Постановление № 44У-216/2017 4У-1484/2017 от 18 октября 2017 г. по делу № 44У-216/2017

Судья Мельникова К.Ю.

СК апелляционной инстанции:

ФИО1 (пред., докл.),

ФИО2, ФИО3


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА САМАРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

от 19 октября 2017 года №44у-216/2017

Президиум Самарского областного суда в составе:

председательствующего Дроздовой Л.П.,

членов президиума – Кудинова В.В., Шкурова С.И., Бондаревой Л.М., Горбуль Н.А., Сказочкина В.Н., при секретаре Егоровой А.А.,

с участием заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю.,

рассмотрел кассационную жалобу осужденного ФИО4 на приговор Кировского районного суда г.Самары от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 17 июля 2017 года.

Приговором Кировского районного суда г.Самары от 25 апреля 2017 года ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, судимый:

ДД.ММ.ГГГГ Кинельским районным судом Самарской области по ч.1 ст.105 УК РФ к 6 годам лишения свободы, освободившийся ДД.ММ.ГГГГ по отбытию срока, -

осужден по ч.2 ст.162 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, по п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения, по совокупности указанных преступлений окончательно к отбытию ФИО4 определено 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО4 исчислен с ДД.ММ.ГГГГ; в срок отбытия наказания зачтено время содержания осужденного под стражей до судебного разбирательства: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Этим же приговором по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ осуждены: ФИО5 - к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, и Ак. к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в отношении которых приговор не обжалован.

Взыскано с ФИО4 солидарно с ФИО5 в пользу потерпевшего Ок. в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей.

Производство по иску потерпевшего Шея. прекращено в связи с отказом от него гражданского истца ввиду добровольного возмещения ему причиненного преступлением ущерба.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 17 июля 2017 года приговор в отношении ФИО4 оставлен без изменения, апелляционная жалоба, поданная в его интересах адвокатом Ан. – без удовлетворения.

В кассационной жалобе осужденный ФИО4, выражает несогласие с состоявшимися в отношении него судебными постановлениями, указывая, что выводы суда о его виновности в совершении разбоя обоснованы лишь противоречивыми и непоследовательными показаниями потерпевшего Ок., который первоначально сообщил только о причинении ему побоев из хулиганских побуждений, что согласовывалось с показаниями всех осужденных и сотрудников полиции, и не заявлял о совершении в отношении него иного преступления; имущества, как объекта посягательства, не установлено; указанная потерпевшим как использованная при совершении преступления отвертка, не обнаружена, никакими иными доказательствами, в том числе, показаниями сотрудников полиции, прибывших на место происшествия, её наличие не подтверждается. Судом необоснованно отклонены доказательства, представленные стороной защиты в его защиту. Считает, что потерпевший оговорил его из мести за причиненные ему побои. Суд, не дав должной оценки изменению показаний потерпевшим, принял их, наряду с недостоверными показаниями свидетелей Вы. и Ма., в качестве допустимых доказательств. Утверждает о самооговоре под воздействием сотрудников полиции в явке с повинной и показаниях в ходе предварительного следствия. Просит направить дело на новое судебное разбирательство.

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Абдуллиной Р.Р., изложившей обстоятельства дела, содержание обжалуемых судебных постановлений, доводы кассационной жалобы осужденного ФИО4 и мотивы вынесения постановления о передаче жалобы с материалами уголовного дела для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выступления осужденного Ак. и адвоката Др., поддержавших доводы кассационной жалобы, заключение заместителя прокурора Самарской области Ше., президиум

у с т а н о в и л:

В соответствии со ст.401.16 УК РФ суд кассационной инстанции не связан доводами кассационных жалоб или представлений и вправе проверить производство в полном объеме.

Согласно ст.401.15 УПК РФ основанием к изменению судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст.299 УПК РФ при постановлении приговора в совещательной комнате суд разрешает вопросы по заявленному гражданскому иску, в чью пользу и в каком размере он взыскивается.

Ак. и ФИО5 признаны судом виновными в покушении на грабеж, то есть, открытое хищение чужого имущества, совершенном ДД.ММ.ГГГГ с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Действия Ак. и ФИО5 квалифицированы по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ.

Виновность осужденных в совершении указанного преступления подтверждается показаниями потерпевшего Ок. об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления, в ходе к чему Ак. и ФИО5, нанося ему совместно с ФИО4 удары по различным частям тела пытались завладеть его имуществом; осужденного Ак. в ходе предварительного следствия о том, что он совместно с ФИО5, после словесного конфликта, перешедшего в потасовку, пытался забрать сумку у потерпевшего; свидетелей Вы. и Ма. об избиении осужденными потерпевшего Ок., нанося удары по различным частям тела, в том числе, после того, как повалили на землю; сотрудников полиции Ну., Ми. об обстоятельствах задержания осужденных, которые до этого втроем избивали потерпевшего, чистосердечным признанием Ак. в избиении и попытке хищения имущества потерпевшего, протоколом опознания потерпевшим осужденного как лицо, избившее его и пытавшееся отобрать сумку с имуществом, заключением эксперта об обнаруженных у Ок. телесных повреждениях.

ФИО4 признан виновным и осужден за разбой, то есть, нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, а также за кражу, то есть, тайное хищение чужого имущества, совершенную из одежды, находившейся при потерпевшем.

Преступления совершены ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Выводы суда о виновности осужденного в краже сотового телефона и денежных средств у Шея. подтверждаются показаниями потерпевшего об обстоятельствах хищения принадлежащего ему имущества, свидетелей Ле., Ак., Шея., а также письменными материалами дела, в том числе, чистосердечным признанием ФИО4, протоколом опознания его потерпевшим, и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре, и не оспариваются осужденным в его кассационной жалобе.

В судебном заседании ФИО4 вину в совершении разбоя в отношении Ок. не признал, показал, что лишь нанес потерпевшему побои из-за некорректного отказа на просьбу дать сигареты.

Вместе с тем, суд обоснованно признал его виновным в совершении данного преступления, исходя из анализа показаний потерпевшего Ок. в ходе предварительного и судебного следствия, согласно которым, ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов между домами <адрес>, мимо которых он проходил с Ма. и Вы., его окликнул кто-то из осужденных, спросил сигарету, отказав в этом за их отсутствием, ускорили шаги, желая избежать конфликта, их преследовали, ФИО4, подбежав к нему первым, ударил кулаком по лицу, затем Ак. и ФИО5, повалили его на землю, после чего все вместе стали избивать его, нанося удары ногами и руками по голове, лицу и спине, одновременно дергая его за висевшую на плече сумку, в которой находились МР3-плеер, кошелек, жесткий диск, фотоаппарат с флеш-картой, отвертка, при этом ФИО4 требовал отдать сумку, а ФИО5 и Ак. пытались ее сорвать. Затем ФИО4, вытащив из его сумки отвертку, подставил её потерпевшему к горлу, отчего он испытал покалывание, требуя отдать сумку и угрожая. Ак. и ФИО5 продолжали наносить ему удары и перестали избивать после того, как услышали крик женщины, когда он, воспользовавшись этим, убежал, осужденные, догнав его, продолжили избиение, в ходе этого ФИО4 прижал его шею коленкой к земле, он ощущал удары по затылку, ФИО5 и Ак. наносили ему удары руками и ногами в лицо и по голове, обыскивали карманы, пытались вытащить его сотовые телефоны, в это время приехали сотрудники полиции, услышавшие его крики о помощи.

Вопреки доводам осужденного в жалобе, показания потерпевшего относительно того, что при совершении преступления в отношении него, осужденные требовали и пытались отобрать у него сумку с находившимся в ней имуществом, все трое наносили удары, а ФИО4, кроме того, достав из его сумки отвертку, приставил ему к горлу и высказывал угрозы, которые он воспринимал как реальные и исполнимые, последовательны, начиная с самых первых показаний. То обстоятельство, что в заявлении в полицию он не указывал подробности преступления, не ставят под сомнение объективность и достоверность его показаний. Согласно его пояснений, о намерении нападавших завладеть его имуществом он первоначально не указывал, поскольку у него ничего похищено не было, а кроме того, он находился в шоковом состоянии, что в своих показаниях в суде подтвердил сотрудник полиции Ми., описав состояние потерпевшего после происшедшего и перед опросом, как стрессовое. Кроме того, закон не требует обязательного подробного изложения обстоятельств происшедшего при написании заявления о совершенном преступлении, обстоятельства которого подробно выясняются и устанавливаются в ходе следствия.

Показания потерпевшего приняты судом после тщательной проверки и сопоставления с другими доказательствами, в том числе, с показаниями самого ФИО4 в ходе досудебного производства, в которых он не отрицал, что пугал потерпевшего отверткой и просил у него денег. Судом проверены обстоятельства получения этих показаний, нарушений уголовно-процессуального закона при этом не установлено, не нашли своего подтверждения и доводы ФИО4, повторенные и в его кассационной жалобе, о самооговоре со ссылкой на оказанное на него воздействие сотрудниками полиции. Осужденному были разъяснены его процессуальные права, а также положения ст.51 Конституции РФ, его допросы произведены в условиях, исключающих какое-либо незаконное воздействие, с участием защитника, после ознакомления с содержанием протокола, замечаний по его содержанию от него не поступило, и он не заявлял о том, что оговорил себя в совершении преступления. Существенных противоречий в этих показаниях не имелось, в связи с чем они обоснованно приняты судом в качестве допустимых доказательств.

Эти его показания согласуются не только с последовательными показаниями потерпевшего, но и с показаниями осужденного Ак. в ходе досудебного производства, данными в присутствии адвоката, в которых он аналогично описал действия ФИО4, пояснив, что тот угрожал и пугал потерпевшего отверткой, при этом, указанные действия ФИО4 умыслом Ак. не охватывались.

Согласно показаний свидетелей Ну. и Ми., когда они подъехали к дому <адрес>, обнаружили лежащего на земле потерпевшего Ок., который был испуган, говорил, что его избили, около него находились трое парней, которые отрицали применение насилия к потерпевшему.

То обстоятельство, что указанные свидетели не подтвердили показания потерпевшего о применении ФИО4 отвертки, вопреки доводам осужденного в жалобе, не ставит под сомнение объективность его показаний, учитывая, что Ну. приехал на место происшествия уже после прекращения противоправных действий в отношении Ок., а Ми. находился с осужденными не все время, в частности, отлучался за радиостанцией.

Показания потерпевшего подтверждаются и оспариваемыми в кассационной жалобе показаниями свидетелей Вы. и Ма., являющихся непосредственными очевидцами избиения Ок. осужденными, а кроме того, с его слов пояснивших, что его избивали и пытались похитить имущество все трое напавших, а также один из парней, достав из сумки потерпевшего отвертку, приставил её к его горлу, потребовал отдать сумку или деньги, и в какой-то момент зажал ему горло ногой, Вы., кроме того, после происшедшего сам видел у потерпевшего следы побоев.

Вопреки доводам жалобы, суд правомерно сослался в приговоре на показания этих свидетелей, поскольку оснований не доверять им, равно, как и причин для оговора ими осужденного, не установлено, они аналогично потерпевшему описали первоначальные действия осужденных, чему являлись непосредственными очевидцами, и последующие – указав источник своих знаний – пояснения потерпевшего Ок.

Оценив показания потерпевшего и сопоставив их как между собой, так и с другими доказательствами по делу, суд обоснованно пришел к выводу, что они в целом по значимым обстоятельствам, подлежащим доказыванию, последовательны и существенных противоречий, ставящих их под сомнение, не содержат. Что касается роли ФИО4 в совершении преступления, то потерпевший, вопреки утверждению осужденного в жалобе, изначально, с первого же допроса и на протяжении всего предварительного следствия, в том числе, в ходе очной ставки с осужденным, и в суде, неизменно утверждал, что ФИО4, после того, как нанес ему удар, в процессе избиения его другими осужденными, достал из его сумки отвертку, и, приставив к горлу, угрожал проткнуть. Имевшиеся в его показаниях расхождения относительно того, кто из осужденных обыскивал карманы потерпевшего и пытался похитить его имущество, связаны с обстоятельствами происшедшего и его состоянием после этого, при этом, они не искажали фактические обстоятельства дела, устранены судом в ходе его допроса. В судебном заседании он четко и конкретно описал действия ФИО4, пояснив, что он угрожал ему отверткой, требовал передачи имущества, прижимал коленом шею, но по карманам лазили и пытались сорвать сумку Ак. и ФИО5, что согласуется с показаниями ФИО4 и Ак. в ходе следствия. При таких обстоятельствах, суд принял пояснения потерпевшего, поскольку они логичны и объективны.

Таким образом, обстоятельства преступления судом установлены полно и правильно, всесторонне проверялись и все доводы ФИО4, приведенные им в свою защиту.

Показания, принятые судом в основу обвинительного приговора, согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе, чистосердечным признанием ФИО4, заключением эксперта об обнаруженных у потерпевшего повреждениях, их локализации, которая соответствует показаниям потерпевшего и самих осужденных в ходе следствия.

Все представленные сторонами доказательства, в числе которых показания потерпевшего Ок., с оценкой которых выражает несогласие осужденный ФИО4, суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ, дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для постановления обвинительного приговора. При этом суд привел в приговоре мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, в частности, показания ФИО4, утверждавшего в судебном заседании о своей непричастности к разбойному нападению на Ок.

Исходя из установленных фактических обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу, что ФИО4 вышел за пределы состоявшейся между ним и другими осужденными договоренности о совершении открытого хищения имущества потерпевшего с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, и, действуя в эксцессе, используя обнаруженную в сумке Ок. отвертку как оружие, применив его, приставив к горлу потерпевшего, то есть, в область расположения жизненно важных органов, одновременно сопровождая свои действия угрозой его применения, то есть, угрожая насилием, опасным для жизни и здоровья, что потерпевший, исходя из обстановки и своего состояния после примененного к нему насилия в виде множественных ударов по туловищу и голове, воспринимал как реальную и осуществимую, совершил таким образом разбой.

Юридическая оценка действий ФИО4 по ч.2 ст.162 УК РФ по эпизоду в отношении Ок., и – по п. «г» ч.2 ст.158 УК РФ – в отношении имущества Шея., а ФИО5 и Ак. – по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, квалифицированы правильно.

Назначенное осужденным наказание соответствует требованиям ст.ст.6, 60, 43 УК РФ, характеру и степени общественной опасности содеянного, данным о личности, отвечает принципу справедливости и соразмерно содеянному и смягчению не подлежит.

Вместе с тем, президиумом установлены обстоятельства, влекущие изменение обжалуемых судебных решений в части разрешения судом гражданского иска потерпевшего Ок.

Согласно материалов дела, осужденный Ак. причиненный вред потерпевшему загладил, в связи с чем материальные претензии со стороны Ок. к нему отсутствовали.

Вместе с тем, им заявлен иск о взыскании с ФИО4 и ФИО5 в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей, который судом рассмотрен, постановлено взыскать с этих осужденных указанную сумму в солидарном порядке.

Мотивируя свое решение, суд указал, что гражданский иск потерпевшего на заявленную сумму ФИО4 признан полностью, а также с учетом установленной судом вины ФИО5, подлежит полному удовлетворению путем взыскания с ФИО4 и ФИО5 на основании ст.151, 1080 ГК РФ в солидарном порядке.

Однако устанавливая солидарную ответственность осужденных по возмещению морального вреда, суд не учел, что по смыслу положений ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Согласно разъяснений, приведенных в п.40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре», по смыслу положений статей 151 и 1101 ГК РФ, при разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда, предъявленного к нескольким соучастникам преступления, и об удовлетворении исковых требований суд должен определить долевой порядок взыскания с учетом степени их вины в содеянном. В резолютивной части приговора указывается размер компенсации морального вреда, взыскиваемый с каждого из подсудимых.

Таким образом, в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке, с учетом характера и степени фактического участия виновных в преступлении в причинении истцам физических и нравственных страданий.

Решение суда в части гражданского иска по возмещению морального вреда путем солидарного взыскания заявленной суммы с осужденных данным требованиям закона не соответствует.

Данное нарушение закона при рассмотрении дела в апелляционном порядке устранено не было.

При таких обстоятельствах, приговор в части разрешения гражданского иска потерпевшего Ок. о компенсации морального вреда и апелляционное определение в отношении ФИО4 и ФИО5 нельзя признать законным и обоснованным. Президиум считает необходимым приговор и апелляционное определение в этой части изменить, установив, что осужденные несут ответственность за этот вред в долях, которые в данном случае являются равными, с учетом степени вины каждого, характера и степени общественной опасности содеянного: оба совершили тяжкое преступление, при этом, ФИО5 нанес Ок. значительное количество ударов, а ФИО4, по жалобе которого пересматривается дело, кроме того, угрожал применением насилия опасного для жизни, использовал предмет в качестве оружия, являются равными.

На основании изложенного, руководствуясь п.6 ч.1 ст.401.14 и 401.15 УПК РФ, президиум

п о с т а н о в и л:

Приговор Кировского районного суда г.Самары от 25 апреля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 17 июля 2017 года в отношении ФИО4 и ФИО5 в части разрешения гражданского иска о компенсации причиненного Ок. морального вреда изменить, установив порядок взыскания с солидарного на долевой, и взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу Ок. по 5 000 рублей с каждого.

В остальном приговор Кировского районного суда г.Самары от 25 апреля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 17 июля 2017 года оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий Л.П. Дроздова