Решение № 2А-177/2018 2А-177/2018~М-214/2018 М-214/2018 от 17 октября 2018 г. по делу № 2А-177/2018

Административное дело № 2а-177/18


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 октября 2018 г. г. Реутов

Реутовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Татаринова А.В. при секретаре Калайчеве С.А. с участием административного истца ФИО1, представителей административного ответчика ФИО3 и ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего Научно-исследовательского центра (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации полковника ФИО1 об оспаривании действий начальника Научно-исследовательского центра (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил:

- признать незаконным приказ начальника Научно-исследовательского ФИО2 (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации от 22 июня 2018 года № о привлечении его к дисциплинарной ответственности и объявлении дисциплинарного взыскания «строгий выговор», а также возложить обязанность на данное должностное лицо по его отмене;

- признать незаконным приказ начальника Научно-исследовательского центра (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации от 22 июня 2018 года № о привлечении его к дисциплинарной ответственности и объявлении дисциплинарного взыскания «предупреждение о неполном служебном соответствии», а также возложить обязанность на данное должностное лицо по его отмене.

В судебном заседании административный истец настаивал на заявленных требованиях и в обосновании своих доводов, изложенных в административном исковом заявлении, пояснил, что проходит военную службу в должности заместителя начальника Научно-исследовательского центра (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации (далее – Центр), входящего в состав Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации (далее – Институт). По своему излагая обстоятельства дела, а также ссылаясь на отдельные нормы Трудового кодекса Российской Федерации, Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации и Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, указал, что допущенные воинскими должностными лицами Центра ошибки при проведении разбирательств - в частности предоставление ему не утвержденных начальником протоколов о грубом дисциплинарном проступке, игнорирование ходатайств, непредоставление возможности дать объяснения - свидетельствуют о необоснованности принятых решений о привлечении его к дисциплинарной ответственности. Обратил внимание на то, что Центр является структурным подразделением Института, а потому начальник Центра не имеет полномочий по изданию приказов о привлечении военнослужащих к дисциплинарной ответственности за совершение грубых дисциплинарных проступков.

Начальник Центра ФИО5 в судебном заседании 9 октября 2018 года административное исковое заявление не признал и просил отказать в его удовлетворении, поскольку полагал, что ФИО1 своевременно и законно привлечен к дисциплинарной ответственности по фактам неявок в срок без уважительных причин на службу из командировок.

Представители административного ответчика ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании, а также в своих письменных возражениях указали, что ФИО1 дважды не явился на службу в срок из командировки без уважительных причин. Даты окончания командировок, приходящиеся на 21 января и 2 мая 2018 года, определялись приказами начальника Центра на основании предписаний руководства Института. Вопреки установленным дням прибытия, а также требованиям Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, ФИО1 прибывал на службу 22 января и 3 мая 2018 года. По этим фактам административным истцом не было установленным порядком доложено начальнику Центра, не был он предупрежден и о причинах несвоевременной явки. Отказ ФИО1 от дачи письменных объяснений при проведении разбирательства зафиксирован актом от 3 мая 2018 года. Приказы начальника Центра, определяющие даты возвращения административного истца из командировок, начальником Института в установленном порядке отменены или изменены не были. Требования ст. 83 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации воинскими должностными лицами нарушены не были, а при принятии оспариваемых решений начальником Центра учитывалась служебная деятельность административного истца в целом. Обращают внимание на недопустимость учета в качестве доказательства приобщенного к материалам дела рапорта ФИО1 от 13 июля 2018 года, оформленного в адрес начальника Института, который не был предметом рассмотрения начальника Центра при проведении разбирательств по фактам неявок в срок без уважительных причин на службу из командировок.

Заслушав объяснения административного истца, административного ответчика и его представителей, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, военный суд приходит к следующим выводам.

Федеральный закон от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» определяет дисциплинарный проступок как противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности (п. 1 ст. 28.2), устанавливает, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка, за исключением случаев, исключающих привлечение к дисциплинарной ответственности, проводится разбирательство (п. 1 ст. 28.8), в ходе которого должно быть установлено событие дисциплинарного проступка, лицо, его совершившее, его вина и данные, характеризующие личность, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности (п. 1 ст. 28.6), при этом порядок и сроки рассмотрения командиром материалов о дисциплинарном проступке, а также виды решений, принимаемых командиром по результатам рассмотрения указанных материалов, определяются общевоинскими уставами (ст. 28.9).

В силу ст. 1 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Дисциплинарный устав), воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и приказами (приказаниями) командиров (начальников).

Согласно п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих» неявка в срок без уважительных причин на службу из командировки по своему характеру является грубым дисциплинарным проступком.

Как следует из материалов дела, командировочным удостоверением от 9 ноября 2017 года № подтверждается, что ФИО1 на основании приказа начальника Центра от 9 ноября 2017 года № № полагался убывшим в командировку сроком на 21 сутки с 10 ноября 2017 года.

Приказами начальника Центра от 29 ноября 2017 года № и от 15 декабря 2017 года № ФИО1 продлена командировка, соответственно, сроком на 15 суток с 1 декабря 2017 года и сроком на 36 суток с 16 декабря 2017 года на основании решений заместителя начальника Института от 27 ноября 2017 года вх. № и от 18 декабря 2017 года вх. №

Таким образом, датой возвращения из командировки (последним днем) является 20 января 2018 года.

Однако из исследованного ранее командировочного удостоверения, а также докладной записки ФИО6, рапортов ФИО7 и ФИО8 усматривается, что административный истец явился на службу из командировки 22 января 2018 года.

Далее, командировочным удостоверением от 26 января 2018 года № подтверждается, что ФИО1 на основании приказа начальника Центра от 25 января 2018 года № полагался убывшим в командировку сроком на 93 суток с 29 января по 1 мая 2018 года. При этом основанием для издания приказа о направлении ФИО1 в командировку на указанный срок являлась телеграмма начальника центра управления – заместителя начальника ГШ ВКС от 27 декабря 2017 года №.

Вместе с тем, из светокопии билета №, командировочного удостоверения от 26 января 2018 года №, а также рапортов ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12 усматривается, что административный истец убыл из образовательного учреждения в г. Воронеже 28 апреля, а явился на службу из командировки 3 мая 2018 года.

Указанные выше обстоятельства были подтверждены ФИО1 в ходе судебного заседания.

Таким образом, начальник Центра обоснованно расценил как грубые дисциплинарные проступки неявки административного истца в срок без уважительных причин на службу из командировок.

Согласно ст. 47 Дисциплинарного устава военнослужащие привлекаются к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, который в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

В силу ст. 83 Дисциплинарного устава применение дисциплинарного взыскания к военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, производится в срок до 10 суток со дня, когда командиру (начальнику) стало известно о совершенном дисциплинарном проступке (не считая времени на проведение разбирательства, времени нахождения военнослужащего в отпуске), но до истечения срока давности привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В соответствии со ст. 69 Дисциплинарного устава командир отдельного батальона имеет право предупреждать о неполном служебном соответствии.

В силу п. 27 Положения о Научно-исследовательском центре (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации, утвержденного приказом начальника Института от 10 апреля 2018 года №дсп, обязанности начальника Центра в объеме функций управления воинской деятельностью в мирное и военное время в полном объеме регламентируются ст. 75-91, 130 и 131 Устава внутренней службы (командир отдельного батальона).

Как усматривается из заключений от 13 июня 2018 года и протоколов о грубом дисциплинарном проступке от 14 июня 2018 года, воинскими должностными лицами Центра документально установлены факты неявок в срок из командировок на службу ФИО1, при этом уважительных причин такового административным истцом, как в период проведения разбирательства, так и в суде, не представлено.

Согласно приказам начальника Центра от 22 июня 2018 года № и №, ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение грубых дисциплинарных проступков и ему назначены дисциплинарные взыскания, соответственно, строгий выговор и предупреждение о неполном служебном соответствии.

Таким образом, вопреки доводам административного истца, начальник Центра, издавая приказы о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, действовал в рамках компетенции, предоставленной ст. 69 Дисциплинарного устава. При этом факты, послужившие основанием для привлечения его к дисциплинарной ответственности, полностью нашли свое подтверждение в суде.

Совершение административным истцом дисциплинарных проступков установлено в результате разбирательств, которые проведены в соответствии со ст. 28.1 - 28.10 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 81 Дисциплинарного устава.

Порядок привлечения административного истца к дисциплинарной ответственности нарушен не был.

Из материалов дела следует, что о фактах неявки ФИО1 в срок без уважительных причин на службу из командировок командованию Центра стало известно, соответственно, 22 января и 3 мая 2018 года, по которым в эти же дни были назначены разбирательства, проводимые до 14 июня 2018 года по причине нахождения административного истца в командировке с 29 января по 1 мая 2018 года (приказ начальника Центра от 25 января 2018 года №), в отпуске с 4 мая по 2 июня 2018 года (приказ начальника Центра от 3 мая 2018 года №) и освобождения его от исполнения обязанностей ввиду болезни с 24 мая по 10 июня 2018 года (приказы начальника Центра от 4 июня 2018 года № и начальника Института от 6 июня 2018 года №).

ФИО1 был проинформирован о проводившихся в отношении него разбирательствах с разъяснением ему прав и предоставлением возможности дать объяснения и представить доказательства, а после окончания этих разбирательств он был ознакомлен со всеми материалами о дисциплинарном проступке, как это установлено п. 1 ст. 28.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Согласно ст. 81 Дисциплинарного устава принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, в ходе которого должно быть установлено: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего; обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка; другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Все эти обстоятельства установлены в ходе проведенных разбирательств, что следует из их материалов.

По окончании разбирательств составлены протоколы о грубом дисциплинарном проступке, которые соответствует требованиям п. 7 ст. 28.8 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

При применении к ФИО1 дисциплинарных взысканий начальник Центра учел характер дисциплинарных проступков, обстоятельства и последствия их совершения, форму вины, личность административного истца, отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих дисциплинарную ответственность, как это предусмотрено ст. 28.5, 28.6 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Стороной административного ответчика были представлены в суд бесспорные доказательства вины ФИО1 в совершении дисциплинарных проступков, за которые он был привлечен к дисциплинарной ответственности.

При таких данных приказы начальника Центра от 22 июня 2018 года № и № об объявлении административному истцу строгого выговора и предупреждения его о неполном служебном соответствии следует признать законными, а доводы ФИО1 в административном исковом заявлении об обратном являются ошибочными.

Мнение административного истца о том, что неявки из командировок были допущены с разрешения начальника Института, о чем свидетельствует рапорт ФИО1 от 13 июля 2018 года, не может быть принято во внимание судом, поскольку как пояснил в судебном заседании свидетель ФИО13 (начальник Института), им каких-либо решений и приказов о продлении командировок административного истца в установленном порядке не принималось.

Руководствуясь ст. 175-180, 227, 297, 298 КАС РФ,

р е ш и л:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 об оспаривании действий начальника Научно-исследовательского центра (<адрес>) Центрального научно-исследовательского института Военно-воздушных сил Министерства обороны Российской Федерации, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу А.В. Татаринов