31MS0063-01-2023-003540-04 №2-75/2026 (2-3338/2025)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 января 2026 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Михайловой Н.Ю.,

при секретаре судебного заседания Араповой М.А.,

с участием ответчика-истца ФИО1, ее представителя ФИО2, действующего на основании письменного ходатайства в порядке ст. 53 ГПК РФ,

в отсутствие представителя истца-ответчика – Банка ВТБ (ПАО), просившего о рассмотрении дела без его участия,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Банка ВТБ (публичное акционерное общество) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, встречному иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец-ответчик Банк ВТБ (ПАО) обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с ФИО1 в свою пользу задолженность по кредитному договору №№ от 29.03.2024 года по состоянию на 18.02.2025 года в размере 269776,15 руб., в том числе: 230912,06 руб. – основной долг, 37995,19 руб. – плановые проценты за пользование кредитом, 548,09 руб. – пени за несвоевременную уплату плановых процентов, 320,81 руб. – пени по просроченному долгу, расходы по оплате государственной пошлины в размере 9093 руб.

Требования обоснованы тем, что 29.03.2024 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк выдал ФИО1. кредит в сумме 237284 руб., на срок 60 месяцев, с условиями выплаты процентов из расчета 21% годовых, а ответчик обязалась возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом. Ответчик в нарушение условий кредитного договора, обязательства выполняет недобросовестно, неоднократно задолженность по кредиту выносилась на просрочку.

Ответчик-истец ФИО1 обратилась в суд со встречным исковым заявлением, в котором просила признать недействительным кредитный договор №, заключенный с банком ВТБ (ПАО), взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 30000 руб..

Требования обоснованы тем, что спорный кредитный договор ею с банком не заключался, ею не подписан, ее волеизъявление на заключение указанного кредитного договора отсутствовало. Кредитный договор на ее имя был оформлен неустановленным лицом, которое использовало ее паспортные данные. На момент заключения кредитного договора номер ее телефона, который был привязан к приложению Банка ВТБ (ПАО), был закрыт.

В судебное заседание представитель истца-ответчика не явился, просил рассмотреть дело без его участия. Представил письменные возражения на иск, в которых, в том числе, указал на отсутствие спора между сторонами, поскольку банком в добровольном прядке будет аннулирован спорный кредитный договор.

Ответчик-истец ФИО1, ее представитель ФИО2 иск не признали, встречный иск поддержали.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие представителя истца-ответчика.

Исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, встречный иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что 29.03.2024 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк выдал ФИО1. кредит в сумме 237284 руб., на срок 60 месяцев, с условиями выплаты процентов из расчета 21% годовых, а ответчик обязалась возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом, что подтверждается анкетой-заявлением ФИО1 на получение кредита в Банке ВТБ (ПАО), кредитным договором от 29.03.2024 года, индивидуальными условиями кредитного договора от 29.03.2024 года, которые подписаны простой электронной подписью истца.

Как следует из возражений представителя ответчика и заявления ФИО1 от 23.09.2020 года ранее истцом на основании ее заявления с банком ВТБ24 (ПАО) был заключен договор на предоставление комплексного банковского обслуживания в ВТБ24 (ПАО). При заключении данного договора, в том числе, истцу по его заявлению был предоставлен доступ в мобильное приложение ВТБ (Система «ВТБ-Онлайн), предоставлен УНК (уникальный номер клиента, который является логином для входа в ВТБ-Онлайн), и пароль (пароль поступает в виде смс на указанный номер телефона клиента).

29.03.2024 года через приложение «банка ВТБ», установленное на мобильный телефон истца стали поступать уведомления о списании денежных средств, в связи с чем истец, в этот же день, по указанному факту обратилась в банк и в полицию.

30.03.2024 года истец обратилась в банк с заявлением об изменении сведений, ранее представленных в Банк ВТБ (ПАО), указав в разделе контактная информация иной номер мобильного телефона, вместо ранее указанного.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что кредитный договор № от 29.03.2024 года с Банком ВТБ (ПАО) она не заключала.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же Кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 Постановления Пленума N 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 Постановления Пленума №25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Статьей 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Частью 6 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 г. N 1807-1 "О языках народов Российской Федерации" установлено, что алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы. Иные графические основы алфавитов государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик могут устанавливаться федеральными законами.

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры, услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6 статьи 7).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (часть 14 статьи 7).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. №2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации). Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 Гражданского кодекса Российской Федерации). Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац второй пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации), даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой.

Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона «Об электронной подписи» электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

В соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт ее формирования определенным лицом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

Таким образом, проставление электронной подписи в заявке на предоставление кредита и в актах банка, устанавливающих условия кредитования и тарифы, по смыслу приведенных норм расценивается как проставление собственноручной подписи.

В соответствии с ч. 7 ст. 14 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа), включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

Таким образом, при разрешении спора о действительности заключения и исполнения сделки, оформленной посредством электронной подписи, должно быть установлено, позволяет ли используемый способ обмена информацией достоверно определить выразившее волю лицо, произведена ли идентификация заемщика, а также то ли лицо, которое названо в качестве заемщика, выразило свою волю на заключение договора.

Судом установлено, что ранее, 23.09.2020 года между сторонами заключен договор о дистанционном банковском обслуживании, подписанный сторонами, путем акцепта клиентом оферты банка, которой являются Правила ДБО. Акцептом является подписание и передача подписанного клиентом экземпляра в Банк. Банк предоставляет клиенту доступ к Интернет-банку и мобильному банку. Информационное и операционное банковское обслуживание с использованием Интернет-банка и Мобильного банка. Клиент соглашается, что сформированная в соответствии с правилами ДБО электронная подпись является простой электронной подписью, которая удостоверяет факт формирования электронной подписи клиентом. Электронные документы, подписанные клиентом с использованием электронной подписи, считаются равными соответствующим документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью клиента, и порождают аналогичные права и обязанности.

Как следует из постановления дознавателя ОД УМВД России «Старооскольское» о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 19.04.2024 года по результатам рассмотрения заявления ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 1589 ч.1 УК РФ.

Данным постановлением установлено, что 29.03.2024 года в неустановленное время, неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, действуя путем обмана, на паспортные данные ФИО1, посредством сети Интернет, оформил потребительский займ № от 29.03.2024 года в ПАО «ВТБ Банк», похитив принадлежащие вышеуказанной организации денежные средства в размере 215000 руб.

Согласно ответу ПАО МТС №П-01-17/1-797256767149и от 23.04.2024 года договор по номеру телефона 7ХХХХХХ4589, с датой открытия 05.01.2015 года, закрыт 11.03.2024 года.

Таким образом, судом установлено, что спорный договор был заключен истцом с ответчиком дистанционно с использованием интернет-Банка/мобильного банка в электронной форме с использованием простой электронной подписи в порядке, предусмотренном Правилами дистанционного банковского обслуживания, к которым истец присоединился при подписании заявления на предоставление дистанционного банковского обслуживания 23.09.2020 года. Оспариваемое истцом списание денежных средств произведено не с номера мобильного устройства, принадлежащего истцу, а с использованием иного мобильного устройства, владельцев которого является неустановленное лицо, и далее произведено последовательное списание денежных средств.

То есть, банком нарушены требования Условий договора о дистанционном банковском обслуживании физических лиц, поскольку уведомления для совершения операций направлялись на доверенный номер телефона в отсутствие заявления клиента на изменение зарегистрированного номера, не прошедшего проверку банком.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи, однако, все действия по заключению кредитных договоров и переводу денежных средств со стороны потребителя совершены путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного Банком СМС-сообщением на номер телефона принадлежащий не ФИО1,. а иному лицу.

Волеизъявление истца на возникновение кредитных правоотношений по спорному договору отсутствовало, электронная подпись, являющаяся аналогом собственноручной подписи, выполнена не истцом. Истцом не выдавалось распоряжение банку на перевод денежных средств на не принадлежащие ей счета, она не изъявляла каким-либо возможным способом своей воли на заключение кредитного договора, не совершала юридически значимых действий на их заключение с Банком, отсутствовала ее воля на совершение тех операций, которые были выполнены. Займодавцем идентификация велась дистанционно, по сути, путем анкетирования. Кроме того, сообщение лишь персональных данных, которые могут иметься у стороннего лица, о полноценной идентификации заемщика не свидетельствует.

Кредитный договор, подписанный от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявления истца на возникновение кредитных правоотношений.

В соответствии с Положением Центрального банка РФ «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт» внутрибанковские правила в зависимости от особенностей деятельности кредитной организации должны содержать, в частности, систему управления рисками при осуществлении операций с использованием платежных карт, включая порядок оценки кредитного риска, а также предотвращения рисков при использовании кодов, паролей в качестве аналога собственноручной подписи, в том числе при обработке и фиксировании результатов проверки таких кодов, паролей (п.1.11).

Согласно пункту 2.10 названного Положения клиенты могут осуществлять операции с использованием платежной карты посредством кодов, паролей в рамках процедур их ввода, применяемых в качестве аналога собственноручной подписи, и установленных кредитными организациями в договорах с клиентами.

Из содержания вышеприведенных правовых норм следует, что банк несет риск ответственности за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами. Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

Операция по введению направленного Банком одноразового неперсонифицированного пароля была совершена не истцом, при этом доказательства того, что такие сведения были разглашены им в материалы дела не представлены.

Таким образом, ФИО1 не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, он заключен не истцом, вопреки ее воле и ее интересам, не повлек для нее положительного правового эффекта.

При заключении и исполнении кредитного договора банк обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг. Упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному приведенными выше положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.

Таким образом, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ достаточных доказательств, которые подтверждали бы факт заключения между сторонами договоров займа и факт передачи денежных средств истцу материалы дела не содержат.

Кроме того, из возражений банка следует, что банком в настоящее время принято положительное решение по претензии истца-ответчика. Однако, ввиду перехода на отечественное программное обеспечение и мигрирование кредитного договора, необходимо некоторое время для аннулирования кредитного договора, данный технический вопрос решается. Банком в добровольном порядке будет аннулирован спорный кредитный договор.

Учитывая изложенное, а также тот факт, что достоверных фактических данных о том, что истец в сети «Интернет» оформляла заявку и иные документы, составляющие спорный кредитный договор, а также тот факт, что спорный кредитный договор аннулирован, суд приходит к выводу о том, что в заключении спорной сделки ФИО1 как ее сторона в действительности не участвовала, сделка совершена при отсутствии ее волеизъявления, содержание сделки не соответствует ее воле, сумма займа истцом-ответчиком не получена, требования истца о признании кредитного договора недействительным, подлежат удовлетворению.

Если кредитный договор недействителен, правовые последствия по нему не возникают, за исключением тех, которые связаны с его недействительностью (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Учитывая, что денежные средства по кредитному договору истец-ответчик не получала, оснований для применения последствий сделки в виде возврата денежных средств не имеется.

В связи с указанными обстоятельствами требования Банка ВТБ (ПАО) о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору № от 29.03.2024 года подлежат отклонению.

В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК взысканию с истца-ответчика в бюджет Старооскольского городского округа подлежит государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Банка ВТБ (публичное акционерное общество) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, отказать.

Встречный иск ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, удовлетворить.

Признать кредитный договор № от 29.03.2024 года, заключенный между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, и Банком ВТБ (ПАО), недействительным.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в бюджет Старооскольского городского округа Белгородской области государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 02 февраля 2026 года.

Судья Н.Ю. Михайлова