Апелляционное определение № 22-614/2026 от 26 апреля 2026 г.

Докладчик Дмитриев А.В. Апелляционное дело № 22-614/2026

Судья Михайлов И.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 апреля 2026 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе

председательствующего судьи Рыскова А.Н.,

судей Дмитриева А.В., Дмитриева С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шадриной К.А.,

с участием прокурора Красновой Е.В.,

осужденной ФИО2,

защитника - адвоката Борисовой Л.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО2, апелляционному представлению государственного обвинителя – прокурора Порецкого района Чувашской Республики Мочалова А.В. на приговор Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2026 года в отношении ФИО2.

Заслушав доклад судьи Дмитриева А.В., выслушав выступления осужденной ФИО2, защитника - адвоката Борисовой Л.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Красновой Е.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, полагавшей необходимым отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

Приговором Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2026 года

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес> Республики, гражданка РФ, зарегистрированная по адресу: Чувашская Республика, <адрес>-А, состоящая в зарегистрированном браке, имеющая двоих малолетних детей, работающая заведующей поликлиникой бюджетного учреждения «<данные изъяты>» Министерства здравоохранения Чувашской Республики, военнообязанная, не судимая,

осуждена по ч.1 ст.292 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей;

по делу разрешены вопросы меры пресечения и судьбы вещественных доказательств.

ФИО2 признана виновной в совершении служебного подлога, то есть внесении должностным лицом заведомо ложных сведений в официальные документы из корыстной и иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.292.1 УК РФ).

Преступление совершено в период с 16 января 2024 года по 20 июня 2024 года в <адрес> Республики путем внесения заведомо ложных сведений в карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) учетной формы №/у, утвержденной приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО2 свою вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона. Ссылаясь на положения ст.252, ст. 297, ст.302 УПК РФ полагает, что приговор не отвечает требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства, поскольку выводы суда о доказанности вины в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ, не основаны на совокупности бесспорных, достоверных доказательств, достаточных для вынесения обвинительного приговора; судом не приведено достаточных и объективных данных о наличии в ее действиях умысла на совершение служебного подлога.

Указывает, что приговор (на листе 10) содержит вывод о доказанности совершения ею таких действий, как «внесение сведений в ГИС «РМИС ЧР» в период с 16 января 2024 года по 20 июня 2024 года, находясь в служебных помещениях БУ «<данные изъяты>» Минздрава Чувашии, имея единый прямой умысел на служебный подлог, являясь должностным лицом и действуя умышленно и целенаправленно, из корыстной заинтересованности, выраженной в стремлении извлечь выгоду имущественного характера путем получения стимулирующих выплат за проведение диспансеризации, а также иной личной заинтересованности, выраженной в стремлении увеличить свои статистические показатели по проведению диспансеризации, не выполняя действий по диспансеризации, организовала внесение заведомо ложных сведений путем дачи указаний медицинской сестре Свидетель №16 и фельдшеру Свидетель №4, и внесла заведомо ложные сведения в электронные медицинские документы учетной формы №/у о прохождении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3 и ФИО3 №8 профилактических медицинских осмотров (диспансеризаций), тогда как согласно предъявленного обвинения по ч.1 ст.292 УК РФ (т.7 л.д. 105-107) и обвинительного заключения (т.8 л.д.29) она обвинялась в том, что «в период с первой декады января 2024 года по 1 июня 2024 года совершила служебный подлог, исходя из корыстной и иной личной заинтересованности не выполняя действий по диспансеризации ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3 и ФИО3 №8 с использованием своей учетной записи, умышленно машинописным способом внесла в официальные медицинские документы учетной формы №/у удостоверяющие факты и влекущие юридические последствия, заведомо ложные сведения».

Суд посчитал технической опиской указанные в обвинительном заключении даты с первой декады января 2024 года по 1 июня 2024 года вместо с 16 января 2024 года по 20 июня 2024 года. При этом обстоятельства признания данного факта опиской судом не проверялись. Также считает надуманным и необоснованным вывод суда о том, что она якобы организовала внесение заведомо ложных сведений путем дачи указаний медицинской сестре Свидетель №16 и фельдшеру Свидетель №4, и внесла заведомо ложные сведения в электронные медицинские документы учетной формы №/у о прохождении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3 и ФИО3 №8 профилактических медицинских осмотров (диспансеризаций). Ни в ходе предварительного следствия, ни в суде не было установлено об оказании давления с ее стороны на Свидетель №16 и Свидетель №4 Выражает несогласие с мотивировкой в приговоре о критической оценке показаниям свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, данным в судебном заседании, поскольку последние были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, сами по себе отличия этих показаний от показаний, данных в ходе следствия, не могут быть критически оценены. Свидетели в суде подтвердили, что перед подписанием протоколов допроса в ходе следствия высказывали свое несогласие с описанием их показаний, однако изменения в протокол не вносились, замечания не фиксировались. Лицо, проводившее следственное действие со свидетелями, по факту оформления протоколов не допрашивалось. Ссылки суда на занимаемую ею должность в период инкриминируемого деяния, что дало основание полагать, что она давала указания Свидетель №16 и Свидетель №4 о фальсификации диспансеризаций, являются безосновательными, поскольку доводы и доказательства, послужившие этому выводу, в приговоре не приведены. Свидетель Свидетель №4 дважды вызывалась в суд для дачи показаний, и оба раза показала, что со стороны ФИО2 в адрес Свидетель №4 какого-либо давления, уговоров на дачу свидетельских показаний оправдывающих подсудимую не было. Учитывая, что свидетель Свидетель №4 при каждом допросе меняла свои показания, то к ее показаниям суду следовало отнестись критически.

Показания потерпевшего ФИО3 №3 противоречат показаниям свидетеля Свидетель №4, которая указала, что ФИО3 №3 получал от нее направления на сдачу анализов, в ее кабине прошел обследование, а затем и осмотр врача-терапевта, о чем получил соответствующее заключение о прохождении первого этапа диспансеризации. В свою очередь потерпевший ФИО3 №3 указал, что ее (ФИО2) не знает, по вопросу диспансеризации к ней и Свидетель №4 не подходил, направления на сдачу анализов не получал, их не сдавал, обследование и осмотр врача терапевта не проходил. Она также факт прохождения ФИО3 №3 диспансеризации отрицала. Запись об осмотре ФИО3 №3 зафиксировано в ГИС «РМИС ЧР» 20 июня 2024 года, тогда как с 17 июня 2024 года она находилась в декретном отпуске, доступа в ГИС «РМИС ЧР» не имела, должностным лицом не являлась. Вывод суда в части опровержения ее доводов в связи с наличием подписи ЭЦП не верен. 1 июня 2024 года приходится субботой, выходным днем. Факт ее нахождения на рабочем месте 1 июня и 20 июня 2024 года материалами уголовного дела не подтверждается. Суд неверно указал то, что она 1 июня 2024 года внесла запись в ГИС «РМИС ЧР» о прохождении первого этапа диспансеризации ФИО3 №3 Установлено о внесении такой записи 20 июня 2024 года.

В части прохождения диспансеризации ФИО3 №8 показания представителя ФИО3 №8 - ФИО3 №9 не согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №4

Суд сослался на показания Свидетель №4 о том, что последняя находится у нее (ФИО2) в непосредственном подчинении, тогда как в ходе судебного следствия Свидетель №4 указала, что она (ФИО2) ее непосредственным руководителем не является. Судом не выяснялось, давала ли она в действительности указания Свидетель №4 на заведение электронной карты диспансеризации на ФИО3 №3 и ФИО3 №8, внесение в отношении последних антропометрических данных, сведений и результаты сдачи анализов, сведений о прохождении ЭКГ и внесение записей в журнал регистрации о прохождении ЭКГ.

Суд критически оценил признательные показания свидетеля Свидетель №16 лишь на том основании, что последняя приходится ей (ФИО2) матерью. Выводы суда о внесении со стороны последней заведомо ложных сведений о прохождении диспансеризаций ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, сдачи за них анализов, прохождение ЭКГ, внесение антропометрических данных и заведение карты №/у под ее (ФИО2) прямым указанием также надуманны и безосновательны, поскольку данные обстоятельства судом не выяснились ни у подсудимой, ни у свидетеля Свидетель №16 Указывая в качестве доказательств ее телефонные переговоры с потерпевшими ФИО3 №5, ФИО3 №7, суд проигнорировал слова последних о том, что они при беседе с оперативными сотрудниками по факту фальсификации диспансеризаций указали, что боялись подвести Свидетель №16

Утверждает, что суд огласил показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №10, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №14, Свидетель №13, потерпевших ФИО3 №7 и ФИО3 №5 по ходатайству государственного обвинителя без учета ее мнения, чем нарушил право на защиту. Поскольку показания данных лиц были положены в основу обвинительного приговора и повлияли на выводы суда, то состоявшийся судебный акт нельзя признать законным.

Судом не дана оценка амбулаторным картам потерпевших, в которых зафиксировано отсутствие рукописных записей от ее имени, что дополнительно свидетельствует о том, что потерпевшие к ней за прохождением диспансеризации не обращались, ею направления на исследования не выписывались и указания на это никому из медицинских работников не давались. При просмотре распечатанных электронных карт диспансеризации формы №/у установлено отсутствие в них осмотра врача терапевта, что препятствовало направлению документов сотрудниками БУ «<данные изъяты>» на оплату в ТФОМС Чувашской Республики, поскольку без наличия записи осмотра врача терапевта диспансеризация является не оконченной.

Из письма БУ «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № (т.5 л.д.134) следует, что за проведенную диспансеризацию ФИО3 №4 она (ФИО1) получила 50 руб., ФИО3 №5 - 100 руб., ФИО3 №6 - 50 руб., ФИО3 №7 - 50 руб., ФИО3 №3 - 100 руб., и ФИО3 №8 - 100 руб., всего 450 руб. Судом не приняты во внимание обстоятельства, свидетельствующие о том, что если с ее стороны и совершены противоправные действия, формально подпадающие под признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ, они в силу их малозначительности не представляют достаточной общественной опасности и не могут являться преступлением. Суду следовало применить положения ч.2 ст.14 УК РФ.

Считает верным исключение судом из объема предъявленного обвинения указания о внесении заведомо ложных сведений в ГИС «РМИС ЧР» об ЭКГ в покое в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, проведении ФИО3 №5 17 января 2024 года флюорографии легких, проведении 22 января 2024 года осмотра врачом акушером-гинекологом в отношении ФИО3 №5, ФИО3 №7 С выводами суда о прекращения уголовного дела в части обвинения по ч.4 ст.274.1 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, об исключении из объема обвинения предъявленное обвинение по ч.1 ст.285 УК РФ, как излишнее, согласна. Просит приговор отменить, вынести в отношении нее оправдательный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – прокурор Порецкого района Чувашской Республики Мочалов А.В. не оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела и квалификацию действий осужденной, полагает приговор подлежащим изменению ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела. Судом установлено, что ФИО2 в период с 16 января 2024 года по 21 февраля 2024 года совершила действия по внесению заведомо ложных сведений в официальные медицинские документы в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7 о прохождении ими профилактического медицинского осмотра. Между тем предусмотренные п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ сроки давности привлечения к уголовной ответственности по данным эпизодам истекли. Просит приговор изменить, в соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ уголовно преследование в отношении ФИО1 по эпизодам внесения в официальные медицинские документы в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7 заведомо ложных сведений о прохождении ими профилактического медицинского осмотра в период с 16 января 2024 года по 21 февраля 2024 года прекратить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В остальной части приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Приговор суда соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, в нем содержится описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа совершения преступления, формы вины и мотивов, приведены доказательства, которые суд обоснованно признал относимыми и достоверными, собранными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в определениях от 24.12.2012 N 2329-О, от 23.11.2017 N 2736-О, осуществление судом функции правосудия в публичном по своему характеру уголовном процессе предполагает законодательное наделение его правом проверять и оценивать представленные сторонами доказательства; такая проверка допускает получение и исследование - в рамках предъявленного подсудимому обвинения - и других доказательств, подтверждающих или опровергающих доказательство, проверяемое судом; иное не позволяло бы суду при рассмотрении уголовных дел давать объективную оценку отстаиваемым сторонами позициям и устранять возникающие в ходе судебного разбирательства сомнения в их обоснованности, а следовательно, не обеспечивало бы независимость и беспристрастность суда при отправлении правосудия. Расхождение фактического времени совершения преступления, установленного в ходе судебного разбирательства, с примерным временем, указанным стороной обвинения, само по себе не предопределяет вывод о недоказанности вины подсудимого и о неверной квалификации деяния. Определение правового значения выявленного расхождения относится к компетенции рассматривающего дело суда, обязанностью которого является разрешение дела на основе полной и всесторонней оценки всех собранных доказательств.

Уточнение судом определенных деталей происшедших событий при описании преступного деяния, в частности времени совершения инкриминированного осужденной преступления, не свидетельствует о том, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, поскольку суд в соответствии с возложенными на него законом полномочиями должен на основании представленных сторонами доказательств принимать меры к установлению места, времени совершения и других обстоятельств преступления, перечисленных в п. 1 ст. 307 УПК РФ, и отразить их в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора.

Такое уточнение, с учетом занятой стороной защиты в судебных прениях позиции о непричастности ФИО2 к совершению инкриминированного преступления 20 июня 2024 года, не влечет нарушения права осужденной на защиту, так как не ухудшает ее положения и не указывает на новые обстоятельства, повышающие общественную опасность деяния и влекущие переквалификацию деяния на статью Уголовного кодекса РФ о более тяжком преступлении.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 20-21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 (ред. от 09.12.2025) «О судебном приговоре», пришел к обоснованному выводу о совершении ФИО2 одного преступления, указанного в приговоре, которое ошибочно квалифицировано несколькими статьями уголовного закона (ст.285 УК РФ и ст.292 УК РФ).

Между тем, в предъявленном ФИО2 обвинении по ч.1 ст.285 УК РФ ей инкриминирована организация внесения заведомо ложных сведений в официальные медицинские документы.

В связи с чем являются несостоятельными доводы апелляционной жалобы о нарушении судом пределов судебного разбирательства в указанной части и нарушения права осужденной на защиту.

Виновность ФИО2 в совершении служебного подлога полностью подтверждается материалами уголовного дела и сомнений у судебной коллегии не вызывает.

В ходе судебного разбирательства, в соответствии с принципом состязательности, сторонам была в полном объеме предоставлена возможность реализовать свои процессуальные права на представление и исследование относящихся к уголовному делу доказательств.

Осужденная ФИО2, оспаривая свою вину, построила свою позицию на том, что она не организовывала внесение и сама не вносила в электронные медицинские документы заведомо ложные сведения в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 о прохождении ими профилактического медицинского осмотра (диспансеризации).

Судом первой инстанции данные доводы были подробным образом исследованы и обоснованно признаны несостоятельными.

Выводы в приговоре о виновности ФИО2 в служебном подлоге основаны не на предположениях суда, а на анализе приведенных в приговоре показаний потерпевших и свидетелей, данных из протоколов осмотров и других письменных доказательствах. Свои выводы суд первой инстанции подробно мотивировал и суд апелляционной инстанции не видит оснований сомневаться в их правильности.

Суд убедился в том, что ФИО2, в силу занимаемой должности врача-терапевта участкового БУ «<данные изъяты>», являлась должностным лицом, имеющим допуск к ГИС «РМИС ЧР» (государственная информационная система в сфере здравоохранения Чувашской Республики «Республиканская медицинская информационная система Чувашской Республики»), внесению сведений в электронные медицинские документы - карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации).

Эти выводы суд обосновал ссылками на приказ о назначении ФИО2 на должность, ее должностной инструкцией, табелем учета рабочего времени, нормативными документами, свидетельствующими о том, что врач-терапевт участковый является ответственным за организацию и проведение профилактического медицинского осмотра и диспансеризации населения; о том, что карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) учетной формы №/у, утвержденной приказом Минздрава России от 10 ноября 2020 года № 1207н, ведутся в электронном виде в ГИС «РМИС ЧР», относятся к официальным документам, подлежащим заполнению на каждого гражданина, проходящего профилактический медицинский осмотр (диспансеризацию).

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления подтверждаются достаточной совокупностью согласующихся доказательств, приведенных в приговоре, а именно:

показаниями представителя потерпевшего Министерства здравоохранения Чувашской Республики – ФИО3 №1, о том, что проведение диспансеризации населения определено в Стратегии развития здравоохранения в Российской Федерации. Минздравом Чувашии ежегодно направляются в подведомственные медицинские организации планы по проведению диспансеризации, которые в последующем распределяются внутри медицинской организаций на врачей-терапевтов участковых и врачей общей практики. По результатам выполнения плана по диспансеризации устанавливаются стимулирующие выплаты. В свою очередь за невыполнение плана предусмотрена персональная ответственность руководителей медицинских организаций;

показаниями представителей ТФОМС Чувашской Республики ФИО15, ФИО3 №2; реестрами счетов, письмами ТФОМС Чувашской Республики; АО «СК «Чувашия-Мед» о перечислении денежных средств за оказание медицинской помощи в виде диспансеризации ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 по выставленным БУ «<данные изъяты>» Минздрава Чувашии счетам;

показаниями потерпевших ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, которые прохождение диспансеризаций в БУ «<данные изъяты>» не подтвердили, показали, что в указанные в приговоре при описании преступного деяния дни они за медицинской помощью не обращались, анализы не сдавали, осмотр у врача-терапевта ФИО2 не проходили; представитель потерпевшего ФИО3 №8 – ФИО3 №9, также указала, что ее отец ФИО3 №8 не проходил (диспансеризацию), врач ФИО2 ее отца не осматривала; показания данных лиц согласуются и подтверждаются письменными материалами дела, в том числе о нахождении работников ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3 на рабочем месте; об отсутствии в ГИС «РМИС ЧР» листов осмотра врачом ФИО2 пациентов ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8, а также согласия последних на прохождение профилактических медицинских осмотров (диспансеризации);

показаниями свидетеля ФИО16, заместителя директора по вопросам информатизации БУ «МИАЦ» Минздрава Чувашии, о том, что ГИС «РМИС ЧР» используется во всех медицинских организациях, информацию в эту систему медицинские работники вводят только под своей учетной записью, данные этой учетной записи известны только владельцу. Недопустимо использование учетной записи врача медицинской сестрой, поскольку учетная запись персонифицирована. При каждом входе в ГИС «РМИС ЧР» медицинские работники посредством медицинского окна предупреждаются о персональной ответственности, для входа пользователю нужно ввести свою учетную запись и ввести пароль. Выгрузка сведений в ГИС «РМИС ЧР» происходит лишь после того как документ будет отмечен как законченный и будет подписан. Электронная подпись врача, оказавшего медицинскую помощь и подписавшего электронный документ, должна быть одинакова;

показаниями свидетеля Свидетель №2, главного врача БУ «<данные изъяты>», согласно которым порядок прохождения диспансеризации предусматривает личное обращение пациента в медицинскую организацию. При каждом виде диспансеризации проводится определенный набор исследований. Пациент дает добровольное письменное согласие на медицинское вмешательство, ему выписываются врачом либо медицинской сестрой направления для сдачи анализов. Результаты анализов либо диагностических исследований медицинский сотрудник вносит в ГИС «РМИС ЧР». По результатам исследований врач-терапевт участковый либо врач общей практики проводит осмотр пациента, затем в ГИС «РМИС ЧР» заполняет электронную медицинскую документацию по результатам диспансеризации, после чего сведения о прохождении диспансеризации статистами направляются в ТФОМС Чувашской Республики для оплаты за оказанную медицинскую помощь. Заместитель главного врача по медицинской части ФИО2 была назначена ответственным по обеспечению работы ГИС «РМИС ЧР»;

показаниями свидетелей – работников БУ «<данные изъяты>»: Свидетель №15, ведущего программиста, о том, что врач ФИО1 была зарегистрирована в ГИС «РМИС ЧР» под учетной записью MED/shmmc-chirkova_da; Свидетель №5, врача-терапевта участкового, о том, что в ГИС «РМИС ЧР» электронная карта учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации), являющаяся итоговым электронным медицинским документом, составляется врачом; Свидетель №1, экономиста планово-экономического отдела, указавшей, что ФИО2 разработала расчет стимулирующих выплат врачам в зависимости от показателей, контролировала расчеты стимулирующих выплат, в период отсутствия в своем кабинете ФИО2 всегда закрывала кабинет; ФИО17, ранее состоявшей в должности заведующей поликлиникой, пояснившей, что сведения в ГИС «РМИС ЧР» под учетной записью ФИО2 она не вносила; ФИО18, Свидетель №10, Свидетель №11, Свидетель №14, Свидетель №7, из которых усматривается, что ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 в указанные в приговоре дни обследования не проходили, анализы не сдавали; а также оглашенными показаниями свидетелей Свидетель №3 (т. 4 л.д. 13-16, 136-138), Свидетель №4 (т. 4 л.д. 17-20, 134-135) о том, что ФИО2 просила их выписать направления на анализы и обследования по диспансеризации, результаты по ним, что они и сделали, Свидетель №3 выписала на имя ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №8 направления на измерение внутриглазного давления, результаты; Свидетель №4 на имя ФИО3 №3 и ФИО3 №8 направления на анализы и диагностические исследования;

результатами изученной информации, содержащейся в ГИС «РМИС ЧР», согласно которым в электронной медицинской карте ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3 есть запись о якобы проведенном 16 января 2024 года измерении внутриглазного давления, документ составил и заверил ЭЦП врач-терапевт участковый ФИО2;

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) ФИО3 №4 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: завершена диспансеризация (профосмотр), учетная запись пользователя, создавшего 16 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит медицинской сестре Свидетель №16, дата начала 1 этапа диспансеризации 16 января 2024 года, дата завершения 21 февраля 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО2 и зарегистрирован в подсистеме «Федеральный реестр электронных медицинских документов» (РЭМД);

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) ФИО3 №5 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: завершена диспансеризация (профосмотр), учетная запись пользователя, создавшего 16 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит медицинской сестре Свидетель №16, дата начала 1 этапа диспансеризации 16 января 2024 года, дата завершения 21 февраля 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО2 и зарегистрирован в подсистеме «Федеральный реестр электронных медицинских документов» (РЭМД);

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении ФИО3 №6 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: завершена диспансеризация (профосмотр), учетная запись пользователя, создавшего 16 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит медицинской сестре Свидетель №16, дата начала 1 этапа диспансеризации 16 января 2024 года, дата завершения 21 февраля 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО1 и зарегистрирован в подсистеме «Федеральный реестр электронных медицинских документов» (РЭМД);

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении ФИО3 №7 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: завершена диспансеризация (профосмотр), учетная запись пользователя, создавшего 16 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит медицинской сестре Свидетель №16, дата начала 1 этапа диспансеризации 16 января 2024 года, дата завершения 21 февраля 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО2 и зарегистрирован в подсистеме «Федеральный реестр электронных медицинских документов» (РЭМД);

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении ФИО3 №3 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: завершена диспансеризация (профосмотр), учетная запись пользователя, создавшего 18 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит фельдшеру Свидетель №4, дата начала 1 этапа диспансеризации 16 января 2024 года, дата завершения 01 июня 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО2 и зарегистрирован в подсистеме «Федеральный реестр электронных медицинских документов» (РЭМД);

в карте учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении ФИО3 №8 врачом, оформившим карту диспансеризации, является ФИО2, результат диспансеризации: отправлен на второй диспансеризации (профосмотра), учетная запись пользователя, создавшего 18 января 2024 года электронный медицинский документ, принадлежит фельдшеру Свидетель №4, дата начала 1 этапа диспансеризации: 18 января 2024 года, дата завершения 23 января 2024 года. Статус электронного медицинского документа: выгружен в ГИС «РМИС ЧР», подписан ЭЦП врачом ФИО2;

осмотром карт учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) учетной формы №/у ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8, в ходе которого установлены сведения об этапах якобы пройденной последними диспансеризации; врачом, выдавшей им направления на анализы, назначившим исследования, указана ФИО2; при этом в амбулаторных медицинских картах ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 сведений о прохождении ими диспансеризации не имеется;

а также показаниями свидетелей Свидетель №6 Свидетель №13, ФИО19, ФИО20; Свидетель №3; Свидетель №12, Свидетель №9, Свидетель №8 и другими письменными материалами дела, подробно описанными в приговоре.

Приведенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставил между собой и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, указал основания, по которым он принял одни доказательства и отверг другие доказательства и доводы стороны защиты. Судебная коллегия отмечает, что существенных противоречий в доказательствах, выводах суда, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, не содержится.

Тот факт, что оценка доказательств судом не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения судебного решения.

Показания свидетеля Свидетель №16 в ходе следствия, а также показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, данные в ходе судебного следствия, были проверены, признаны недостоверными, причины по которым суд пришел к данному выводу должным образом мотивированы, оснований не согласиться с выводами суда в указанной части не имеется.

Доводы защиты о нарушениях при оглашении показаний свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №10, Свидетель №7, Свидетель №11, Свидетель №14, Свидетель №13, потерпевших ФИО3 №7 и ФИО3 №5 суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что ходатайства государственного обвинителя об оглашении показаний указанных лиц рассмотрены в порядке, предусмотренном ст.271 УПК РФ, по ним приняты мотивированные решения. Суд не ограничивал осужденную, защиту которой в судебном заседании осуществляла адвокат, по высказыванию своей позиции по существу заявленных ходатайств, в последующем исследованию и оспариванию этих показаний.

Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. Судом не создавалось препятствий для представления стороной защиты своих доказательств. Материалы дела исследованы с достаточной полнотой. Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденной на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, в материалах дела не содержится.

Никаких доказательств тому, что врачом-терапевтом участковым ФИО2 в отношении потерпевших ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 проводилась диспансеризация суду не предоставлено.

Доводы осужденной о том, что она не организовывала внесение и не вносила заведомо ложные сведения в карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации), в том числе в отношении ФИО3 №3 20 июня 2024 года, поскольку с 17 июня 2024 года находилась в декретном отпуске, сведения в ГИС «РМИС ЧР» под ее учетной записью пользователя ФИО2 могли внести другие лица, судом первой инстанции проверены, в том числе путем оценки телефонных разговоров, полученных в ходе ОРМ, они не подтвердились, суд расценил их, как способ защиты. ФИО2 была назначена ответственным по обеспечению работы ГИС «РМИС ЧР» в БУ «<данные изъяты>», достоверно знала порядок работы в ГИС «РМИС ЧР», в своих показаниях подтвердила, что доступ к своей учетной записи пользователя в ГИС «РМИС ЧР» она никому не предоставляла, ЭЦП (электронная цифровая подпись) у нее хранилась всегда при себе.

Как верно отметил суд, информацию в ГИС «РМИС ЧР» медицинские работники вводят только под своей учетной записью; карта учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации), являющаяся итоговым электронным медицинским документом, составляется врачом. Все электронные медицинские документы о пройденной потерпевшими диспансеризации подписаны ЭЦП ФИО2 В приговоре приведены убедительные доказательства тому, что Чирковая Д.А. при совершении служебного подлога действовала умышлено, руководствовалась корыстной и иной личной заинтересованностью.

Из показаний представителя потерпевшего Министерства здравоохранения Чувашской Республики ФИО3 №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1 следует вывод о том, что количество оказанных услуг по диспансеризации, напрямую влияет на получение врачом стимулирующих выплат, ФИО1 была прямо заинтересована в увеличении объема таких услуг для получения стимулирующих выплат, т.е. имела корыстную заинтересованность. Также осужденная имела и личную заинтересованность в увеличении показателей работы, при этом снижая трудозатраты по проведению диспансеризации населения.

Доводы стороны защиты о том, что в электронных картах учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) потерпевших отсутствовали сведения об осмотре последних врачом терапевтом, что препятствовало завершению диспансеризации и направлению документов на оплату в ТФОМС Чувашской Республики, а также то, что с 17 июня 2024 года она находилась в декретном отпуске и не являлась должностным лицом, не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденной состава преступления.

Из совокупности информации, предоставленной ТФОМС Чувашской Республики, БУ ЧР <данные изъяты> Минздрава Чувашии известно, что электронные медицинские документы, куда были включены осужденной заведомо ложные сведения о пройденной потерпевшими диспансеризации, выгружены в ГИС «РМИС ЧР», подписаны ЭЦП врачом ФИО2, зарегистрированы в РЭМД, приняты для исполнения ТФОМС Чувашской Республики и оплачены, что указывает на выполнение осужденной условий для выгрузки в РМИС заведомо недостоверной информации.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает состоявшийся приговор в отношении ФИО2 в части установления фактических обстоятельств преступления и квалификации по ч.1 ст.292 УК РФ законным и обоснованным.

С учетом характера и обстоятельств совершения преступления, количества потерпевших, исходя из целей и предназначения диспансеризации, в том числе определенных в Стратегии развития здравоохранения в Российской Федерации, суд правильно не применил ч.2 ст.14 УК РФ и не прекратил уголовное дело в отношении ФИО2

В то же время приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу ч.2 ст.15 УК РФ преступление, предусмотренное ч.1 ст.292 УК РФ, отнесено законом к преступлениям небольшой тяжести.

Согласно положениям п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года. В соответствии с ч.2 ст.78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Приговором ФИО2 признана виновной в том, что она совершила служебный подлог, т.е. будучи должностным лицом, внесла в официальные электронные медицинские документы – карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) учетной формы №/у, заведомо ложные сведения в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №3, ФИО3 №8 Установлено, что каждая карта учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации), выгруженная в ГИС «РМИС ЧР», содержит конкретную дату начала и окончания профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) лица, что свидетельствует о том, что формирование каждой карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) подлежит оценке как отдельное действие служебного подлога.

ФИО2 внесены заведомо ложные сведения в официальные медицинские документы - карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении:

ФИО3 №8 - дата начала лечения (диспансеризации) 18 января 2024 года, дата окончания 23 января 2024 года;

ФИО3 №4 - дата начала лечения (диспансеризации) 16 января 2024 года, дата окончания 21 февраля 2024 года;

ФИО3 №5 - дата начала лечения (диспансеризации) 16 января 2024 года, дата окончания 21 февраля 2024 года;

ФИО3 №6 дата начала лечения (диспансеризации) 16 января 2024 года, дата окончания 21 февраля 2024 года;

ФИО3 №7 - дата начала лечения (диспансеризации) 16 января 2024 года, дата окончания 21 февраля 2024 года;

ФИО3 №3 - дата начала лечения (диспансеризации) 16 января 2024 года, дата окончания 01 июня 2024 года.

С учетом того, что предусмотренный п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ двухгодичный срок давности уголовного преследования по эпизодам в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7, ФИО3 №8 истек, то из осуждения ФИО2 эти действия подлежат исключению.

При таких обстоятельствах ФИО2 необходимо считать осужденной за совершение служебного подлога по эпизоду в отношении ФИО3 №3

Тем самым, в результате противоправных действий ФИО2 по внесению в карту учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) в отношении ФИО3 №3 заведомо ложных сведений ТФОМС Чувашской Республики ЧР в пользу БУ «<данные изъяты>» были необоснованно перечислены денежные средства на сумму 1444 руб. 28 коп.

В соответствии с положениями ст. 60 УК РФ при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. При этом должен быть обеспечен индивидуальный подход к назначению наказания.

Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного подсудимому наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновного. Справедливое наказание способствует решению задач и осуществлению целей уголовного законодательства Российской Федерации, сформулированных в ст. ст. 2 и 43 УК РФ.

При назначении ФИО2 наказания суд учел все объективно имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства, данные ее личности и иные сведения, имеющие значения, назначил ей наказание в виде штрафа, являющееся справедливым и соразмерным содеянному.

Поскольку из объема обвинения исключены действия по эпизодам в отношении пятерых лиц размер назначенного наказания в виде штрафа подлежит снижению.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона на досудебной стадии производства и при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которые бы повлекли за собой отмену или изменение приговора по иным основаниям, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 19 февраля 2026 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из объема обвинения по ч.1 ст.292 УК РФ на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения лица к уголовной ответственности эпизоды о внесении ФИО2 в период с 16 января 2024 года по 21 февраля 2024 года заведомо ложных сведений в официальные медицинские документы – карты учета профилактического медицинского осмотра (диспансеризации) учетной формы №/у, утвержденной приказом Минздрава России от 10 ноября 2020 года № 1207н, в отношении ФИО3 №4, ФИО3 №5, ФИО3 №6, ФИО3 №7 и ФИО3 №8;

- указать, что в результате противоправных действий ФИО2 ТФОМС Чувашской Республики в пользу БУ «<данные изъяты>» Минздрава Чувашии были необоснованно перечислены денежные средства в размере 1444 руб. 28 коп.;

- снизить назначенное по ч.1 ст.292 УК РФ наказание в виде штрафа до 5000 руб.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: