Решение № 2-01/2019 2-1/2019 2-1/2019(2-311/2018;)~М-348/2018 2-311/2018 М-348/2018 от 16 января 2019 г. по делу № 2-01/2019

Дело № 2-01/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Дубёнки 17 января 2019 г.

Дубёнский районный суд Республики Мордовия в составе

судьи Салахутдиновой А.М.,

при секретаре судебного заседания Кудосиной Л.Н.,

с участием в деле:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании нотариальной доверенности серии 13 АА № 0811322 от 06 ноября 2018 года,

представителя ответчика - общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» ФИО3, действующего на основании доверенности от 09 января 2019 года,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Банка ВТБ (публичное акционерное общество),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» о признании одностороннего акта передачи недвижимого имущества недействительным, взыскании стоимости ремонтно-восстановительных работ, неустойки за нарушение срока передачи объекта долевого строительства, неустойки за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства, компенсации морального вреда и штрафа,

установил:

ФИО2 в интересах ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» (далее по тексту – ООО ПКФ «Термодом») о признании одностороннего акта передачи недвижимого имущества недействительным, взыскании неустойки за нарушение срока передачи объекта долевого строительства, неустойки за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства, компенсации морального вреда и штрафа.

В обоснование требований указала, что 25 сентября 2017 г. между ФИО1 и ответчиком заключен договор участия в долевом строительстве N 209/2-1/72 многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> (в районе реки Тавла), кадастровый номер: № по которому застройщик обязался передать истцу квартиру, состоящую из 3 комнат, стоимостью 3 307 380 руб. не позднее 1 квартала 2018 г. Свои обязательства ФИО1 выполнил. 16 января 2018 г. от застройщика им получено уведомление о получении разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного 16-ти этажного жилого дома и присвоении указанному дому адреса: <адрес>. Истцом 03 апреля 2018 года осмотрена квартира, в результате осмотра выявлены недостатки, в связи с чем в этот же день он обратился к ответчику с претензий, с указанием выявленных строительных дефектов, которая рассмотрена застройщиком, с принятием решения о проведении работ по исправлению обоснованных замечаний. При этом 16 июля 2018 г. истец получил от ответчика уведомление о составлении им одностороннего акта приема-передачи квартиры, с указанием места его получения. Однако уведомлений о готовности квартиры к передаче и об устранении недостатков он от застройщика не получал. Вместе с тем, при повторном осмотре квартиры истцом установлено, что застройщик недостатки в полном объеме не исправил, вследствие чего 07 августа 2018 г. он вновь обратился к нему с претензией, с перечислением выявленных недостатков и установлением срока для устранения – 10 дней, которая была оставлена застройщиком без удовлетворения. Также истцу был вручен односторонний акт передачи недвижимого имущества, который подлежит признанию недействительным, поскольку участник долевого строительства до подписания передаточного акта вправе требовать от застройщика составления акта, в котором указывается несоответствие объекта долевого строительства требованиям, указанным в п. 1 ст. 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ, а также требовать устранения недостатков, либо возмещения расходов на их устранение.

Неустойка за просрочку передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства за период с 01 апреля 2018 г. по 05 ноября 2018 г. составляет 352 842 руб. Неустойка за просрочку срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства по претензии за период с 18 августа 2018 г. по 05 ноября 2018 г. составляет 2 612 830 руб. Также своими действиями ответчик причинил истцу моральный вред, который он оценивает в 20 000 руб.

На основании изложенного, уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит признать односторонний акт передачи недвижимого имущества от 13 июля 2018 г. № 2-1/72 по договору участия в долевом строительства от 27 сентября 2017 г. № 209/2-1/72 недействительным, взыскать с ООО ПКФ «Термодом» в пользу ФИО1 стоимость ремонтно-восстановительных работ квартиры в соответствии с заключение экспертизы № 100/18 от 20 декабря 2018 года в сумме 262 052 руб., неустойку в размере 352 842 руб. за период с 01 апреля 2018 г. по 05 ноября 2018 г. в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ, неустойку в сумме 2 612 830 руб. за период с 18 августа 2018 г. по 05 ноября 2018 г. согласно ст. 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ, в счет компенсации морального вреда – 20 000 руб., штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. и судебные расходы, состоящие из оплаты услуг эксперта и за изготовление нотариальной доверенности, в сумме 28 158 руб. (т. 2 л.д. 60-65).

В письменных возражениях на исковое заявление от 15 января 2019 года представитель ответчика – ООО ПКФ «Термодом» ФИО3 указал, что многоквартирный жилой дом № по <адрес> введён в эксплуатацию и застройщиком в установленном порядке получено разрешение на ввод жилого дома в эксплуатацию. Участник долевого строительства надлежащим образом уведомлен о вводе жилого дома в эксплуатацию и о необходимости принятия объекта строительства в собственность, при этом спорная квартира пригодная для предусмотренного договором использования по назначению, т.е. для проживания, а застройщик реагировал на обращения участника долевого строительства, устраняя выявленные замечания своими силами. Считает, что заявленная неустойка в размере 352 842 руб. за период с 01 апреля 2018 года по 05 ноября 2018 года, исходя из степени выполнения ответчиком своих обязательств, периода допущенной ответчиком просрочки исполнения обязательств, последствий нарушения обязательств, принципа соразмерности нарушенному праву, является явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства и подлежит снижению судом, с применением статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также считает, что оснований для удовлетворения требований о взыскании неустойки за нарушение срока устранения недостатков в размере 2 612 830 руб. за период с 18 августа 2018 г. по 05 ноября 2018 г. не имеется, т.к. истцом не обосновано требование и не представлены письменные доказательства заявленному требованию. При этом требование о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежит, поскольку в его обоснование не было представлено ни документальных доказательств (справок из медицинских учреждений), ни свидетельских показаний лиц, наблюдавших какие-либо страдания истца, в связи с чем отсутствуют доказательства вины ответчика в причинении истцу физических или нравственных страданий. Указывает также, что судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. превышают разумный предел судебных расходов, вместе с тем, составление искового заявления по настоящему делу не требовало исследования большого количества доказательств, требования основаны всего на нескольких документах, а дело, по своей сути, не является особенное сложным, не требует анализа большого количества документов, не имеет противоречащих друг другу доказательств, не требует вызова свидетелей, в связи с чем заявленное требование не может быть удовлетворено. Кроме того, исходя из фактических обстоятельств дела, не находит оснований и для удовлетворения требования о взыскании штрафа с ответчика, т.к. это приведет к незаконному обогащению стороны, что недопустимо. Основания для признания одностороннего передаточного акта от 13 июля 2018 г. № 2-1/72 недействительным отсутствуют, поскольку он составлен ответчиком на законных основаниях ввиду отказа истца без веских оснований подписать двусторонний передаточный акт (т. 2 л.д. 71-82).

В письменном дополнении к возражениям на исковое заявление от 17 января 2019 года представитель ответчика – ООО ПКФ «Термодом» ФИО3 указал, что неустойку за нарушение срока устранения недостатков необходимо рассчитывать исходя из стоимости расходов, необходимых для устранения такого недостатка (дефекта), а не из цены договора долевого участия. При этом в том случае, если суд придет к выводу о необходимости взыскания указанной неустойки и штрафа, просил применить требования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшить их размер. Основания для взыскания расходов на оплату судебной экспертизы в размере 28 158 руб. не имеется, т.к. заключение является неполным, надлежащим образом необоснованным, содержащим ошибочные выводы, а несение расходов в указанном размере истцом не подтверждено (т. 2 л.д.119-120).

В письменных возражениях на отзыв ответчика от 17 января 2019 года представитель истца ФИО2 указала, что истец 03 апреля 2018 г. явился для принятия квартиры по двустороннему акту в офис ответчика, где он, воспользовавшись своим правом, предусмотренным пунктом 5 статьи 8 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ, отказался от принятия квартиры, поскольку при осмотре обнаружил значительные недостатки квартиры, приводящие ее в непригодность для проживания, требуя ответчика составить с ним акт, в котором изложить выявленные недостатки, в чем ему было отказано, в связи с чем он был вынужден оставить ответчику претензию от 03 апреля 2018 г., с перечислением увиденных недостатков, с требованием их устранить, на которую ответчик ответил спустя 3 месяца, направив уведомление о принятии решения устранить обоснованные замечания истца, проведя при этом незначительные работы по устранению лишь визуально усматриваемых недостатков квартиры, не затрагивая и оставляя в неизменном виде основные дефекты, приводящие квартиру в непригодное для проживания состояние. При этом заявление ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации является необоснованным, поскольку не приведено ни единого исключительного обоснования для снижения неустойки. Возражения ответчика против удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда также необоснованно, т.к. при решении судом данного вопроса достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Учитывая, что выявленные дефекты делают квартиру непригодной для проживания, поэтому ответчик обязан уплатить неустойку за нарушение срока устранения недостатков за каждый день просрочки в размере 1% цены квартиры, в связи с чем доводы ответчика об обратном считает ничтожными. Также не согласна на уменьшение расходов на услуги представителя, поскольку заявленная сумма является ниже средней, исходя из анализа стоимости услуг иных юристов по г. Саранск. Доводы ответчика об отказе в удовлетворении требования о взыскании штрафа являются недопустимыми, поскольку факт неудовлетворения требований истца ответчиком по претензиям от 03 апреля и 07 августа 2018 г. в добровольном порядке в суде доказан. Кроме того, отсутствуют основания для отказа в удовлетворении требования о признании одностороннего передаточного акта недействительным, поскольку истец не уклонялся от принятия квартиры и своевременно являлся к ответчику по всем его требованиям, при этом действия истца по отказу от подписания передаточного акта обусловлены обнаружением значительных недостатков квартиры, приводящих ее в непригодное для проживания состояние. В связи с чем считает доводы ответчика несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм действующего законодательства и неверном изложении произошедших событий и действий истца (т. 2 л.д. 125-129).

Определением Дубёнского районного суда Республики Мордовия от 28 декабря 2018 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен – Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее по тексту – Банк ВТБ (ПАО)) (т. 2 л.д. 18-22).

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием представителя ФИО2 (т. 1 л.д. 66).

В судебном заседании представитель истца ФИО2 уточненные требования своего доверителя поддержала по основаниям, указанным в исковом и уточненном заявлении, а также в возражениях на отзыв ответчика, пояснив также, что представленное экспертное заключение является обоснованным и правомерным, а из пояснений допрошенного в суде эксперта установлено, что спорная квартира с выявленными недостатками непригодна для проживания, в связи с чем просила заявленные требования ФИО1 удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика – ООО «ПКФ «Термодом» ФИО3 исковые требования ФИО1 признал частично, не возражал против удовлетворения требований в части взыскания с ответчика неустойки за неисполнение застройщиком обязательств по передаче объекта долевого строительства в установленный договором срок в период с 01 апреля 2018 г. по 10 апреля 2018 г., а в удовлетворении остальной части исковых требований просил отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление и дополнении к ним, но в случае удовлетворения требований просил участь, что неустойка и штраф не являются карательными мерами, а предусматривают компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, в связи с чем имеются все основания для применения к требованиям о взыскании неустоек и штрафа положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, с уменьшением их размера.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Банка ВТБ (ПАО) не явился, о времени и месте судебного заседания надлежаще извещен, сведений о причинах неявки не представил, и отложить разбирательство дела не просил.

При таких обстоятельствах суд в соответствии с частями третьей и пятой статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения представителей сторон, допросив эксперта, исследовав письменные материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства и рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить частично на основании следующего.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями законов, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Статьей 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) предусмотрено, что по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости. Договор заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В силу положений статьи 6 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон об участии в долевом строительстве) установлено, что застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором (часть 1).

В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере. В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства вследствие уклонения участника долевого строительства от подписания передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства застройщик освобождается от уплаты участнику долевого строительства неустойки (пени) при условии надлежащего исполнения застройщиком своих обязательств по такому договору (часть 2).

Согласно положениям статьи 7 Закона об участии в долевом строительстве застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям (часть 1).

При передаче объекта долевого строительства застройщик обязан передать участнику долевого строительства инструкцию по эксплуатации объекта долевого строительства, содержащую необходимую и достоверную информацию о правилах и об условиях эффективного и безопасного его использования, сроке службы объекта долевого строительства и входящих в его состав элементов отделки, систем инженерно-технического обеспечения, конструктивных элементов, изделий (далее - инструкция по эксплуатации объекта долевого строительства) (часть 1.1).

В случае, если объект долевого строительства построен (создан) застройщиком с отступлениями от условий договора и (или) указанных в части 1 настоящей статьи обязательных требований, приведшими к ухудшению качества такого объекта, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного договором использования, участник долевого строительства, если иное не установлено договором, по своему выбору вправе потребовать от застройщика:

1) безвозмездного устранения недостатков в разумный срок;

2) соразмерного уменьшения цены договора;

3) возмещения своих расходов на устранение недостатков (часть 2).

На основании статьи 8 Закона об участии в долевом строительстве передача объекта долевого строительства застройщиком и принятие его участником долевого строительства осуществляются по подписываемым сторонами передаточному акту или иному документу о передаче объекта долевого строительства (часть 1).

Передача объекта долевого строительства осуществляется не ранее чем после получения в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости (часть 2).

После получения застройщиком в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости застройщик обязан передать объект долевого строительства не позднее предусмотренного договором срока (часть 3).

Участник долевого строительства до подписания передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства вправе потребовать от застройщика составления акта, в котором указывается несоответствие объекта долевого строительства требованиям, указанным в части 1 статьи 7 настоящего Федерального закона, и отказаться от подписания передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства до исполнения застройщиком обязанностей, предусмотренных частью 2 статьи 7 настоящего Федерального закона (часть 5).

В соответствии с частью 1 статьи 12 Закона об участии в долевом строительстве обязательства застройщика считаются исполненными с момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства.

Судом из пояснений представителей сторон и представленных материалов установлено, что 27 сентября 2017 г. между ООО ПКФ «Термодом» - «застройщик» и ФИО1 – «участник долевого строительства», заключен договор участия в долевом строительстве № 209/2-1/72, согласно которому застройщик обязуется в предусмотренный настоящим договором срок своими силами и с привлечением других лиц построить и ввести в эксплуатацию квартиру, состоящую из 3 комнат, которая будет находиться в 1 подъезде (секции) на 10 этаже, строительный № в многоквартирном 16-ти этажном жилом доме по генплану № 2-1 со встроенными помещениями общественного назначения (этап 1), расположенном за земельном участке по адресу: комплексная застройка многоэтажными жилыми домами на участке между ул. Волгоградская и автомобильной дорогой на с. Кочкурово (в районе р. Тавла) г. Саранск; второй микрорайон, площадка 2 - кадастровый номер №, в соответствии с проектной документацией и передать объект участнику в собственность, а участник обязуется оплатить обусловленную договором цену и принять объект в собственность при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию жилого дома (пункт 1.1 договора).

Квартира, подлежащая передаче участнику долевого строительства, имеет общую площадь 83,1 кв.м, жилую – 48,7 кв.м, общую проектную площадь (с учетом ? лоджии) – 83,1 кв.м, общую проектную площадь (без учета 1/2 балконов и лоджий) – 81,3 кв.м (пункт 1.3 договора).

Цена договора составляет 3 307 380 руб. 00 коп. Расчеты за квартиру производятся участником за счет собственных средств и с использованием кредитных средств, предоставляемых участнику Банком ВТБ (ПАО) (ранее Банк ВТБ 24 (ПАО)) (пункт 2.1 договора).

Согласно пунктам 5.1 и 5.2 договора застройщик в течение 10 дней с момента получения разрешения на ввод в эксплуатацию жилого дома (утверждения акта государственной приемочной комиссии о приемке строительством жилого дома) уведомляет участников почтовым отправлением на адрес, указанный в реквизитах. Участник обязан в течение 7 дней с момента получения информации, указанной в пункте 5.1 настоящего договора, приступить к принятию объекта у застройщика или в срок, указанный в уведомлении. В случае просрочки принятия объекта в указанный срок на участника ложится бремя расходов по содержанию и эксплуатации объекта. Срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства – 1 квартал 2018 г.

Передача объекта долевого строительства застройщиком и принятие его участником долевого строительства осуществляется по подписываемым сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. При уклонении участника долевого строительства от принятия объекта долевого строительства или при его отказе от принятия объекта долевого строительства застройщик по истечении двух месяцев со дня, предусмотренного договором для передачи объекта долевого строительства, вправе составить односторонний акт (пункт 5.3 договора).

В случае, если строительство объекта не может быть завершено в предусмотренный срок, застройщик не позднее, чем за два месяца до истечения указанного срока обязан направить соответствующую информацию и предложение об изменении настоящего договора. Изменение договора осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 5.5 договора).

Гарантийный срок для объекта составляет 5 лет (пункт 4.1 договора).

В соответствии с пунктами 4.3, 4.4 договора качество объекта должно соответствовать требованиям технических и градостроительных регламентов, проектной документации, условиям договора и иным обязательным требованиям. В случае, если объект долевого строительства построен застройщиком с отступлениями от условий договора, приведшими к ухудшению качества такого объекта, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного договором использования, участник долевого строительства, если иное не установлено договором, по своему выбору вправе потребовать от застройщика:

- безвозмездного устранения недостатков в разумный срок;

- соразмерного уменьшения цены объекта.

Данный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Республике Мордовия 16 октября 2017 г. (т. 1, л.д. 6-10).

Предусмотренное договором условие об оплате стоимости объекта долевого участия истцом исполнено в полном объеме, что подтверждается платежным поручением № 394 от 23 октября 2017 г. (т. 1 л.д.58).

Как следует из материалов дела и не оспаривается представителем ответчика, в установленный договором срок – не позднее 1 квартала 2018 г. обязательства по передаче объекта долевого строительства застройщиком исполнены не были.

Так, 16 января 2018 г. застройщик направил в адрес ФИО1 уведомление о получении разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного 16-ти этажного жилого дома и присвоении ему адреса – <адрес>, с указанием на то, что о времени и месте приема квартиры будет сообщено дополнительно заказным письмом, либо посредством телефонной связи, что подтверждается описью вложения в ценное письмо от 16 января 2018 г. и конвертом (т. 1 л.д. 11, 12, 13, т. 2 л.д. 84-90).

26 марта 2018 года ООО ПКФ «Термодом» направило ФИО1 уведомление о готовности передать объект долевого строительства по договору и в течение 3 рабочих дней с момента получения уведомления явиться на осмотр жилого помещения и подписать акт приема-передачи, которое получено истцом 03 апреля 2018 года (т. 2 л.д. 94, 95, 96).

При осмотре ФИО1 03 апреля 2018 г. указанной квартиры выявлены строительные недостатки и дефекты: балконная дверь повреждена с наружной стороны, батарея на кухне протекает, по всей квартире на стенах плесень, а также по всем окнам и на входной двери влага, отсутствует ручка входной двери поврежден замок входной двери, вытяжки на кухне в пустоте забиты, на окне в большой комнате отсутствует ручка, по всей квартире из стен торчит металлическая арматура, лоджия не застеклена, порог дверного балкона с наружной стороны развалился, между перегородками и потолком отсутствует штукатурка, перемычки дверных проемов не соответствуют размерам стен, о чем истец сообщил ООО ПКФ «Термодом» в этот же день (т. 1, л.д. 14).

Как следует из сообщения ООО ПКФ «Термодом» от 22 июня 2018 г. № 90/18, отправленного в адрес истца 30 июня 2018 г., претензия ФИО1 с требованием об устранении недостатков, выявленных в ходе приемки квартиры №, рассмотрена и принято решение о проведении работ по исправлению обоснованных замечаний, при этом в связи с проведением чемпионата мира по футболу введены усиленные меры безопасности, связанные, в том числе с ограничением въезда и нахождения на территории города физических лиц и транспортных средств, что ограничивало возможности по организации работ и доставке строительных материалов, просили учесть сложившиеся обстоятельства и с пониманием отнестись к возможному увеличению срока устранения недостатков, выявленных в ходе приемки квартиры (т. 1 л.д. 15, 16, 17, т. 2 л.д. 97, 98, 99).

13 июля 2018 г. ответчик составил односторонний акт передачи недвижимого имущества № 2-1/72, о чем уведомил истца, направив ему 14 июля 2018 г. соответствующее сообщение № 125/18 от 13 июля 2018 г. (т.1 л.д. 18, 19, 20, 21, т. 2 л.д. 100, 101, 102, 103).

07 августа 2018 г. истцом вновь подана претензия ответчику о безвозмездном устранении в течение 10 дней всех имеющихся недостатков (т. 1 л.д. 22-25).

Кроме того, в этот же день ФИО1 подана претензия с требованием уплаты неустойки за просрочку сдачи объекта долевого строительства за период с 01 апреля 2018 г. по 13 июля 2018 г. в размере 166 251 руб. 28 коп.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и сомнения в достоверности не вызывают.

По настоящему гражданскому делу судом по ходатайству представителя истца назначена судебная строительно-техническая экспертиза для установления наличия в указанной квартире заявленных истцом строительных недостатков, в том числе плесени, а также определения стоимости восстановительного ремонта квартиры.

Согласно заключению судебной строительно-технической экспертизы № 100/18 от 20 декабря 2018 г., проведенной обществом с ограниченной ответственностью «Центр экспертиз и правовых услуг», при исследовании спорной квартиры выявлены дефекты и недостатки: прочность стяжки пола ниже нормируемой; отклонение плоскости потолка от горизонта; следы затирочного инструмента на оштукатуренных стенах; не удалены установочные маяки на оштукатуренных стенах, видны следы коррозии и ржавчины; швы в кирпичной кладке (перегородке) частично не заполнены раствором; поперечные швы между перемычками в дверном проеме не заполнены раствором; дефекты оконных конструкций: заполнение монтажного шва выполнено с переливами, наружный слой монтажного шва закрыт штукатурным слоем, не удалены установочные клинья, профиль створки оконного блока изогнут, следы и подтеки краски на стеклопакетах, отсутствует внутренний пароизоляционный слой с внутренней стороны рамы ПВХ; разница температур между поверхностью ограждающих конструкций и внутренней температурой воздуха больше нормативной; температура ограждающих конструкций ниже точки росы; металлические трубопроводы системы отопления частично не окрашены; металлическая лестница и ограждение имеют следы коррозии и ржавчины.

Выявленные дефекты и недостатки нарушают требования нормативных документов: пунктов 8.3; 10.3 СП 29.13330.2011 «Полы. Актуализированная редакция СНиП 2.03.13-88», «Полы, технические требования и правила проектирования, устройства, приёмки, эксплуатации и ремонта»; пунктов 7.2.10, 7.2.11, 7.3.5, 8.13.2, табл. 8.13, табл. 15 Свода правил СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия» Актуализированная редакция СНиП 3.04.01-87 (утв. приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 27 февраля 2017 г. №128/пр); пункта 9.2.3 Свода правил СП28.13330.2012 «СНиП 2.03.11-85. Защита строительных конструкций от коррозии»; пунктов 6.1.7, 9.2.5, табл.9.8, табл.6.1 СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции»; пункта 1.3.10 ГОСТ 9561-91 «Плиты перекрытий железобетонные многопустотные для зданий и сооружений. Технические условия»; пунктов 4.1, 4.8 МДС 12-30.2006 «Методические рекомендации по нормам, правилам и приемам выполнения отделочных работ»; пунктов А.2.2, А.2.6, А.4.2, А.4.3, Г.1.2, А.3.3, А.3.5 ГОСТ 30971-2012 «Межгосударственный стандарт. Швы монтажные узлов примыкания оконных блоков к стеновым проемам. Общие технические условия»; пункта 5.2.8 ГОСТ 30674-99 «Блоки оконные из поливинилхлоридных профилей. Технические условия»; пункта 5.2.3 ГОСТ 23166-99 «Блоки оконные. Общие технические условия»; пунктов 5.3.3, 5.4.1, 5.4.3-5.4.5, Б.6.3 ГОСТ Р 52749-2007 «Швы монтажные оконные с паропроницаемыми саморасширяющимися лентами. Технические условия»; пункта 5.1.3 ГОСТ 24866-2014 «Стеклопакеты клееные. Технические условия»; пунктов 5.2, 5.7 СП 50.13330.2012 «СНиП 23-02-2003. Тепловая защита зданий». Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003.

Выявленные дефекты и недостатки нарушают требования проектной документации: 28/2909-2015-АР.ГЧ, лист 31; 28/2909-2015-КР, лист 28; 28/2909-2015-АР.ГЧ, лист 30; 28/2909-2015-АР.ТЧ, лист 15; 28/2909-2015-АР.ГЧ, лист 30; 28/2909-2015-КР, лист 4а; 28/2909-2015-КР, лист 5а; 28/2909-2015-КР, лист 86; 28/2909-2015-АР.ГЧ, лист 33.

Выявленные дефекты и недостатки не соответствуют пунктам (условиям) 1.1, 1.3, 4.3, 4.4, 4.5 договора.

Вид, объем и стоимость ремонтно-восстановительных работ, материалов и сопутствующих затрат необходимых для устранения выявленных несоответствий в вышеуказанной квартире определялись с использованием автоматизированного программного комплекса «РИК» (ресурсно-индексное калькулирование) в текущих ценах четвертого квартала 2018 года с учетом НДС.

Стоимость ремонтно-восстановительных работ на момент дачи заключения составляет 262 052 руб. 00 коп.

В силу статей 67 и 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований не доверять вышеуказанному экспертному заключению у суда не имеется, поскольку оно проведено ООО «Центр экспертиз и правовых услуг» по определению суда с соблюдением установленного процессуального порядка, экспертом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленного перед ним вопросов, имеющим высшее инженерно-строительное образование, квалификацию судебного эксперта по специальности «Исследование строительных объектов и территории функционально связанной с ними, в том числе с целью проведения их оценки», стаж работы по специальности с 2005 года, стаж экспертной работы с 2012 года, предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (т. 1 л.д. 92). Каких-либо противоречий в заключении экспертизы не имеется, которое составлено с применением необходимой нормативно-документальной базы, с проведением исследования путем экспертного осмотра, обмеров и расчетов, а также сопоставлением с требованиями нормативов, производством необходимых измерений.

При таких обстоятельствах, суд считает, что данное заключение экспертизы является допустимым и достоверным доказательством по делу, а основания для назначения по делу повторной либо дополнительной экспертизы отсутствуют.

Тем более, как установлено судом, при проведении вышеуказанной экспертизы использовались приборы, прошедшие поверку (т. 1 л.д. 180-186, т. 2 л.д. 151), что также не вызывает сомнения в правильности представленного заключения.

Согласно сообщению генерального директора ООО «Центр экспертиз и правовых услуг» Я.А.В. (эксперта) от 14 января 2019 г. № 100/18 (т. 2 л.д. 43, 113) программный комплекс РИК, с помощью которого составлялась смета на выполнение ремонтно-восстановительных работ по рассматриваемому делу, представляет собой программу, действующую на территории России, в которую вносятся территориальные расценки на работы и материалы, ежеквартально утверждаемые Министерством строительства и архитектуры Республики Мордовия.

Виды работ определяет эксперт согласно технологии производства работ, предусмотренной действующими СНиП, ГОСТ, иными обязательными правилами.

Состав для каждого вида работ в данной программе применяется из сборников ТЕР (территориальные единичные расценки на строительные и специальные строительные работы), действующих на территории Республики Мордовия и подходящих к данному виду работ. При этом состав работ включает в себя расходные материалы, использованные механизмы, труд рабочих и т.п. Смету составляет специально обученный специалист-строитель, который разбирается в тонкостях ремонтно-строительных работ. Также для расчета в программу РИК заносятся параметры конкретного исследуемого объекта.

Считает, что расчет с использованием программы РИК является наиболее оптимальным вариантом расчета, т.к. в нем применяются средние показатели цен, действующих на территории Республики Мордовия, поэтому данной программой пользуется Министерство строительства и архитектуры Республики Мордовия и все эксперты Республики Мордовия, включая и государственных. Какими-либо другими приемами расчета стоимости ремонтно-восстановительных работ эксперты – строители не пользуются. В связи с чем указанная в смете стоимость ремонтно-восстановительных работ является объективной (не завышенной и не заниженной).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Я.А.В., предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы, изложенные в экспертном заключении от 20 декабря 2018 года № 100/18 и сообщении от 14 января 2019 г. № 100/18, подтвердил.

Доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что эксперт в своем исследовании не привел методику испытаний по стяжке пола, не указал, где, в каком помещении квартиры, в каком конкретно месте, сколько раз были произведены замеры по определению прочности стяжки пола, отклоняются судом, поскольку из оспариваемого экспертного заключения (т. 1 л.д.102) следует, что эксперт произвел визуальное инструментальное обследование цементно-песчаной стяжки пола с использованием электронного измерителя прочности бетона ОНИКС-2.6 методом неразрушающего контроля оценки однородности и прочности раствора, с помощью которого и была определена толщина стяжки пола в помещениях №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7 исследуемой квартиры, при этом было произведено 15 измерений в разных точках по помещениям, т.е. указана методика испытаний, количество и помещения квартиры, где были произведены замеры по определению прочности стяжки пола.

При этом, как пояснил эксперт Я.А.В. в судебном заседании, понятие «цементно-песчаная стяжка» согласно нормативно-технической базе в настоящее время не применяется, т.к. согласно ГОСТ 22690 все покрытия, которые содержат цемент, используемый для жилых, общественных и административных зданий, именуются как «цементно-полимерное наливное покрытие», о чем и было указано в заключении экспертизы (т. 1 л.д. 102-104). Также указанная в заключении экспертизы методика неразрушающего контроля оценки однородности и прочности раствора была проведена ударно-импульсным способом в каждом помещении, путем производства не менее 15 измерений (ударов) по всей поверхности пола в разных точках, в результате чего было установлено, что прочность стяжки в каждом помещении составляла менее 15 МПА (т. 2 л.д. 148-149), что является нарушением требований строительных норм и правил, указанных в экспертном заключении, а именно пункта 8.3 СП 29.13330.2011 «Полы. Актуализированная редакция СНиП 2.03.13-88», пункта 10.3 «Полы, технические требования и правила проектирования, устройства, приёмки, эксплуатации и ремонта»; пункта 8.13.2, табл. 8.13 Свода правил СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия» Актуализированная редакция СНиП 3.04.01-87 (утв. приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 27 февраля 2017 г. №128/пр) (т. 1 л.д. 102).

Доводы представителя ответчика о том, что наличие следов затирочного инструмента (т. 2 л.д. 150) не является критическим дефектом, не опровергают необходимость проведения работ по выравниванию стен, которые должны быть гладкими, без шероховатостей, так, как это предусмотрено обязательными строительными требованиями, на которые сослался эксперт в своем заключении – пункт 7.3.5 Свода правил СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия», пункт 4.8 МДС 12-30.2006 «Методические рекомендации по нормам, правилам и приемам выполнения отделочных работ» (т. 1 л.д. 108), подтвердив свои выводы и в судебном заседании.

Кроме того, как пояснил в суде эксперт Я.А.В., неудаленные установочные маяки были видны и не нуждались в доказывании, что подтверждается представленными фотоснимками (т. 2 л.д. 145, 146, 147), которые представителем ответчика в суде не оспаривались, и при дальнейшем взаимодействии с кислородом (воздухом) данные маяки начинают ржаветь, проявляясь на оштукатуренных стенах со следами коррозии и ржавчины (т. 1 л.д. 109), что является недопустимым согласно требованиям пунктов 7.2.10 и 7.2.11 Свода правил СП 71.13330.2017 «Изоляционные и отделочные покрытия», в связи с чем по завершении штукатурных работ данные маяки подлежат удалению, с восстановлением целостности поверхности тем же штукатурным составом.

Также эксперт Я.А.В. пояснил, что между перемычками в дверном проеме поперечные швы не были заполнены раствором (т. 2 л.д. 143, 144), при этом указывая о данном недостатке (дефекте), а именно на поперечные швы, он исходи из того, что перемычки по отношению к человеку лежат поперек, о чем и было указано в заключении экспертизы, при этом выявленный дефект нарушает требования пункта 9.2.5 СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции» (т. 1 л.д.111). Необходимость в тепловизионном обследовании была вызвана зимним периодом времени, исходя также из представленных материалов гражданского дела, при этом эксперт сам определяет, какой прибор ему необходимо использовать при обследовании квартиры, в том числе и тепловизор, без какого-либо указания на это, тем более был установлен дефект в виде ненормативной разницы температур между поверхностью ограждающих конструкций наружных стен и внутренней температурой воздуха, что является нарушением пункта 5.2 таблицы 5 СП 50.13330.2012 «СНиП 23-02-2003. Тепловая защита зданий». Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003 (т. 1 л.д. 126-127).

При установлении стоимости ремонтно-восстановительных работ им применялась Методика определения стоимости строительной продукции на территории Российской Федерации (МДС 81-35.2004), с применением территориальных сборников единичных расценок базовых цен на все виды строительных работ и материалов, утверждаемых Министерством строительства и архитектура Республики Мордовия каждый квартал. При этом квартира при наличии выявленных недостатков для предусмотренного договором долевого участия использования по целевому назначению непригодна, и только после устранения указанных дефектов она может быть использована по прямому назначению.

Учитывая изложенное, показания указанного эксперта Я.А.В. не противоречивы, выводы являются аргументированными и согласуются с другими материалами дела, а доказательств его заинтересованности в исходе дела суду не представлено, в связи с чем показания данного эксперта принимаются судом во внимание.

Доводы представителя ответчика о несогласии с заключением экспертизы, с указанием на устранение в полном объеме застройщиком замечаний по качеству в части устройства стяжки пола, выравниванию стен, работ по оконным и дверным конструкциям из ПВХ, голословны и объективными доказательствами не подтверждены, противоречат заключению экспертизы, в связи с чем не могут быть приняты судом во внимание.

Каких-либо надлежащих, письменных доказательств, опровергающих сведения о стоимости устранения недостатков спорного объекта долевого строительства, изложенные в локальном сметном расчете, составленном экспертом ООО «Центр Экспертиз и правовых услуг», ответчиком суду не представлено, в связи с чем доводы представителя ответчика ФИО3 о несогласии со стоимостью ремонтно-восстановительных работ, считая её завышенной, суд находит несостоятельными.

Изложенное свидетельствует о том, что застройщик не доказал надлежащее исполнение принятых на себя обязательств по договору долевого участия и передачу истцу квартиры надлежащего качества без строительных недостатков.

Иных доказательств, исключающих ответственность, ответчик также не представил.

Указание представителем ответчика ФИО3 на то, что суд, назначив в отсутствие представителя ответчика в предварительном судебном заседании от 04 декабря 2018 г. судебную строительно-техническую экспертизу, без надлежащего уведомления стороны по делу – ответчика, нарушил принципы состязательности и равноправия сторон, не могут быть приняты во внимание, поскольку в пункте 10 определения Дубёнского районного суда Республики Мордовия от 09 ноября 2018 г. сторонам разъяснялась необходимость определения, имеются ли у них ходатайства о назначении экспертизы, с указанием на необходимость представления в предварительное судебное заседание проекта такого ходатайства с поставленными эксперту вопросами, и определением экспертного учреждения (т. 1 л.д. 37), которое было получено ответчиком – ООО ПКФ «Термодом» своевременно – 19 ноября 2018 г., о чем свидетельствует почтовое уведомление (т. 1 л.д. 44).

Ссылка на невозможность принять участие в предварительном судебном заседании ввиду занятости представителя ответчика ФИО3 в других судебных процессах в г. Саранск признается судом несостоятельной, т.к. ООО ПКФ «Термодом», являясь юридическим лицом, своевременно было извещено о времени и месте проведения предварительного судебного заседания и, пользуясь добросовестно предоставленными законодательством процессуальными правами, имело возможность обеспечить явку иного представителя в предварительное судебное заседание, обладая правом свободного выбора своих представителей для участия от своего имени в гражданском судопроизводстве, которое судом не ограничивалось.

В силу части 6 статьи 8 Закона об участии в долевом строительстве, если иное не установлено договором, при уклонении участника долевого строительства от принятия объекта долевого строительства в предусмотренный частью 4 настоящей статьи срок или при отказе участника долевого строительства от принятия объекта долевого строительства (за исключением случая, указанного в части 5 настоящей статьи) застройщик по истечении двух месяцев со дня, предусмотренного договором для передачи объекта долевого строительства участнику долевого строительства, вправе составить односторонний акт или иной документ о передаче объекта долевого строительства (за исключением случая досрочной передачи объекта долевого строительства, указанного в части 3 настоящей статьи). При этом риск случайной гибели объекта долевого строительства признается перешедшим к участнику долевого строительства со дня составления предусмотренных настоящей частью одностороннего акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства. Указанные меры могут применяться только в случае, если застройщик обладает сведениями о получении участником долевого строительства сообщения в соответствии с частью 4 настоящей статьи либо оператором почтовой связи заказное письмо возвращено с сообщением об отказе участника долевого строительства от его получения или в связи с отсутствием участника долевого строительства по указанному им почтовому адресу.

По смыслу приведенной нормы, право застройщика составить односторонний акт о передаче объекта долевого строительства возникает в случае неправомерного отказа или уклонения участника долевого строительства от принятия объекта.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания надлежащего исполнения своих обязательств по договору о долевом участии в строительстве жилья и передачи квартиры ФИО1 либо его уклонения от принятия квартиры, являющейся объектом долевого строительства, лежит на застройщике, нарушившем обязательство.

Между тем, стороной ответчика таких доказательств суду не представлено.

Напротив, как следует из вышеуказанного заключения экспертизы, выполненные строительно-монтажные работы в спорной квартире не соответствуют требованиям СНиП, СП, ГОСТ, условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям в части нарушений и дефектов, указанных в настоящем исследовании. Причиной образования выявленных дефектов является нарушение производства строительно-монтажных и отделочных работ, выполненных с отступлением от нормативных требований в процессе строительства жилого дома. Выявленные дефекты носят производственный характер.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что односторонний акт приема-передачи объекта долевого строительства не был подписан дольщиком по причине наличия недостатков, о которых застройщик был извещен своевременно, в связи с чем он не может быть принят во внимание в подтверждение передачи спорной квартиры истцу.

Следовательно, только после устранения строительных дефектов и недостатков в указанной квартире ответчик имел право при отсутствии неправомерного отказа или уклонения ФИО1 от принятия объекта составить оспариваемый акт в одностороннем порядке, в связи с чем суд приходит к выводу, что односторонний акт передачи недвижимого имущества от 13 июля 2018 года № 2-1/72 на основании пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительным и требования истца в этой части подлежат удовлетворению.

Утверждения ООО ПКФ «Термодом» об отсутствии с его стороны каких-либо нарушений прав истца на своевременную передачу объекта долевого строительств и наличии, напротив, со стороны ФИО1 безосновательной просрочки по приему спорной квартиры противоречат вышеуказанным установленным фактическим обстоятельствам дела, свидетельствующим о невыполнении ответчиком обязательства по устранению выявленных истцом недостатков в квартире ни на момент составления ответчиком 13 июля 2018 г. одностороннего акта приема-передачи, ни на момент рассмотрения дела судом.

Согласно части 9 статьи 4 Закона об участии в долевом строительстве к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом.

В силу статьи 29 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее по тексту – Закона о защите прав потребителей) потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать:

безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги);

соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги);

безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь;

возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии со статьей 22 Закона о защите прав потребителей требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Как разъяснено в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право потребителя, получило вследствие этого доходы, потребитель вправе требовать возмещения, наряду с другими убытками, упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.

При определении причиненных потребителю убытков суду в соответствии с пунктом 3 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если Законом или договором не предусмотрено иное.

Уточненные требование истца направлены на взыскание убытков по приведению квартиры в надлежащее состояние.

Анализируя предоставленные по делу доказательства, принимая во внимание заключение экспертизы от 20 декабря 2018 года № 100/18, по результатам которой установлены недостатки выполненной работы застройщиком при исполнении обязательств по договору участия в долевом строительстве квартиры по вышеуказанному адресу, что влечет право истца на возмещение убытков, связанных с устранением данных недостатков, поскольку истец является потребителем, чье право нарушено ООО ПКФ «Термодом» (изготовителем), которое должно быть реализовано путем взыскания в пользу ФИО1 стоимости ремонтно-восстановительных работ по устранению строительных недостатков с ответчика в размере 262 052 руб., установленном вышеуказанным экспертным заключением.

Как отмечалось ранее, согласно пункту 5.1 договора участия в долевом строительстве № 209/2-1/72 от 27 сентября 2017 года срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства – 1 квартал 2018 года.

Таким образом, квартира должна быть передана истцу не позднее 31 марта 2018 года, что не оспаривалось в судебном заседании представителем ответчика ФИО3

Однако спорная квартира ФИО1 до предъявления иска не передана, а соглашений об изменении сроков передачи застройщиком объекта долевого строительства сторонами не заключалось, при этом сам по себе односторонний акт приема-передачи объекта долевого строительства, составленный ответчиком при вышеуказанных обстоятельствах, не является документом, порождающим какие-либо права и обязанности.

При таких обстоятельствах имеет место ненадлежащее исполнение ООО ПКФ «Термодом» условий договора, а именно неисполнение им обязательств по передаче объекта долевого строительства в установленный договором срок, что в силу статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве является основанием для начисления ответчику неустойки (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки в двойном размере.

На день исполнения обязательства (31 марта 2018 года) ставка рефинансирования Центрального банка Российской Федерации составляла 7,25%.

Таким образом, размер неустойки за период с 01 апреля 2018 г. по 05 ноября 2018 г. (период, указанный в исковом заявлении) составляет 350 086 руб. 18 коп. согласно следующему расчету: (3 307 380 руб. х 7,25% х 1/300 х 219 дней) х 2).

Доводы представителя ответчика о том, что период неустойки необходимо установить с 01 апреля 2018 г. по 10 апреля 2018 г., поскольку уведомление о необходимости подписания акта приема-передачи от 26 марта 2018 г. было получено истцом 03 апреля 2018 г. и в течение 7 дней он должен был прибыть для принятия квартиры, суд признает несостоятельными, поскольку, как установлено судом и следует из материалов дела, истец после получения соответствующего уведомления явился 03 апреля 2018 г. для осмотра квартиры с целью принятия объекта у застройщика, однако ввиду имеющихся недостатков объекта долевого строительства двусторонний акт передачи между сторонами в установленный договором срок подписан не был, что не подтверждает факт передачи квартиры истцу вопреки доводам представителя ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Действующее законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

По смыслу названной нормы закона уменьшение неустойки является правом суда. Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Суд полагает, что при определении размера неустойки за нарушение срока передачи квартиры истцу, с учетом положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, должны быть приняты во внимание все существенные обстоятельства дела, в том числе, степень выполнения обязательств должником, длительность допущенной ответчиком просрочки нарушения обязательства, последствия нарушения обязательства, размер неустойки, а также компенсационная природа неустойки.

Учитывая фактические обстоятельства дела, цену объекта долевого строительства, длительность периода и причины нарушения обязательств ответчиком, степень выполнения им своих обязательств, последствия для истца, наступившие вследствие нарушения ответчиком срока передачи объекта долевого строительства, а также компенсационный характер неустойки как меры ответственности, недопустимость неосновательного обогащения истца, принципы разумности и справедливости, в обеспечение соблюдения баланса интересов обеих сторон спора, ходатайство представителя ответчика о снижении размера неустойки в связи с её несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, суд считает возможным применительно к правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшить размер неустойки до 145 500 руб., полагая его достаточным и соразмерным последствиям нарушенного ответчиком обязательства, что не ниже предела, установленного в пункте 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (145 003 руб. 69 коп. =111 023 руб. 76 коп. (за период с 01 апреля 2018 г. по 16 сентября 2018 г. - 3 307 380 руб. x 169 дней x 7,25% : 365) + 33 979 руб. 93 коп. (за период с 17 сентября 2018 г. по 05 ноября 2018 г. - 3 307 380 руб. x 50 дней x 7,50% : 365), т.е. не ниже ключевой ставки банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Также заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки на основании пункта 8 статьи 7 Закона об участии в долевом строительстве за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства за период с 18 августа 2018 г. по 05 ноября 2018 г. в сумме 2 612 830 руб.

Так как претензия истцов от 07 августа 2018 г. о безвозмездном устранении выявленных недостатков в объекте долевого строительства в десятидневный срок с момента ее получения ответчиком не удовлетворена, что подтверждается заключением экспертизы от 20 декабря 2018 года № 100/18, требования истца о взыскании неустойки на основании вышеуказанного Закона являются обоснованными.

На основании изложенного доводы представителя ответчика о том, что истец не обосновал требование в указанной части и не представил письменных доказательства заявленному требованию, суд не может принять во внимание.

Однако, поскольку выявленные в ходе рассмотрения дела строительные недостатки объекта долевого строительства носят производственный характер, привели к ухудшению качестве объекта долевого строительства, которые не устранены, размер неустойки должен рассчитываться как процент, установленный пунктом 1 статьи 23 Закона защите прав потребителей, т.е. от стоимости расходов, необходимых для устранения таких недостатков (дефекта), в связи с чем доводы представителя ответчика ФИО3 в указанной части суд признает обоснованными.

Тем более, как установлено судом из пояснений эксперта Я.А.В., использование спорной квартиры по целевому назначению возможно в случае устранения выявленных недостатков, указанных в экспертном заключении.

Следовательно, неустойка за указанный период составит 209 641 руб. 60 коп. (262 052 руб. х 1% х 80 дней).

Определяя размер неустойки, подлежащей взысканию с ответчика, суд в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в обеспечение соблюдения баланса интересов обеих сторон спора с учетом периода просрочки, осуществления ответчиком действий, направленных на устранение недостатков передаваемого жилого помещения, пусть и не в полном размере, как того предполагали договорные отношения сторон, принимает во внимание заявление ответчика о несоразмерности подлежащей взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства, допущенного ответчиком, уменьшая её до 40 000 рублей, то есть не ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (4253 руб. 86 коп. = 1561 руб. 54 коп. (за период с 18 августа 2018 г. по 16 сентября 2018 г. – 262 052 руб. x 30 дней x 7,25% : 365) + 2692 руб. 32 коп. (за период с 17 сентября 2018 г. по 05 ноября 2018 г. – 262 052 руб. x 50 дней x 7,50% : 365).

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу пункта 45 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

При определении размера компенсации морального вреда, суд в соответствии со статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень нравственных страданий истца, фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости.

Истцу по вине ответчика причинен моральный вред тем, что нарушены его права потребителя, регулируемые действующим законодательством, в результате он испытывал нравственные страдания, поэтому доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что истец должен доказать наличие моральных и нравственных страданий с приведением доказательств, отклоняются, как не основанные на законе.

Суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает характер причиненных истцу нравственных страданий, а также степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости и считает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 руб.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Исходя из изложенного, размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, составит 225 276 руб. (262 052 руб. + 145 500 руб. + 40 000 руб. + 3000 руб.) х 50%).

Суд, руководствуясь статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание заявленное представителем ответчика ходатайство об уменьшении размера штрафа ввиду его несоразмерности последствиям нарушения обязательства, учитывая применений положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ранее и снижении размера неустойки за неисполнение ответчиком обязательств по передаче объекта долевого строительства в установленный договором срок более чем в 2 раза и снижение размера неустойки за нарушение застройщиком срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства более чем в 5 раз, от размера которых зависит сумма штрафа, а также последствия нарушения ответчиком обязательства, период его неисполнения, конкретные обстоятельства дела, считая, что штраф является наряду с другими мерой гражданско-правовой ответственности и при определении его размера следует исходить из того, что он должен соответствовать принципу юридического равенства, быть соразмерным конституционно защищаемым целям и ценностям, полагает возможным уменьшить размер штрафа до 45 000 руб., что, по мнению суда, соразмерно последствиям нарушения ответчиком обязательства и не приведет к возникновению на стороне истца неосновательного обогащения.

Доводы представителя ответчика ФИО3 об обратном подлежат отклонению, поскольку направлены на иную оценку доказательств по делу.

Несостоятельной следует признать ссылку представителя ответчика ФИО3 на судебную практику других судов по данной категории дел, поскольку юридический (судебный) прецедент не является официальным источником права в Российской Федерации согласно статье 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а представляет собой применение нормы права с учетом конкретных обстоятельств дела.

По ходатайству представителя ответчика, в судебном заседании принимал участие эксперт Я.А.В., участие которого вызвано необходимостью дачи дополнительных пояснений в связи с несогласием стороны ответчика с выводами экспертизы, который отвечал на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением, которое судом принято в качестве надлежащего доказательства и положено в основу решения, кроме того, им даны пояснения и ответы на дополнительные вопросы.

Согласно заявлению ООО «Центр экспертиз и правовых услуг» от 17 января 2019 года № 100/18 сумма, подлежащая выплате эксперту за участие в судебном заседании, составляет 3180 руб., что подтверждается представленной калькуляцией, из которой следует, что транспортные услуги (с учетом амортизации) составляют 975 руб., стоимость 1 эксперта-часа – 490 руб., за 4,5 часа – 2205 руб.

На основании статей 94-95 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признает расходы на проезд в связи с явкой эксперта в судебное заседание необходимыми, связанными с рассмотрением дела, в связи с чем считает необходимым взыскать с ответчика в пользу ООО «Центр экспертиз и правовых услуг» денежную сумму в размере 975 руб. (транспортные расходы).

При этом основания для удовлетворения требований ООО «Центр экспертиз и правовых услуг» о взыскании расходов, связанных с явкой эксперта Я.А.В. в судебное заседание, отсутствуют, поскольку явка эксперта в судебное заседание была вызвана необходимостью дачи дополнительных пояснений в связи с несогласием стороны ответчика с выводами экспертизы, расходы за проведение которой были уже оплачены истцом ранее, соглашаясь с доводами представителя ответчика ФИО3 в указанной части.

При этом эксперт выполнял свои обязанности, предусмотренные частью 1 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в рамках уже сделанной им работы - экспертизы, которая предусматривает возможность вызова эксперта в связи с необходимостью ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом понесены расходы на оплату судебной экспертизы в сумме 27 058 руб. (с учетом банковской комиссии на общую сумму 788 руб.), что подтверждается чеком-ордером № 2968 от 04 декабря 2018 г. и чеком-ордером № 1590 от 26 декабря 2018 г. на указанную сумму (т. 1 л.д. 86, т. 2 л.д. 36-37, 69-70).

Данные расходы понесены истцом для формирования доказательств по делу, в связи с чем признаются судом необходимыми, поэтому подлежат возмещению за счет ответчика в полном объеме, как связанные с защитой нарушенного права. При этом доказательств несоответствия размера вышеуказанных расходов объему выполненной экспертом работы, его неразумности, стороной ответчика суду не представлено.

При этом положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", не подлежат применению применительно к данному случаю, поскольку разрешаются требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства (статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом имущественные требования истца удовлетворены в полном объеме.

На основании части 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Истцом заявлено о возмещении расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

Несение ФИО1 расходов на оплату юридических услуг представителя ФИО2 подтверждаются договором на оказание юридических услуг от 06 августа 2018 г., распиской от 06 августа 2018 г. (т. 1 л.д. 28, т. 2 л.д. 67, 68).

Учитывая соотношение размера расходов с характером и объемом выполненной представителем работы, составление претензии и направление ответчику, составление искового заявления, подготовка и предъявление иска в суд, письменного отзыва на возражения ответчика, категорию сложности рассмотренного дела, длительности судебного разбирательства, участие в экспертном осмотре, одном предварительном судебном заседании и двух судебных заседаниях, наличие возражений представителя ответчика о чрезмерности взыскиваемых расходов, суд считает, что размер заявленных истцом расходов на оплату юридических услуг подлежит уменьшению до 12 000 рублей, находя данную сумму соразмерной объему проделанной представителем работы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что понесенные ФИО1 расходы по оформлению нотариальной доверенности серии 13 АА № в сумме 1100 руб. возмещению не подлежат, поскольку она составлена на общее представительство его интересов ФИО2, с широким спектром полномочий в различных органах и учреждениях, а не для участия в данном конкретном деле или конкретном судебном заседании. При этом факт представления оригинала нотариальной доверенности в материалы дела также не является основанием для взыскания указанных расходов, т.к. после вынесения решения оригинал данной доверенности возможно истребовать из дела по письменному заявлению истца.

С учетом требований части первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета Дубёнского муниципального района Республики Мордовия государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден при предъявлении иска о защите прав потребителей, в размере 8276 руб. согласно следующему расчёту: ((447 552 руб. – 200 000 руб.) х 1% + 5200 руб.) + 300 руб. (по требованию неимущественного характера) + 300 руб. (по требованию о компенсации морального вреда)).

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» о признании одностороннего акта передачи недвижимого имущества недействительным, взыскании стоимости ремонтно-восстановительных работ, неустойки за нарушение срока передачи объекта долевого строительства, неустойки за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) объекта долевого строительства, компенсации морального вреда и штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» в пользу ФИО1 стоимость ремонтно-восстановительных работ по устранению недостатков в размере 262 052 рублей, неустойку за просрочку срока передачи квартиры за период с 01 апреля 2018 года по 05 ноября 2018 года в размере 145 500 рублей, неустойку за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) квартиры за период с 18 августа 2018 года по 05 ноября 2018 года в сумме 40 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, штраф в сумме 45 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 27 058 рублей, а всего 534 610 (пятьсот тридцать четыре тысячи шестьсот десять) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» о взыскании неустойки за просрочку срока передачи квартиры в размере 204 586 рублей 18 копеек, неустойки за нарушение срока устранения недостатков (дефектов) квартиры в сумме 169 641 рубля 60 копеек, компенсации морального вреда в размере 17 000 рублей, штрафа в сумме 180 276 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 18 000 рублей, расходов по оформлению нотариальной доверенности в сумме 1100 рублей отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центр экспертиз и правовых услуг» денежную сумму в размере 975 (девятьсот семьдесят пять) рублей.

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» о взыскании расходов за вызов эксперта в судебное заседание в сумме 2205 рублей отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Термодом» в доход бюджета Дубёнского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину по делу в сумме 8276 (восемь тысяч двести семьдесят шесть) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путём подачи жалобы через Дубёнский районный суд Республики Мордовия.

Судья Дубёнского районного суда

Республики Мордовия (подпись) А.М. Салахутдинова

Мотивированное решение составлено 18 января 2019 года.

Судья Дубёнского районного суда

Республики Мордовия (подпись) А.М. Салахутдинова