Решение № 12-36/2020 12-461/2019 от 9 февраля 2020 г. по делу № 12-36/2020

№ 12-36/2020 (№ 12-461/2019)


РЕШЕНИЕ

10 февраля 2020 г. г. Магадан

Судья Магаданского городского суда Магаданской области Малая В.Г.,

с участием защитника Селезнева Е.С., действующего на основании доверенности, которому разъяснены права, предусмотренные ст. 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

представителя административного органа ФИО1, действующего на основании приказа,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Магадане в помещении Магаданского городского суда жалобу защитника Селезнева Е.С. в интересах ФИО2 на постановление старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды Дальневосточного межрегионального управления Росприроднадзора ФИО3 № 19/28/2019 от 26 ноября 2019 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 8.45 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении

генерального директора публичного акционерного общества «Магаданский морской торговый порт» ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не привлекавшегося к административной ответственности за совершение однородных правонарушений,

у с т а н о в и л а:

Постановлением старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды Дальневосточного межрегионального управления Росприроднадзора ФИО3 № 19/28/2019 от 26 ноября 2019 г. генеральный директор ПАО «Магаданский морской торговый порт» ФИО2 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.1 ст. 8.45 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и ему назначено административное наказание в размере 35 000 рублей.

Не согласившись с указанным постановлением, защитник Селезнев Е.С. в интересах ФИО2 обратился в Магаданский городской суд с жалобой, в которой ставил вопрос об отмене оспариваемого постановления.

Обосновывая доводы жалобы, защитник указывал на то, что границы водоохраной зоны и границы прибрежной защитной полосы Охотского моря Магаданской области, в которой, по мнению административного органа, находится пирс Портофлота, должным образом не установлены, на местности не обозначены, что приводит к невозможности определения расположения пирса Портофлота в водоохраной зоне.

Одновременно полагал необоснованным вывод административного органа о необходимости оборудования пирса Портофлота сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, ссылаясь на то, что нормами действующего законодательства не определено, какое оборудование должно применяться для очищения сточных вод при отведении (сбросе) их в водные объекты с целью предотвращения засорения, заиления и истощения вод.

Водным кодексом Российской Федерации установлены общие требования к виду оборудования, применение которого допустимо при отводе (сбросе) сточных вод в водный объект, равно как и определение допустимости применения того или иного оборудования, поставленного в зависимость от степени загрязнения отводимых (сбрасываемых) сточных вод, т.е. исходя из соблюдения нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов в водный объект.

Приводя положения п.16 ст. 65 Водного кодекса Российской Федерации (далее – ВК РФ), указывал, что законодатель, устанавливая требования по сохранению и охране окружающей среды, допускает возможность сброса сточных вод в водные объекты только после приведения качества таких вод к показателям допускающих возможность сброса загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов в водный объект, устанавливаемых отдельными подзаконными нормативно-правовыми актами Российской Федерации.

Однако в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении факт сброса сточных вод и/или сброс иных вод, и/или сброс отходов производства и потребления на территории пирса Портофлота не установлен, что подтверждается актом проверки, а также протоколом об административном правонарушении.

Одновременно указывал на незаконность вывода административного органа о необходимости оборудования пирса Портофлота ливневыми канализациями, ссылаясь на то, что ливневые канализации не отнесены к перечню сооружений, поименованных в п.16 ст. 65 ВК РФ, их понятие не определено также в СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования морских портов», нарушение требований которых вменено должностному лицу; нормы технологического проектирования не содержат требований к оборудованию пирсов ливневыми канализациями, кроме того, постановлением не определено требований к ливневым канализациям.

Приводя положения ч.1 ст. 22 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды, указывал, что для установления нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов необходимо наличие источников сброса в водный объект, однако представленные административным органом доказательства не подтверждают факта источника сброса на пирсе Портофлота, факта сброса на пирсе Портофлота, факта наличия у общества установленных нормативов допустимых выбросов и сбросов веществ и микроорганизмов.

Полагал, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что административным органом не установлено событие административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ.

Кроме того, полагал необоснованным вывод административного органа о несоблюдении должностным лицом общества требований СП 350.1236000.2018 «Нормы технологического проектирования морских портов», указывая на то, что административным органом не установлен факт осуществления должностным лицом работ по реконструкции и модернизации пирса Портофлота. Также административным органом не принято во внимание, что в обязанности генерального директора публичного акционерного общества «Магаданский морской торговый порт» (далее - ПАО «ММТП») по условиям договора аренды недвижимого имущества, закрепленного за ФГУП <данные изъяты> на праве хозяйственного ведения от 29 марта 2011 г. № 184/ДО-11, на основании которого общества владеет и пользуется пирсом Портофлота, не входит осуществление реконструкции и модернизации пирса Портофлота; полномочий для принятия решения о производстве на пирсе Портофлота соответствующих работ генеральный директор общества ФИО2 также не имеет.

Более того, обращал внимание на то, что согласно паспорту причального сооружения пирс Портофлота предназначен для отстоя и ремонта судов. Соответственно, вывод об обязанности оборудовать его необходимыми сооружениями является незаконным, поскольку у пирса Портофлота отсутствует усовершенствованное покрытие и складские площадки; на пирсе Портофлота не осуществляется работа с контейнерами, какими-либо грузами; на пирсе Портофлота отсутствуют механические мастерские, гаражи, заправочные и стоянки машин; на пирсе Портофлота не осуществляются погрузочно-разгрузочные работы; грузовых площадок указанный пирс не имеет.

При этом СП 32.13330.2012 «Канализация. Наружные сети и сооружения» распространяет свое действие на вновь строящиеся и реконструируемые системы наружной канализации постоянного назначения для городских и поверхностных стоков, а также близких к ним по составу производственных сточных вод.

С учетом приведенных доводов полагал вывод административного органа о несоблюдении должностным лицом норм технологического проектирования в отношении пирса Портофлота необоснованным, незаконным и противоречащим доказательствам, имеющимся в материалах дела.

Одновременно указывал, что у должностного лица общества отсутствовали основания для обращения в ФГУП <данные изъяты> о недостатках переданного в аренду недвижимого имущества (пирса Портофлота), поскольку правовых оснований для оборудования его сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод ввиду неосуществления ПАО «ММТП» сброса сточных вод и/или сброса отходов производства и потребления в водный объект не имеется.

С учетом изложенного полагал, что административным органом нне установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, в связи с чем просил отменить оспариваемое постановление и производство по делу прекратить.

В судебное заседание должностное лицо, в отношении которого вынесено оспариваемое постановление, ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения жалобы извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении жалобы в свое отсутствие, в связи с чем выслушав мнение защитника, возражений от которого не поступило, судья, руководствуясь положениями ч.2 ст.25.1, п.4 ч.2 ст. 30.6 КоАП РФ определила рассмотреть жалобу в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Защитник Селезнев Е.С. поддержал доводы жалобы по основаниям, в ней изложенным, просил отменить оспариваемое постановление и прекратить производство по делу в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения.

Представитель административного органа ФИО1 в судебном заседании полагал, что доказательства, собранные в ходе производства по делу, с достаточностью и достоверностью подтверждают вывод административного органа о наличии в действиях должностного лица ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ, в связи с чем полагал, что доводы жалобы являются необоснованными, а оспариваемое постановление подлежит оставлению без изменения.

Проверив доводы жалобы, выслушав объяснения защитника, мнение представителя административного органа, исследовав материалы дела, судья приходит к следующему.

На основании ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Частью 1 ст. 8.45 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за невыполнение требований по оборудованию хозяйственных и иных объектов, расположенных в границах водоохранных зон, сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды, в случаях, если такие требования установлены законом.

Как следует из содержания оспариваемого постановления старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды Дальневосточного межрегионального управления Росприроднадзора ФИО3 № 19/28/2019 от 26 ноября 2019 г., 24 октября 2019 г. в ходе обследования производственной площадки ПАО «ММТП», а именно: территории пирса Портофлота, расположенной по адресу: г. Магадан, Морской торговый порт, в рамках проводимой сотрудниками Тихоокеанского морского управления Росприроднадзора плановой выездной проверки, установлен факт виновного невыполнения генеральным директором ПАО «ММТП» ФИО2 требований по оборудованию территории пирса Портофлота, расположенного в границах прилегающей к акватории бухты ФИО4 Охотского моря водоохраной зоны, сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды, что свидетельствует о допущенных нарушениях требований п.19 ст.1, п.7 ч.15 ст. 65, п.16 ст. 65 ВК РФ, п.174 раздела 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 2010 г. № 620 «Об утверждении технического регламента о безопасности объектов морского транспорта», п.п. 2.6.1, 3.16.7 «Санитарных правил для морских и речных портов СССР» № 4962-89, утвержденных Главным государственным санитарным врачом 6 июня 1989 г., п.п. 4.6.14, 4.6.15 СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования морских портов», п.7.2 раздела 7 и пп. 9.2.1, 9.2.2 СП 32.13330.2012 «Канализация. Наружные сети и сооружения».

В частности, должностным лицом административного органа установлено, что в соответствии с договором аренды № 184/ДО-11 от 29 марта 2011 г. в эксплуатации у ПАО «ММТП» находится пирс Портофлота, визуальным осмотром территории которого 24 октября 2019 г. не выявлено идентичных имеющимся на причалах № 4 и № 5 элементы (ливневой) дождевой канализации, а именно: дождеприемников ливнесточневых колодцев (ГОСТ 3634-99) или же модульных каналов, перекрытых ливневыми решетками, являющихся частью ливневой канализации, а также не выявлены уклоны поверхностей вышеуказанных территорий причалов с поверхностей складских площадок, которые должны иметь уклоны для обеспечения отвода дождевых вод в соответствии с существующими требованиями СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования портов».

Таким образом, установлено, что на 24 октября 2019 г. находящийся в эксплуатации (в аренде) у ПАО «ММТП» пирс Портофлота не оборудован сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды, а именно: отсутствуют:

1) централизованные системы водоотведения (канализации), централизованные ливневые системы водоотведения;

2) сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод в централизованные системы водоотведения (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), если они предназначены для приема таких вод;

3) локальные очистные сооружения для очистки сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), обеспечивающие их очистку исходя из нормативов, установленных в соответствии с требованиями законодательства в области охраны окружающей среды и настоящего Кодекса;

4) сооружения для сбора отходов производства и потребления, а также сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод) в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов. Территория пирса Портофлота имеет грунтовое покрытие.

Согласно п.174 раздела 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 2010 г. № 620 «Об утверждении технического регламента о безопасности объектов морского транспорта» система канализации и очистных сооружений, необходимые для сбора и приема производственно-бытовых стоков в порту, должна поддерживаться в исправном состоянии.

В силу п.п. 2.6.1, 3.16.7 «Санитарных правил для морских и речных портов СССР» № 4962-89, утвержденных Главным государственным санитарным врачом 6 июня 1989 г., морские и речные порты должны быть оборудованы системой канализации для отвода сточных вод, хозяйственно-бытовых, производственных и атмосферных стоков. Ливневые стоки с территории причалов, производящих перегрузку генеральных грузов, контейнерных терминалов, навалочных грузов, в которым отнесен, в том числе, и каменный уголь, допускается сбрасывать в акваторию порта только после очистки в колодцах ливневой канализации, оборудованных осадочными камерами.

В соответствии с СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования морских портов», введенных в действие с 1 сентября 2018 г. взамен РД 31.3.05-97 «Нормы технологического проектирования морских портов» (действующих до 1 сентября 2018 г.) требованиями к реконструкции и модернизации действующих морских портов и их отдельных элементов, гидротехнические сооружения должны быть выполнены с нормами:

Для обеспечения отвода дождевых вод поверхность территории причалов с усовершенствованными покрытиями и поверхность складских площадок всех типов должны иметь уклоны (п.4.6.14 СП, п. 18.7 РД);

На специализированных терминалах водоотводные устройства (в том числе, дождеприемники, водоотводные лотки, дренажи) следует размещать вне зоны интенсивных погрузочно-разгрузочных работ, при этом они должны быть усиленного типа, выдерживающими давление от расчетных типов машин. Устройство дождеприемников по ГОСТ 3634-99 (п.4.6.15 СП, п.18.7 РД);

На грузовых площадках и причалах дождеприемные решетки, как правило, устанавливаются на смотровых колодцах, устройство специальных дождеприемных колодцев не рекомендуется (п. 4.7.5.15 СП, п. 19.5.13 РД);

ливневая канализация для отвода дождевых вод должна соответствовать требованиям СП 32.13330.2012 «Канализация. Наружные сети и сооружения»:

- в соответствии с п. 7.2 раздела 7 должны быть рассчитаны расходы дождевых вод, а именно: среднегодовые объемы поверхностных сточных вод;

- в соответствии с разделом 9.2, п. 9.2.1 и п.9.2.2 ливневая канализация должна быть оборудована соответствующими очистными сооружениями.

На пирсе Портофлота техническое оборудование отсутствует; документов, подтверждающих оборудование территории пирса Портофлота идентичным на причалах № 4 и № 5 элементами (ливневой) дождевой канализации, а именно: дождеприемниками ливнесточных колодцев или же модульными каналами, перекрытыми ливневыми решетками, а также наличие уклонов поверхностей вышеуказанных территорий причалов с поверхностей складских площадок, которые должны иметь уклоны для обеспечения отвода дождевых вод в соответствии с существующими требованиями СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования портов», ПАО «ММТП» не представлено.

При этом обязанность по оборудованию территории находящегося в аренде у ПАО «ММТП» пирса Портофлота в соответствии с существующими требованиями природоохранного законодательства, расположенного в границах водоохраной зоны бухты ФИО4 Охотского моря, сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды, возложена на арендатора, т.е. ПАО «ММТП».

Приказом № 174 от 23 мая 2016 г. ФИО2 назначен на должность генерального директора ПАО «ММТП», в его компетенцию входит принятие решения об оборудовании территории пирса Портофлота сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды.

Приведенные обстоятельства, установленные на основании представленных доказательств, а именно: акта проверки от 1 ноября 2019 г. с фототаблицей к нему, копии договора аренды № 184/ДО-11 от 29 марта 2011 г. с приложениями, копии приказа № 174 от 23 мая 2016 г. о вступлении в должность генерального директора ОАО «Магаданский морской торговый порт», копии Устава ПАО «ММТП», копии проектной документации «Реконструкция объектов федеральной собственности (гидротехнических сооружений) в морском порту Магадан», скринштов страниц публичной кадастровой карты, а также протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ, в отношении генерального директора ПАО «ММТП» ФИО2 от 13 ноября 2019 г. позволили должностному лицу административного органа квалифицировать действия генерального директора ПАО «ММТП» ФИО2 по ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ.

Анализируя выводы должностного лица, изложенные в оспариваемом постановлении, наряду с доводами защитника, судья приходит к следующему.

В силу положений ч.1 ст. 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В соответствии со ст. 26.1 КоАП РФ в числе прочих обстоятельств по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: наличие события административного правонарушения; виновность лица в совершении административного правонарушения; обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Все обстоятельства, относящиеся к событию административного правонарушения, подлежат выяснению и доказыванию по делу об административном правонарушении.

Доказательствами по делу об административном правонарушении в соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ являются любые фактические данные, на основании которых устанавливаются наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Вменяя в вину генеральному директору ПАО «ММТП» ФИО2 отсутствие идентичных имеющимся на причалах № 4 и № 5 элементов (ливневой) дождевой канализации, а именно: дождеприемников ливнесточневых колодцев (ГОСТ 3634-99) или же модульных каналов, перекрытых ливневыми решетками, являющихся частью ливневой канализации, а также отсутствие уклонов поверхностей вышеуказанных территорий причалов с поверхностей складских площадок, которые должны иметь уклоны для обеспечения отвода дождевых вод в соответствии с существующими требованиями СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования портов», должностным лицом административного органа не приведено мотивов, по которым он пришел к выводу о возможности применения приведенных норм (п.174 раздела 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 2010 г. № 620 «Об утверждении технического регламента о безопасности объектов морского транспорта», п.п. 2.6.1, 3.16.7 «Санитарных правил для морских и речных портов СССР» № 4962-89, утвержденных Главным государственным санитарным врачом 6 июня 1989 г., п.п. 4.6.14, 4.6.15 СП 350.1326000.2018 «Нормы технологического проектирования морских портов», п.7.2 раздела 7 и пп. 9.2.1, 9.2.2 СП 32.13330.2012 «Канализация. Наружные сети и сооружения») в отношении указанного гидротехнического сооружения, исходя из характеристик пирса Портофлота и целей его эксплуатации.

Так, согласно представленному акту и фототаблице к нему на территории пирса Портофлота, предназначенного для отстоя и ремонта судов, отсутствует усовершенствованное покрытие и складские площадки; грузовые площадки; механические мастерские, гаражи, заправочные и стоянки машин.

Доказательств, свидетельствующих о том, что на территории пирса Портофлота осуществляется погрузочно-разгрузочные работы, материалы дела также не содержат.

Из объяснений защитника Селезнева Е.С., данных в судебном заседании, следует, территория пирса Портофлота эксплуатируется исключительно для отстоя судов, какая-либо иная деятельность на его территории не производится.

Данные доводы материалами дела не опровергнуты, между тем отсутствие приведенных доказательств ставит под сомнение обоснованность вывода должностного лица административного органа о наличии оснований для установления идентичных имеющимся на причалах № 4 и № 5 элементов (ливневой) дождевой канализации на пирсе Портофлота.

При этом судья учитывает, что огласно положениям ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (ч.1, 4).

Приведенная в постановлении от 26 ноября 2019 г. формулировка об отсутствии на территории пирса Портофлота сооружений, обеспечивающих охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды, а именно:

1) централизованных систем водоотведения (канализации), централизованные ливневые системы водоотведения;

2) сооружений и систем для отведения (сброса) сточных вод в централизованные системы водоотведения (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), если они предназначены для приема таких вод;

3) локальных очистных сооружений для очистки сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), обеспечивающие их очистку исходя из нормативов, установленных в соответствии с требованиями законодательства в области охраны окружающей среды и настоящего Кодекса;

4) сооружений для сбора отходов производства и потребления, а также сооружений и системы для отведения (сброса) сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод) в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов,

сама по себе без указания конкретного вида сооружения также не позволяет установить, в чем выразилось виновное противоправное бездействие генерального директора ПАО «ММТП», и, как следствие, исключает возможность установить объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении может быть принято решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 2.9, 24.5 КоАП РФ.

Принимая во внимание, что отсутствие объективной стороны правонарушения свидетельствует об отсутствии в действиях должностного лица общества состава административного правонарушения, судья приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения жалобы защитника Селезнева Е.С.

Иные доводы, приводимые в жалобе, самостоятельным основанием для изменения либо отмены оспариваемого постановления не являются.

Руководствуясь п.3 ч.1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

решила:

Жалобу защитника Селезнева Е.С. в интересах ФИО2 удовлетворить.

Постановление старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды старшего государственного инспектора Российской Федерации в области охраны окружающей среды Дальневосточного межрегионального управления Росприроднадзора ФИО3 № 19/28/2019 от 26 ноября 2019 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 8.45 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении генерального директора публичного акционерного общества «Магаданский морской торговый порт» ФИО2 отменить.

Производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 8.45 КоАП РФ в отношении генерального директора публичного акционерного общества «Магаданский морской торговый порт» ФИО2 прекратить по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд либо в Магаданский областной суд в течение 10 (десяти) суток со дня вручения или получения копии решения лицами, указанными в ст. ст. 25.1-25.5.1 КоАП РФ, и опротестовано в том же порядке прокурором.

Судья В.Г. Малая