председательствующего судьи Климонтовой Е.В.,

при секретаре Аракелян Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, действующей в интересах ФИО4, к администрации города Ульяновска о признании права собственности на жилое помещение и по встречному иску администрации города Ульяновска к ФИО3, действующей в интересах ФИО4, ФИО5 о признании права собственности на выморочное имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, действуя в интересах недееспособного ФИО4, обратилась в суд с иском к администрации города Ульяновска о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности.

В обосновании исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ умер отец ФИО4 – ФИО1 а ДД.ММ.ГГГГ – ФИО2., с которой ФИО1 проживал совместно без регистрации брака.

При жизни ФИО1. и ФИО2. 23.02.1995 в порядке приватизации приобрели однокомнатную квартиру по адресу: <адрес> в совместную собственность.

ФИО4, являясь единственным наследником после смерти отца ФИО1., в 1999 году принял наследство, вступив в фактическое владение наследственным имуществом. С момента открытия наследства начал пользоваться спорной квартирой совместно с ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2 смерть которой наступила в результате противоправных действий ее сына ФИО5, за что последний был осужден Заволжским районным судом г. Ульяновска по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

После смерти ФИО2., ФИО4 продолжал пользоваться однокомнатной квартирой.

До настоящего времени ФИО4 добросовестно, открыто и непрерывно владеет всей квартирой как своей собственной, несет бремя содержания, оплачивает коммунальные платежи, в связи с чем приобрел право собственности на принадлежащую ФИО2. долю в праве собственности на квартиру.

Ссылаясь на статьи 218, 225, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит суд признать за ФИО4 право собственности на 1/2 доли однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности.

Администрация города Ульяновска обратилась в суд к ФИО3, действующей в интересах ФИО4, со встречным иском о признании права собственности на выморочное имущество, указывая на то, что ? доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, оставшаяся после смерти ФИО2., согласно статьям 1151, 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации, является выморочным имуществом, поскольку единственный наследник первой очереди на имущество умершей ФИО2. – ФИО5, в силу статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, является недостойным и подлежит исключению из состава наследников, поскольку смерть ФИО2. наступила в результате его противоправных действий.

Просят признать за муниципальным образованием «город Ульяновск» право собственности на 1/2 доли однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, оставшейся после смерти ФИО2Г., поскольку, являясь титульным собственником указанной доли квартиры, муниципальное образование «город Ульяновск» от права собственности на данное имущество не отказывалось.

Определением суда от 07.05.2019 к участию в деле в качестве соответчика по встречному требованию привлечен ФИО5

Истец (ответчик по встречному требованию) ФИО3, действующая в интересах ФИО4, и ее представитель ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, обосновав их доводами, изложенными в иске. В удовлетворении встречного иска администрации города Ульяновска просили отказать.

Представитель ответчика (истца по встречному требованию) администрации города Ульяновска ФИО7 в судебном заседании с иском ФИО3 не согласилась, просила в его удовлетворении отказать. Пояснила, что несмотря на длительность, непрерывность и открытость владения, ФИО4 пользовался ? доли квартиры без законных на то оснований, указанное имущество является выморочным, от права собственности муниципальное образование «город Ульяновск» не отказывалось, о наличии имущества после смерти ФИО2 в известность поставлено не было. Более того, указала, что на момент обращения с иском в суд у истца не наступило право требовать признания права собственности на спорное недвижимое имущество в порядке приобретательной давности, поскольку срок приобретательной давности с учетом срока исковой давности (18 лет) не наступил. Настаивала на удовлетворении встречного иска.

Третье лицо (ответчик по встречному требованию) ФИО5, представитель третьего лица Управления Росреестра по Ульяновской области и нотариус ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещались судом в надлежащей форме.

С учетом изложенного, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав истца (ответчика по встречному требованию) ФИО3, действующую в интересах ФИО4, её представителя ФИО6, представителя ответчика (истца по встречному требованию) администрации города Ульяновска ФИО7, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случаях и порядке, которые предусмотрены данным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (пункт 3).

Статьей 234 указанного кодекса установлено, что лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4).

Согласно статье 225 Гражданского кодекса Российской Федерации бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался (пункт 1).

Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности (пункт 3).

В соответствии со статьей 236 названного выше кодекса гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 указанного выше постановления Пленума, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права.

Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Из содержания указанных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности.

При этом к действиям, свидетельствующим об отказе собственника от права собственности, может быть отнесено, в том числе, устранение собственника от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, непринятие мер по содержанию данного имущества.

По настоящему делу судом установлено, что на основании договора № 1747-н от 23.02.1995 в порядке приватизации жилья ФИО1 и ФИО2. была передана в совместную собственность без определения долей квартира, расположенная по адресу: <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. умер. После его смерти, согласно свидетельству о праве на наследство по закону от 28.01.2003, в наследство в виде ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, вступил его сын – ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2., смерть которой наступила в результате преступных действий её единственного сына ФИО5, за что он приговором Заволжского районного суда г. Ульяновска был осужден по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Согласно сообщению нотариуса ФИО8 наследственное дело на имущество умершей ФИО2 не заводилось.

При этом, в силу части 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО5 является недостойным наследником.

После смерти ФИО2 ФИО4 продолжил, как это следует из установленных обстоятельств дела, открыто, добросовестно и непрерывно владеть всей квартирой, как своей собственной.

В течение всего времени владения ФИО4 квартирой публично-правовое образование какого-либо интереса к данному имуществу как выморочному либо бесхозяйному не проявляло, о своих правах не заявляло, мер по содержанию имущества не предпринимало.

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным признать за ФИО4 право собственности на 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес> в силу приобретательной давности.

Требования же администрации города Ульяновска о признании ? доли в спорном имуществе выморочным суд находит не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 № 16-П по делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца, переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства, не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу. Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.

В правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом со стороны собственника - публично-правового образования в лице компетентных органов - не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан, в частности добросовестных приобретателей жилых помещений (пункт 4.1).

Таким образом, публично-правовое образование, наделенное полномочиями по учету имущества, регистрации граждан, а также регистрирующее акты гражданского состояния, включая регистрацию смерти граждан, должно и могло знать о выморочном имуществе, однако в течение более 18 лет какого-либо интереса к имуществу не проявляло, о своих правах не заявляло, исков об истребовании имущества не предъявляло.

Кроме того, ответчику (истцу по встречному требованию) о смерти ФИО2 должно быть известно с 2001 года в связи с регистрацией смерти последней и со снятием вследствие этого с регистрационного учета в спорной квартире.

В связи с чем, доводы представителя администрации города Ульяновска о том, что муниципальное образование «город Ульяновск» о наличии имущества после смерти ФИО2 в известность поставлено не было и от права собственности на долю квартиры, оставшейся после её смерти, не отказывалось, суд находит несостоятельными.

При таких обстоятельствах, а также в связи с длительным бездействием публично-правового образования, как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности на названное имущество, для физического лица не должна исключаться возможность приобретения такого имущества по основанию, предусмотренному статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, на день рассмотрения настоящего спора, предусмотренный частью 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, не нарушен.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3, действующей в интересах ФИО4, к администрации города Ульяновска о признании права собственности на жилое помещение удовлетворить.

Признать за ФИО4 право общей долевой собственности на 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 36,87 кв.м, кадастровый номер № в силу приобретательной давности.

В удовлетворении встречного иска администрации города Ульяновска к ФИО3, действующей в интересах ФИО4, ФИО5 о признании права собственности на выморочное имущество отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Климонтова