Решение № 2-471/2019 2-471/2019~М-225/2019 М-225/2019 от 16 июля 2019 г. по делу № 2-471/2019

Дело № 2-471/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Омский районный суд Омской области

в составе председательствующего судьи Лариной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Струговой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске 17 июля 2019 года гражданское дело по заявлению ФИО1 к ФИО8, ФИО11 о признании договоров дарения недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – ФИО1, истец) обратился в Омский районный суд Омской области с исковым заявлением к ФИО8 (далее – ФИО12, ответчик) о признании недействительным договора дарения жилого дома площадью 405,4 кв.м с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> и земельного участка площадью 1899 кв.м с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО8

В обоснование требований истец указывает, что данная сделка совершена им в период, когда он не мог понимать значения своих действий и руководить ими, пояснив, что в ДД.ММ.ГГГГ году, ДД.ММ.ГГГГ перенес инсульт, после чего у него стала проявляться забывчивость, нарушения памяти, головокружения и головные боли. ДД.ММ.ГГГГ вновь попал в больницу с закрытой черепно-мозговой травмой, ушибом головного мозга, ушибами и ссадинами тканей головы. Обстоятельства получения указанных травм он не помнит. На лечении в больнице он находился вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, после выписки его младший сын Д.В. увез его в <адрес>. Сын ограничил его общение с другими родственниками и знакомыми, запретил пользоваться услугами мобильной связи. В конце января ДД.ММ.ГГГГ года вернулся в <адрес> и узнал, что ДД.ММ.ГГГГ им подписан договор дарения спорного жилого дома и земельного участка с ФИО8 (сыном). При этом обстоятельства совершения указанной сделки он не помнит, полагает, что с учетом обстоятельств доставки его ДД.ММ.ГГГГ в больницу, сразу же после совершения данной сделки, он не мог понимать значение своих действий на тот момент. В связи с этим просит признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 177 ГК РФ.

В связи с тем, что после обращения в суд с настоящим иском между ответчиком ФИО8 и ФИО11 заключен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ в отношении спорных объектов недвижимого имущества, истец увеличил объем исковых требований, в окончательном варианте просит признать договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ недействительными сделками.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО11.

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Фонд помощи наркозависимым «Линия-Жизнь», ФИО13

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечено Управление Министерства труда и социального развития Омской области по Омскому району.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. До приостановления производства по делу истец исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что в ДД.ММ.ГГГГ года он проживал по адресу: <адрес>, <адрес> ДД.ММ.ГГГГ обращался в больницу на Птицефабрике, где дали заключение, что у него начинается кризис, его мучали головные боли, имелись проблемы с памятью. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, к нему домой ворвались трое мужчин, как они вошли, неизвестно. Данные лица избивали его, как долго после этого он пролежал без сознания, ему неизвестно. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, с утра, он стал куда-то собираться, полагает, что в больницу, расположенную примерно в километре от дома, но до нее не добрался, поскольку ему стало плохо, помнит, что каким-то образом оказался у своей знакомой – Ольги Васильевны в магазине, которая пыталась вызвать скорую, а затем позвонила его сестре. В итоге за ним приехал друг – ФИО3, ныне покойный, забрал его на личном автомобиле, после чего он пролежал у него дома около трех суток. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ его привезли домой в <адрес> но поскольку ключи от дома пропали, пришлось спиливать дверь. В этот день приехал муж его сестры - ФИО15 и зачем-то возил его в ЗАГС, где расположен дом Колчака, затем подъехала машина, из которой вышел его сын ФИО5 и он с сыном куда-то вместе поехали. ДД.ММ.ГГГГ полагает, что у него произошло кровоизлияние в мозг, он потерял сознание, очнулся в больнице примерно через неделю, привязанный к кровати, в больнице пролежал месяц. Пояснил, что не давал своему сыну – ФИО8. разрешения ни на продажу, ни на эксплуатацию дома в СНТ «Зеленая Падь». Что со ним происходило в указанный промежуток времени, он почти не помнит. Помнит, что после выписки из больницы жил в <адрес> у сына ФИО9, был какое-то время в санатории для инвалидов. За время проживания в <адрес> сын и его семья обращались плохо, запрещали общение с родными и знакомыми. ФИО9 также настраивал его против другого сына ФИО10, оболгал ФИО10, в связи с чем, он обращался с заявлением на ФИО10 в полицию <адрес> о незаконном завладении его имуществом, заявление вместо него писала ФИО11, он писать не мог, у него тряслась рука. В полицию вместе с ним ходили ФИО11 и сын ФИО9. О том, что состоялась дарение жилого дома ему стало известно от секретаря <адрес> По приезде в <адрес>, в свой дом он попасть не смог, поскольку его не пускали охранники. В <адрес> по <адрес> находится пустая квартира, подаренная им сыну ФИО9, но ФИО9 запретил риелтору давать ему ключи. Ему пояснили, что в доме, расположенном в <адрес>», расположен фонд по борьбе с наркоманией. Однако ему со слов секретаря товарищества известно, что в доме проживают около 16-17 молодых девушек, которых якобы лечат от наркомании. В настоящее время доступ на территорию закрыт, дополнительно поставлен забор. Дополнительно на вопросы ФИО4 ответчика пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ года сразу после инсульта проживал около двух недель в <адрес>, его забрал сын ФИО10 и они вместе уехали в ДД.ММ.ГГГГ, но климат ему не подошел, поэтому сын ФИО10 купил ему билет в Москву и он уехал к ФИО9, который его встретил. За время проживания в <адрес> работал в течение нескольких недель дворником в пионерском лагере, его туда устроила ФИО11, а также помогал в уходе за ее детьми. Относительно завещания, составленного в ДД.ММ.ГГГГ года, пояснил, что помнит, что в какой-то из дней сын ФИО9 сказал поехать с ним к нотариусу, переделать документ. По приезде к нотариусу у него уточнили имя и отчество, затем нотариус спросил о возможности подписания им документа о том, что я отказываюсь от дарственной на ФИО6 в пользу ФИО5. Он спросил зачем его привезли, на что его попросили подождать в коридоре, дверь к нотариусу была приоткрыта, он услышал, как нотариус пояснил ФИО9, что он не здоров, зачем он его привел, что подписывать ничего не будут, затем дверь закрыли. Около 10 минут спустя вышел ФИО9, и они поехали домой, он ничего не подписывал. Обозрев оригинал доверенности на распоряжение имуществом от ДД.ММ.ГГГГ и оригинал завещания от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что в завещании подпись выполнена не им, в доверенности указал на сильное сходство с его подписью, допускает возможность, что подпись действительно выполнена им.

Представитель истца – ФИО14, действующий по доверенности, до перерыва исковые требования поддержал в полном объеме с учетом представленных уточнений. Пояснил, что в конце ДД.ММ.ГГГГ года к нему обратились истец и его сын – ФИО10 с просьбой разобраться со сложившейся ситуацией, подготовить документы для подачи искового заявления в суд, для написания заявления о возбуждении уголовного дела, которое передано участковому в <адрес>. От участкового стало известно, что спорный дом сдан в аренду либо индивидуальному предпринимателю, либо юридическому лицу для содержания реабилитационного центра по борьбе с алкоголизмом и наркоманией. Полагает, что на момент, когда ФИО1 был собственником спорного дома, он подписывал какие-то договоры, но ФИО1 не помнит обстоятельства заключения данных договоров. События ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 не помнит. Из собранных документов известно, что с ДД.ММ.ГГГГ года у истца начались проблемы с головой: ФИО1 проходил лечение по заболеваниям, связанным именно с головным мозгом, установлены нарушения мозговой деятельности, со слов истца – у него были инсульты. Полагает, что ДД.ММ.ГГГГ года сыну истца – ФИО9 было известно о состоянии ФИО1, у ФИО22 возникло желание переоформить недвижимое имущество на себя, чтобы спорный дом не попал в наследственную массу, в связи с чем сын истца – ФИО9 как-то оформил договор дарения. Пояснил, что сомневаемся в действительности данного договора, поскольку ФИО1 не помнит факта заключения данного договора, также подозрения вызывает совершение сделки в субботу, нотариусы по субботам не работают. Медицинская карта ФИО1 содержит сведения, что ФИО1 поступил ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре истца у него обнаружили, кроме заболевания, еще и ссадины. Возникает ряд вопросов о том, где находился истец, как давно ему были причинены телесные повреждения, имели ли место данные повреждения ДД.ММ.ГГГГ и если они имели место, то по какой причине нотариус не обратила внимания на имеющиеся у истца телесные повреждения, либо каким образом ей объяснили появление у него телесных повреждений. Считает, что, несмотря на дееспособность истца на период заключения договора дарения, он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, что было обусловлено последствиями заболеваний, возможно, инсультов. Также, при ознакомлении с материалами дела, он обратил внимание, что спорный объект – дом, расположенный в <адрес>», с ДД.ММ.ГГГГ принадлежит ФИО11, обеспечительные меры приняты в отношении спорного объекта ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, регистрация права собственности ФИО11 незаконна. ФИО11 является сожителем ответчика ФИО8, они длительное время проживают совместно в Подмосковье, имеют общих детей. Полагает, что ответчик ФИО8 предпринял действия по переоформлению спорного имущества на ФИО11, ввиду того, что ФИО1 покинул их семью в ДД.ММ.ГГГГ года, перебравшись в <адрес>, о чем было известно ФИО8

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени судебного заседания надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО8 – ФИО17, действующая по ордеру, возражала относительно заявленных исковых требований, просила в их удовлетворении отказать. Полагала, что иск ФИО1 не связан с его плохим самочувствием, он связан с переменой настроения истца в настоящее время. В ходе настоящего процесса установлено, что ФИО1, возможно в силу обиды, ранее обращался с заявлением в полицию в отношении своего сына - ФИО8, затем изменил свое отношение к нему. По неизвестным основаниям у истца в настоящее время установилось негативное отношение к ответчику. Оспариваемый договор дарения является волеизъявлением истца, сформированным еще задолго до ДД.ММ.ГГГГ года, т.е. момента фактического заключения договора. После обозначенных событий, когда у истца был инсульт, ему действительно было плохо, поэтому, чтобы пресечь споры между наследниками, истец совершил еще в ДД.ММ.ГГГГ года ряд нотариальных действий, а именно: оформление на имя ответчика доверенности на право распоряжения имуществом ФИО1, включая спорный дом, также истцом оформлено завещание в пользу ответчика ФИО9. Ответчик ФИО8 не воспользовался представленным ему правом на распоряжение имуществом истца. В ДД.ММ.ГГГГ году после инсульта истец проследовал в Абхазию, откуда приехал в <адрес> и проживал в обозначенной выше квартире. Как пояснил ей доверитель, ФИО1 в санатории «Русь» познакомился с женщиной ФИО51 и сожительствовал с ней в квартире, в <адрес>. ФИО1 в исследуемый период совершал последовательные, логичные действия. Формирование воли у истца на дарение спорного дома до фактического совершения сделки можно подтвердить тем фактом, что истец самостоятельно взял для нотариуса справку в ЗАГСе, без сопровождения со стороны иных лиц. ФИО8 на сделку прибыл позже, опоздав, в связи с чем истец производил действия по отчуждению имущества в пользу ответчика в отсутствие ФИО8 Также ей известно со слов доверителя и риелтора, приглашенного на сделку, что у истца состоялась долгая конфиденциальная беседа с нотариусом в <адрес>, они закрывались в кабинете. Вменяемость, адекватность, нормальное физическое и психическое состояние истца также сможет подтвердить риелтор. Пояснила, что ей известно, что ФИО1 до заключения договора дарения сдавал дом в аренду, затем договор аренды на спорный дом был переоформлен на нового собственника. ФИО1 в спорном доме не проживал, в доме находились некоторые его вещи, которые он вывез после заключения договора дарения. В настоящее время арендатором является центр реабилитации. На вопрос суда о переоформлении ее доверителем квартиры на ФИО11 пояснила, что ФИО8 и ФИО11 зарегистрировали брак, ответчик подарил спорный дом ФИО11 на день бракосочетания, что им было запланировано задолго да подачи настоящего иска в суд.

Ответчик ФИО11 судебное заседание не явилась, извещена о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, просила об отложении судебного заседания до выздоровления ее несовершеннолетних детей. Также представила письменные возражения на исковое заявление, в которых просила в удовлетворении исковых требований отказать. В возражениях указывает, что истец ФИО1 является членом их семьи, ведет с ними общее хозяйство, исполняет обязанности по оплате коммунальных услуг. Несмотря на это, истец обратился в суд с настоящим иском, утверждая, что спустя четыре месяца после указанного им в ДД.ММ.ГГГГ года инсульта находился в состоянии послеинсультного восстановления и заблуждался относительно природы заключенной им сделки дарения. В октябре этого года истец пересек границу Абхазии, что никак невозможно было сделать в невменяемом состоянии. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 позвонил ее супругу и сказал, что его старший сын ФИО10 обманул его и он планирует приехать в <адрес> для подачи заявления на ФИО10 о привлечении его к уголовной ответственности, а также для оформления завещания, генеральной доверенности в <адрес> на ФИО9. Этот звонок был приурочен ко дню рождения истца и ее супруга. В последующем через несколько дней ФИО1 приехал к ним в <адрес> для совместного проживания. Все вышеуказанные запланированные нотариальные действия ФИО1 осуществлял в полном объеме по приезде в <адрес>. Далее ФИО1 самостоятельно без какого-либо сопровождения неоднократно съездил по направлению Омск-Москва-Омск, что еще раз подтверждает его полную адаптированность в социальной жизни. Полагает, что из материалов дела следует очевидный факт влияния третьих лиц на истца с целью завладения бывшим недвижимым имуществом ФИО1, а именно со стороны ФИО6 и ФИО16, с которой истец сожительствовал в <адрес>. Пояснила, что ей стал известен телефонный разговор ФИО16, в котором прозвучала информация о том, что она живёт с ФИО1 лишь для получения от него денежных средств. После этого разговора они отказали ФИО16 в прописке в <адрес>, после чего она стала от них требовать, чтобы они купили отдельную квартиру для ФИО1 и нее. После этого она настроила ФИО1 судиться со своим сыном ФИО9 для того, чтобы завладеть в дальнейшем его жилым домом и земельным участком в <адрес>. ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ выехала в <адрес>, забрав очередную пенсию у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, веря в искренность чувств ФИО16, по ее требованию уехал к знакомой своей сожительнице – некой Людмиле, которая уже организовала встречу истца с ФИО10 в <адрес>, который со своей стороны тоже имел интерес в отношении спорной недвижимости и оказал влияние на истца. Указала, что в настоящее время жилой дом с участком находятся в ее собственности по договору дарения, заключенному с мужем. Полагает, что в момент дарения ДД.ММ.ГГГГ истец отдавал отчет своим действиям, осознавал их, о чем свидетельствуют его самостоятельные передвижения и действия без сопровождения в быту и поездках дальнего следования в период с ДД.ММ.ГГГГ

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилось, извещено о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, просило о рассмотрении дела в его отсутствие. До приостановления производства по делу третье лицо исковые требования поддержало в полном объеме, пояснив, что его отец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года попал аварию, его автомобиль был в плохом состоянии. Впоследствии отец написал на него необоснованное заявление, что он его похитил в тяжелом состоянии. Автомобиль в настоящее время находится на ремонте, его собственником является его отец. ФИО1 в <адрес> проживал один, в результате он его увез к себе: ДД.ММ.ГГГГ истец выписан из БСМП № 1, в тот же день они поехали в Абхазию, в дороге находились три дня, не доезжая <адрес>, отцу стало плохо, ему была оказана медицинская помощь, после чего они приехали в Абхазию. ФИО2 прожил у меня около недели, потом ему стало хуже. В связи с тем, что ему было сложно проживать в Абхазии, он созвонился с ФИО9, купил билеты в <адрес>, посадил отца на поезд, договорился с ФИО9, чтобы он встретил ФИО2 После прибытия истца в Москву, у него не было связи ни с отцом, ни с братом. ФИО9 если отвечал, то только на смс-сообщения. Обстоятельства совершения спорной сделки ему не известны, поскольку у него на тот период не было связи с отцом. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ его супруге на телефон, по WhatsApp поступил звонок, от женщины, которая сообщила, что ФИО2 хочет с нами поговорить. Отец сказал, что не может больше проживать в <адрес>, попросил его забрать. ДД.ММ.ГГГГ он с отцом встретился на вокзале в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ он с отцом приехал в «<адрес>», двери были закрыты, посторонний мужчина рекомендовал покинуть частную территорию, после чего они показали ему свидетельство о государственной регистрации права на землю, на что мужчина им сообщил, что ФИО1 не является собственником дома. В результате они вызвали сотрудников полиции, в связи с захватом дома. О договоре дарения им стало известно после получения его копии в <адрес>, на Иртышской набережной в Едином центре. Пояснил, что еще на семейном совете в ДД.ММ.ГГГГ году родители решили, что ФИО9, как создающему семью с ФИО11 дарят квартиру в <адрес>, на <адрес>. Поскольку он с отцом занимался строительством дома в «<адрес>», в которое он также вложил собственные денежные средства, продав принадлежащие ему объекты недвижимости, он не возражал против решения родителей подарить брату квартиру. Когда дом в «<адрес>» был достроен, дом был оформлен на отца. В настоящее время ими предпринимались попытки урегулировать спор мирным путем, однако ФИО9 не идет на контакт. Относительно сдачи спорного дома в аренду пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ года, когда отец уехал к нему в Абхазию, они с братом решили, что дом без присмотра оставлять нельзя, поэтому сдали его физическому лицу на условиях найма, который в нем проживал около трех месяцев. Нанимателю пришлось съехать с этого дома, поскольку он не ужился с отцом, который вернулся в ДД.ММ.ГГГГ года. После ДД.ММ.ГГГГ года ему об отце не было ничего известно.

Представитель третьего лица Фонда помощи наркозависимым «Линия-Жизнь» в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, причины неявки не известны.

Третье лицо ФИО13 после перерыва в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, причины неявки не известны.

Представитель Управления Министерства труда и социального развития Омской области по Омскому району – ФИО18, действующая на основании доверенности, до перерыва пояснила, что с учетом выводов заключения судебно-психиатрической экспертизы проведенной по поставленным судом вопросам рассматриваемые в рамках настоящего дела исковые требования о признании договоров дарения недействительными сделками подлежат удовлетворению. После перерыва представитель Управления не явилась, представила письменное ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие, просила принять решение в пользу и с учетом интересов истца.

До начала судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ от ФИО11 посредством электронной почты поступили письменные ходатайства о переносе судебного заседания на срок выздоровления ее несовершеннолетних детей.

В соответствии с частью 1 статьи 169 ГПК РФ отложение разбирательства дела допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса, предъявления встречного иска, необходимости представления или истребования дополнительных доказательств, привлечения к участию в деле других лиц, совершения иных процессуальных действий, возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи. Суд может отложить разбирательство дела на срок, не превышающий шестидесяти дней, по ходатайству обеих сторон в случае принятия ими решения о проведении процедуры медиации.

Таким образом, совершение данного процессуального действия как отложение судебного заседания является правом суда, а не обязанностью. В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований действующего законодательства.

В соответствии со статьей 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий и в его отсутствие.

В данной случае ответчик ФИО11, заявляя ходатайство о переносе судебного заседания, указывает, что считает свое участие в судебном заседании необходимым, чтобы лично заявлять возражения и ходатайства, жалобы и прочие документы, а также желает лично задавать вопросы участникам.

При этом в поданном ходатайстве о конкретных процессуальных действиях, которые она намерена лично совершить в судебном заседании не указывает, о намерении представления дополнительных доказательств или о допросе конкретных свидетелей, для чего ей необходимо дополнительное время, не указывает.

Также суд обращает внимание, что к судебным заседаниям, назначенным на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО11 заявляла ходатайства о переносе судебного заседания, ссылаясь в обоснование него на аналогичные обстоятельства: желание лично участвовать в судебном заседании, активно участвовать в разбирательстве по делу.

По данным ходатайствам судом приняты решения о переносе судебного заседания. Однако, несмотря на это, ответчик ФИО11, какие-либо процессуальные действия за этот период не совершала, кроме подачи встречного иска ДД.ММ.ГГГГ, подписанного от ее имени представителем по доверенности, личное участие в судебных заседаниях не принимала, несмотря на представление судом ей такой возможности.

Также суд принимает внимание, что дело поступило на рассмотрение суда ДД.ММ.ГГГГ, ответчик ФИО11 привлечена к участию в деле в качестве ответчика ДД.ММ.ГГГГ, однако за этот промежуток времени ответчик свое личное участие в судебных процессах не обеспечила.

При этом суд обращает внимание, что обо всех судебных заседаниях ответчик ФИО11 извещалась в установленном законом порядке, по всем известным адресам, в том числе по адресу, указанному в ее ходатайстве, на который она просила направлять всю корреспонденцию, а также через адрес ее электронной почты, которой она активно пользовалась, направляя в адрес суда ходатайства и письменные возражения на исковое заявление, реализуя свои процессуальные права. Дополнительно ответчик извещалась судом о дате и времени судебного заседания посредством направления в ее адрес телеграмм.

Помимо этого, по ходатайству ответчика ФИО11, судом в ее адрес заказным письмом с уведомлением для ознакомления направлялись копии материалов дела, которые у нее отсутствуют.

Соответственно, ответчик ФИО11 была ознакомлена с материалами рассматриваемого дела, недостающие правоустанавливающие документы, она как собственник спорного имущества имела возможность получить самостоятельно.

Кроме того, при направлении в ее адрес материалов дела суд разъяснил ответчику ФИО11 право как на личное участие в судебных заседаниях, так и через своего представителя.

Доказательств того, что ответчик была лишена возможности воспользоваться услугами представителями, суду не представлено, напротив, поступившее в адрес суда 17.07.2019 встречное исковое заявление ФИО11 подписано от ее имени представителем ФИО19, действующей на основании доверенности, выданной ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ. ФИО19 была допрошена в судебном заседании в качестве свидетеля со стороны ответчиков.

По мнению суда, данные действия ответчика ФИО11 свидетельствуют о злоупотреблении ею своими процессуальными правами, фактически направлены на затягивание судебного разбирательства.

В связи с этим суд не находит основания для переноса судебного заседания, полагая возможным рассмотрение дела в ее отсутствие.

При этом суд полагает, что при изложенных выше обстоятельствах, права ответчика ФИО11 не нарушены, поскольку она была надлежащим образом извещена о судебных заседаниях, в ее распоряжении имелись материалы дела, на основании которых она имела возможность подготовить свою позицию по делу, чем она воспользовалась, направив в адрес суда свои письменные возражения на исковое заявление, а также встречное исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ, по которому судом принято процессуальное решение. О намерениях совершить какие-либо еще процессуальные действия ответчик, начиная с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ, не сообщила.

Руководствуясь статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд счёл возможным рассмотрение дела при данной явке.

Изучив материалы дела, исследовав имеющиеся доказательства, выслушав мнение лиц, участвующих в процессе, приняв во внимание письменные возражения сторон, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, принадлежали на праве собственности следующие объекты недвижимости:

- жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>;

- земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>

Данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела свидетельствами о государственной регистрации права № дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ, №-№ дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ взаимен свидетельства № серия № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключен договор дарения жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> и земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>

Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ нотариально удостоверен нотариусом нотариального округа <адрес> ФИО30 за номером в реестре нотариуса №.

На основании указанного договора дарения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации за №, №

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (даритель), и ФИО11 (одаряемая), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключен договор дарения, по условиям которого ФИО8 безвозмездно передал в собственность ФИО11 в качестве дара жилое здание с кадастровым номером №, площадью 405,4 кв.м, принадлежащее дарителю на праве собственности, и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1899 кв.м, предоставленный для садоводства, расположенный на землях сельскохозяйственного назначения, по адресу: <адрес>, <адрес>

В пунктах 3, 4 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что даритель гарантирует одаряемому, что на момент подписания настоящего договора недвижимое имущество никому другому не подарено, не продано, не заложено, в споре, под арестом и запрещением не состоит. Даритель передает одаряемому отчуждаемое недвижимое имущество свободное от прав и претензий третьих лиц.

В пункте 8 договора дарения указано, что даритель состоит в зарегистрированном браке с одаряемым.

Переход права собственности на обозначенные выше объекты недвижимости (жилой дом и земельный участок) зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, о чем внесены записи в Единый государственный реестр прав №, №

Обращаясь в суд с требованиями о признании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ недействительными сделками, истец указывает, что при совершении сделки от ДД.ММ.ГГГГ находился в таком психическом и эмоциональном состоянии, что не мог понимать значение своих действий и руководить ими, пояснив, что волеизъявление на безвозмездную передачу ФИО8 спорных объектов недвижимости у него отсутствовало. А сделка дарения от ДД.ММ.ГГГГ по безвозмездной передачи указанных объектов ответчиком ФИО8 в пользу ФИО11 состоялась в нарушение требований действующего законодательства, поскольку совершена ФИО8, не имеющим право отчуждать данное недвижимое имущество, и с нарушением прав и законных интересов ФИО1

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, ответчики утверждают, что при совершении сделки от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имелось волеизъявление на безвозмездную передачу спорного имущества в пользу сына ФИО8, которое сформировалось еще задолго до даты ее заключения, о чем свидетельствуют выданная ФИО1 на имя ФИО8 доверенность на право управления имуществом и завещание, составленные и удостоверенные нотариусом ДД.ММ.ГГГГ. В свою очередь, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключен с соблюдением требований законодательства. Ответчик ФИО11 настаивает на том, что является добросовестным приобретателем спорного имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (пункт 2 статьи 177 ГК РФ).

Пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По смыслу изложенных выше норм основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учётом изложенного, по основанию, предусмотренному пунктами 1, 2 статьи 177 ГК РФ, юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного иска являются следующие обстоятельства: мог ли ФИО1 на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими, с установлением наличия или отсутствия психического расстройства лица в период заключения договора, степени его тяжести, степени тяжести имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Исходя из требований статьи 56 ГПК РФ, бремя доказывания наличия таких обстоятельств лежит на истце.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Поскольку установление обстоятельств того, мог ли ФИО1 осознавать значение своих действий и руководить ими в момент заключения оспариваемой сделки, требует специальных медицинских познаний в области психиатрии, исковой стороной заявлено ходатайство о назначении по делу судебной психиатрической экспертизы, которое судом удовлетворено. Производство экспертизы поручено БУЗ Омской области «Клиническая психиатрическая больница имени Н.Н. Солодникова».

Перед экспертами судом поставлены следующие вопросы:

1) Страдал ли ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, каким-либо психическим заболеванием на дату ДД.ММ.ГГГГ? Если да, то каким именно?

2) Способен ли был ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, понимать значение своих действий или руководить ими на дату заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ?

3) Способен ли был ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, понимать значение своих действий или руководить по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ?

ДД.ММ.ГГГГ поступило заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №/А.

В заключении комиссии экспертов отражено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на период ДД.ММ.ГГГГ обнаруживал признаки органического расстройства сосудистого генеза с выраженными нарушениями психики. Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинская документация о перенесенных на фоне сосудистой патологии (артериальная гипертензия, дисциркуляторная энцефалопатия), ишемического инсульта (ДД.ММ.ГГГГ г.) и повторных геморрагических инсультов (ДД.ММ.ГГГГ гг.) с формированием внутримозговой гематомы, по поводу которой лечился стационарно, и в медицинской документации зафиксирована органическая неврологическая симптоматика и выраженные когнитивные расстройства, что подтверждается и заключением медицинского психолога, выявившего ДД.ММ.ГГГГ выраженные дефекты функций памяти, внимания, выраженные нарушения мышления, расстройства в эмоционально-волевой сфере, снижение критичности к своему состоянию. В дальнейшем у ФИО1 наблюдались эпизоды неадекватного поведения, что также усматривается из материалов отказного дела №. Согласно анализу медицинской документации, в ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1 перенес закрытые черепно-мозговые травмы ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, по поводу которых госпитализирован был в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что усугубило состояние подэкспертного, в том числе и психическое, поэтому на период сделки ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 имелись признаки органического расстройства смешанного (сосудистого, травматического) генеза с выраженными изменениями психики с бредовыми включениями. Данное диагностическое заключение находит свое подтверждение и в показаниях свидетелей, допрошенных в суде. Указанный диагноз подтверждается и при настоящем психиатрическом обследовании, при котором у подэкспертного на фоне выраженного мнестического снижения, выраженных нарушений мышления, эмоционально-волевых расстройств выявлена бредовая симптоматика с постепенным расширением фабулы бреда с вовлечением в бредовую интерпретацию события все новых лиц (сын ФИО10, сын ФИО9, ФИО7, муж сестры, «мафия»). Указано, что изменения психики ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период составления завещания ДД.ММ.ГГГГ (выраженные когнитивные нарушения), на период заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ (выраженные когнитивные расстройства, бредовая симптоматика), учитывая анализ материалов дела и предоставленной медицинской документации, данные психолого-психиатрического обследования, достигали выраженной степени, поэтому ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на периоды ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по своему психическому состоянию был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Оспаривая выводы заключения экспертов, представителем ответчика ФИО8 заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, просила поручить ее проведение ГБУЗ МО «Психиатрическая больница №2 им. В.И. Яковенко Московской области».

В обоснование поданного ходатайства указывает, что судом нарушены права лиц, участвующих в деле, поскольку они были лишены права выбора экспертного учреждения и постановки своих вопросов перед экспертами. Оспаривает подлинность и достоверность медицинских документов, имеющихся в материалах дела. Полагает, что экспертами исследован ограниченный круг обстоятельств, имелся ограниченный объем материалов, приняты во внимание лишь показания самого ФИО1, напрямую заинтересованного в исходе дела, а документы, представленные ответчиком в части аспектов жизни обследуемого лица во внимание не приняты. Считает, что экспертами применен ограниченный круг методик при проведении судебной экспертизы, в частности, не применены методики экспертного анализа, сравнительного исследования, соотношения личных знаний эксперта с аналогичными литературными научными данными науки и практики, не исследованы все аспекты и периоды жизни подэкспертного. По мнению представителя ответчика, судом нарушен порядок передачи материалов дела в адрес экспертной организации, экспертами нарушен порядок оформления заключения.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ произведен вызов и допрос эксперта ФИО21, являющейся врачом-докладчиком, входящим в состав комиссии, проводившей исследование в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., по итогам которого подготовлено заключение от ДД.ММ.ГГГГ №/А.

В судебном заседании эксперт ФИО21 пояснила, что экспертиза проведена в соответствии с действующими требованиями законодательства на основании тех документов, которые имеются в материалах гражданского дела, переданного в их распоряжение. Вопрос о подлинности представленных документов в компетенцию экспертов не входит. Отмечает, что перед экспертами была поставлена задача определения сделкоспособности подэкспертного ФИО1 на определенный период. При проведении экспертизы исследованию и анализу подверглась вся представленная в их распоряжение медицинская документация и материалы дела, основной же упор при исследовании и установлении психического состояния ФИО1 ими сделан на медицинские документы. Иные материалы дела, в частности, показания свидетелей, аспекты жизни ФИО1, на которые ссылается ответчик в ходатайстве, ими подробно исследованы, проанализированы в дополнение к сложившейся уже на основании медицинских документов картине психического состоянию подэкспертного и приняты во внимание. Сами же обстоятельства психического состояния подэкспертного на установленные судом конкретные периоды времени основаны на медицинской документации и проведенном комиссионном психолого-психиатрическом обследовании в отношении ФИО1 В частности, в отношении ФИО1 проведен осмотр на предмет определения его соматического состояния, неврологического статуса и психического состояния. На вопрос представителя ответчика эксперт пояснила, что при исследовании ими также учтены показания нотариуса, но за основу они не взяты, поскольку нотариус проверяет лицо только по базе, по реестру, она расценила, что ФИО1 может принимать участие в сделке, но нотариус не обладает необходимыми специальными познаниями в области психиатрии, чтобы определить мог ли ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценив заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № суд установил, что оно отвечает требования допустимости и является надлежащим доказательством.

Оснований не согласиться с указанным заключением экспертов у суда не имеется, поскольку заключение составлено экспертами-психиатрами, обладающими специальными знаниями, образованием и стажем работы в данной области. Квалификация и уровень знаний экспертов сомнений не вызывают, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чём свидетельствует их подписка. Вопреки позиции ответчика выбор методики проведения исследования находится в прерогативе эксперта.

Выводы эксперта, отраженные в заключении от ДД.ММ.ГГГГ №/№, основано на научных познаниях, а содержащиеся в заключении выводы сделаны после всестороннего и полного исследования медицинских документов в отношении подэкспертного в совокупности с материалами настоящего гражданского дела, а также на основе изучения состояния подэкспертного по результатам проведенного в отношении него комиссионного психолого-психиатрического обследования.

Из показаний эксперта следует, что при проведении исследования экспертами учтены не только медицинская документация ФИО1, но и поведение подэкспертного в исследуемый период и в период, предшествующий ему, которое проанализировано применительно к выявленному из медицинской документации психическому состоянию подэкспертного, а также приняты во внимание показания свидетелей, в которых отражено поведение ФИО1 на спорный период времени.

Вопреки утверждениям представителя ответчика подлинность представленной в распоряжение экспертов медицинской документации подтверждается имеющимися в деле оригиналами медицинских карт и выписок из медицинских учреждений на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Сомнений в объективности экспертов у суда не имеется.

Доводы представителя ответчика относительно того, что они были лишены возможности выбора экспертной организации и постановки вопросов перед экспертами суд отклоняет, обращая внимание, что ответчики были осведомлены о разбирательстве по настоящему делу и имели возможность высказать свою позицию по данному ходатайству. В частности, представитель ответчика ФИО22 присутствовала в судебном заседании при решении вопроса о назначении по делу судебно-психиатрической экспертизы и возражала против назначения такой экспертизы. В случае же если суд придет к выводу о необходимости проведения судебной экспертизы просила назначить стационарную экспертизу. При этом предложения относительно конкретной организации и подлежащих постановке перед экспертом вопросов от представителя ответчика ФИО8 не поступили. Ответчик ФИО11 также была извещена о судебном заседании, в судебное заседание не явилась, явку своего представителя не обеспечила, ходатайств о перерыве или отложении судебного заседания, состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ, не заявила. Также суд обращает внимание, что выбор экспертной организации находится в компетенции суда, как и формирование окончательного круга вопросов, подлежащих постановке перед экспертом с учетом юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению применительно к рассматриваемой категории дела. Кроме того, доводам ответчиков в данной части дана оценка судебной коллегией по гражданским делам Омского областного суда в определении от ДД.ММ.ГГГГ при рассмотрении частной жалобы на определение о назначении судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах, оснований для признания заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № недопустимым доказательством и проведения по настоящему делу повторной экспертизы суд не находит.

Таким образом, выводы заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №/А подтверждают, что на момент совершения оспариваемой сделки ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., не мог понимать значения своих действий и руководить ими.

При этом суд обращает внимание, что данный вывод экспертов согласуется с имеющимися в деле письменными доказательствами и с показаниями допрошенных свидетелей, таких как ФИО23, ФИО3, ФИО24, ФИО25, в действиях которых судом не установлено наличие какой-либо заинтересованности в исходе данного дела, которыми дана характеристика поведению ФИО1 в спорный период времени, его состоянию здоровья, озвучены взаимоотношения, сложившиеся между членами семьи истца.

При оценке показаний допрошенных в судебном заседании ФИО26, ФИО27, ФИО32 суд учитывает, что данные лица являются работниками Фонда «Линия – Жизнь», который расположен в жилом доме, являющемся объектом оспариваемых сделок, директор которого является арендатором жилого дома на безвозмездной основе, что свидетельствует о наличии у них заинтересованности в исходе настоящего дела. При констатации данного вывода суд также учитывает показания свидетеля ФИО28, которая с ДД.ММ.ГГГГ года занималась продажей спорного жилого дома, пояснившей, что Фонд дважды (ДД.ММ.ГГГГ гг.) обращался по вопросу заключения договора аренды именно спорного дома, однако ФИО1 им в аренде отказывал, полагая, что дом будет приведен в упадок.

То обстоятельство, что оспариваемая сделка нотариально удостоверена нотариусом ФИО30, не опровергает выводы эксперта относительно психического состояния ФИО1 на момент совершения данной сделки от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку нотариус не обладает специальными познаниями в области психиатрии, необходимыми для установления данных обстоятельств. В компетенцию нотариуса входит проверка обратившихся к ней лиц для совершения сделки на предмет постановки их на учет, проведение беседы для разъяснений сути и последствий данной сделки. Однако в отсутствии необходимых медицинских познаний нотариус некомпетентен в вопросах дееспособности (недееспособности) участников сделок, подлежащих нотариальному удостоверению.

При таких обстоятельствах, учитывая исследованные по делу доказательства, в том числе заключение экспертов, суд приходит к выводу, что совершенная между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО8 сделка дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной.

Поэтому требования истца в данной части суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Как установлено судом, в период судебного разбирательства спорные объекты недвижимости отчуждены ответчиком ФИО8 безвозмездно в пользу супруги ФИО11 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ произведена регистрация перехода права собственности).

В связи с этим истец просит признать данную сделку от ДД.ММ.ГГГГ, заключенную между ответчиками ФИО8 и ФИО11, также недействительной.

Исследовав заявленные в данной части требования, суд отмечает, что фактически требования основаны на необходимости истребования спорного имущества из чужого незаконного владения, зарегистрированного на собственника имущества ФИО11, последующего конечного приобретателя жилого дома и земельного участка.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения приобретателя (ст. ст. 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст. ст. 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 ГК РФ предусмотрено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (пункт 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Абзацем первым пункта 39 Постановления Пленума 10/22 разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию при обращении в суд с настоящим иском, является установление факта выбытия имущества из владения собственника по воле или помимо его воли, а также добросовестность (недобросовестность) приобретателя имущества при возмездном отчуждении имущества.

Исследовав в совокупности доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, суд пришел к выводу о том, что спорный жилой дом и земельный участок выбыли из владения собственника – ФИО1 помимо его воли, поскольку при совершении первоначальной сделки от ДД.ММ.ГГГГ имел место порок воли со стороны ФИО1, не понимающего значение своих действий в момент ее заключения, что установлено экспертами.

Доводы представителя ответчика ФИО8 о том, что воля истца на безвозмездную передачу спорного имущества сформировалась еще задолго до совершения сделки от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку ДД.ММ.ГГГГ на имя ответчика ФИО8 истцом выдана доверенность на право распоряжения всем своим имуществом, и составлено завещание, суд отклоняет. При этом суд учитывает, что в рамках судебной экспертизы также исследовался вопрос о деликтоспособности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. на дату совершения данных односторонних сделок, т.е. ДД.ММ.ГГГГ, на который экспертами дан однозначный ответ, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в силу психического состояния не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Соответственно, и на момент совершения данных односторонних сделок установлено отсутствие свободного волеизъявления ФИО1 на безвозмездную передачу имущества (порок воли). Поэтому у суда не имеется оснований утверждать о том, что данные действия истца свидетельствуют об осознанности его последующих действий по безвозмездной передаче ДД.ММ.ГГГГ имущества в пользу ответчика ФИО8 В настоящее время доверенность от ДД.ММ.ГГГГ и завещание от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отменены посредством составления нового завещания и выдачи доверенности на иное лицо.

Таким образом, ответчик ФИО11 приобрела обозначенный выше жилой дом и земельный участок у ответчика ФИО8, не имеющего право его отчуждать, поскольку к последнему данные объекты недвижимости по сделке перешли помимо воли истца ФИО1

При этом суд также считает необходимым отметить, что в данном случае не имеет значение наличие доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которой ФИО1 уполномочил ответчика ФИО22 управлять и распоряжаться всем его имуществом, поскольку на момент совершения сделки от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО8 уже был зарегистрирован как собственник данного имущества и доверенность на спорные объекты не распространяла свое действие (данные объекты выбыли из состава имущества истца к этому моменту).

Кроме того, суд принимает внимание, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами (пункт первый статьи 185 ГК РФ). Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного, в частности, на доверенности, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Соответственно, все совершаемые по доверенности действия должны быть от имени и в интересах истца, а не ответчика ФИО22 и членов его семьи, коим является ответчик ФИО11 (супруга).

В данном случае спорное имущество выбыло помимо воли истца ФИО1, последующая сделка совершена не в интересах ФИО1, который в последующем ее не одобрил и сама доверенность от ДД.ММ.ГГГГ выдана ФИО1 в состоянии не способном понимать значение своих действий и руководить ими.

Ввиду того, что выбытие ДД.ММ.ГГГГ спорных объектов недвижимого имущества произошло между ответчиками ФИО5 и ФИО11 на основе безвозмездной сделки (договора дарения), доводы ответчика ФИО11 о добросовестности приобретения не имеют правового значения.

При таких обстоятельствах, имеются правовые основания для истребования жилого дома и земельного участка у последнего приобретателя – ответчика ФИО11, независимо от доводов о добросовестности приобретения.

В силу статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество представляет собой юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Пункт 52 Постановления Пленума 10/22 разъясняет, что государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Поскольку удовлетворены требования об истребовании имущества, то подлежат погашению в ЕРГН сведения о ФИО11, как о собственнике спорного имущества: жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, и восстановлению (внесению) в ЕГРН регистрационные записи в отношении ФИО1, как собственника спорного имущества: жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

признать договор дарения жилого дома площадью 405,4 кв.м с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> 10, и земельного участка площадью 1899 кв.м с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО8, недействительным.

Истребовать жилой дом с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>, <адрес><адрес> и земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, из владения ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Погасить в Едином государственном реестре недвижимости сведения о правах ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении объектов недвижимости - жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> и земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>.

Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости сведения о правах ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении объектов недвижимости - жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес> и земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Омский районный суд Омской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.А. Ларина

Решение в окончательной форме принято 22 июля 2019 года