Производство № 22-1330/2020 Дело № 1-2/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 16 июня 2020 года

Верховный Суд Республики Крым Российской Федерации в составе председательствующего судьи - Лебедь О.Д., 

при секретаре – ФИО7,

с участием прокурора – Аметовой Д.С.,

осужденных – ФИО1, ФИО2,

защитников осужденных – адвокатов Чеснокова К.И., Рудейчука В.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, по апелляционной жалобе осужденного ФИО2, по апелляционной жалобе адвоката Рудейчук Владимира Петровича, действующего в интересах осужденного ФИО2 на приговор Сакского районного суда Республики Крым от 17 марта 2020 года в отношении: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на дату инкриминируемого преступления ранее не судимого, гражданина Российской Федерации, осужденного ДД.ММ.ГГГГ Сакским районным судом Республики Крым по ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.1 ст. 286, ч.2 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде штрафа в сумме 100000 рублей, 

осужденного по ч.1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 1 года 6 месяцев ограничения свободы. Установлены ограничения в виде не выезжать за пределы территории муниципального образования городского округа Евпатории Республики Крым без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; не менять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, для регистрации один раз в месяц в дни, установленные специализированным государственным органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Освобожден от назначенного наказания на основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ, п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ вследствие истечения срока давности уголовного преследования.

Приговор Сакского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ год подлежит самостоятельному исполнению.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена по вступлении приговора в законную силу.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданина Российской Федерации, ранее не судимого, 

осужденного по ч.1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 1 года ограничения свободы. 

Установлены ограничения не выезжать за пределы территории муниципального образования городского округа Евпатории Республики Крым без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; не менять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, для регистрации один раз в месяц в дни, установленные специализированным государственным органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Освобожден от назначенного наказания на основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ вследствие истечения срока давности уголовного преследования.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по вступлении приговора в законную силу отменена. 

Решен вопрос с вещественными доказательствами.

Заслушав доклад судьи Лебедя О.Д. по доводам апелляционных жалоб, мнение участников судебного разбирательства по доводам апелляционных жалоб, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, ФИО2 приговором суда признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека..

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в 00 часов 05 минут в 

<

адрес> в отношении потерпевшей ФИО12, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал и суду пояснил, что правил дорожного движения не нарушал, пересекал перекресток на разрешающий сигнал светофора, а автомобиль «Скорой помощи» двигался на запрещающий сигнал светофора с включенным проблесковым маячком при отсутствии специального звукового сигнала. Полагает, что у него отсутствовала техническая возможность избежать столкновения.

В судебном заседании ФИО2 вину не признал, пояснил, что управлял скорой помощью с включенным проблесковым маячком и специальным звуковым сигналом. Второй автомобиль двигался с превышением скорости, в связи с чем полагает, что причиной дорожно – транспортного происшествия стало нарушение ФИО1 скоростного режима при проезде перекрестка и несоблюдение правил дорожного движения относительно пропуска спецтранспорта. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе.

Свои доводы осужденный ФИО1 мотивирует тем обстоятельством, что приговор суда является незаконным и подлежащим отмене. Полагает, что суд первой инстанции не предоставил стороне защиты возможность в полной мере реализовать предоставленные им права, заняв сторону обвинения, лишив конституционного права на защиту своих интересов. Судом проигнорирован тот факт, что ФИО1 на стадии предварительного следствия не имел возможности предоставить каких – либо доказательств своей невиновности, поскольку его статус свидетеля был изменен на обвиняемого за несколько дней до окончания предварительного следствия и направления уголовного дела прокурору. Со всеми постановлениями о назначении экспертиз, а также с заключениями экспертиз он и защитник были ознакомлены в один день с ознакомлением с материалами уголовного дела. Все заявленные ходатайства в дальнейшем были отклонены, в том числе и судом, по надуманным основаниям. Полагает, что указанное обстоятельство свидетельствует о том, что стороны были неравноправны в указанном процессе, а адвокаты были лишены возможности в полной мере оказать ему квалифицированную юридическую помощь. По мнению осужденного ФИО1, судом первой инстанции были нарушены принципы презумпции невиновности и состязательности сторон. Кроме того, по мнению осужденного, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе предварительного и судебного следствия. 

Полагает, что оптический диск с видеозаписью дорожно – транспортного происшествия является недопустимым доказательством, поскольку получен с нарушением действующего законодательства, в том числе закона об оперативно – розыскной деятельности. Не совпадает дата создания файла, дата его передачи органу следствия и дата проведения следственных действий с указанным диском. Рапорт об обнаружении признаков преступления не соответствует требованиям п. 16 Инструкции, поскольку не содержит информацию о времени, месте и обстоятельствах получения прилагаемых к нему документов и иных объектов, полученных при проведении ОРМ. По мнению осужденного ФИО1, материалы дела свидетельствуют о фальсификации материалов оперативно – розыскной деятельности со стороны оперативных работников отдела в 

<

адрес> ФСБ России по Республике Крым и 

<

адрес>. Также полагает, что действия оперуполномоченного, связанные с обнаружением и получением видеозаписи ДТП, не является оперативно – розыскным мероприятием «наведение справок», а фактически по своему порядку является осмотром, который должен был проводиться следователем в порядке, предусмотренном ст. ст. 176-177 УПК РФ. Стороне защиты отказали в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы с целью определения подлинности видеозаписи. Вместе с тем, суд безосновательно положил в основу приговора скорость о движении автомобилей, измеренные по видеозаписи, скачанной с Ютюба. При этом, в одной экспертизе скорость движения автомобиля под управлением Юхневича определена как 110 км\ч, экспертиза проводилась по видеозаписи, скачанной с Ютюба по результатам ОРМ. Согласно указанной экспертизе в предоставленной видеозаписи имеются пропущенные и повторяющиеся кадры, а сама видеозапись имеет нестандартную кадровую частоту записи. По другому заключению экспертизы скорость составила 103, 7 км/ч, при этом экспертиза проводилась по видеозаписи, предоставленной интернет – провайдером. Как установлено материалами служебной проверки, на файл с видеозаписью, полученной в результате ОРМ (скачанный с Ютюба) воздействовал вирус, в связи с чем была изменена дата создания файла на компьютере и съемных носителях, что, по мнению Юхневича, могло повлечь за собой и изменение самой видеозаписи. Полагает, что указанная видеозапись с учетом установленных обстоятельств не может являться подлинной, позволяющей проводить по ней какие – либо исследования и измерения. Обращает внимание, что в материалах дела отсутствуют сведения о передаче вместе с материалами уголовного дела оптического диска с подлинной видеозаписью, хотя свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что диск с видеозаписью вместе с материалами административного расследования был направлен по подследствености в СО по 

<

адрес>. Также полагает, что установленная скорость машины «скорой помощи» не соответствует действительности. Полагает, что установление настоящей скорости приближения «скорой помощи» к перекрестку даст возможность установить реальный момент обнаружения водителями друг друга, то есть момент возникновения опасности. Обращает внимание, что в следственном эксперименте от ДД.ММ.ГГГГ следователем допущены существенные ошибки в расчетах, которые ставят под сомнение обоснованность выводов, изложенных в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ относительно наличия у Юхневича технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем скорой помощи. Также не согласен с установлением степени тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшей ФИО12, поскольку в материалах дела имеется три противоречащих друг другу заключения судебно – медицинских экспертов, определяющих степень тяжести повреждений, полученных потерпевшей в ходе ДТП. Первоначальная экспертиза установила причинение средней тяжести вреда здоровью, вторая экспертиза установила причинение тяжкого вреда здоровью. Комиссионная судебно – медицинская экспертиза также установила причинение тяжкого вреда здоровью, однако Юхневич полагает, что указанная экспертиза была проведена с нарушением требований уголовно – процессуального закона и ФЗ «О государственной судебно –экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку комиссией экспертов не проводилось какого либо исследования предоставленных им объектов и материалов дела, поскольку фактически на экспертизу было предоставлено лишь постановление о назначении экспертизы и заверенная копия заключения эксперта №, которая не может являться допустимым доказательством, так как проведена в соответствии с требованиями законодательства по делам об административных правонарушениях. При этом, ни в одном из предоставленных медицинских документов, а также в исследовательской части указанной экспертизы не имеется ссылки на телесные повреждения, которые в дальнейшем определены как причинивший тяжкий вред здоровью. Также полагает, что правила дорожного движения нарушены были также и потерпевшей ФИО12, которая не была пристегнута ремнем безопасности, что находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде получения потерпевшей травмы грудной клетки. В связи с чем полагает, что в действиях ФИО2 также имеется нарушение п.3.1 ПДД, который ему следствием не вменяется, хотя нарушение именно этого пункта ПДД привело к столь тяжким последствиям. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор. 

Указывает, что предварительное следствие было предвзятым и неполным. Из предъявленного обвинения не усматривается, в чем конкретно его обвиняют, какие конкретные действия он должен был выполнить и не выполнил, вследствие чего произошло ДТП. Указывает, что он действовал в соответствии с требованиями ПДД, подъезжая к перекрестку, убедился, что находящиеся в его поле зрения автомобили уступают ему дорогу, затем стал осуществлять движение через перекресток. При выезде на перекресток внезапно, по встречной полосе движения появился автомобиль, объезжающий пропускавший его автомобиль на очень высокой скорости. Столкновение произошло по касательной, поскольку он успел вовремя среагировать, что помогло минимизировать последствия ДТП. Полагает, что его показания не были проверены надлежащим образом. При проведении следственного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ с его участием, а также с участием гр. ФИО24, который заявлял о том, что это он, а не Юхневич находился за рулем, осуществлялись замеры расстояния, на котором он мог обнаружить следовавший наперерез автомобиль. При этом использовался автомобиль белого, а не черного цвета, что имело значение в условиях темного времени суток. Также полагает, что в судебно – технической экспертизе надлежащим образом не исследован вопрос о технической возможности избежать столкновения со стороны ФИО2. При этом эксперт сделал необоснованный вывод о нарушении им п. 3.1 ПДД РФ, однако не указано, какие именно действия он должен был выполнить и не выполнил. Также обращает внимание, что суд первой инстанции продемонстрировал свою предвзятость и односторонность, отказав в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты, направленных на восполнение неполноты предварительного следствия. Полагает, что виновником ДТП является Юхневич, который грубо нарушил правила дорожного движения.

В апелляционной жалобе адвокат Рудейчук В.П., действующий в интересах осужденного ФИО2, просит приговор суда отменить, вынести по делу оправдательный приговор.

Свои доводы адвокат мотивирует тем обстоятельством, что приговор суда является незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Полагает, что судом первой инстанции нарушен принцип состязательности сторон, поскольку судебное разбирательство проводилось в предвзятом и одностороннем порядке. Выводы суда построены на непроверенных надлежащим образом, неполных и противоречивых фактических данных. Выводы о наличии у потерпевшей ФИО12 телесных повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, основаны на заключении комиссионной судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в то же время в материалах дела имеется заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым установленные у потерпевшей телесные повреждения квалифицированы как причинившие средней тяжести вред здоровью. Из показаний допрошенных в судебном заседании судмедэкспертов Гумашян и Дядюра следует, что порученную им экспертизу они проводили по материалам экспертизы и истории стационарного больного, которая также исследовалась предыдущим экспертом. При этом, как в материалах экспертизы, так и в истории болезни отсутствует сведения о телесных повреждениях, которые в дальнейшем квалифицированы как тяжкий вред здоровью. При этом эксперты указали, что указанный вывод они сделали на основании наличия совокупности телесных повреждений. Полагает, что заключение экспертов в данной части было построено на предположениях экспертов, поскольку потерпевшая ни суду ни следствию не сообщала о наличии у неё вышеуказанного телесного повреждения. По мнению стороны защиты, суд первой инстанции безосновательно отклонил ходатайство стороны защиты о проведении повторной комиссионной судебно – медицинской экспертизы для устранения выявленных существенных противоречий в представленных суду доказательствах. Также указывает, что выводы суда о виновности ФИО2 основаны на непроверенных данных и предположениях. Суд безосновательно в основу приговора положил заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, для проведения которой были использованы исходные данные, полученные в результате проведения следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, при проведении следственного эксперимента вторым автомобилем управлял не Юхневич, как указано в приговоре, а ФИО3, который на тот момент утверждал, что именно он был за рулем второго автомобиля. Также в следственном эксперименте использовался автомобиль другого цвета, а именно белый вместо черного, что могло существенно отразиться на результатах полученных сведений. Также указывает, что делая вывод о возможности ФИО2 предотвратить ДТП, эксперт основывался лишь на предположениях о нарушении ФИО2 п.3.1 ПДД РФ, не указав при этом каких – либо сведений о том каким образом в сложившейся дорожной ситуации должен был действовать водитель, какие конкретно действия обязан был выполнить, но не выполнил, какие из этих действий были неверными и находятся в причинно – следственной связи с наступившим ДТП. Полагает, что суд первой инстанции безосновательно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебно – автотехнической экспертизы. По мнению адвоката, предъявленное обвинение также является непонятным и неполным, поскольку в нем отсутствуют сведения о том, в чем конкретно проявилась его самонадеянность при проезде перекрестка, что лишает ФИО2 надлежащим образом осуществлять свое право на защиту. 

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1, государственный обвинитель ФИО15, просит апелляционную жалобу осужденного ФИО1 оставить без удволетворения, приговор Сакского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ без изменений.

Свои возражения прокурор мотивирует тем обстоятельством, что доводы апеллянта о нарушении судом принципа состязательности сторон, предвзятом и одностороннем судебном разбирательстве, являются необоснованными и голословными. Совершение ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ в полном объеме доказана собранными по делу доказательствами, которые были исследованы судом первой инстанции и обоснованно признаны относимыми и допустимыми. Оснований для признания доказательств недопустимыми, о чем просит осужденный ФИО1, не имеется.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и его защитника адвоката Рудейчука В.П., государственный обвинитель ФИО15, просит апелляционные жалобы осужденного и его защитника оставить без удовлетворения, приговор суда без изменений.

Свои возражения прокурор мотивирует тем обстоятельством, что вопреки доводам указанных лиц, в ходе судебного разбирательства по делу судом первой инстанции не допущено нарушения требований ст. 15 УПК РФ. Каждая из сторон не была ограничена в правах, предусмотренных УПК РФ, право на защиту также не было нарушено. Доводы осужденного и его защитника о том, что ФИО2 действовал в соответствии с требованиями ПДД РФ и не имел возможности избежать дорожно – транспортного происшествия, проверялись в судебном заседании и опровергаются исследованными материалами уголовного дела. Оснований для признания недопустимыми доказательств не имеется. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу. 

Согласно статьи 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно – процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Материалами уголовного дела установлено, что судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне, с соблюдением требований норм УПК РФ.

Выводы суда о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ, а именно в нарушении лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, основаны на доказательствах, имеющихся в материалах уголовного дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании. Обстоятельства совершенного преступления установлены с достаточной полнотой, в соответствии с добытыми доказательствами, которые судом проверены и надлежащим образом оценены.

Так, вина осужденных ФИО1 и ФИО2 подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшей ФИО12, которая в судебном заседании пояснила, что будучи врачом в составе бригады «Скорой помощи» транспортировала больного из 

<

адрес> в медицинское учреждение 

<

адрес>. В пути следования автомобиль скорой медицинской помощи попал в дорожно – транспортное происшествие, после чего она потеряла сознание. В дальнейшем была госпитализирована в медицинское учреждение, где проходила длительное лечение. Указала, что претензий материального характера к Юхневичу и ФИО2 не имеет;

- показаниями свидетеля ФИО16, которая в судебном заседании пояснила, что являлась медсестрой, в составе бригады скорой медицинской помощи выехала на вызов в 

<

адрес>, откуда транспортировали больного в медицинское учреждение 

<

адрес>. В пути следования находилась в салоне автомобиля и оказывала помощь больному. В пути следования автомобиль попал в дорожно – транспортное происшествие, о чем она сообщила в диспетчерскую службу и вызвала бригаду «скорой помощи». Потерпевшую госпитализировали в медицинское учреждение;

- показаниями свидетеля ФИО17О., который в судебном заседании пояснил, что его транспортировали на машине скорой медицинской помощи с места проживания в 

<

адрес> в медицинское учреждение в 

<

адрес>. Затем машина попала в дорожно – транспортное происшествие. С места ДТП на другом автомобиле скорой помощи был доставлен в медицинское учреждение. Подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, однако настаивал, что проблесковые маяки и звуковой сигнал на автомобиле скорой медицинской помощи были включены;

- показаниями свидетеля ФИО18, которая в судебном заседании пояснила, что её супруга в связи с ухудшением состояния здоровья на автомобиле скорой медицинской помощи транспортировали в медицинское учреждение. На автомобиле скорой медицинской помощи был включен звуковой сигнал, а также проблесковые маяки. В пути следования произошло дорожно – транспортное происшествие. После ДТП она, её супруг и фельдшер были транспортированы на другом автомобиле скорой помощи в медицинское учреждение;

- показаниями свидетеля Бут – ФИО19, который в судебном заседании пояснил, что управляя автомобилем, остановился на перекрестке и пропустил автомобиль скорой медицинской помощи, которая двигалась с проблесковыми маячками, был ли включен звуковой сигнал, он не знает, так как в салоне автомобиля громко играла музыка. Видел, как его автомобиль обогнал другой автомобиль, который ударившись в правую переднюю часть автомобиля скорой помощи, продолжил движение и врезался в забор. По ходу его движения, а также по ходу движения второго автомобиля, каких – либо объектов, ограничивающих обзорность указанного перекрестка, не имелось; 

- показаниями свидетеля ФИО20, который в судебном заседании пояснил, что он являлся начальником ФИО21, который по телефону ему сообщил о произошедшем дорожно – транспортом происшествии. На месте Юхневич ему сообщил, что за рулем его автомобиля был ФИО3. В дальнейшем, поскольку было установлено, что потерпевшей причинен тяжкий вред здоровью, а за рулем транспортного средства был Юхневич, производство по делам об административных правонарушениях было прекращено с направлением материалов для производства предварительного расследования;

- показаниями свидетеля ФИО22, который в судебном заседании пояснил, что как инспектор ДПС выезжал на место ДТП. Им составлялась схема места ДТП в присутствии двух понятых, а также участников ДТП. От указанных лиц замечаний по сути составления схемы места ДТП не поступило. На месте ДТП отсутствовали какие – либо объекты, ограничивающие обзорность указанного перекрестка по ходу движения по 

<

адрес>;

- показаниями свидетеля ФИО23, который в судебном заседании пояснил, что он, являясь инспектором ДПС, выезжал на место дорожно – транспортного происшествия. С Юхневич на мете ДТП не общался. Второй инспектор составил схему ДТП, кроме того были опрошены очевидцы ДТП;

- показаниями свидетеля ФИО14, который в судебном заседании пояснил, что в его производстве находился материал административного расследования по дорожно – транспортному происшествию, имевшему место на перекрестке улиц Интернациональной и 

<

адрес> в 

<

адрес>. Выезжал на место ДТП, где находился Юхневич и который пояснил, что за рулем автомобиля находился его родственник ФИО24 Со слов второго участника ДТП ему стало известно, что тот является водителем скорой медицинской помощи и транспортировал больного в больницу, когда произошло ДТП. Осуществляя административное производство, назначил ряд экспертиз. Все полученные в ходе производства по данному делу об административном правонарушении сведения и данные направлены в полном объеме органу предварительного расследования;

- просмотренной и исследованной в судебном заседании видеозаписью, на которой зафиксирован механизм развития дорожно – транспортного происшествия с участием водителей ФИО1 и ФИО2;

- протоколом осмотра места дорожно – транспортного происшествия и схемой к данному протоколу от ДД.ММ.ГГГГ, в которых зафиксировано место дорожно – транспортного происшествия при искусственном освещении при пересечении улиц Интернациональной и 

<

адрес> в 

<

адрес>. Замечаний от участников осмотра места происшествия не поступило ( т. 2 л.д. 16-31, 32);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с таблицей иллюстраций, проведенного с участием понятых, специалиста, ФИО24, ФИО1, с проведением осмотра автомобиля «Volkswagen Multivan», в котором зафиксировано состояние и повреждения указанного автомобиля ( т. 2 л.д. 33-39);

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которых были установлены на местности ряд расстояний, в том числе торгового центра до ближайшей границы 

<

адрес> в 

<

адрес>, между дорожными знаками «Пешеходный переход», между дорожным знаком «главная дорога» и столбом, на котором установлен светофор, а также произведены измерения линии дорожной разметки «зебра» ( т.2 л.д. 74-79, т. 4 л.д. 74-81, 82-89);

- заключением судебной видеотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которой скорость движения автомобиля «Volkswagen Multivan» перед дорожно – транспортным происшествием составляет 110 км/ч, скорость движения автомобиля «Луидор 2250» перед дорожно – транспортным происшествием составляет 41 км/ч ( т. 4 л.д. 99-104);

- заключением судебной автотехнической экспертизы по исследованию состояния транспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которой до дорожно – транспортного происшествия тормозная система и ходовая часть автомобиля «Volkswagen Multivan» находилась в технически работоспособном состоянии, что позволяло водителю осуществлять движение по намеченной траектории, эффективно снижать скорость вплоть до остановки и не имели внезапно проявляющихся неисправностей, обуславливающих отказ данных систем ( т.4 л.д. 133-140);

- протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого с участием ФИО2 и ФИО1 на месте происшествия экспертным путем было установлено расстояние обнаружения водителями друг друга до места столкновения, которое для автомобиля «Луидор» составило 25,6 м., а для водителя автомобиля «Volkswagen Multivan» составило 68,6 м. ( т. 4 л.д. 184-222);

- выводами судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которых в сложившейся дорожной ситуации действия водителя автомобиля «Volkswagen Multivan» ФИО1, не соответствовали требованиям п.п. 3.2, 10.1 ч.2 и 10.2 ПДД РФ, а действия водителя автомобиля «Луидро 2250» ФИО2, которые не отвечали требованиям п.3.1 ПДД РФ. Действия обоих водителей Юхневича и ФИО2 с технической точки зрения находятся в причинной связи с возникновением дорожно – транспортного происшествия ( т. 4 л.д. 234-240);

- выводами комиссионной судебно – медицинской экспертизы № (д) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой закрытая травма грудной клетки в виде множественных двухсторонних переломов ребер: 4, 6, 7 ребер слева по передне – подмышечной линии, 6,7 ребер справа по средне – подмышечной линии, фрагментарных переломов 2,3,4 ребер справа по двум (на участках между околопозвоночной, лопаточной и передне – подмышечной) анатомическим линиям со смещением костных фрагментов и образованием подвижного участка грудной стенки по типу «реберного клапана» и правостороннего малого гидроторакса, эмфиземы мягких тканей правой половины грудной клетки, ушиба легких – по квалифицирующему признаку опасности для жизни расцениваются согласно п. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом №н от ДД.ММ.ГГГГ Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации, как причинившие тяжкий вред здоровью (т. 4 л.д. 24-35);

- показаниями эксперта ФИО25, который в судебном заседании подтвердил вывода экспертизы и суду пояснил, что тяжкий вред здоровью потерпевшей ФИО12 определен в связи с наличием множественных переломов ребер и в связи с образованием подвижного участка грудной стенки по типу «реберного клапана, то есть телесных повреждений влекущих за собой тяжкий вред здоровью по критерию опасности для жизни в момент их причинения, что не влечет за собой в обязательном порядке фактическое нахождение потерпевшей в опасном для жизни состоянии в период нахождения её в медицинском стационаре, на данные выводы о тяжком вреде здоровью не влияет проведенная тактика последующего лечения больной;

- показаниями эксперта ФИО26, который в судебном заседании в полном объеме подтвердил выводы указанной экспертизы, указав, что данной экспертизой было установлено причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО12 вследствие причинения ей телесных повреждений в результате дорожно – транспортного происшествия;

Правильно и с достаточной полнотой исследовав и установив фактические обстоятельства дела на основе добытых доказательств и в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ, суд, вопреки доводам осужденных, а также адвоката Рудейчука В.П., проверил все доказательства в соответствии с правилами ст. 87 УПК РФ путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, полностью исследовал и оценил их, в том числе дав оценку имеющимся заключениям экспертиз.

Всем доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, в том числе и показаниям свидетелей, допрошенных по ходатайству стороны защиты. 

Суд правильно указал, что в основу вывода о виновности ФИО1 и ФИО2 суд положил осмотры места происшествия, дополнительные осмотры места происшествия, следственный эксперимент, заключение судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, которые установили место ДТП, механизм ДТП, а также факт нарушения правил дорожного движения Российской Федерации как ФИО1, так и ФИО2, заключение судебно – медицинской экспертизы и другие, исследованные относимые и допустимые доказательства, и пришел к обоснованному выводу о том, что данные доказательства последовательны, соответствуют друг другу. Совокупность исследованных доказательств, вопреки доводам апелляционных жалоб, правильно и объективно устанавливают обстоятельства преступления.

Доводы осужденных, а также адвоката Рудейчука, изложенные в апелляционных жалобах, аналогичны позиции стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции. Они проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобах и в ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.

Оснований для признания оптического диска с видео – записью дорожно – транспортного происшествия недопустимым доказательством не имеется, поскольку указанная видеозапись получена органом, осуществляющим оперативно – розыскную деятельность и в результате проведения оперативно – розыскного мероприятия «наведение справок», что отвечает требованиям Федерального закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно – розыскной деятельности», признан и приобщен в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст. ст. 81, 82, 84, 86 УПК РФ. Вопреки доводам осужденного Юхневича, все составленные по результатам оперативно – розыскного мероприятия документы отвечают требованиям, которые предъявляются к доказательствам уголовно – процессуальным законодательством. 

Как обоснованно установлено судом первой инстанции, изменение дат на диске связано не с нарушением порядка получения и закрепления указанного доказательства, а со сбоем программного обеспечения технического средства, с помощью которого были перенесены сведения на носитель. Таким образом, указанные обстоятельства не свидетельствуют о недостоверности содержания самой видеозаписи, зафиксировавший механизм развития и обстоятельства ДТП с участием водителей ФИО1 и ФИО2. Доводы стороны защиты о том, что указанный программный сбой мог повлиять на саму видеозапись дорожно – транспортного происшествия, что в свою очередь могло повлиять и на установление скорости движения автомобилей по указанной видеозаписи, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку не основаны ни на законе, ни на материалах дела, а фактически является лишь предположением стороны защиты.

Таким образом, доводы стороны защиты об искаженных данных, которые впоследствии были предоставлены эксперту и положены в основу видеотехнической и автотехнической экспертизы, о нарушениях при проведении следственного эксперимента, о недопустимости указанных доказательств, судом первой инстанции проверялись и мотивированно отвергнуты.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами и также расценивает их как несостоятельные.

Следственный эксперимент с участием Юхневича и ФИО2 полностью соответствовал целям, задачам и условиям, перечисленным в ст. 181 УПК РФ. В ходе указанного следственного эксперимента установлено расстояние, с которого оба водителя имели возможность обнаружить друг друга до места столкновения, то есть определен момент возникновения опасности. Эти данные были переданы эксперту, который проводил судебную автотехническую экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Судом первой инстанции проверялись доводы ФИО2 о том, что цвет автомобиля, используемого в следственном эксперименте, а именно вместо черного автомобиля использовался автомобиль белого цвета, повлиял на результаты данных, полученных в результате следственного эксперимента, и обоснованно отвергнуты как несостоятельные. Как обоснованно установлено судом первой инстанции, цвет автомобиля не может быть признан таким, который существенно повлиял на полученные в результате следственного эксперимента исходные данные, поскольку из материалов уголовного дела и обстоятельств, установленных в судебном заседании следует, что место происшествия имело хорошее освещение как за счет городской сети электрического освещения, так и за счет световых рекламных и праздничных конструкций, каких – либо препятствий для обзора указанных проезжих частей не имелось. 

Кроме того, эксперту для исследования были предоставлены и другие данные, то есть вся совокупность данных, собранная и предоставленная стороной обвинения, в том числе и данные следственного эксперимента.

По мнению суда апелляционной инстанции, вопреки доводам стороны защиты, заключение судебной видеотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, комиссионной судебно – медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ являются объективными и допустимыми доказательствами, и были оценены судом первой инстанции в совокупности с другими доказательствами по делу. 

Указанные экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, сомнений в компетентности экспертов, проводивших указанные экспертизы, суду не предоставлено и не установлено.

Свои выводы эксперты обосновали объективными исходными данными материалов уголовного дела, специальными познаниями в области своих экспертных специализаций, специальной и методической литературой. Каких – либо противоречий, предположений, допущений и альтернативных выводов в указанных заключениях экспертов не содержится.

Кроме того, выводы комиссионной судебно – медицинской экспертизы подтвердили допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО25 и ФИО26, указав, что тяжесть причиненного вреда здоровью определена экспертной комиссией по результатам проведения указанной экспертизы на основании данных, содержащихся в предоставленных документах, а также на результатах рентгенологического и компьютерно – томографического исследований. При этом эксперт пояснил, что документов, предоставленных в распоряжение экспертов было достаточно для выводов указанной судебно – медицинской экспертизы.

Таким образом, каких – либо оснований для признания данных доказательств недопустимым не имеется. 

Указание стороной защиты о допущенных нарушениях потерпевшей ФИО4 правил дорожного движения, которая не была пристегнута ремнем безопасности, а ФИО2 не было вменено указанное нарушение ПДД РФ, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Вопреки доводам осужденного ФИО1, а также доводам осужденного ФИО2 и его защитника, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что как у ФИО2, так и у ФИО1 была техническая возможность предотвратить столкновение указанных автомобилей при соблюдение мер, связанных с обеспечением безопасности дорожного движения. Как действия ФИО1, так и действия ФИО2 не соответствовали правилам дорожного движения, так в действиях ФИО1 установлено нарушение п.п. 3.2, 10.1, 10.2 ПДД РФ, а в действиях ФИО2 нарушение п. 3.1 ПДД РФ. Указанные нарушения с технической точки зрения находятся в причинной связи с возникновением дорожно – транспортного происшествия, что подтверждается выводами судебной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. 

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы осужденных, а также адвоката Рудейчук о нарушении принципа состязательности сторон, поскольку таких данных материалы уголовного дела не содержат, в судебном заседании суд первой инстанции рассмотрел все доводы осужденных и их защитников, и дал надлежащую оценку всем доводам осужденных с учетом позиции, занятой осужденными в целом. При этом, судом первой инстанции были допрошены свидетели стороны защиты, показаниям которых также судом первой инстанции дана надлежащая оценка. Несогласие с принятыми в ходе судебного следствия решениями по заявленным стороной защиты ходатайствам не свидетельствует о незаконности постановленных судом решений. 

Доводы адвоката Рудейчук В.П., а также осужденных ФИО1 и ФИО2 основаны на иной оценке доказательств, чем та, которая была дана судом первой инстанции. Вместе с тем, суд апелляционной соглашается с оценкой доказательств, данных судом первой инстанции, поскольку указанная оценка доказательств является надлежащей и проведенной в соответствии с законом.

Все имеющиеся противоречия в показаниях свидетелей были устранены, каких – либо предположений, домыслов и допущений в приговоре не содержится. При таких обстоятельствах, вопреки доводам стороны защиты, обвинительный приговор в полной мере соответствует требованиям ст. 302 и ст. 307 УПК РФ.

Судом первой инстанции предоставленными доказательствами в полном объеме установлен механизм развития ДТП и обстоятельства столкновения транспортных средств под управлением ФИО1 и ФИО2, в результате которого потерпевшей ФИО12 причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления. 

Выдвинутая осужденными и их защитниками версия о невиновности Юхневича и ФИО2 в инкриминируемом им преступлении, тщательно проверялась судом и не нашла своего подтверждения по мотивам, изложенным в приговоре, не согласиться с которым оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Квалификация действий осужденного ФИО1 по ч.1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, является верной.

Квалификация действий осужденного ФИО2 по ч.1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, является верной. 

Согласно ч.1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего кодекса, и с учетом положений Общей части настоящего Кодекса.

Наказание осужденному ФИО1, а также осужденному ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных об их личности, отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, и с учетом обстоятельств, смягчающих наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание в отношении ФИО1, суд обоснованно признал наличие двоих малолетних детей, его состояние здоровья, который страдает рядом тяжелых заболеваний.

Обстоятельствами, смягчающими наказание в отношении ФИО2 суд обоснованно признал наличие малолетнего и несовершеннолетнего ребенка, оказание медицинской и иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Положения ст. 78 ч.1 п. «а» УК РФ, ст. 24 ч.1 п.3 УПК РФ применены верно, поскольку на момент постановления приговора истекли сроки привлечения к уголовной ответственности, так как преступление было совершено ДД.ММ.ГГГГ, является преступлением небольшой тяжести, в ходе судебного следствия ФИО1 и ФИО2 возражали против прекращения уголовного преследования, в связи с чем был постановлен приговор и назначено наказание. От назначенного наказания осужденные были освобождены вследствие истечения срока давности уголовного преследования.

Нарушений норм уголовно – процессуального закона, влекущих отмену приговора по делу не имеется.

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд,

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Сакского районного суда Республики Крым от 17 марта 2020 года в отношении ФИО1, ФИО2 - оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, осужденного ФИО2, адвоката Рудейчука Владимира Петровича, действующего в интересах осужденного ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации. 

Председательствующий: