Апелляционное постановление № 22-1347/2026 от 13 апреля 2026 г.

Председательствующий: Кальмбах С.В. 24RS0001-01-2023-000769-64 № 22-1347/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 14 апреля 2026 года

Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе

председательствующего судьи Охотниковой Т.В.

при помощнике ФИО3

с участием прокурора Анисимовой И.А.,

участвующих посредством видеоконференц-связи:

осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Жуковой А.А.,

защитника осужденного ФИО2 - адвоката Розмана Ю.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Жуковой А.А. в интересах осужденного ФИО1 и апелляционной жалобе адвоката ФИО10 в интересах осужденного ФИО4 на приговор Канского городского суда Красноярского края от 17 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 293 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства.

На основании ст. ст. 78, ст. 94, ч. 8 ст. 302 УПК РФ, ФИО1 освобожден от наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

ФИО2, родившийся <дата> в <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 293 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ, с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организацией и осуществлением обслуживания электрических сетей, сроком на 2 года.

На основании ст. ст. 78, ст. 94, ч. 8 ст. 302 УПК РФ, ФИО2 освобожден от наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Исковые требования потерпевших Потерпевший №1, ФИО9 удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с <данные изъяты> в счет возмещения причиненного материального ущерба в пользу Потерпевший №1 177 956 рублей, в пользу ФИО9 – 136 861 рубль.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Жуковой А.А., адвоката Розмана Ю.Ю. в защиту интересов осужденного ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Анисимовой И.А., возражавшей против доводов апелляционных жалоб; суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 признаны виновными и осуждены за халатность, то есть неисполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, повлекшее причинение крупного ущерба.

Преступление совершено во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2 вину не признали.

В апелляционной жалобе адвокат Розман Ю.Ю. в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, полагает, что вина ФИО2 в инкриминируемом ему деянии не подтверждена исследованными доказательствами по делу.

Указывает, что действующее законодательство не содержит требований об обязательности соответствия технических характеристик, мощности автоматических выключателей, устанавливаемых в трансформаторной подстанции, ее паспорту (паспорту завода изготовителя).

Не приведены такие нормы законодательства и в обжалуемом приговоре, в связи с чем обвинение лица, признание его виновным в бездействии, то есть неисполнении обязанности, которой не существует, является незаконным.

Отсутствие указанных норм имеет под собой логичное техническое основание - автоматические выключатели должны соответствовать не паспорту подстанции, в которой лишь отражались характеристики выключателей, установленных в ней заводом изготовителем, а фактической нагрузке на линии, которые автоматические выключатели обслуживают.

Так, согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, несоответствие амперности автоматических выключателей сведениям, указанным в технической документации подстанции, не имеет никакого отношения к короткому замыканию, а амперность автоматических выключателей может быть разной и зависит от нагрузки на каждую линию, которая изменяется с течением времени (увеличением или уменьшением количества находящихся на ней потребителей).

В соответствии с показаниями специалиста службы Ростехнадзора ФИО11, любая документация, регламентирующая мощность автоматических выключателей отсутствует. Замена автоматических выключателей, мощностью указанной заводом в паспорте ТП, на иные, иной мощности, не является нарушением и повлечь короткое замыкание не может.

Специалист ФИО12 показал, что автоматические выключатели не того номинала, который был установлен в подстанции заводом, можно ставить, так как нагрузка на линии с течением времени изменяется.

Судом не установлено несоответствие мощности автоматических выключателей в ТП 49-11-1 той нагрузке, которая имелась на обслуживаемых выключателями линиях, и в этом осужденные не обвинялись.

Таким образом, суд признал осужденных виновными в неисполнении обязанности, которая не установлена юридически и не может быть вменена произвольно.

Кроме того, вывод суда о причине образования искр (несоответствии амперности автоматических выключателей, установленных в подстанции, паспорту ее изготовителя) - опровергается и иными фактическими обстоятельствами дела.

Так согласно протоколу осмотра места происшествия от 07.05.2022 года (т.2 л.д. 58-80), то есть первому осмотру ТП 49-11-1, при котором состояние автоматических выключателей соответствовало тому, в котором они находились к моменту события пожара, в нижнем отделе трансформаторной подстанции расположены три автоматических выключателя, рычаги которых (всех трех) находятся в средней части между «вкл» и «выкл».

В соответствии с показаниями специалиста ФИО11, указанное положение автоматических выключателей свидетельствует лишь об одном, что автоматические выключатели отработали надежно и штатно в соответствии со своим назначением, после короткого замыкания на линии, так как их рычаги в положении посередине (между «вкл» и «выкл») могут находиться только после их должного срабатывания в качестве защиты от токов короткого замыкания, и механически, то есть человеком, в данное среднее положение автоматические выключатели перемещены быть никак не могут.

Данные показания специалиста ФИО11 подтверждены показаниями свидетеля ФИО13, специалиста ФИО12 о том, что среднее положение автоматических выключателей свидетельствует о том, что они отработали на произошедшее на линии (линиях) короткое замыкание так, как и должны были в соответствии со своим назначением.

В этой связи не состоятельны выводы суда о том, что штатное, должное срабатывание выключателей на короткое замыкание, опровергается заключением №256 от 09.09.2022 года, в соответствии с которым токоограничивающие патроны для предохранителей имеют повреждения вследствие нештатных режимом работы, внутри щита имеются следы в виде свежих наплывов металла, а также точки на корпусе и крышке щита, на контактах предохранителей остатки вставок, а на дверце копоть, поскольку в рамках производства указанной экспертизы некий щит с корпусом и крышкой, дверца эксперту не предоставлялись, им не исследовались, а в экспертном заключении, вопреки содержанию приговора, сведения о том, что на исследуемых им предметах имеются следы в виде свежих наплывов металла, отсутствуют.

В действительности экспертом исследовались автоматические выключатели и предохранители, а на корпусе последних отмечались следы оплавленного металла. Однако давность происхождения перегрузок и протекаемых в электрических цепях замыканий экспертом определена не была в связи с отсутствием соответствующей экспертной методики. То есть в ходе судебного разбирательства относимость образования (времени образования) на частях предохранителей оплавленных частиц металла к событию 07.05.2022 года доказано не было ни экспертным путем, ни какими-либо иными доказательствами.

Таким образом, вывод суда о том, что имеющиеся на предохранителях следы наплывов металла якобы подтверждают то, что автоматические выключатели в ТП 49-11-1 07.05.2022г. не отработали в соответствии со своим назначением, в результате чего якобы токи короткого замыкания 07.05.2022г. в ТП 49-11-1 повредили телохранители, отчего возникли искры, основан не на доказательствах, а на предположениях суда.

Механизм распространения из ТП 49-11-1 07.05.2022 года искр, описанный в обвинении и принятый судом за доказанное событие, опровергнут показаниями специалиста ФИО11 в судебном заседании 09.09.2025г., согласно которым он лично, выполняя должностные обязанности надзорного органа, осматривал сразу после происшествия ТП № 49-11-1 и утверждает, что конструкция данной ТП исключает фактическую возможность искрам, даже в случае их образования в ТП, выпасть из трансформаторной подстанции наружу, в окружающую среду, включая траву. Такое событие произойти не могло физически из-за конструкции отделения ТП, в которой находились 07.05.2022г. автоматические выключатели.

Данные фактические обстоятельства в ходе судебного разбирательства опровергнуты не были. Ни один осмотр места происшествия и, соответственно, трансформаторной подстанции не содержит последовательного целостного исследования конструкции подстанции и ее отделов на предмет установления фактической возможности (невозможности) перемещения материальных веществ из отдела ТП в окружающую среду.

Утверждение специалиста ФИО11 о невозможности попадания искр, образовавшихся в ТП в окружающую среду, полностью исключают механизм образования пожара, образование на траве огня, что влечет недоказанность события преступления.

Выводы суда о том, что механизм образования искр в подстанции, их распространение из подстанции наружу, на находящуюся рядом с подстанцией траву с образованием огня в действительности опровергаются показаниями свидетелей (кроме свидетеля ФИО14), которые показали, что им известно, что пожар начался со стороны трансформаторной подстанции или вблизи нее, как именно они не знают, слышали лишь (некоторые из них) хлопок и видели (некоторые из них) в районе расположения ТП искры.

Согласно же показаниям свидетеля ФИО14, он наблюдал, как искры возле трансформаторной подстанции образовались в результате соприкосновения (схлеста) от сильного ветра воздушных проводов, после чего данные искры упали на траву возле подстанции, которая загорелась. При этом, вопреки указанию суда о том, что показания ФИО14 о причине возгорания носят предположительный характер, ФИО40 на уточняющий в судебном заседании вопрос пояснил, что он однозначно утверждает о том, что искры посыпались на траву именно с проводов воздушной линии, так как видел это лично.

Таким образом, показания единственного прямого очевидца ФИО14 полностью подтверждают доводы защиты, о том, что событие возгорания, его причины, описанные судом в приговоре, в действительности не происходили, а подсудимые признаны виновными в бездействии по не существующему событию.

При этом вышеуказанные фактические обстоятельства о том, что искры не могли выпасть из ТП и образовались при схлесте проводов воздушной линии, никак не противоречат выводам пожаро-технической экспертизы N9257, согласно которой очаговая зона пожара расположена в районе расположения трансформаторной подстанции, поскольку согласно показаниям свидетеля ФИО14 провода, от перехлеста которых образовались искры, находились рядом с подстанцией.

Выводы суда о том, что доводы защиты о невозможности образования искр в трансформаторной подстанции опровергаются наличием следов огня снаружи на корпусе подстанции, несостоятельны, поскольку при действительно произошедшем событии образования искр в результате схлеста проводов, огонь, возникший при падении искр на траву, также через некоторое мгновение при сильном ветре оказал воздействие на подстанцию. То есть истинный механизм событий (схлест проводов при порывах ураганного ветра, последующие образование искр проводов и их падение на траву рядом с ТП) а не тот, который является предположением органа следствия и суда, полностью подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Вывод суда о том, что показания специалистов о невозможности выпадения искр из трансформаторной подстанции, опровергаются показаниями потерпевших и свидетелей, слышавших хлопок, видевших искрение и возгорание у подстанции, являются личным предположением суда, поскольку указанные показания не только не опровергают показания специалистов, но и соответствуют именно короткому замыканию (хлопку) от схлеста проводов и последующему образованию (от схлеста проводов) большого искрения. При этом, очевидно, что с большого расстояния, на котором находились все (кроме ФИО14) показавшие о хлопке и искрах лица, возможно было увидеть только искрение, возникшее высоко над землей, на проводах, поскольку сама ТП №49-11-1 из-за высокой травы, произраставшей на огороде (не принадлежащем <данные изъяты> вокруг ТП, не видна.

Поскольку действительное событие пожара, его технические причины и механизм развития в обвинении не описаны, кроме того, обвинение не содержит положений действующего законодательства, регламентирующих технические требования к воздушным линиям, их расположению (взаиморасположению), а также, соответственно, и указаний на то, в чем заключалось бездействие подсудимых в этой части, подсудимые подлежали оправданию по предъявленному им обвинению.

Не состоятельны выводы суда о том, что возникновение огня от упавших на траву искр произошло по вине подсудимых, то есть в границах земельного участка трансформаторной подстанции.

Стороной обвинения не доказано место возникновения пожара, то есть что пожар возник именно на территории подстанции площадью 16 кв.м., а не за ее пределами. Из содержания исследованных доказательств не следует, что искры, упавшие на траву, упали на траву на территории ТП 49-11-1, а не в нескольких метрах от нее.

Согласно заключению пожарно-технической экспертизы №257 очаговая зона пожара находилась юго-западнее д. №16 по ул. Мира, в районе расположения ТП, а установить более локальное место не представляется возможным. То есть наличие на территории земельного участка ТП №49-11-1 в мае 2022 года неполностью убранной травы (что было установлено судом), само по себе не имеет отношения к образованию огня и его распространению, если не доказано, что это произошло именно на этом самом участке площадью 16 кв.м.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор в связи с отсутствием события преступления.

В апелляционной жалобе адвокат Жукова А.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором ввиду недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

Указывает, что исходное место возникновения пожара достоверно не установлено. В заключении эксперта №257 от 20.09.2022 года указано что очаговая зона пожара расположена юго-западнее <адрес>, однако указанная территория не имеет границ и ограждений и условно пожар мог возникнуть за пределами подстанции, в районе огорода <адрес>, в связи с чем место возгорания нельзя считать установленным.

Утверждает, что вопреки выводам суда о причинах пожара, версия - образования искр, упавших на сухую траву, опровергнута. Согласно обвинению механизм причин образования искр в виде: в результате облома веток произошел обрыв проводов повлекших в ТП короткое замыкание предохранителей, имеющих проволочные перемычки от чего образовались в ТП искры упавшие на сухую траву, опровергается свидетельскими показаниями, показанием специалистов ФИО5, ФИО6, а также отсутствием в заключении эксперта №256 установленной причины возникновения пожара.

Таким образом, выводы суда о том, что образование искр произошло от короткого замыкания в ТП не соответствуют действительности, опровергаются материалами дела.

Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В судебном заседании правильно установлены фактические обстоятельства дела.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, виновность осужденных в халатности, повлекшей причинение крупного ущерба, установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре в соответствии с положениями п. 2 ст. 307 УПК РФ, а именно:

- показаниями представителя потерпевшего Потерпевший №10 – главы <адрес> о произошедшем 07.05.2022 года в с. Березовка пожара, уничтожившего несколько домов, в том числе квартиры №4 в доме №16 по ул. Мира, принадлежащий администрации. А также о том, что со слов ФИО14.Н. ей известно о том, что он видел, как от трансформаторной будки, расположенной рядом с домом №16 по ул. Мира полетела искра в сторону дома, который загорелся.

- показаниями потерпевших ФИО16, ФИО17, Потерпевший №9, Потерпевший №7, Потерпевший №8, ФИО18, Потерпевший №6, Потерпевший №1, ФИО9, Потерпевший №3, Потерпевший №4 об уничтожении в результате пожара, принадлежащих им домов и иного имущества.

- свидетеля Свидетель №1 - директора <данные изъяты> пояснившего, что за год до возникновения пожара проводился ремонт подстанции ТП 49-11-1, оборудование было в исправном состоянии. Главный инженер на постоянной основе отвечает за выполнение ремонтных работ трансформаторных подстанций, начальник РЭСа несет ответственность за организацию работы по соблюдению пожарной безопасности объектов электрохозяйств, в том числе трансформаторной подстанции. Начальник РЭСа при необходимости может выезжать и проверять выполнение обязанностей рабочими, главным инженером, другими способами организовать контроль действий качества работ.

- свидетелей ФИО19, ФИО14, ФИО20 ФИО21, ФИО22 ФИО23 о наличии около подстанции на момент пожара сухой нескошенной травы,

- показаниями иных свидетелей, подробное содержание которых приведено в обжалуемом приговоре и согласующимися с ними письменными доказательствами:

- заключением эксперта № 257 от 20.09.2022 года, согласно которому очаговая зона пожара расположена юго-западнее <адрес>, в районе расположения трансформаторной подстанции. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара явилось воспламенение горючих материалов в очаговой зоне от тепловых проявлений аварийных режимов работы электроустановки (трансформаторной подстанции). Горение из очаговой зоны распространялось преимущественно в восточную зону и северо-восточную сторону. Первоначально горение из очаговой зоны распространилось на строение четырехквартирного дома № 16 по ул. Мира. Затем воспламенение соседнего нежилого дома № 18 вместе с надворными постройками. Далее произошел переброс пламени по направлению ветра на противоположную сторону дороги ул. Мира с последующим распространением горения постройки ул. 1 Мая и ул. 50 лет Октября (т. 2 л.д. 127-135);

- заключением эксперта № 437 от 29.07.2022 года, согласно которому на представленном на экспертизу пожарном мусоре, изъятом возле трансформаторной подстанции, обнаружены следы смазочного материала на нефтяной основе (масла) (т. 2 л.д. 159-161);

- заключением эксперта № 256 от 09.09.2022 года, согласно которому представленные автоматические выключатели не имеют повреждений, формирующихся при режимах работы, не предусмотренных функциональным назначение и данных аппаратов. В защищаемых ими электрических цепях происходили короткие замыкания, перегрузки, определить временной период возникновения которых экспертным путем не представляется возможным. Предоставленные токоограничивающие патроны для высоковольтных предохранителей имеют повреждения, образовавшиеся вследствие нештатных режимов работы. На двух отмеченных патронах снаружи находились некалиброванные плавки элементы («жучки»). Автоматические выключатели под № 1 и № 2 находятся в состоянии «выключено», автоматический выключатель под № 3 находится в состоянии «автоматическое отключение» (т. 2 л.д. 145-150);

- заключением экспертизы, согласно которой определена рыночная стоимость имущества, принадлежавшего потерпевшим, уничтоженного в ходе пожара.

- приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу № 292-к от 07.02.2018 года, согласно которому ФИО1 с 07.02.2018 года назначен на должность начальника <данные изъяты> (т. 6 л.д. 68);

- приказом о переводе работника ФИО2 на другую работу № 918-к от 18.05.2018, которым он назначен на должность заместителя начальника <данные изъяты>

- постановлением Правительства Красноярского края от 12.04.2022 № 276-п «О введении особого противопожарного режима на территории отдельных муниципальных образований», с 00 часов 00 минут 06.05.2022 в ряде территорий края, в том числе на территории Абанского района Красноярского края, введен особый противопожарный режим (т. 8 л.д. 121-123);

- постановлением первого заместителя Губернатора Красноярского края от 07.05.2022 № 381-п на территории Красноярского края сложившаяся на территории края обстановка признана чрезвычайной (т. 8 л.д. 124-125);

- экстренным предупреждением о вероятном возникновении чрезвычайных ситуаций, вызванных опасными и неблагоприятными метеорологическими явлениями от 06.05.2022 года, согласно которому, 07 мая днем в центральных и южных районах Красноярского края ожидается сильный и очень сильный юго-западный ветер, порывы 15-20 м/с, местами до 25 м/с, местами грозы (т. 6 л.д. 81);

- донесением о пожаре от 08.05.2022 года, согласно которому, в пожаре сгорело 26 жилых домом частной собственности, сгорело 978 кв.м. поэтажной площади в <...> ул.1 Мая, ул. 50 лет Октября Абанского района Красноярского края. Время обнаружения пожара в 13 часов 09 минут. Место возникновения пожара пустырь вблизи жилого дома № 8 ул. Мира с. Березовка. 07.05.2022 в 13 часов 10 минут поступило сообщение о пожаре. 07.05.2022 года в 13 часов 36 минут подан первый ствол, 07.05.2022 года в 16 часов 06 минут пожар локализован, 07.05.2022 года в 18 часа 00 минут ликвидация открытого горения, 08.05.2022 года в 02 часов 50 минут ликвидация последствий пожара. Обстановка к моменту прибытия подразделений пожарной охраны: происходит открытое горение жилых домов и подворных построек, а также жилых строений площади 834 кв.м; Местное население занимается тушением пожара подручными средствами (т. 2 л.д. 38-39);

- иными письменными доказательствами, подробное содержание которых приведено в приговоре.

Оценив вышеизложенные доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что 07 мая 2022 года произошел обрыв проводов, повлекших в трансформаторной подстанции 49-11-1 короткое замыкание и аварийный режим работы, от чего образовались искры, упавшие на сухую траву, находящуюся рядом с трансформаторной подстанцией, расположенной на расстоянии 10 метров от жилого дома 16, расположенного по адресу: <...> после чего трава загорелась. Возникший огонь и продукты горения в указанный период времени под воздействием ветра по горючей среде и воздуху распространились на домовладения и иные объекты, расположенные на ул. Мира, 50 лет Октября, 1 Мая с. Березовка Абанского района Красноярского края, где перешли в пожары, в результате которых причинен крупный ущерб гражданам и организации в сумме 4361500 рублей.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в ходе судебного следствия достоверно установлено место возникновения пожара, а именно согласно заключению эксперта № 257 от 20.09.2022 года очаговая зона пожара расположена юго-западнее дома № 16 по улице Мира с. Березовка Абанского района Красноярского края, в районе расположения трансформаторной подстанции. Горение из очаговой зоны распространялось преимущественно в восточную зону и северо-восточную сторону. Первоначально горение из очаговой зоны распространилось на строение четырехквартирного дома № 16 по ул. Мира. Затем воспламенение соседнего нежилого дома № 18 вместе с надворными постройками. Далее произошел переброс пламени по направлению ветра на противоположную сторону дороги <адрес> с последующим распространением горения постройки <адрес> и <адрес>.

Этим же заключением установлена и наиболее вероятная причина возникновения пожара, а именно: воспламенение горючих материалов в очаговой зоне от тепловых проявлений аварийных режимов работы электроустановки (трансформаторной подстанции). Также, согласно заключению эксперта № 437 от 29.07.2022 года, на представленном на экспертизу пожарном мусоре, изъятом возле трансформаторной подстанции, обнаружены следы смазочного материала на нефтяной основе (масла), что свидетельствует о выбросе масла из трансформаторной подстанции в результате аварийной работы, что также подтверждается объяснениями ФИО7, согласно которым в нижней части трансформатора видны потеки трансформаторного масла, протоколом осмотра от 07 мая 2022 года, согласно которого под бочком в левой части трансформатора имеются следы от масла, на земле имеются следы масла, протоколом осмотра от 08 мая 2025 года, согласно которого нижней части трансформатора видны потеки масла.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Розмана Ю.Ю. об отсутствии на предохранителях в ТП свежих следов наплыва металла и отсутствии доказательств давности происхождения перегрузок в ТП и возникновении возгорания в ином месте, согласно заключению № 256 от 09.09.2022 года, представленные токоограничивающие патроны для высоковольтных предохранителей имеют повреждения, образовавшиеся вследствие нештатных режимов работы. На двух отмеченных патронах снаружи находились некалиброванные плавкие элементы («жучки»), что свидетельствует о том, что на ТП 49-11-1 был нештатный режим работы, было высокое напряжение в результате короткого замыкания, что также привело к тому, что внутри щита установлены следы в виде свежих наплывов металла, а также точки, обнаруженные на корпусе щита и на крышке щита, на нижнем контакте предохранителя видны остатки некалиброванной вставки, на всех трех предохранителях, на дверце зафиксирована копоть в месте верхних контактов, из чего следует сделать вывод, что здесь было перекрытие трехфазное предохранителей.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недостоверности доводов защиты, аналогичных заявленным и в суде апелляционной инстанции, о том, что выключатели в трансформаторе, несмотря на их положение, отработали штатно и искрения в ТП не могло быть.

Как верно установил суд первой инстанции, из оглашенных в судебном заседании показаний специалиста ФИО41 следует, что согласно паспорта ТП, автоматические выключатели должны быть по 160 А, фактически установленные автоматические выключатели обязательно должны соответствовать тем, которые указаны в паспорте, самостоятельно устанавливать автоматические выключатели других токовых характеристик, не соответствующих указанным в паспорте недопустимо, однако, согласно представленного паспорта ТП 49-11-1, заключения эксперта № 256, два автоматических выключателя (200 и 125 А) не соответствуют той нагрузке, которая указана согласно паспорту, что и привело к аварийному режиму работы подстанции в результате короткого замыкания.

Из показаний потерпевших ФИО42 и Потерпевший №6, а также свидетеля ФИО43 следует, что при возникновении пожара, ТП не отключилась, так как была электроэнергия, которая отключилась позднее, что также подтверждает факт аварийного режима работы ТП, которая при коротком замыкании должна была отключиться, однако, этого не произошло.

Как верно установил суд первой инстанции, в трансформаторе автоматические выключатели были разной амперности, согласно экспертного заключения, повреждения на трансформаторе свидетельствуют об аварийных режимах работы электроустановки, а показания свидетеля защиты ФИО44 о расположении выключателей, не свидетельствуют об обратном.

Данные в судебном заседания показания специалистов в той части, что из трансформатора не могла выпасть искра, а если бы и выпала, но не имела бы кинетической энергии для возгорания, судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку опровергаются: протоколам осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, показаниям свидетелей и потерпевших, указавших о наличии хлопка, большого искрения и возгорания у трансформаторной подстанции.

Доводы апелляционных жалоб о том, что ТП в пожаре не пострадала, и, соответственно, очаг возгорания находился в ином месте, опровергаются также протоколом осмотра места происшествия от 07 мая 2022 года, согласно которому верхняя часть трансформатора имеет следы обгорания, на задней стенке верхней части короба трансформатора имеются следы затемнения в виде точек и копчения вокруг них от черного до черно-серого цвета, возле трансформатора находится 4 электро-опоры в виде буквы Л с бетонными кончиками, кабель ведущий к опоре справа обожжен, опора на момент осмотра тлеет изнутри, столб деревянный на половину сожжен. Доводы подсудимых о том, что если бы очаг возгорания находился в указанной в заключении точке, то распространение огня происходило бы в другую сторону по розе ветров, относятся к числу субъективной оценки и доказательно не подкреплены, являются личным восприятием установленных обстоятельств.

Судом первой инстанции обоснованно отклонена позиция стороны защиты о том, что причиной возгорания мог послужить перехлест проводов, непосредственно ведущих к трансформаторной подстанции, поскольку из показаний свидетеля ФИО45 следует, что от подстанции полетели искры, видимо, замкнули провода, с них полетели искры на землю, то есть данные обстоятельства в части источника искрения являются предположением свидетеля, а не достоверно установленным фактом. Свидетель ФИО46 же, на показания которого также ссылается сторона защиты, в судебном заседании указал, что ветка тополя оборвала провода на ул. Мира, перехлестнулись провода, были искры, но возгорания в данном месте не произошло, возгорание он заметил через 5 минут в стороне трансформаторной подстанции.

Доводы стороны защиты о том, что сухая растительность была скошена в августе 2021 года на площади 16 кв.м., в связи с чем вокруг подстанции выполнены требования противопожарной безопасности, судом первой инстанции обоснованно признаны несостоятельными, поскольку, как следует из показаний свидетелей и потерпевших, вокруг подстанции была сухая растительность, которую никто не скашивал, это же следует и из фотографий около подстанции, согласно которым у подстанции сухая растительность, имеется. Тот факт, что траву скашивали в августе 2021 года, не освобождает ФИО1 и ФИО2 от организации контроля за данной деятельностью перед началом пожароопасного сезона. Исследованные в судебном заседании фотографии с места расположения подстанции весной 2022 года свидетельствуют о том, что с момента скоса трава выросла и впоследствии стала причиной распространения огня от подстанции после аварийного режима работы ТП.

Позицию ФИО1 и ФИО2, занятую в судебном заседании о непризнании вины, о не установлении очага пожара и его причины, суд первой инстанции признал несостоятельной и не нашедшей своего подтверждения в судебном заседании.

С вышеуказанными достаточно мотивированными выводами суда первой инстанции, соглашается и суд апелляционной инстанции, не усматривая оснований сомневаться в доказанности вины ФИО2 и ФИО1.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе при возбуждении уголовного дела и производстве предварительного расследования, влекущих признание хода расследования по делу незаконным, в связи с чем доказательства следовало бы признать недопустимыми, не установлено.

Уголовное дело возбуждено с соблюдением требований ст. 146 УПК РФ, при наличии предусмотренных законом повода и оснований уполномоченным должностным лицом, обвинение ФИО1, являющемуся депутатом, предъявлено руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации, в соответствии со ст. 448 УПК РФ.

Ущерб по уголовному делу достоверно установлен, поскольку в связи с полным уничтожением имущества потерпевших, каким-либо образом подтвердить факт наличия имущества в домах, кроме как своими показаниями, они не могут, при этом стоимость уничтоженного огнем имущества установлена путем экспертной оценки.

При этом в судебном заседании достоверно установлена причинно-следственная связь между бездействием ФИО1 и ФИО2 и причинением крупного ущерба гражданам и юридическому лицу.

Причинение крупного ущерба нашло свое подтверждение в ходе судебного следствия, причиненный преступлением ущерб составляет 4361500 рублей, что соответствует примечанию к ст. 293 УК РФ.

Основания ставить под сомнение выводы суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд всесторонне, объективно исследовал все доказательства, изложил их в приговоре в соответствии с требованиями процессуального закона. Ни одно из доказательств, положенных в обоснование вывода о виновности осужденных, каких-либо сомнений в своей достоверности не вызывает.

Все доводы стороны защиты о том, что судом неправильно установлены очаг и причины пожара, высказаны вопреки материалам дела и фактическим обстоятельствам. Все они были тщательно проверены судом первой инстанции, и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются доказательствами, приведенными в приговоре.

В судебном заседании тщательно исследовался вопрос о должностном положении, полномочиях и обязанностях осужденных ФИО2 и ФИО1, нормативном регулировании их служебной деятельности, что позволило прийти к обоснованным выводам о том, что ФИО2 и ФИО1 являются надлежащими субъектами инкриминированного им преступления.

В приговоре также приведено содержание нормативных актов и правил, которые были нарушены ФИО2 и ФИО1, обоснованно исключены из объема предъявленного обвинения пункты Правил и Должностных инструкций, не состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Доказательства, приведенные в приговоре, прямо указывают на ФИО2 и ФИО1 как на лиц, виновных в совершении инкриминируемого преступления, которое правильно квалифицировано по ч. 1 ст. 293 УК РФ как халатность, то есть неисполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к обязанностям по должности, повлекшее причинение крупного ущерба.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, ставящих под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1 и квалификации их действий, не допущено.

В приговоре раскрыто содержание доказательств, изложено существо показаний осужденных, потерпевших, свидетелей обвинения и защиты, содержание письменных материалов дела.

Оснований не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств не имеется, поскольку она соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, и требованиям уголовно-процессуального закона. Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, установлены.

Каждое из доказательств, использованных в процедуре доказывания, в приговоре получило оценку в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения обстоятельств, влияющих на исход дела. В них не содержится существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы о виновности ФИО2 и ФИО1 в преступлении. Фактов, свидетельствующих об изложении в приговоре показаний допрошенных лиц, выводов экспертов или протоколов следственных действий таким образом, чтобы это искажало существо этих доказательств и позволяло дать им иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено.

Данных, указывающих на использование в процессе доказывания вины осужденных недопустимых доказательств, сведений об искусственном создании доказательств по делу, либо их фальсификации, провокационных действий со стороны следственных органов, не имеется.

Описание преступления, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, действиях осужденных, а также об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденных, их виновности и обстоятельствах, которые имеют значение для правильной правовой оценки содеянного ими.

В приговоре проанализированы показания допрошенных в судебном заседании потерпевших и свидетелей. Оценив показания потерпевших и свидетелей обвинения с точки зрения их допустимости и достоверности, суд обоснованно пришел к выводу об их приемлемости в качестве доказательств обвинения, не усмотрев оснований для оговора осужденных либо умышленного искажения фактических обстоятельств.

Выводы о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления не опровергаются показаниями свидетелей, допрошенных по ходатайству стороны защиты, поскольку факт совершения ими преступления подтвержден совокупностью приведенных в приговоре допустимых доказательств.

У суда обоснованно не возникло оснований сомневаться в выводах представленных стороной обвинения и проведенных в рамках судебного разбирательства экспертиз, поскольку они проведены экспертами, имеющими специальные познания, достаточный стаж работы по соответствующим специальностям. Заключения экспертов являются научно аргументированными, выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключении методиками проведения судебных экспертиз, оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов экспертов не имеется.

Каких-либо нарушений Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при назначении, проведении судебных экспертиз по делу, которые могли бы повлиять на выводы экспертов, не допущено.

С учетом выводов судебных экспертиз, суд верно счел несостоятельными доводы стороны защиты об иных причинах пожара, не связанных с выполнением осужденными должностных обязанностей.

Протоколы осмотра места происшествия составлены в соответствии с требованиями статьи 166 УПК РФ, а сами указанные действия проведены в соответствии с положениями статьи 177 УПК РФ в целях обнаружения следов преступления, выяснения иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, что прямо предусмотрено нормами действующего законодательства.

Оценив психическое состояние ФИО2 и ФИО1 суд обоснованно признал их вменяемыми в отношении инкриминируемого им деяния, приняв во внимание имеющиеся в материалах уголовного дела сведения об отсутствии нарушений психической деятельности ФИО2 и ФИО1, наличие логического мышления и их адекватное поведение в ходе всего судебного следствия.

Вид и размер наказания ФИО2 и ФИО1 назначены в соответствии с требованиями уголовного закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести; приведенных в приговоре данных о личности виновных; а также полно и правильно установленных и указанных в приговоре смягчающих наказание обстоятельств, которыми суд признал при назначении наказания ФИО1: плохое состояние здоровья подсудимого, оказание благотворительной помощи участникам СВО, при назначении наказания ФИО2: наличие малолетнего ребенка у виновного.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 и ФИО2, судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции с учетом всех установленных обстоятельств находит назначенное осужденным наказание в виде исправительных работ, а также дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организацией и осуществлением обслуживания электрических сетей, назначенной ФИО2 справедливым и соразмерным содеянному.

Принимая во внимание, что на момент судебного разбирательства срок давности привлечения к уголовной ответственности, предусмотренный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, истек, суд обоснованно освободил ФИО2 и ФИО1 от назначенного наказания.

Гражданские иски потерпевших разрешены правильно на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в соответствии с требованиями ст. 12, 15, 1064, ГК РФ, п. 5 ст. 307 УПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Канского городского суда Красноярского края от 17 ноября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Жуковой А.А. в интересах осужденного ФИО1 и адвоката Розмана Ю.Ю. в интересах осужденного ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Копия верна

Судья Красноярского краевого суда Т.В. Охотникова