Решение № 2-3189/2024 2-363/2025 2-363/2025(2-3189/2024;)~М-2700/2024 М-2700/2024 от 30 ноября 2025 г. по делу № 2-3189/2024

Дело № 2-363/2025


Решение суда в окончательной форме изготовлено 01 декабря 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 07 Ноября 2025 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

при секретаре – Зыряновой Д.Ю.

с участием помощника прокурора – Пигалицыной М.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью (ООО) производственно – коммерческое предприятие (ПКП) «АНТЭП» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО ПКП «АНТЭП» о компенсации морального вреда в размере 7 000 000 рублей.

В обоснование своих исковых требований ссылается на то, что вышеуказанные исковые требования предъявлены к ООО ПКП «АНТЭП», в связи со смертью ФИО2, в результате несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состоял в трудовых отношениях с ООО «АНТЭП», с ДД.ММ.ГГГГ. При исполнении своих должностных обязанностей начальника монтажной бригады ООО ПКП «АНТЭП», ДД.ММ.ГГГГ, в 17;27 часов, находясь на рабочем месте, по адресу: <адрес><адрес>, в составе комплекса переработки этаносодержащего газа в районе <адрес>, цех переработки, этап строительства 3.1. Газоперерабатывающего завода, в процессе демонтажа створки ворот автокраном, створка ворот упала на ФИО2, в результате чего, ФИО2 получил травмы, множественной локализации, зацепление, раздавливание, сжатие, защемления в объекте или между объектами, которые привели к смерти ФИО2

На момент смерти ФИО1, она (ФИО1) и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке. Смерть ФИО2 явилась для нее невосполнимой утратой, ФИО2 фактически обеспечивал семью материально, проявлял заботу. В связи со смертью ФИО2, она потеряла покой, испытывает чувство скорби, душевной боли, переживания и страдания, связанные с потерей близкого и любимого человека, испытывает депрессию, появились проблемы со здоровьем.

Считает, что поскольку смерть ФИО2 наступила при исполнении им трудовых обязанностей, в результате несчастного случая на производстве, считает, что ответчик обязан компенсировать причиненный ей моральный вред, который она оценивает в размере 7 000 000 рублей.

Определением Верхнепышминского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (протокольной формы) к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, относительно предмета спора, привлечены: Государственная инспекция труда в Ленинградской области, ФИО14, ФИО13

Определением Верхнепышминского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (протокольной формы) к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО3, ФИО4

Определением Верхнепышминского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, производство по данному гражданскому делу приостановлено до рассмотрения судом апелляционной инстанции гражданского дела № по иску ФИО4 к ООО ПКП «АНТЭП» о компенсации морального вреда, находившего в производстве и рассмотренного Орджоникидзевским районным судом г. Екатеринбурга.

Определением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ, производство по данному гражданскому делу возобновлено, с назначением судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства была извещена надлежащим образом, судебной повесткой, направленной заказным письмом с уведомлением, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда <адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Согласно представленному суду письменному заявлению, истец ФИО1 просит рассмотреть данное гражданское дело в ее отсутствие, с участием представителя ФИО12

С учетом требований ч.1 ст.48, ч.3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие истца, с участием его представителя ФИО12, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представитель истца - ФИО12, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме, настаивая на их удовлетворении. По обстоятельствам дела дала объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении.

Представители ответчика ООО ПКП «АНТЭП»: ФИО14 (руководитель), ФИО8, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования не признали. Дали объяснения, аналогичные – указанным в письменных возражениях на исковое заявление, ссылаясь на то, что ФИО2 был принят на работу в ООО ПКП «АНТЭП» на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на должность начальника монтажной бригады. ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ПКП «АНТЭП» и ООО «Протекс» был заключен договор на выполнение работ и монтаж рентгенозащитных ворот и дверей, по адресу: <адрес>, <адрес> в составе комплекса переработки этаносодержащего газа в районе <адрес> цех префабрикации этап строительства 3.1. Газоперерабатывающего завода. В соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, для контроля за производством работ по монтажу откатных ворот рентгенозащитных серии ProteX, из <адрес> в <адрес> был направлен начальник монтажного участка ФИО2 В обязанности ФИО2 в указанной должности входило: координировать работу монтажников, контролироать выполнение строительно – монтажных работ, контролировать соблюдение работниками правил и норм охраны труда, производственной и трудовой дисциплины, проводить первичный инструктаж по охране труда (инструктаж на рабочем месте). Приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен ответственным за строительно – монтажные работы, охрану труда, пожарную безопасность, производство работ, электробезопасность, содержание в исправном состоянии инструментов и приспособлений, переносных лестниц и стремянок, работу на высоте, огневые работы, оказание первой доврачебной помощи, проведение периодического осмотра СИЗ от падения, ответственным за первичные средства пожаротушения, безопасное производство работ грузоподъемными механизмами с правом подписания (оформления) любых нарядов –допусков, актов скрытых работ, вести записи на строительной площадке в журнал общих работ подрядчика с регулярным заполнением в ходе выполнения работ. ФИО2, таким образом, был командирован для организации производства монтажных работ, обеспечения соблюдения техники безопасности при производстве работ. Самостоятельно выполнять работу монтажника, ФИО5 не должен был. Подрядчиком по договору подряда для выполнения указанных работ, являлся ФИО7. На месте были также работники ООО «Протекс» Произошедший несчастный случай, явился следствием самоуправных действий работника ФИО2, вышедших за пределы его трудовой функции, а не каких-либо действий работодателя по ненадлежащему исполнению обязанностей по охране труда. Со стороны работодателя обязанность по созданию безопасных условий труда, была выполнена. В мае 2024 года ФИО2 прошел обучение и проверку знаний по безопасным методам и приемам выполнения работ повышенной опасности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Перед отъездом в командировку, ФИО2 получил инструктаж по охране труда. При разрешении заявленных истцом требований, просили учесть, что ООО ПКП «АНТЭП», со своей стороны, приняло меры к расследованию несчастного случая, оказанию материальной помощи семье ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 вылетел в <адрес> в <адрес> на место происшествия для расследования несчастного случая, опроса свидетелей, организовал перевозку тела погибшего ФИО2, полностью взял на себя организацию мероприятий похорон, в соответствии с пожеланиями родственников, за счет ООО ПКП «АНТЭП» оплачены все расходы по организации транспортировки тела, погребению, поминальному обеду, в размере 301 750 рублей. Причитающаяся ФИО2 заработная плата выплачена его родственникам. Считали, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда, требованиям разумности и справедливости, не отвечает.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании дал объяснения, аналогичные – данным в качестве представителя ответчика.

Третьи лица: ФИО7, ФИО3, ФИО4 Государственная инспекция труда в Ленинградской области, в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными заказными письмами с уведомлением, что подтверждается имеющимися в материалах дела отчетами об отслеживании почтовой корреспонденции с идентификаторами, а также публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда <адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

С учетом требования ч.3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствии неявившихся в судебное заседание третьих лиц.

Изучив исковое заявление, выслушав представителя истца, представителей ответчика, третье лицо, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, и другие материальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 184, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Как следует из правовой позиции и разъяснений Верховного суда Российской Федерации в п.п. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

В судебном заседании установлено, и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ООО ПКП «АНТЭП» был заключен трудовой договор №, согласно которому, а также приказу (распоряжение) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 принят на работу в ООО ПКП «АНТЭП» на должность начальника монтажной бригады, с ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 4.1. трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО ПКП «АНТЭП» и ФИО2, установлены права и обязанности сторон. Согласно п.4.1. трудового договора, работник обязан, в том числе: добросовестно и на профессиональном уровне выполнять трудовые функции и обязанности в соответствии с локальными нормативными актами работодателя, а также определяемые устными указаниями и распоряжениями работодателя или лиц, уполномоченных работодателем организовывать труд работника., при исполнении трудовых функций работник обязан трудовую и производственную дисциплину, следовать нормам по охране труда, технике безопасности и санитарии.

Работодатель, согласно п.4.3. трудового договора, обязан в том числе: исполнять обязанности, предусмотренные ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, создавать оптимальные условия труда и организовывать трудовой процесс работника для обеспечения качественного выполнения его должностных обязанностей; ; обеспечивать работника материальными средствами, оборудованием и информацией, необходимыми для осуществления его трудовых функций и обязанностей; ознакомить работника под роспись с локальными нормативными актами.

Из акта о несчастном случае на производстве № (утвержден ДД.ММ.ГГГГ руководителем ФИО6) следует, что <данные изъяты>

В ходе проведенной проверки установлено, что иные работники, с которыми ООО ПКП «АНТЭП» заключило трудовые договоры на выполнение вышеуказанных работ, отсутствовали.

Приказом №пр от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен ответственным за строительно – монтажные работы, охрану труда, пожарную безопасность, производство работ, электробезопасность, содержание в исправном состоянии инструментов и приспособлений, приносных лестниц и стремянок, работ на высоте, огневых работ, оказании первой доврачебной помощи, проведение обслуживания и периодического осмотра СИЗ от падения, ответственным за первичные средства пожаротушения, безопасное производство работ грузоподъемными механизмами с правом подписания (оформления) любых нарядов – допусков, актов скрытых работ, ведение записи на строительной площадке в журнал общих работ подрядчика с регулярным заполнением в ходе выполнения работ по договору, в том числе в журнале производства работ.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен ответственным за охрану труда, организацию, проведение и контроль безопасного выполнения работ в структурном подразделении: монтажный участок.

Иная документация, регламентирующая разделение зон ответственности при производстве работ, а также порядок выполнения работ, отсутствует.

ФИО2, при выполнении своих трудовых обязанностей, подчиняется непосредственно ФИО6, согласно Положению о структурном подразделении, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ.

Должностная инструкция начальника монтажной бригады, утвержденная ДД.ММ.ГГГГ, предусматривает обязанности, связанные с контролем, координацией и организацией работы подчиненных сотрудников, а также обязанности, связанные с управлением персоналом.

Инструкция по охране труда для начальника монтажного участка, утвержденная ДД.ММ.ГГГГ также содержит требования, характерные для организационных и координационных обязанностей.

Как следует из вышеуказанного акта и установлено материалами расследования несчастного случая на производстве, ФИО2 допустил нарушение инструкции по монтажу ворот откатных рентгенозащитных ProteX, утвержденной ООО «Протекс».

Согласно карте профессиональных рисков, на рабочем месте ФИО2, такая опасность, как несоответствие действий работника трудовым обязанностям и должностным инструкциям, нарушения им требований охраны труда, промышленной и пожарной безопасности, способные привести к опасному событию, не выявлена, не оценены и не приняты соответствующие меры.

В п.9 акта о несчастном случае на производстве указано, что согласно заключению эксперта № Э309т-24, ГКУЗ ЛО БСМЭ, смерть ФИО2 наступила от тупой сочетанной травмы головы. Шеи, груди, живота, таза, правой и левой верхних конечностей: с множественными переломами ребер, переломом тела грудины, перелом зубовидного отростка второго шейного позвонка, многооскольчатым переломом правой лопатки, переломом правой ключицы, множественными переломами остистых отростков грудных позвонков и поперечных отростков поясничных позвонков, разрывами связочного аппарата пояснично – крестцового сочленения и крестцово –подвздошных сочленений, переломами костей таза, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку, кровоизлиянием в области заднего средостения, множественными разрывами внутренних органов, осложнившейся острой массивной кровопотерей, отеком головного мозга.

Из п.11 вышеуказанного акта о несчастном случае на производстве следует, что лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: управляющий ФИО6, которые не реализовал мероприятия, направленные на безопасность работников при производстве работ, что выразилось в недостатках в изложении требований безопасности в регламентирующей порядок проведения работ документации ( и отсутствие такой документации) в части распределения обязанностей и зон ответственности работников, привлекаемых к выполнению работ и организации работы с их привлечением, в целях обеспечения безопасности производства работ, чем нарушены требования ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья, материалов.

ФИО6 не реализовал мероприятия, направленные на обеспечение функционирования системы управления охраной труд, что выразилось в отсутствии в карте профессиональных рисков на рабочем месте ФИО2 такой опасности как несоответствие действия работника трудовым обязанностям и должностным инструкциям, нарушения им требований охраны труда, промышленной и пожарной безопасности способные привести к опасному событию, которая не выявлена и не оценена, не приняты соответствующие меры, чем нарушены следующие требования закона:

ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой работодатель обязан обеспечить систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку;

ст. 218 Трудового кодекса российской Федерации, согласно которой, при обеспечении функционирования системы управления охраной труда работодателем должны проводиться системные мероприятия по управлению профессиональными рисками на рабочих местах, связанные с выявлением опасностей, оценкой и снижением уровней профессиональных рисков;

п.25 Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении примерного Положения о системе управления охраной труда», согласно которому, работодатель обязан обеспечить систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку;

- п.2 раздела 4 Приложения № к Рекомендациям по классификации, обнаружению, распознаванию и описанию опасностей (утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

ФИО2, начальник монтажной бригады, допустил нарушение трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении технологии монтажа, согласно требованиям инструкции по монтажу ворот откатных рентгенозащитных серии ProteX, утвержденной ООО «Протекс», чем не соблюдены требования ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, работник обязан правильно применять технологию.

Аналогичные сведения следуют из заключения государственного инспектора труда (по несчастному случаю со смертельным исходом), подготовленным по результатам расследования несчастного случая, заместителем начальника отдела – главным государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Ленинградской области - ФИО10

Вышеуказанные обстоятельства также были установлены при рассмотрении гражданского дела № по иску ФИО4 к ООО ПКП «АНТЭП» о компенсации морального вреда, находившего в производстве Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга, что подтверждается решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении гражданского дела, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, установленные как при рассмотрении данного гражданского дела, так и гражданского дела по иску ФИО4 с аналогичными требованиями, предъявленными к этому же ответчику, и исходя из аналогичных обстоятельств, рассмотренного Орджоникидзевским районным судом <адрес>, оценив имеющиеся в материалах дела вышеуказанные доказательства, оценка которым дана судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в их совокупности, на основе полного, объективного, всестороннего и непосредственного исследования, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом вышеуказанных исковых требований о компенсации морального вреда и наличии оснований для их удовлетворения.

При разрешении вышеуказанных исковых требований, суд учитывает, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду, с учетом требований разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из правовой позиции и разъяснений Верховного суда Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) –(п.12).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в п. 14 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как следует из искового заявления, объяснений истца ФИО1 в судебном заседании (участвовала в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ), смерть ФИО2 - супруга, явилась для нее невосполнимой утратой. ФИО2 обеспечивал семью материально, проявлял заботу, в связи со смертью ФИО2, она потеряла покой, испытывает чувство скорби, душевной боли, переживания и страдания, связанные с потерей близкого и любимого человека, испытывает депрессию, появились проблемы со здоровьем.

Вышеуказанные доводы истца о причиненных нравственных и физических страданиях, сомнений у суда не вызывают, принимая во внимание, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое состояние родственников и членов семьи, в данном случае – супруги, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Утрата близкого человека, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства.

Несмотря на установленные в судебном заседании обстоятельства безусловного причинения истцу морального вреда, который потерял близкого и родного человека – супруга, на безусловную невосполнимость утраты, поскольку гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, членов семьи, а также неимущественное право на родственные, семейные связи, учитывая, что в данном случае, ФИО1 лишись супруга, на помощь которого рассчитывала в настоящем и в будущем, и ее переживания, страдания с момента смерти супруга и до настоящего времени, суд, тем не менее, учитывая требования ч.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, считает, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом к взысканию с ответчика в размере 7 000 000 рублей, подлежит уменьшению, и взысканию с ответчика в пользу истца в размере 1 500 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда (в большей сумме), по указанным выше основаниям, следует отказать.

При разрешении вышеуказанных исковых требований и определении размера компенсации морального вреда, суд, с учетом приведенных выше норм закона и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, учитывает, в числе других, установленных по делу обстоятельств, как степень вины ответчика в произошедшем несчастном случае на производстве и наступившей смерти работника ФИО2, так и обстоятельства наличия определенной степени вины в произошедшем несчастном случае, самого ФИО2

Как указывалось выше, и следует из акта о несчастном случае на производстве, заключения, по результатам проведенного расследования, Государственной инспекции труда в Ленинградской области, ФИО6 (директор, управляющий ООО ПКП «АНТЭП») не реализовал мероприятия, направленные на обеспечение функционирования системы управления охраной труда, что выразилось в отсутствии в карте профессиональных рисков на рабочем месте ФИО2 такой опасности как несоответствие действия работника трудовым обязанностям и должностным инструкциям, нарушения им требований охраны труда, промышленной и пожарной безопасности способные привести к опасному событию, которая не выявлена и не оценена, не приняты соответствующие меры, чем нарушены следующие требования закона: ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 218 Трудового кодекса российской Федерации, п.25 Приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении примерного Положения о системе управления охраной труда», п.2 раздела 4 Приложения № к Рекомендациям по классификации, обнаружению, распознаванию и описанию опасностей (утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

ФИО2, начальник монтажной бригады, в свою очередь, допустил нарушение трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении технологии монтажа, согласно требованиям инструкции по монтажу ворот откатных рентгенозащитных серии ProteX, чем не соблюдены требования ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, работник обязан правильно применять технологию. Согласно должностной инструкции начальника монтажной бригады, функции по монтажу в обязанности ФИО2 не входили, начальник монтажного участка должен был осуществлять руководство производственно – хозяйственной деятельностью монтажного участка., обеспечение выполнения производственного задания, обеспечение технически правильной эксплуатации оборудования и других основных средств, осуществлять контроль выполнения строительно - монтажных работ, соблюдение работниками правил и норм охраны труда. В судебном заседании установлено, что именно ФИО2 был назначен приказом руководителя ответственным лицом за строительно – монтажные работы, контроль за их безопасным выполнением, охрану труда, работ на высоте, безопасное производство работ грузоподъемными механизмами. Более того, в судебном заседании при рассмотрении данного гражданского дела, и при рассмотрении гражданского дела по этим же обстоятельствам Орджоникидзевским районным судом <адрес> (решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что решение об осуществлении выполнения обязанностей монтажника (при проведении работ на объекте в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ), которые непосредственно к должностным обязанностям ФИО2, не относились, ФИО2 принял самостоятельно.

При оценке доводов представителей ответчика об оказании семье ФИО2 материальной помощи, несении расходов по оплате мероприятий, связанных с доставкой тела ФИО2, погребением, оплатой поминальных обедов, в общей сумме 301 750 рулей, что, по мнению стороны ответчика, должно быть учтено при определении размера компенсации морального вреда, суд обращает внимание на то, что указанные обстоятельства, которые стороной истца, не оспаривались, не исключают предусмотренное законом право истца на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению ответственным лицом (в данном случае ООО ПКП «АНТЭП»), независимо от обстоятельств участия ответчика в возмещении расходов имущественного характера.

В соответствии с ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п.3 ч.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, истцы по искам о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются.

Как следует из п.8 ч.1 ст.333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины), пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований

Поскольку суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, государственная пошлина в размере 3 000 рублей, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 12, 67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.98, ч.1 ст. 100, ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АНТЭП» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью (ООО) производственно – коммерческое предприятие (ПКП) «АНТЭП» (№) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, <данные изъяты>), в счет компенсации морального вреда - 1 500 000 рублей. В удовлетворении исковых требований в остальной части (в большей сумме), отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью (ООО) производственно – коммерческое предприятие (ПКП) «АНТЭП» (№) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей в доход местного бюджета.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в течение одного месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова.