Решение № 2-475/2017 от 5 апреля 2017 г. по делу № 2-475/2017

Дело № 2-475/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 06 апреля 2017 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Земской Л.К.

с участием помощника прокурора г.Каменска-Уральского Меньшовой Н.Н.,

при секретаре Табатчиковой Т.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Главному управлению МВД России по Свердловской области, Межмуниципальному отделу МВД России «Каменск-Уральский» о восстановлении на работе, взыскании оплаты за период вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУ МВД России по Свердловской области о восстановлении на работе. Исковые требования уточнял, предъявив их в качестве соответчика также к МО МВД России «Каменск-Уральский», и дополнив требованиями о взыскании оплаты за период вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование поданного иска с учетом его уточнений указано, что с 01.09.2003 ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел. 29.09.2016 им был подан рапорт об увольнении по инициативе сотрудника без указания даты увольнения. В период с 27.10.2016 по 07.11.2016 истец был временно нетрудоспособен в связи с болезнью ребенка.

В период нетрудоспособности ФИО1 приказом начальника ГУ МВД России по Свердловской области от 31.10.2016 № л/с уволен на основании п.2 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту Федеральный закон № 342-ФЗ). Согласно ч.12 ст.89 Федерального закона № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или в командировке не допускается. Увольняя истца приказом от 31.10.2016 ответчик лишил его возможности обратиться с отзывом своего рапорта об увольнении, поданного 29.09.2016, в пределах срока предупреждения, так как истец в данный период был нетрудоспособен.

В связи с изложенным ФИО1 с учетом уточнений иска предъявлены к ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Каменск-Уральский» исковые требования: о признании незаконным приказа от 31.10.2017 № л/с о расторжении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел; восстановлении его на службе в должности следователя отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений, совершенных на территории муниципального образования «Каменск-Уральский» следственного отдела МО МВД России «Каменск-Уральский»; и о взыскании с ответчика МО МВД России «Каменск-Уральский» в пользу ФИО1 средней заработной платы за период вынужденного прогула со следующего дня после незаконного увольнения и по дату вынесения решения, что на 09.03.2017 составит 212 499 руб. 12 коп., а также компенсации морального вреда в сумме 3 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенная к участию в деле на основании п.6 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) исковые требования поддержали в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске, дали суду аналогичные объяснения.

Указали также, что в связи со сложившимися семейными обстоятельствами 29.09.2016 ФИО1 был подан рапорт об увольнении по собственному желанию без указания даты увольнения. При этом исходя из положений Федерального закона № 342-ФЗ истец понимал, что днем его увольнения должно явиться 31.10.2016. 27.10.2016 у истца заболел несовершеннолетний ребенок, он был нетрудоспособен в связи с уходом за ребенком, о чем он, либо его супруга поставили в известность работодателя, вероятно в лице непосредственного руководителя истца – Н., либо начальника СО В. Полагают, что ФИО1 не мог быть уволен в период временной нетрудоспособности, тем самым работодателем была нарушено его установленное законом право отозвать своей рапорт об увольнении по собственному желанию и продолжить службу в органах внутренних дел.

Так дома в вечернее время 27.10.2017 ФИО1 был составлен рапорт об отзыве его рапорта об увольнении от 29.09.2016, который он пытался отвезти в МО МВД России «Каменск-Уральский» в субботу, т.е. 29.10.2016, однако работники службы кадров в этот день не работали. Затем 31.10.2016 около обеда истец прибыл в отдел по работе с личным составом (ОРЛС) МО МВД России «Каменск-Уральский», однако там у него отказались принять рапорт, сообщив что документы на его увольнение уже переданы в ГУ МВД России по Свердловской области и ему нужно туда обращаться. Он не имел возможности в тот же день поехать в Екатеринбург, о возможности регистрации рапорта у секретаря, направлении его почтой, осуществления телефонного звонка в ГУ МВД России по Свердловской области не подумал. 02.11.2016 он вновь приехал в МО МВД России «Каменск-Уральский» и пытался отозвать своей рапорт об увольнении, но ему указали, что уже есть приказ о его увольнении.

Когда 07.11.2016 был закрыт больничный, выдана вправка ВК, то и ее работодатель (сотрудники ОРЛС в г.Каменске-Уральском) принять отказались, мотивируя это уже состоявшимся увольнением ФИО1

Уже в ноябре 2016 года ФИО1 обратился в ГУ МВД России по Свердловской области с жалобой на незаконность его увольнения. Его действительно приглашали по вопросу возможности мирного урегулирования спора, однако речь шла не о восстановлении на работе, а о новом трудоустройстве, в связи с чем им было принято решение обратиться с иском в суд.

Помимо этого расчет с истцом был произведен несвоевременно, что также свидетельствует о незаконности его увольнения.

Представитель ответчика ГУ МВД России по Свердловской области ФИО3, действующая на основании доверенности от 12.12.2016, сроком действия по 31.12.2019, исковые требования ФИО1 полагала не подлежащими удовлетворению. В состоявшихся по делу судебных заседаниях, а также в представленных в материалы дела письменных возражениях на иск, указала, что 29.09.2016 истом был подан рапорт об увольнении по его инициативе, в учетом положений ст.84 Федерального закона № 342-ФЗ, ст.14 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ), днем увольнения ФИО1 являлось 31.10.2016. До 31.10.2016 рапорта об отзыве рапорта об увольнении от ФИО1 в МО МВД России «Каменск-Уральский, ГУ МВД России по Свердловской области не поступало, доказательств направления или подачи такого рапорта истцом в ходе рассмотрения дела не представлено. Истец, как сотрудник следственного отдела, следовательно, обладающий высшим юридическим образованием, обязан знать порядок увольнения, в том числе предусмотренный положениями Федерального закона № 342-ФЗ. Порядок оформления увольнения сотрудника органов внутренних дел был соблюден, его нетрудоспособность в связи с уходом за ребенком не являлась препятствием к его увольнению по собственному желанию.

Полагала, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки злоупотребления правом, поскольку о нахождении на больничном с ребенком с 27.10.2016 он работодателю не сообщил, по настоящее время справку ВК, свидетельствующую о нетрудоспособности в период с 27.10.2016 по 07.11.2016 в службу кадров не представил.

18.11.2016 на имя начальника УРЛС ГУ МВД России по Свердловской области поступило направленное почтой 11.11.2016 обращение ФИО1, связанное с незаконностью его увольнения. При рассмотрении указанного обращения ФИО1 неоднократно приглашали на беседу в УРЛС, однако он не явился. При этом к своему обращению ФИО1 не прикладывал рапорт от 27.10.2017, не указывал, что он до момента издания приказа об увольнении предпринимал попытки отзыва рапорта об увольнении. В ходе проведенной проверки нарушений процедуры увольнения ФИО1 со службы в органах внутренних дел установлено не было.

Представитель ответчика МО МВД России «Каменск-Уральский» ФИО4, действующий на основании доверенности от 25.01.2017, сроком действия до 31.12.2017, просил отказать ФИО1, в удовлетворении иска, приведя в судебном заседании и в представленном в материалы дела письменном отзыве аналогичные доводы.

Помощник прокурора г.Каменска-Уральского Меньшова Н.Н. полагала иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению, поскольку нетрудоспособность по уходу за ребенком не препятствовала его увольнению по собственному желанию. Также полагала, что ФИО1 не было доказано, что он должным образом уведомил работодателя о нахождении его на больничном с 27.10.2017, равно как не доказано и принятие мер по отзыву своего рапорта об увольнении до издания оспариваемого приказа от 31.10.2016.

Выслушав явившихся участников судебного разбирательства, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства в материалах дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам:

Статья 3 ч.1 ГПК РФ «Право на обращение в суд» устанавливает: Заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов,… Согласно статье 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст.ст.55,56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.ст.59,60 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

На основании ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно ст.68 ч.2 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Судом установлено, что ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с (дата), о чем свидетельствуют в частности представленные в материалы дела в копии трудовая книжка истца, контракт о прохождении службы в органах внутренних дел от (дата).

Приказом начальника ГУ МВД России по Свердловской области от 31.10.2016 № л/с «По личному составу» с ФИО1 31.10.2016 расторгнут контракт и он уволен из органов внутренних дел с должности следователя отделения по расследованию преступления в сфере экономики отдела по расследованию преступлений, совершенных на территории муниципального образования «Каменск-Уральский» следственного отдела МО МВД России «Каменск-Уральский» по п.2 ч.2 ст.82 Федерального закона № 342-ФЗ (по инициативе сотрудника). Основанием увольнения явился рапорт ФИО1 от 29.09.2016.

В настоящее время ФИО1 оспаривает свое увольнение, полагая нарушенным его процедуру, а именно указывая на невозможность его увольнения в период нетрудоспособности в связи с уходом за несовершеннолетним ребенком, невозможность тем самым реализовать свое право на отзыв рапорта об увольнении.

Исследовав и оценив по правилам ст.ст.56,67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства, суд полагает заявленный иск не подлежащим удовлетворению.

К правоотношениям в области прохождения службы сотрудникам органов внутренних дел нормы трудового законодательства применяются в случае, если эти правоотношения не урегулированы специальными законами и нормативными актами. В соответствии с положениями ст.3 Федерального закона № 342-ФЗ в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в ч.1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Расторжение контракта и увольнение со службы в органах внутренних дел по инициативе сотрудника органов внутренних дел регламентировано ст.84 Федерального закона № 342-ФЗ, в соответствии с частью 1 которой сотрудник органов внутренних дел имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в органах внутренних дел по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения.

Частью 2 названной статьи предусмотрено, что до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы в органах внутренних дел сотрудник органов внутренних дел вправе в любое время в письменной форме отозвать свой рапорт. В этом случае контракт с сотрудником не расторгается и увольнение со службы не производится, если на замещаемую этим сотрудником должность в органах внутренних дел не приглашен другой сотрудник или гражданин и (или) имеются законные основания для отказа такому сотруднику или гражданину в назначении на данную должность.

Согласно ст.14 ТК РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений. Сроки, исчисляемые годами, месяцами, неделями, истекают в соответствующее число последнего года, месяца или недели срока. В срок, исчисляемый в календарных неделях или днях, включаются и нерабочие дни. Если последний день срока приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Тем самым, поскольку в рапорте истца об увольнении, датированном 29.09.2016, конкретная дата увольнения указана не была, то с учетом выходных дней датой увольнения ФИО1 работодателем обоснованно определена дата 31.10.2016, что не оспаривалось в том числе стороной истца, указавшего в ходе рассмотрения дела, что он понимал, что на основании поданного им 29.09.2016 рапорта он подлежал увольнению 31.10.2016.

Порядок увольнения со службы в органах внутренних дел и исключения из реестра сотрудников органов внутренних дел закреплен в ст.89 Федерального закона № 342-ФЗ, согласно ч.2 которого порядок представления сотрудников органов внутренних дел к увольнению со службы в органах внутренних дел и порядок оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта, увольнением со службы и исключением из реестра сотрудников органов внутренних дел (далее Порядок), определяются руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел. Такой порядок был утвержден Приказом МВД России от 30.11.2012 г. № 1065.

Согласно п.п.1,5,7,8 ст.89 Федерального закона № 342-ФЗ прекращение или расторжение контракта с сотрудником органов внутренних дел, увольнение его со службы в органах внутренних дел и исключение из реестра сотрудников органов внутренних дел осуществляются руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем. На сотрудника органов внутренних дел, увольняемого со службы в органах внутренних дел, оформляется представление, содержащее сведения об основании увольнения, о стаже службы (выслуге лет) в органах внутренних дел, возрасте, состоянии здоровья сотрудника, наличии у него прав на получение социальных гарантий в зависимости от основания увольнения, а также иные сведения, перечень которых определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. Сотрудник органов внутренних дел, увольняемый со службы в органах внутренних дел, обязан сдать закрепленное за ним оружие, иное имущество и документы в соответствующее подразделение федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения, а служебное удостоверение и жетон с личным номером в соответствующее кадровое подразделение. В последний день службы сотрудника органов внутренних дел уполномоченный руководитель или по его поручению иное должностное лицо обязаны выдать этому сотруднику трудовую книжку и осуществить с ним окончательный расчет.

В соответствии с п.п.12-14 Прядка с сотрудниками, увольняемыми со службы в органах внутренних дел, проводится беседа, в ходе которой им сообщается об основаниях увольнения, разъясняются вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций, трудоустройства. Беседа с сотрудником, увольняемым со службы в органах внутренних дел, проводится представителями кадрового подразделения. При необходимости к участию в беседе привлекаются представители правового (юридического), медицинского и финансового подразделений. Результаты беседы отражаются в листе беседы, составляемом в произвольной форме. При отсутствии возможности проведения беседы с сотрудником либо отказе (уклонении) сотрудника от участия в беседе составляется соответствующий акт в произвольной форме.

Согласно п.п.15,16 Порядка до увольнения сотрудника соответствующее кадровое подразделение с участием непосредственного руководителя (начальника) сотрудника готовит представление к увольнению из органов внутренних дел Российской Федерации. Представление к увольнению согласовывается с начальником подразделения, в котором проходит службу сотрудник, и доводится до сведения сотрудника под расписку. В случае отказа сотрудника от ознакомления с представлением к увольнению составляется соответствующий акт в произвольной форме.

Как следует из материалов дела, показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей С., А., основании не доверять которым у суда не имеется, вышеприведенный порядок увольнения ФИО1 со службы в органах внутренних дел был соблюден.

Так в отношении ФИО1 25.10.2016 было составлено представление к увольнению из органов внутренних дел Российской Федерации, лист беседы, а также комиссионно 25.10.2016 актирован отказ истца от ознакомления с представлением и листом беседы. Указанные обстоятельства по сути не оспаривались истцом в ходе рассмотрения гражданского дела.

Поскольку в день увольнения 31.10.2016 трудовая книжка ФИО1 в кадровом подразделении МО МВД России «Каменск-Уральский» получена не была, непосредственно в тот же день уведомление о необходимости явиться за получением трудовой книжки, либо дать согласие на ее направление почтой или получение близкими родственниками было направлено Врио начальника ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» А.

Довод истца о нарушении срока расчета при увольнении (выплата причитающихся денежных средств не в день увольнения, а позднее) не может сам по себе свидетельствовать о незаконности увольнения, повлечь восстановление сотрудника на службе. В случае, если ФИО1 полагает свои права в этой части нарушенными, он вправе защищать свои права иным способом.

Также суд находит несостоятельными доводы истца ФИО1 о невозможности его увольнения 31.10.2016, поскольку в указанное время он являлся нетрудоспособным (по уходу за больным ребенком). В подтверждение указанного довода истцом представлена справка ВК № от 11.11.2016, выданная ГБУЗ СО «Детская городская больница г.Каменск-Уральский», из которой следует, что ФИО1 нуждается в освобождении от работы для ухода за ребенком З. с 27.10.2016 по 07.11.2016.

Так действительно согласно п.12 ст.89 Федерального закона № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или в командировке не допускается, за исключением увольнения в соответствии с пунктами 1, 2, 4, 7, 8, 9 и 11 части 3 статьи 82 настоящего Федерального закона.

Однако из системного толкования правовых норм, предусмотренных ст.ст.82,84,85 и п. 12 ст. 89 Федерального Закона № 342-ФЗ, следует, что нетрудоспособность сотрудника по уходу за ребенком не является препятствием для издания приказа о его увольнении по собственному желанию (п.2 ч.2 ст.82 Федерального закона № 342-ФЗ). В связи с чем увольнение истца по собственному желанию в соответствии с его заявлением было возможно и в период временной нетрудоспособности.

Более того, суд полагает необходимым согласившись с доводами стороны ответчика, указать на следующее.

В силу п.п.1,2 ст.10 Федерального закона № 342-ФЗ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснено в п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы … При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Исходя из требований п.5 ч.1 ст.12 Федерального закона № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел обязан соблюдать внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения, в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения сотрудником своих служебных обязанностей.

Из анализа совокупности представленных доказательств следует, что ФИО1 указанные требования Федерального закона были нарушены, им допущено злоупотребление правом, он не сообщил работодателю о наступившей 27.10.2016 временной нетрудоспособности.

Так несмотря на утверждения ФИО1 о том, что он известил работодателя о наступлении временной нетрудоспособности, на протяжении всего периода рассмотрения дела истец так и не смог назвать когда, кто (он или его супруга), кого именно извещали о наступлении временной нетрудоспособности. При этом из показаний допрошенного судом свидетеля Н. (непосредственного руководителя истца), составленного им рапорта (копия которого представлена в материалы дела), показаний допрошенных свидетелей С., Ч., А. (сотрудников ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский»), докладной записки Врио начальника МО МВД России «ФИО5 от 22.11.2016, справок специалиста ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» Ч. от 11.03.2017, от 10.03.2017 следует, что ФИО1 не ставил ни своего непосредственного руководителя, ни представителей службы кадров работодателя в известность о наступлении его временной нетрудоспособности 27.10.2016, о наличии у него нетрудоспособности на день его увольнения 31.10.2016, по настоящее время не предоставлял в МО МВД России «Каменск-Уральский», ГУ МВД России по Свердловской области выданную 11.11.2016 ГБУЗ СО «Детская городская больница г.Каменск-Уральский» справку ВК №.

Доводы ФИО1 в судебном заседании о том, что по выдаче указанная справка ВК была предоставлена им работодателю, однако в связи с состоявшимся увольнением не была принята, голословны, не подтверждены какими-либо доказательствами.

Также суд находит не доказанными утверждения истца ФИО1 о нарушении со стороны МО МВД России «Каменск-Уральский», ГУ МВД России по Свердловской области его предусмотренного ч.2 ст.84 Федерального закона № 342-ФЗ права на отзыв его рапорта об увольнении по собственному желанию.

Так по утверждению ФИО1 до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы в органах внутренних дел 27.10.2016 дома в вечернее время им был составлен на имя начальника ГУ МВД России по Свердловской области Б. рапорт об отзыве рапорта об увольнении по собственному желанию от 29.09.2016, который он 31.10.2016 около обеда пытался подать сотруднику ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» на ул.Мичурина, 32, в г.Каменске-Уральском, и в принятии которого ему было отказано. При этом несмотря на то обстоятельство, что согласно объяснений представителя ответчика ФИО4 в ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» работает всего 10 сотрудников, из которых группа кадров состоит из двух сотрудников, ФИО1 в ходе рассмотрения гражданского дела не смог указать к какому конкретно сотруднику ОРЛС он обращался по вопросу отзыва рапорта об увольнении 31.10.2016, ни даже описать этого сотрудника (помимо общего указания, что это была женщина в форме).

При этом из совокупности представленных стороной ответчика доказательств, оснований не доверять которым у суда не имеется, следует, что ни по момент увольнения, ни по 07.11.2016 (дата окончания периода нетрудоспособности) ФИО1 не предпринималось мер к отзыву поданного им 29.09.2016 рапорта об увольнении.

Так из представленных в материалы дела докладной записки Врио начальника МО МВД России «Каменск-Уральский» К. от 22.11.2016, объяснений представителей ответчиков ФИО3, ФИО4 в судебном заседании следует, что ни в МО МВД России «Каменск-Уральский», ни в ГУ МВД Росси по Свердловской области рапорт ФИО1 об отзыве ранее поданного 29.09.2016 рапорта об увольнении по собственному желанию не поступал.

Из показаний допрошенного судом свидетеля Н. (непосредственного руководителя истца) следует, что ФИО1 с сентября 2016 года был нетрудоспособен, сообщил ему о намерении уволиться по собственному желанию в связи с тем, что нашел новую работу, о том, что он передумал увольняться ФИО1 ему не сообщал, фактически к работе в октябре 2016 года не приступал, в ежедневно проводимых оперативных совещаниях сотрудников СО участия не принимал. Уже после 08.11.2016, когда он находился в отпуске, со слов начальника СО МО ВД России «Каменск-Уральский» В. ему стало известно, что ФИО1 оспаривает законность его увольнения.

Как следует объяснений представителя ответчика ФИО4 в судебном заседании, представленных истцу письменных доказательств, и не оспаривалось стороной истца, группа кадров ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» состоит из двух сотрудников – С. и Ч. Оба указанных сотрудника, будучи допрошенными в судебном заседании в качестве свидетелей, указали, что ФИО1 к ним по вопросу отзыва своего рапорта об увольнении по собственному желанию не обращался, в том числе в период с 27.10 по 07.11.2016 года. С. указала также, что 25.10.2016 при составлении в отношении ФИО1 представления к увольнению из органов внутренних дел, листа беседы, она звонила ФИО1, он от ознакомления с названными документами отказался, при этом ничего о намерении отозвать рапорт об увольнении по собственному желанию не указывал.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля А., которая в период с 26.10.2016 по 16.12.2016 исполняла обязанности находившейся в отпуске специалиста группы кадров ОРЛС МО МВД России «Каменск-Уральский» С. и занималась оформлением увольнения сотрудников, следует, что 31.10.2016 из ГУ МВД России по Свердловской области ей были переданы данные о состоявшемся увольнении ФИО1, в связи с чем ею была внесена запись об увольнении в трудовую книжку ФИО1, подготовлены к выдаче необходимые документы. Поскольку до 17.00 часов сотрудник в ОРЛС за получением документов не явился, она после 17.00 часов позвонила ФИО1 с предложением явиться за получением трудовой книжки, однако явиться ФИО1 отказался. При этом в телефонном разговоре ФИО1 не сообщал ей о намерении отозвать свой рапорт об увольнении по собственному желанию, о наличии у него нетрудоспособности. 02.11.2016 она выдавала ФИО1, трудовую книжку, знакомила его с приказом об увольнении, однако истец также ничего не указывал о том, что не желает увольняться, намерен отозвать рапорт об увольнении, является нетрудоспособным. Также ФИО1 в иное время в период исполнения обязанностей специалиста отдела кадров не обращался к ней по вопросу отзыва рапорта об увольнении по собственному желанию, никто из сотрудников не сообщал ей, что от истца поступал такой рапорт, или что он намеревался его подать.

Суд отмечает, что никаких доказательств принятия мер к подаче в установленном порядке в письменной форме рапорта об отзыве рапорта об увольнении (в том числе регистрации такого рапорта у секретаря, направления его почтой, фактом, электронной почтой в адрес МО МВД России «Каменск-Уральский», ГУ МВД России по Свердловской области) истцом не представлено. При этом суд находит несостоятельными доводы ФИО1 в судебном заседании о том, что он не был осведомлен о порядке подачи рапорта, не сориентировался и не подумал о возможности направления его иным способом, суд находит несостоятельными. Так ФИО1 имеет высшее юридическое образование, длительное время работал следователем, с учетом занимаемой должности обязан был знать требования Федерального закона № 342-ФЗ, а также вышеуказанного Порядка.

Только 11.11.2016 при обращении с заявлением на имя начальника УРЛС ГУ МВД России по Свердловской области ФИО1 впервые указывает о наличии у него намерения отозвать рапорт об увольнении, при этом вопреки всем его объяснениям в судебном заседании в поданном заявлении указывает на возникновение такого желания 08.11.2018 («по выходу с больничного»), ничего не говоря о составлении рапорта об отзыве рапорта об увольнении еще 27.10.2016, якобы предпринятых попытках его подачи начиная с 31.10.2016.

При изложенных обстоятельствах суд полагает, что показания допрошенных по ходатайству истца свидетелей Д., Л., которые указали, что в дневное время в конце октября 2016 года, в понедельник, довозили ФИО1 до здания МО МВД России «Каменск-Уральский» по ул.Мичурина, 32, он заходил туда с папкой документов и пояснял им, что желает восстановиться на службе, но это у него не получается, не могут с достоверностью подтвердить доводы ФИО1 о том, что он в период до момента своего увольнения предпринял попытки передать уполномоченному представителю работодателя рапорт об отзыве ранее поданного им рапорта об увольнении.

При этом суд отмечает, что как следует из объяснений представителя ответчика ГУ МВД России по Свердловской области ФИО3, представленных письменных доказательств (объяснение начальника ОРЛС ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области Ж. от 06.12.2016) в процессе рассмотрения как поступивших документов на увольнение ФИО1 (ранее неоднократно изъявлявшего желание уволиться из органов внутренних дел), так и его обращения, руководителями следственной части и ГСУ с ФИО1 неоднократно проводились беседы с целью оставления его на службе в органах внутренних дел, после поступления обращения в ноябре 2016 года ФИО1 неоднократно приглашался на беседу к начальнику ГСУ с целью решения вопроса о прохождении им службы, однако ФИО1 в ГСУ так и не явился.

Поскольку иные заявленные ФИО1 исковые требования – о взыскании оплаты за период вынужденного прогула (ст.234 ТК РФ) и компенсации морального вреда (ст.237 ТК РФ) – основаны на незаконности его увольнения, иных оснований не содержат, то и они не подлежат удовлетворению ввиду отсутствия нарушения со стороны ответчиков трудовых прав истца при его увольнении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12,194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Главному управлению МВД России по Свердловской области, Межмуниципальному отделу МВД России «Каменск-Уральский» о восстановлении на работе, взыскании оплаты за период вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Синарский районный суд г.Каменска-Уральского.

Судья: Земская Л.К.