Апелляционное определение № 33-1358/2026 от 30 марта 2026 г.

Дело № 2-406/2025 судья Жукова Е.А. 2026 год

(№ 33-1358/2026)

УИД 69RS0037-02-2023-004072-86


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

31 марта 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В. и Кубаревой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании

по докладу судьи Пойменовой С.Н.

гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Калининского районного суда Тверской области от 08 октября 2025 г., которым постановлено:

«в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, УФСИН России по Тверской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Прекратить производство по гражданскому делу в части исковых требований ФИО1 к УФСИН России по Тверской области об аннулировании дисциплинарных взысканий, в связи с тем, что данные требования подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства».

Судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточнений в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса РФ) к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области (далее – УФСИН России по Тверской области), Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 10 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области» (далее – ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, учреждение, работодатель), Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 69» Федеральной службы исполнения наказаний (далее – ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России) о взыскании компенсации морального вреда, аннулировании дисциплинарных взысканий. Свои требования мотивирует тем, что он отбывает наказание в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, где был трудоустроен в цех № <данные изъяты> участка <данные изъяты>. В процессе выполнения обязанностей на производстве, сотрудники учреждения, используя свое служебное положение, нарушили условия его содержания, чем подвергли опасности его жизнь и здоровье. Администрация цеха № приняла решение обязать его выполнять работы на участке «<данные изъяты>», где он не был трудоустроен и выполнял работу вопреки своему желанию под угрозой понести наказание на случай отказа в виде выдворения в изолятор. Поскольку на данном участке производства оборудование устаревшее, то в процессе работы 05 октября 2024 г. станок «<данные изъяты>» сработал самопроизвольно, в результате чего он получил увечье, а именно <данные изъяты>. После случившегося он был доставлен в городскую больницу, где ему <данные изъяты>. Каких-либо нарушений техники безопасности с его стороны допущено не было, поскольку администрация учреждения никаких инструктажей по технике безопасности с ним не проводила, никаких крючков и щипцов на участке «<данные изъяты>» он никогда не видел. Кроме того, своими действиями учреждение нарушило Приказ № от 2018 г. о не трудоустройстве иностранных граждан на работу в исправительные колонии, поскольку он является гражданином <данные изъяты>; в отсутствие документов, удостоверяющих личность.

Медицинскими работниками ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России ему не было оказано должного лечения, швы не обрабатывались, перевязки не делали, в результате чего у него сильно болели <данные изъяты>, швы разошлись, раны не заживали и загнивали. Обработку и перевязку он выполнял самостоятельно, иногда при помощи других осужденных. На неоднократные обращения о предоставлении больничного листа, ему было отказано в связи с незначительными повреждениями. Лишь 27 ноября 2024 г. он был этапирован в <данные изъяты> и далее 06 декабря 2024 г. в областную больницу <адрес>.

Кроме того, в период с 05 октября 2024 г. по 10 января 2025 г. администрация ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области незаконно вынесла ему устные выговоры. В связи с тем, что ему после полученной травмы не было оказано должное лечение, не выдан больничный лист, он был обязан выполнять работу и посещать все массовые мероприятия. В период, когда он не мог выходить на работу и посещать массовые мероприятия из-за сильных болей и <данные изъяты>, его обязывали писать объяснительные и впоследствии были выписаны взыскания в виде устного выговора. Иногда за один день выписывали по два взыскания. Администрация учреждения не выполнила рекомендации лечебного учреждения о выдаче ему больничного листа до полного заживления <данные изъяты>.

На основании изложенного просит: - взыскать с УФСИН России по Тверской области компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.; - обязать УФСИН России по Тверской области аннулировать взыскания за период с 08 октября 2024 г. по 10 января 2025 г.; взыскать с ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Определением судьи от 15 ноября 2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, Министерство финансов Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Тверской области; в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса РФ - прокурор.

Определениями суда от 12 декабря 2024 г., от 10 января 2025 г., от 05 марта 2025 г., от 14 июля 2025 г., занесенными в протоколы судебных заседаний, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены соответственно Министерство финансов Тверской области, ФСИН России, ОСФР по Тверской области, ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России.

Определениями суда от 09 апреля 2025 г., от 14 мая 2025 г., от 14 августа 2025 г., занесенными в протоколы судебных заседаний, ФСИН России, ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России исключены из числа третьих лиц и привлечены к участию в деле в качестве ответчиков.

Истец ФИО1, принимавший участие в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, поддержал заявленные исковые требования с учетом уточнений.

Представитель ответчиков УФСИН России по Тверской области, ФСИН России ФИО2 возражала по заявленным исковым требованиям.

Представитель ответчика ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО3 возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала письменный отзыв на иск.

Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России ФИО4 исковые требования не признал.

В заключении помощник Тверского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Тверской области ФИО5 указал на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований.

В судебное заседание третьи лица Министерство финансов Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Тверской области, Министерство финансов Тверской области, ОСФР по Тверской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, своих представителей не направили.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить или изменить решение суда и принять по делу новое решение. В обоснование доводов жалобы указывает на то, что при вынесении решения судом были нарушены нормы материального и процессуального права. При рассмотрении дела суд не учел, что по его обращению прокуратурой была проведена проверка, в ходе которой выявлены нарушения при привлечении его к труду, в связи с чем 19 ноября 2024 г. начальнику учреждения внесено представление. Вопреки выводам суда он не был ознакомлен с инструкцией по охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке<данные изъяты> №, не проходил проверку знаний требований охраны труда, ему не было известно, что при работе на станке необходимо использовать инструменты: инструментальный крючок либо щипцы, данные инструменты он никогда не видел, никаких документов со словом «<данные изъяты>» он не подписывал; объяснительную с 04 октября 2024 г. на 05 октября 2024 г., где указывается на его невнимательность и неосторожность, что заклинило джойстик и ему <данные изъяты>, он не писал, поскольку ввиду травмы не мог этого сделать. Кроме того, при рассмотрении дела суд не предоставил ему возможность ознакомиться с материалами дела путем направления в его адрес копий материалов дела, исследовал только некоторые имеющиеся в материалах дела документы.

На апелляционную жалобу ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области принесены возражения, в которых критикуются доводы жалобы, и указывается на законность принятого по делу судебного акта.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 19 февраля 2026 г. в порядке правопреемства произведена процессуальная замена третьего лица Государственной инспекции труда в Тверской области на Центральную межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда.

В заседание суда апелляционной инстанции явились представитель ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Тверской области, ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО3, прокурор Ильницкая Ю.Ю.

Ответчик ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, третьи лица Министерство финансов Российской Федерации, Министерство финансов Тверской области, ОСФР по Тверской области, Центральная межрегиональная территориальная государственная инспекция труда, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, своих представителей в судебное заседание не направили.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился; 24 февраля 2026 г. освобожден из ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, помещен в Центр временного содержания иностранных граждан УМВД России по Тверской области (ЦВСИГ УМВД России по Тверской области), просил обеспечить его участие в рассмотрении дела посредством видеоконференц-связи.

По сообщению ЦВСИГ УМВД России по Тверской области организация 31 марта 2026 г. судебного заседания с использованием видеоконференц-связи невозможна в связи с техническими неполадками. Указанная информация доведена до истца заблаговременно, разъяснено право на представление письменных объяснений по доводам апелляционной жалобы, на направление в суд апелляционной инстанции своего представителя.

При таких обстоятельствах судебная коллегия с учетом положений статей 166, 167 Гражданского процессуального кодекса РФ отказала истцу в ходатайстве об участии в судебном заседании путем использования видеоконференц-связи и признала возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителя ответчиков ФИО3, возражавшей относительно доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Ильницкой Ю.Ю., считающей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 с 22 мая 2024 г. отбывал наказание по приговору суда в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области.

На основании приказа начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 24 июля 2024 г. №-ос осужденный ФИО1 с 22 июля 2024 г. привлечен к оплачиваемому труду <данные изъяты> участка <данные изъяты> цеха №, со сдельной оплатой труда.

22 июля 2024 г., 25 июля 2024 г. с ФИО1 проведен инструктаж по технике безопасности по профессии <данные изъяты>; в период с 22 июля по 24 июля 2024 г. истец прошел стажировку и обучение по охране труда по профессии <данные изъяты>; 21 августа 2024 г. истец на заседании комиссии по проверке знаний требований охраны труда осужденных сдал проверку знаний по охране труда на должность <данные изъяты> участка <данные изъяты> (цех №).

С инструкцией по охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты> №, утвержденной начальником ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 24 августа 2022 г., предусматривающей требования охраны труда перед началом работы, во время работы, в аварийных ситуациях и по окончании работы, ФИО1 ознакомлен под роспись.

Согласно разнарядке на вывод осужденных (второй смены) на работу в <данные изъяты> ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области с 20.00 час. до 05.00 час. на 04 октября 2024 г., утвержденной врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, ФИО1 работал на участке <данные изъяты> цеха № во вторую смену с 20.00 час. 04 октября 2024 г.

05 октября 2024 г. в 00 час. 52 мин. ФИО1, выполняя, согласно сменному заданию, работы по <данные изъяты> на оборудовании «<данные изъяты>», с нарушением мер техники безопасности <данные изъяты> в рабочую зону станка <данные изъяты> в момент его работы, чтобы вынуть заготовку, в результате чего произошло <данные изъяты> и ФИО1 получил травму в виде <данные изъяты>.

После получения травмы истец немедленно был осмотрен <данные изъяты> филиала «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России в связи с жалобами на <данные изъяты> и сильной боли. По результатам осмотра поставлен диагноз «<данные изъяты>», проведена <данные изъяты>. Оформлено заключение о медицинском освидетельствовании на наличие телесных повреждений, травм и отравлений.

05 октября 2024 г. после осмотра <данные изъяты> филиала «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России осуществлен вывоз ФИО1 в ГБУ ТО «<данные изъяты>». Врачом-<данные изъяты> ГБУ ТО «<данные изъяты>» после осмотра ФИО1 поставлен диагноз «<данные изъяты>». В условиях экстренной операционной под местной анестезией выполнена <данные изъяты>. Даны лечебные рекомендации.

В период с 05 октября 2024 г. по 11 октября 2024 г. ФИО1 в филиале «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России получал рекомендованное лечение (<данные изъяты>).

14 ноября 2024 г. ФИО1 осмотрен начальником филиала «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, диагноз прежний. При объективном осмотре состояние удовлетворительное, <данные изъяты>.

С 06 декабря 2024 г. по 18 декабря 2024 г. ФИО1 находился в <данные изъяты> отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России с диагнозом «Основной: <данные изъяты>. Осложнение: «<данные изъяты>». В период госпитализации были проведены <данные изъяты> и <данные изъяты> исследования, медикаментозное лечение. Выписан с улучшением, даны лечебные рекомендации.

В связи с нахождением на лечении в филиале «Больница» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России ФИО1 был открыт листок нетрудоспособности за период с 06 декабря 2024 г. по 18 декабря 2024 г., который продлен амбулаторно с 19 декабря 2024 г. по 27 декабря 2024 г. В филиале «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России истцу был оформлен листок нетрудоспособности за период с 28 декабря 2024 г. по 10 января 2025 г.

В связи с несчастным случаем, произошедшим с осужденным ФИО1 05 октября 2024 г., приказом врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 07 октября 2024 г. № была создана рабочая комиссия по расследованию несчастного случая.

По результатам проведенного в период с 07 октября 2024 г. по 22 октября 2024 г. расследования легкого несчастного случая комиссией составлен акт о расследовании несчастного случая от 22 октября 2024 г. (формы №), который подписан всеми членами комиссии.

В акте о расследовании легкого несчастного случая (форма № 5), указано: место происшествия, оборудование, использование которого привело к травме, – участок <данные изъяты> цех №, <данные изъяты>, инв. №, который находится в исправном состоянии, изоляция не нарушена, электрощит закрыт, ограждение и концевые выключатели в наличии. Возле станка находятся специальные приспособления для безопасной работы (инструментальные крючки и щипцы). Обстоятельства несчастного случая: 05 октября 2024 г. в <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. осужденный ФИО1 получил травму, в связи с нарушением техники безопасности в цехе № участок «<данные изъяты>» промышленной зоны. Он выполнял работу согласно сменному заданию, выданному начальником цеха №, где осужденный должен был делать работы по <данные изъяты>. В ходе работы ФИО1 в нарушение Инструкции по охране труда № не использовал инструментальный крючок либо щипцы и засунул <данные изъяты> в опасную рабочую зону станка в момент его работы, чтобы вынуть заготовку. Кроме того, ФИО1 нарушил р. 2 п. 10.8 ПВР ИУ, вследствие чего на него было наложено дисциплинарное взыскание в виде устного выговора; вид происшествия – защемление между неподвижными и движущимися предметами, деталями и машинами; характер полученных повреждений - <данные изъяты>, степень тяжести – легкая. Причины несчастного случая и лица, ответственные за допущенные нарушения, – личная неосторожность и нарушение работником ФИО1 требований охраны труда, предусмотренных пунктами 3.6 и 3.7 Инструкции № «По охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты>», а именно допустил нахождение <данные изъяты> в рабочей опасной зоне станка и не проводил съем деталей при помощи инструментального крючка либо щипцами; допустил нарушение, предусмотренное разделом 2 пункта 10.8 Правил внутреннего распорядка ИУ № от 04 июля 2022 г., согласно которого осужденный обязан соблюдать требования пожарной безопасности и охраны труда.

Установив указанные обстоятельства, комиссия пришла к выводу, что осужденный ФИО1 травму получил по собственной неосторожности, в момент получения травмы нарушил пункты 3.6 и 3.7 Инструкции № «По охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты>». Лист нетрудоспособности не выдавался. В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса РФ, Приказа Министерства труда и социальной защиты РФ от 20 апреля 2022 г. №-Н, данный несчастный случай квалифицируется как случай, не связанный с производством, который не требует оформления акта Н-1 и не подлежит учету в журнале травматизма в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области.

По факту получения травмы по заявлению ФИО1 Калининским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тверской области проведена проверка по признакам преступлений, предусмотренных статьями 143, 285, 286 Уголовного кодекса РФ.

Постановлением старшего следователя Калининского МСО СУ СК РФ по Тверской области от 01 декабря 2024 г. отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса РФ, а также за отсутствием события преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285, частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса РФ.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1069, 1099 Гражданского кодекса РФ, статей 2, 22, 209, 212, 216.1 Трудового кодекса РФ, нормами Уголовно-исполнительного кодекса РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. При этом суд исходил из недоказанности обстоятельств, объективно и бесспорно свидетельствующих о причинении вреда здоровью истца в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, УФСИН России по Тверской области, ФСИН России и ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, а также из того, что истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств противоправности действий должностных лиц, и того, что в результате его содержания в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ему причинен реальный физический вред по вине ответчиков, глубокие физические или психологические страдания, доказательств нарушения принадлежащих ему каких-либо неимущественных прав и личных нематериальных благ, а также доказательств совокупности условий, с которыми закон связывает компенсацию морального вреда, с учетом положений статей 1064, 1069, 1070, 151 Гражданского кодекса РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в связи с получением травмы при выполнении 05 октября 2024 г. работ на <данные изъяты> участка <данные изъяты> цеха №.

Конституцией Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, осужденные к лишению свободы привлекаются к труду в рамках уголовно-исполнительных, а не трудовых отношений, не по своему волеизъявлению и самостоятельно, а администрацией исправительного учреждения в порядке, установленном уголовно-исполнительным законодательством (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2023 г. № 1024-О, от 27 декабря 2023 г. № 3353-О).

Нормы трудового законодательства к отношениям, связанным с привлечением осужденных к лишению свободы к общественно полезному труду, применяются субсидиарно, а именно в случаях, указанных в Уголовно-исполнительном кодексе РФ, который является специальным законом, регулирующим в том числе труд осужденных. Среди норм трудового законодательства, подлежащих применению при привлечении осужденных к лишению свободы к общественно полезному труду, - нормы трудового законодательства о продолжительности рабочего времени, о правилах охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии.

Статья 2 Трудового кодекса РФ к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит: обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22, пункта 1 статьи 214 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В статье 209 Трудового кодекса РФ приведены определения основных понятий, в частности охраны труда, под которой понимается система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально - экономические, организационно - технические, санитарно - гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия; и безопасных условий труда, то есть условий труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов.

Статьей 209.1 Трудового кодекса РФ установлено, что основными принципами обеспечения безопасности труда являются предупреждение и профилактика опасностей, а также минимизация повреждения здоровья работников. Принцип предупреждения и профилактики опасностей означает, что работодатель систематически должен реализовывать мероприятия по улучшению условий труда, включая ликвидацию или снижение уровней профессиональных рисков или недопущение повышения их уровней, с соблюдением приоритетности реализации таких мероприятий. Принцип минимизации повреждения здоровья работников означает, что работодателем должны быть предусмотрены меры, обеспечивающие постоянную готовность к локализации (минимизации) и ликвидации последствий реализации профессиональных рисков.

Абзац 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ возлагает на работодателя обязанность возместить вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Вместе с тем обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда, в частности когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса РФ).

Так, в силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ определено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 18 постановления от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

Учитывая технические характеристики, конструктивные особенности, механизм работы, оснащение электродвигателем, педалью (том 1 л.д. <данные изъяты>), используемое ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области на участке <данные изъяты> цеха № оборудование (<данные изъяты>) является источником повышенной опасности для окружающих.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

Доказательств, подтверждающих, что ФИО1 получил производственную травму вследствие непреодолимой силы или своего умысла, материалы дела не содержат.

Кроме того, материалами дела, а именно представлением Тверского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 19 ноября 2024 г. в адрес начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, подтверждается, что в нарушение требований статьи 104 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, статьи 196 Трудового кодекса РФ, части 7 статьи 73 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», приказа Минпросвещения России от 14 июля 2023 г. № «Об утверждении Перечня профессий рабочих, должностей служащих, по которым осуществляется профессиональное обучение» осужденный ФИО1 привлечен администрацией ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области к труду по профессии <данные изъяты> и допущен к работе в отсутствие документа об образовании и квалификации, свидетельствующих о наличии специальных знаний. Причинами выявленных нарушений является получение травмы осужденным ФИО1 при отсутствии у последнего специальных знаний при выполнении работ по должности <данные изъяты>.

Доказательств обратного ответчиком ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание, что вред здоровью ФИО1, отбывающего наказание в связи с осуждением к лишению свободы, причинен при его привлечении к общественно полезному труду ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, то с учетом приведенных выше норм права и фактических обстоятельств оснований для освобождения ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, допустившего осужденного к выполнению работ по должности <данные изъяты> в отсутствии у последнего специальных знаний, а также как владельца источника повышенной опасности, от ответственности перед истцом в связи с полученной им производственной травмой не имеется и ФИО1 имеет право на возмещение ему морального вреда.

Суд первой инстанции указанные выше нормы права при рассмотрении спора не применил, а выводы суда об отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих в том числе вину ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области в получении истцом производственной травмы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. То обстоятельство, что травма получена истцом в результате неосторожных действий самого ФИО1, о чем указано в акте о расследовании несчастного случая (формы № 5), в объяснениях ФИО1, не может служить основанием для отказа в удовлетворении его требований о компенсации морального вреда, однако указанное обстоятельство может быть учтено при определении размера компенсации морального вреда.

По смыслу абзаца 16 части 2 статьи 22, статьи 237 Трудового кодекса РФ работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, размер которого в случае возникновения спора определяется судом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (глава 59 «Обязательства вследствие причинения вреда») и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в постановлении от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, беспомощности, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь и другие негативные эмоции) (пункт 14).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области в пользу ФИО1, судебная коллегия учитывает характер и обстоятельства причинения истцу морального вреда, обстоятельства получения травмы, которая привела к <данные изъяты>, однако данная травма квалифицируется как травма легкой степени тяжести, не повлекла временной нетрудоспособности истца; в результате полученной травмы истец несомненно испытал боль, был вынужден в период с 05 октября 2024 г. по 11 октября 2024 г. ежедневно обрабатывать раны, принимать лекарства, переживал за состояние своего здоровья.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что травма причинена истцу источником повышенной опасности, что дает основания для возмещения вреда независимо от вины причинителя, а также в связи с тем, что работодатель в нарушение требований законодательства допустил работника к выполнению работ по должности <данные изъяты> в отсутствии у последнего специальных знаний для выполнения данных работ.

Судебная коллегия также принимает во внимание и действия потерпевшего ФИО1, выразившиеся в нарушении требований охраны труда, что явилось основной причиной несчастного случая.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с абзацем 3 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия или бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим значительной вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и легкомысленного расчета, что они не наступят.

С учетом имеющихся в материалах дела доказательства, исходя из обстоятельств причинения истцу вреда здоровью, судебная коллегия приходит к выводу о наличии в действиях ФИО1 грубой неосторожности. Осужденный ФИО1 допустил нахождение <данные изъяты> в рабочей опасной зоне станка, осуществил съем деталей без помощи инструментального крючка либо щипцов, тем самым грубо нарушил правила охраны труда, требований пунктов 3.6 и 3.7 инструкции № «По охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты>», с которой был ознакомлен и должен был соблюдать при работе на станке.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, поскольку к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, защита которых должна быть приоритетной, исходя из соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдения баланса интересов сторон, учитывая фактические обстоятельства дела и наличие грубой неосторожности в действиях истца, что в свою очередь является основанием для снижения компенсации морального вреда, судебная коллегия считает, что разумным и справедливым будет взыскание с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Доводы ФИО1 о привлечении его к труду на устаревшем, технически неисправном, измененном оборудовании, о незаконном переводе его на участок «<данные изъяты>», о не ознакомлении его с инструкцией № «По охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты>», об отсутствии инструментального крючка или щипцов, а также о том, что он не писал объяснений по поводу несчастного случая в виду травмы правой руки, отклоняются судебной коллегией как объективно ничем не подтвержденные. Напротив, совокупность имеющихся в материалах дела доказательств подтверждает, что <данные изъяты> находится в исправном состоянии, имеются инструментальный крючок и щипцы, истец <данные изъяты> месяца <данные изъяты> дней работал <данные изъяты> на <данные изъяты> участка <данные изъяты> цеха №, под роспись был ознакомлен с инструкцией № «По охране труда для безопасной работы на <данные изъяты> станке-<данные изъяты>», в которой указано, что съем деталей или готовой продукции из рабочей зоны работник должен проводить инструментальным крючком либо щипцами. Из объяснений ФИО13, старшины <данные изъяты> отряда, в который в том числе входит ФИО1, от 28 ноября 2024 г., данных им старшему следователю Калининского МСО СУ СК России по Тверской области, следует, что в связи с тем, что у ФИО1 <данные изъяты>, самостоятельно составить объяснительную он не мог, поэтому попросил сделать это дневального, после чего ФИО1 ознакомился с объяснительной, написанной дневальным, и подписал ее собственноручно. Обстоятельства написания объяснительной и ее подписания ФИО1 не свидетельствуют о ее недействительности и недостоверности изложенных в ней обстоятельств произошедшего 05 октября 2024 г. несчастного случая.

Кроме того, судебная коллегия полагает, что имеются правовые основания для возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества казенного учреждения, исходя из следующего.

В соответствии с частью 12 статьи 20 Трудового кодекса РФ по вытекающим из трудовых отношений обязательствам работодателя - юридического лица субсидиарную ответственность несут собственник имущества, учредитель (участник) юридического лица в случаях, в которых федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации установлена субсидиарная ответственность собственника имущества, учредителя (участника) по обязательствам юридического лица.

Согласно пунктам 1 и 7 статьи 161 Бюджетного кодекса РФ казенное учреждение находится в ведении органа государственной власти, осуществляющего бюджетные полномочия главного распорядителя (распорядителя) бюджетных средств, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

При недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенному учреждению для исполнения его денежных обязательств, по таким обязательствам от имени Российской Федерации отвечает орган государственной власти (государственный орган), осуществляющий бюджетные полномочия главного распорядителя бюджетных средств, в ведении которого находится соответствующее казенное учреждение.

В силу пункта 4 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.

В силу статьи 9 Закона Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы, является расходным обязательством Российской Федерации.

ФСИН России согласно подпункту 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. №, осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы, осуществляет финансовое обеспечение деятельности территориальных органов уголовно-исполнительной системы и учреждений, исполняющих уголовные наказания.

Согласно статье 5 Положения ФСИН России осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через свои территориальные органы, учреждения, исполняющие наказание.

Согласно Уставу ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области учредителем является Российская Федерация. Функции и полномочия учредителя Учреждения осуществляет Федеральная служба исполнения наказаний. Собственником имущества Учреждения является Российская Федерация в лице ФСИН России. Полномочия собственника в отношении федерального имущества, переданного Учреждению на праве оперативного управления, осуществляет ФСИН России в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, учитывая отсутствие собственных денежных средств у ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, субсидиарную ответственность по обязательству перед истцом ФИО1 необходимо возложить на ФСИН России, как главного распорядителя бюджетных средств.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции в части отказа ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда подлежит отмене с принятием по делу в указанной части нового решения.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части отсутствия оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к труду, а также в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России.

В силу статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса РФ труд относится к одним из основных средств достижения конституционно значимой цели исправления осужденных, а статьей 103 Уголовно-исполнительного кодекса РФ предусмотрено право и обязанность осужденных на труд, а также обеспечение администрацией исправительных учреждений их трудоустройства с учетом пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Порядок осуществления прав осужденных устанавливается настоящим Кодексом, а также иными нормативными правовыми актами. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц (части 10, 11 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал несостоятельными доводы истца о незаконном привлечении его к трудовой деятельности в отсутствие документов, подтверждающих его личность и гражданство.

В силу статьи 98 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные к лишению свободы, привлеченные к труду, подлежат обязательному государственному социальному страхованию.

Осужденные имеют право на общих основаниях на государственное пенсионное обеспечение в старости, при инвалидности, потере кормильца и в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Осужденные, утратившие трудоспособность в период отбывания лишения свободы, имеют право на возмещение ущерба в случаях и порядке, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».

В силу статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Застрахованные лица - граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования или в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Материалами дела подтверждается, что ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области исполнены обязанности, возложенные на учреждение, как на лицо, выступающее в роли работодателя по отношению к осужденным, привлеченным к труду.

В частности, учреждением в отношении ФИО1 в установленном законом порядке были представлены сведения о начисленной и выплаченной заработной плате, произведены отчисления налога на доходы физических лиц и отчисления в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Утверждение истца о том, что в связи с получением травмы ему не была оказана надлежащим образом медицинская помощь, своего подтверждения при рассмотрении дела не нашло. Напротив совокупность представленных в дело доказательств, в том числе медицинская документация на имя истца, подтверждает, что после несчастного случая ФИО1 незамедлительно был осмотрен <данные изъяты> филиала «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, которым ему была оказана первая неотложная помощь, в дальнейшем истец был доставлен в ГБУ ТО «<данные изъяты>», где врач-<данные изъяты> в условиях экстренной операционной под местной анестезией выполнил <данные изъяты>, и дал лечебные рекомендации, которые в период с 05 октября 2024 г. по 11 октября 2024 г. выполнялись в отношении ФИО1 в филиале «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, что привело к улучшению состояния здоровья.

Доводы истца о том, что бинты выдавались один раз в три дня, швы не обрабатывались и не делались перевязки, объективно ничем не подтверждены.

То обстоятельство, что в декабре 2024 г. у истца появились посттравматические <данные изъяты>, не свидетельствует о том, что в период с 05 октября по 11 октября 2024 г. оказание истцу медицинской помощи в соответствии с рекомендациями врача-<данные изъяты> ГБУЗ ТО «<данные изъяты>» осуществлялось некачественно. Доказательств обратного истцом в материалы дела не представлено. Напротив, как следует из имеющихся в материалах дела медицинских документов, 14 ноября 2024 г. ФИО1 был осмотрен начальником филиала «Медицинская часть № 10» ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России, при объективном осмотре состояние удовлетворительное, <данные изъяты>.

Факты ограничения или ущемления прав истца в части медицинского обслуживания, а также факты, свидетельствующие об оказании истцу ненадлежащей медицинской помощи, не установлены.

Решение суда в части прекращения производства по гражданскому делу в части исковых требований ФИО1 к УФСИН России по Тверской области об аннулировании дисциплинарных взысканий в связи с тем, что данные требования подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства, в апелляционной жалобе не оспаривается, таких доводов апелляционная жалоба ФИО1 не содержит, поэтому в силу статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда в этой части не является предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Доводы апеллянта о том, что он не был ознакомлен с представленными в материалы дела документами, ему не были предоставлены их копии, в связи с чем он был лишен возможности подготовиться к судебному заседанию и выразить свою позицию по делу, не могут являться основанием к отмене принятого по делу судебного акта.

Представленные ответчиками в материалы дела доказательства, в том числе справки, медицинские документы, материал расследования несчастного случая, исследовались судом в судебном заседании с участием истца, который принимал участие посредством ВКС. Каких-либо ходатайств и дополнений в связи с оглашенными материалами дела от истца не поступило.

Все ходатайства лиц, участвующих в деле, разрешались судом по правилам статьи 166 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену принятого по делу решения, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Калининского районного суда Тверской области от 08 октября 2025 г. в части отказа ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда отменить.

Постановить по делу в указанной части новое решение, которым взыскать с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Республики <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, ФСИН России отказать.

При недостаточности денежных средств ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области по обязательствам перед ФИО1 возложить субсидиарную ответственность на ФСИН России.

В остальной части решение Калининского районного суда Тверской области от 08 октября 2025 г. оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 14 апреля 2026 г.

Председательствующий С.Н.Пойменова

Судьи К.В.Климова

Т.В.Кубарева