Решение № 2-173/2019 2-173/2019(2-8372/2018;)~М-7295/2018 2-8372/2018 М-7295/2018 от 17 марта 2019 г. по делу № 2-173/2019

Дело № 2-173/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Чарковой Н.Н.,

при секретаре Рейш В.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчиков ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Сыктывкаре 18 марта 2019 года с использованием систем видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФСИН России в лице УФСИН России по Республике Коми, Министерству финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в размере 80000 руб.

В обоснование иска указано, что в связи с простудным заболеванием был переведен в медицинский изолятор ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, где содержался совместно с больными ...; указывает на то, что с целью предотвращения распространения заболевания должен был содержаться отдельно; кроме того, был лишен прогулок, так как в медицинском изоляторе отсутствует дворик. В связи с указанными обстоятельствами он испытывал нравственные и физические страдания.

В порядке ст. 40 ГПК РФ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФСИН России в лице УФСИН России по Республике Коми, Министерство финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Коми.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. В ходе рассмотрения дела истец указывал на то, что, будучи содержащимся с больными <данные изъяты>, он подвергался риску заболевания, испытывал в связи с этим чувство страха; при этом, у осужденного Попова, с которым он содержался, была выявлена ...; из-за отсутствия дворика в медицинской части, он не имел возможности подышать свежим воздухом; кроме того, по указанным обстоятельствам он вынужден принимать длительное время химиопрофилактику; в августе 2018 года ему выставлен диагноз: ... в настоящее время здоровье его не ухудшилось, но существует вероятность проявления данного заболевания в дальнейшем, ему рекомендовано наблюдение, которое продлено до августа 2019 года.

Представитель ФСИН России в лице УФСИН России по Республике Коми, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ФИО2 с требованиями иска не согласилась по доводам, указанным в отзыве и дополнениях к нему, согласно которым медицинские работники МСЧ-11 действовали в соответствии с федеральным законодательством, приказами Минюста России, методическими рекомендациями по обеспечению санитарно-гигиенических, противоэпидемиологических мероприятий, направленных на профилактику возникновения и распространения <данные изъяты> в учреждениях уголовно-исполнительной системы; вся необходимая медицинская помощь истцу оказывается надлежащим образом и в необходимом объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Республике Коми участия в суде не принял, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, согласно письменному отзыву ответчик исковые требования не признает, указав на отсутствие доказательств незаконных действий (бездействия) со стороны должностных лиц учреждения в отношении истца, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав доводы истца, представителя соответчиков, исследовав материалы настоящего дела, оценив в совокупности все представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит требования истца не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать факт противоправных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что суду необходимо устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет Казны РФ, от имени Казны выступает финансовый орган.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В силу положений ст. ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами.

Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы утвержден Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285.

Так, пунктом 30 Порядка предусмотрено, что осужденные при поступлении в учреждения УИС осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

Согласно пункту 31 Порядка в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза.

В силу пункта 40 Порядка лица, заключенные под стражу, или осужденные с активными формами туберкулеза, лица, страдающие заболеваниями, передающимися половым путем, заразными формами паразитарных кожных заболеваний, не завершившие курс лечения, а также лица, страдающие психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, перемещаются раздельно и отдельно от других лиц.

Согласно ст. 2. п. 2, ст. 7 Федерального закона № 77-ФЗ от 18.06.2001 «О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации» федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут ограничивать права граждан на защиту от туберкулеза и гарантии получения противотуберкулезной помощи. Оказание противотуберкулезной помощи больным туберкулезом гарантируется государством и осуществляется на основе принципов законности, соблюдения прав человека и гражданина, общедоступности в объемах, предусмотренных программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Приказом Минздрава России от 21.03.2003 № 109 во исполнение Федерального закона от 18 июня 2001 г. № 77-ФЗ «О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации», утверждена, в том числе, Инструкция по организации диспансерного наблюдения и учета контингентов противотуберкулезных учреждений.

Указанной Инструкцией определен Порядок диспансерного наблюдения и учета контингентов взрослых, состоящих на учете противотуберкулезных учреждений, в частности, для четвертой группы (контакты) IV-А предусмотрено: комплексное обследование 2 раза в год; в первый год после выявления источника инфекции по показаниям проводят курс химиопрофилактики в течение 3 - 6 месяцев; по показаниям проводят также повторный курс химиопрофилактики, общеукрепляющие мероприятия, способствующие повышению иммунитета, в том числе санаторное лечение.

Установлено, что с ** ** ** ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, по прибытию в исправительное учреждение осмотрен – соматически здоров, трудоспособен.

Из медицинской справки главного фтизиатра – врача ООО ЛРП ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ФИО3 от 26.10.2018 (л.д. 47-48) следует, что ФИО1 находился в <данные изъяты> контакте с осужденным ФИО14. в период с 16.05.2018 по 19.05.2018, а также с осужденным ФИО15. в период с ** ** ** в медицинском изоляторе филиала «Медицинская часть № 1» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России. Осужденные ФИО16. в период нахождения в МЧ-1 были с неустановленным диагнозом «...», диагноз подтвержден после дообследования в Больнице. С 01.07.2018 истец взят на диспансерный учет по контакту в соответствии с требованиями приказа Минздрава России от 31.03.2003 № 109 и СП 3.1.2.3114-13 «Профилактика туберкулеза» с целью предупреждения развития специфического процесса. Назначена химиопрофилактика по туб.контакту с осужденными ФИО17 поставлен на повышенное питание согласно приказу Минюста России от 26.02.2016 № 48 «Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных к лишению свободы, а также обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время» сроком на 3 месяца до ** ** **. Данные флюорографии за ** ** ** – без патологии, ** ** ** истец отказался от проведения ФЛГ. ** ** ** проведена <данные изъяты>, заключение: «... ?». С ** ** ** истец находился в <данные изъяты>, диагноз: «...», рекомендовано наблюдение в IV ГДУ сроком на 1 год до ** ** **, <данные изъяты> – трудоспособен без ограничений.

Для оценки доводов и возражений сторон судом назначалась по делу судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГУ РК «...».

Согласно заключению эксперта ..., ФИО1 на 11.09.2016 (дата прибытия в ИК-1) был здоров, в представленных медицинских документах имеются сведения о наличии у истца с 2014 года хронического заболевания «...»; на 16.05.2018 ... и 27.08.2018 (дата обращения с иском) ФИО1 также был здоров, в медицинских документах отсутствуют сведения о каких-либо вновь выявленных хронических заболеваниях; комиссией экспертов каких либо хронических заболеваний (<данные изъяты>), в том числе <данные изъяты> у истца не обнаружено. На 11.09.2016 и 16.05.2018 клинические признаки (симптомы), характерные для заболевания «...» у ФИО1 отсутствовали; химиопрофилактика <данные изъяты> назначена ФИО1 обоснованно, в полном объеме, в соответствии с требованиями действующих нормативных документов. Медицинская помощь после контакта с больными туберкулезом (обследование, профилактические мероприятия) оказана в полном объеме. Каких-либо повреждений, заболеваний и последствий таковых не выявлено, вред здоровью ФИО1 отсутствует.

Оснований не доверять выводам данного экспертного заключения у суда не имеется, сомнений у суда они не вызывают. Экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями в исследуемой области, имеющими высшую квалификационную категорию, значительный стаж работы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, о чем у них отобрана подписка.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что несмотря на нахождение истца в туб. контакте с осужденными, которым впоследствии установлен диагноз «...», оснований считать, что действия работников МСЧ-11 причинили истцу вред здоровью, либо нарушили его личные неимущественные права или посягали на принадлежащие ему другие нематериальные блага, у суда не имеется.

Как установлено судом, в период совместного содержания осужденных, диагноз «...» не был подтвержден, медицинская помощь истцу после контакта с больными туберкулезом оказана в полном объеме, химиопрофилактика назначена в соответствии с требованиями действующих нормативных документов, заболевания «...» у истца не обнаружено, каких-либо последствий применения химиопрофилактики не выявлено, вред здоровью истца экспертами не установлен.

Принимая во внимание, что диагноз «...» указанным выше осужденным был подтвержден уже после контакта с ФИО1, в силу приведенных нормативных положений, у медицинских работников МСЧ-11 не имелось достаточных оснований для их изоляции от других осужденных, проходивших лечение в медицинской части.

Доказательств, указывающих на наличие обстоятельств совершения в отношении ФИО1 противоправных действий (бездействий) со стороны медицинских работников, и что эти действия (бездействия) совершались умышленно либо по халатности, и в результате чего ему был причинен физический и моральный вред, истцом в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду не представлено.

Таким образом, поскольку со стороны медицинских работников МСЧ-11 по отношению к ФИО1 не были допущены действия (бездействия), приведшие к нарушению его личных неимущественных прав, либо причинивших ему физические и нравственные страдания, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда суд не усматривает.

При этом, сам факт того, что, по мнению истца, он подвергался риску заболевания, испытывал в связи с этим чувство страха, не указывает на виновные действия ответчика и не является основанием для компенсации морального вреда.

Ссылку истца в обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда на то, что он был лишен прогулок во время нахождения в медицинском изоляторе из-за отсутствия прогулочного дворика, суд признает несостоятельной, поскольку доказательств этому, отвечающих требованиям относимости и допустимости, истцом в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду не представлено, как не представлено и доказательств обращения к медицинским работникам, администрации исправительного учреждения относительно прогулок и соответственно необоснованных отказов в удовлетворении его заявлений при отсутствии противопоказаний для прогулок с учетом его состояния здоровья (как указывает истец в исковом заявлении, в медицинский изолятор он был переведен в связи с простудным заболеванием).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении требований ФИО1 к ФКУЗ «Медико-санитарная часть №11 ФСИН России», ФСИН России в лице УФСИН России по Республике Коми, Министерству финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба, – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Н.Н. Чаркова

...