Дело №10-54/2018

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Тамбов 17 октября 2018 г.

Октябрьский районный суд г.Тамбова в составе председательствующего судьи Фролова С.А.,

с участием государственного обвинителя –старшего помощника прокурора октябрьского района г.Тамбова ФИО1,

потерпевшего ФИО3, 

осужденного ФИО2, 

защитника Сафоновой С.А., представившей удостоверение №443 от 28.12.2005 и ордер № Ф-067630 от 07.09.2018, защитника Пачина А.В., предоставившего удостоверение №177 от 18.10.2002 и ордер №Ф-068187 от 14.09.2018,

при секретаре Тимошенко В.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке апелляционную жалобу защитника Федорченко Д.С. в интересах осужденного ФИО2 и апелляционное представление заместителя прокурора Октябрьского района г.Тамбова Барановой Ю.В. на приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20 июня 2018 года, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес>, гражданин РФ, разведенный, детей не имеющий, со средним специальным образованием, являющийся инвалидом 1-й группы, не судимый,

осужден по ч.1 ст.112 УК РФ к одному году ограничения свободы (с установлением следующих ограничений и обязанностей: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации в дни, определенные указанным органом; не выезжать за пределы муниципального образования город Тамбов); от назначенного наказания указанным приговором освобожден на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело в отношении него прекращено,

У С Т А Н О В И Л:

приговором мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20.06.2018 ФИО2 осужден по ч.1 ст.112 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на один год, от которого он тем же приговором освобожден на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело в отношении него прекращено.

Не согласившись с указанным приговором, заместитель прокурора Октябрьского района г.Тамбова обратился в Октябрьский районный суд г.Тамбова с апелляционным представлением, а защитник Федорченко Д.С., действующий в интересах осужденного ФИО2, - с апелляционной жалобой.

В апелляционном представлении заместителем прокурора указывается, что приговор подлежит изменению ввиду неправильного применения уголовного закона. На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истек срок два года. Вместе с тем, прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст.78 УК РФ, не допускается. Подсудимому ФИО2 разъяснялось право на прекращение уголовного дела на основании Постановления ГД РФ от 24.04.2015 №6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» и в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, однако ФИО2 против прекращения уголовного дела по указанным обстоятельствам возражал. Таким образом, правильно применив положения ч.1 ст.78 УК РФ, мировой судья ошибочно указал в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора на прекращение уголовного дела, поскольку прекращение уголовного дела ввиду истечения сроков давности в данном случае невозможно, в связи с тем, что против прекращения дела по данному основанию ФИО2 возражал.

В апелляционной жалобе защитник Федорченко Д.С., действуя в интересах осужденного ФИО2, указывает, что не согласен с приговором, считая его незаконным, необоснованным и принятым с существенными нарушениями уголовного и уголовно процессуального закона.

По мнению защитника, в связи с тем, что потерпевший Потерпевший №1 первым начал наносить удары подсудимому ФИО2, то есть применил в отношении последнего насильственные действия, а ФИО2, в силу состояния здоровья (практически полная слепота), а также неожиданности и внезапности нанесенного удара был лишен возможности объективно оценить степень и характер опасности нападения со стороны ФИО4, действия осужденного ФИО2 следует расценивать как действия в состоянии необходимой обороны, что в силу ст. 37 УПК РФ исключает преступность деяния.

Также защитник считает протокол дополнительного допроса подозреваемого от 08.05.2014; протокол дополнительного допроса подозреваемого от 11.06.2014; протокол проверки показаний на месте от 11.06.2014 недопустимыми доказательствами, подлежащими исключению из доказательств по уголовному делу. Указанные процессуальные документы ФИО2 прочитаны не были, поскольку после проведенной операции он практически ничего не видел и самостоятельно прочитать процессуальные документы не мог. Вместе с тем, протоколы дополнительных допросов подозреваемого от 08.05.2014 и от 11.06.2014, а также протокол проверки показаний на месте от 11.06.2014 содержат указание на их личное прочтение подозреваемым ФИО2, что не соответствует действительности, а сами записи о личном прочтении в протоколах выполнены не ФИО2, а иным лицом.

Обвинительный акт по настоящему уголовному делу, по мнению защитника, изложенному в апелляционной жалобе, следует признать не соответствующим требованиям уголовного - процессуального закона, поскольку по состоянию на 17.06.2014 ФИО2 по состоянию здоровья не мог самостоятельно прочесть указанный процессуальный документ, а в нем содержатся недостоверные сведения о его прочтении лично обвиняемым. Запись о личном прочтении ФИО2 обвинительного акта, содержащаяся в указанном документе, выполнена не ФИО2, а иным лицом.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель считает ее доводы необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В судебном заседании государственный обвинитель просил удовлетворить апелляционное представление, исключив из описательно-мотивировочной и резолютивной частей обжалуемого приговора указание на прекращение уголовного дела; при этом, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Осужденный ФИО2 и его защитник поддержали апелляционную желобу, просили приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20.06.2018 отменить и вынести оправдательный приговор.

Потерпевший Потерпевший №1, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20.06.2018 без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Кроме этого, потерпевший Потерпевший №1, согласно представленного им письменного ходатайства, просил об исключении апелляционного представления заместителя прокурора Октябрьского района г.Тамбова Барановой Ю.В., полагая, что оно подано с нарушением сроков апелляционного обжалования, а сам срок апелляционного обжалования восстановлен безосновательно. В обоснование своих доводов потерпевший Потерпевший №1 указал, что основанием для восстановления срока для подачи заместителем прокурора Октябрьского района г.Тамбова апелляционного представления являлось то, что копия обжалуемого приговора не была получена прокуратурой, однако, ранее помощником прокурора Октябрьского района г.Тамбова Карасевым Н.А. было принесено возражение на апелляционную жалобу осужденного ФИО2 из которого следует, что приговор прокуратурой Октябрьского района г.Тамбова был получен.

Рассмотрев ходатайство потерпевшего ФИО3, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности его удовлетворения, поскольку восстановление срока на апелляционное обжалование приговора произведено в установленном законном порядке, то есть в соответствии со ст.389.5 УПК РФ. Помощником прокурора Октябрьского района г.Тамбова Карасевым Н.А. действительно подавалось возражение на апелляционную жалобу, однако, из указанных возражений суд не может сделать однозначный вывод о том, стало ли помощнику прокурора известно о принятом мировым судьей решении при оглашении приговора или при получении копии приговора, с момента чего начинают течь сроки подачи апелляционного представления в соответствии со 389.4 УПК РФ.

В связи с изложенным, апелляционное представление подлежит рассмотрению по существу, наряду с апелляционной жалобой осужденного.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ, ввиду согласия сторон апелляционное рассмотрение дела производилось без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, выслушав пояснения сторон и обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденного в совершении вышеуказанного преступления. Данный вывод подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных в ходе дознания, исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.

Все доказательства надлежащим образом проверены и оценены судом.

В апелляционном представлении вывод о доказанности вины в совершении преступления, допустимость доказательств, положенных в основу приговора, и квалификация содеянного, не оспариваются.

В апелляционной жалобе защитник оспаривает допустимость положенных в числе прочих доказательств в основу обвинительного приговора судом первой инстанции: протокола дополнительного допроса подозреваемого ФИО2 от 08.05.2014; протокола дополнительного допроса подозреваемого ФИО2 от 11.06.2014; протокола проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО2 от 11.06.2014. Также защитник считает несоответствующим требованиям законодательства обвинительный акт. 

В обоснование своих доводов о недопустимости доказательств и несоответствии требованиям УПК РФ составленного обвинительного акта защитник указывает на невозможность прочтения указанных документов ФИО2 по состоянию здоровья (плохого зрения) и незаконность в связи с этим имеющихся в данных документах записей о их личном прочтении ФИО2

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с ч. 2. ст.225 УПК РФ, обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с обвинительным актом и материалами уголовного дела, о чем делается отметка в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит требований о необходимости именно личного ознакомления обвиняемого с обвинительным актом. Также законодательство не содержит требований о необходимости выполнения записи об ознакомлении с обвинительным актом лично обвиняемым. Более того, из ч.2 ст.225 УПК РФ следует, что отметка об ознакомлении делается не в обвинительном акте, а в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела.

В уголовном деле имеется протокол ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемого ФИО2 и его защитника (т.1 л.д.221-223), в котором имеются рукописные записи, выполненные от имени обвиняемого ФИО2, о личном ознакомлении, об отсутствии замечаний, а также о том, что обвиняемый желает воспользоваться правом, предусмотренным п.3 ч.5 ст.217 УПК РФ, т.к. хочет помириться. Подлинность указанных рукописных записей (то есть выполнение их лично ФИО2) ни самим ФИО2, ни его защитником не оспаривается. 

Протокол ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемого ФИО2 и его защитника датирован 17.06.2014, то есть той же датой, которой датирована отметка в обвинительном акте об ознакомлении с ним ФИО2

Кроме того, в материалах уголовного дела имеется рукописное заявление, выполненное от имени ФИО2, об отказе от услуг защитника во время проведения проверки показаний на месте (т.1 л.д.163). Факт выполнения рукописного текста в указанном заявлении непосредственно ФИО2 также не оспаривается сторонами. 

Заявление об отказе от услуг защитника во время проведения проверки показаний на месте датирован 11.06.2014, то есть той же датой, когда проводились указанные защитником в апелляционной жалобе дополнительный допрос подозреваемого ФИО2 и проверка показаний на месте.

Судом апелляционной инстанции не ставится под сомнение факт того, что ФИО5, являясь инвалидом 1 группы по зрению, а также в связи с проведенной ему на глазах медицинской операцией, имел проблемы со зрением (ухудшение зрения), однако, поскольку из указанных выше обстоятельств очевидно следует (и не оспаривается сторонами), что обвиняемый ФИО2 имел физическую возможность 11.06.2014 и 17.06.2014 писать (выполнять рукописные записи), суд апелляционной инстанции делает вывод, что имеющиеся проблемы со зрением, тем не менее, позволяли ФИО2 и читать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО2 пояснил, что протоколы следственных действий, указанные защитником в жалобе, он лично не читал; они были прочитаны ему вслух дознавателем в виде «скороговорки», то есть быстро. ФИО2 в судебном заседании не отрицал факт выполнения им личных подписей в протоколе дополнительного допроса подозреваемого от 08.05.2014 (т.1 л.д.118-120); в протоколе дополнительного допроса подозреваемого от 11.06.2014 (т.1 л.д.159-162); в протоколе проверки показаний на месте (т.1 л.д.164-167). ФИО2 пояснил суду, что не делал никаких замечаний на указанные протоколы в связи с тем, что не успел их осмыслить. Также ФИО2 пояснил, что в ходе допросов аудиозапись не велась.

В соответствии с ч.6 ст. 166 УПК РФ, протокол предъявляется для ознакомления всем лицам, участвовавшим в следственном действии. Согласно ч.7 ст.166 УПК РФ, протокол подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии.

Согласно ч.6 ст.190 УПК РФ, по окончании допроса протокол предъявляется допрашиваемому лицу для прочтения либо по его просьбе оглашается следователем, о чем в протоколе делается соответствующая запись. 

Как указано в ч.8 ст.190 УПК РФ, факт ознакомления с показаниями и правильность их записи допрашиваемое лицо удостоверяет своей подписью в конце протокола. Допрашиваемое лицо подписывает также каждую страницу протокола.

Суд отмечает, что быстрое прочтение вслух содержания протокола следственного действия не является нарушением норм УПК РФ.

Предусмотренные ст. ст.166 и 190 УПК РФ требования, предъявляемые к протоколу следственного действия и протоколу допроса, дознанием выполнены.

Выполнение в протоколе рукописных записей о том, что текст протокола записан верно, не является требованием УПК РФ; выполнение рукописных записей о личном прочтении протоколов или о прочтении их вслух в бланке протокола именно допрашиваемым лицом (то есть допрашиваемым лично) - не является требованием ст. ст. 166 и 190 УПК РФ.

В соответствии с ч.3 ст.167 УПК РФ, если подозреваемый, обвиняемый, потерпевший или свидетель в силу физических недостатков или состояния здоровья не может подписать протокол, то ознакомление этого лица с текстом протокола производится в присутствии защитника, законного представителя, представителя или понятых, которые подтверждают своими подписями содержание протокола и факт невозможности его подписания. 

При составлении протоколов следственных действий ФИО2 не делал никаких заявлений или замечаний о невозможности прочтения или подписания им данных протоколов. Более того, он их лично подписывал. Протоколы дополнительных допросов подозреваемого от 08.05.2014 и от 11.06.2014 также подписаны и защитником, а протокол проверки показаний на месте, помимо ФИО2, подписан понятыми. От указанных лиц также никаких замечаний при составлении протоколов следственных действий не поступало, то есть они подтвердили своими подписями содержание указанных протоколов.

Кроме того, из пояснений осужденного ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что с содержанием протоколов дополнительного допроса подозреваемого от 08.05.2014 и от 11.06.2014, а также протокола проверки показаний на месте он не согласен только в части указания на признание им своей вины. Из пояснений ФИО2, он не признавал вину, а сообщал о том, что сожалеет о случившемся, в остальном обстоятельства произошедшего в протоколах отражены верно.

Аудиозапись при проведении допроса, вопреки мнению ФИО2, не является обязательным условием проведения данного следственного действия.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит существенных нарушений уголовно-процессуального закона при составлении протоколов дополнительного допроса подозреваемого ФИО2 от 08.05.2014 и от 11.06.2014, а также протокола проверки показаний на месте с участием ФИО2 от 11.06.2014, ввиду чего признает их допустимыми доказательствами.

Не находит суд апелляционной инстанции нарушений норм УПК РФ и при предъявлении ФИО2 для ознакомления обвинительного акта.

Проводя анализ действий ФИО2 с точки зрения наличия в них признаков необходимой обороны, о которых в апелляционной жалобе указывает защитник, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Насилие, примененное Потерпевший №1 в отношении ФИО2 не было опасным для жизни последнего, а также не было сопряжено с непосредственной угрозой применения насилия, опасного для жизни.

Как гласит уголовный закон, защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства. Не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно, оценить степень и характер опасности нападения.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что в силу состояния здоровья (практически полная слепота) Дьяков был лишен возможности объективно оценить степень и характер опасности нападения со стороны ФИО4. Из показаний ФИО2 следует, что удар со стороны ФИО4 для него был неожиданным и внезапным и у него возникло ощущение, что Потерпевший №1 хочет его убить.

Не соглашаясь с указанными доводами апелляционной жалобы, суд отмечает, что согласно показаний самого ФИО2, данных в судебном заседании суда первой инстанции, 18.12.2013, примерно в 15 часов, Потерпевший №1 пришел к нему, позвонил по домофону, а он взял проекты документов и вышел к ФИО4. Последний хотел пройти к нему в квартиру, но он отказался пускать ФИО4, поскольку увидел, что тот находится в нетрезвом виде и сказал ему об этом.

Из существа показаний ФИО2, данных им в качестве подозреваемого 11.06.2014 (т.1 л.д.159-162), следует, что 18.12.2013, когда к нему пришел Потерпевший №1, последний находился в состоянии опьянения и он предложил ФИО4 выйти на улицу. Видя состояние последнего он решил не передавать ему документы. Потерпевший №1 возмутился и начал разговаривать с ним на повышенных тонах, начал высказываться в его адрес нецензурной бранью, требовать показать документы на гараж. Он (ФИО2) ответил ФИО4 также грубо, спросив, на каком основании тот с ним так разговаривает. Он сказал ФИО4, чтобы тот уходил и что будет с ним разговаривать 20.12.2013 в Росреестре, когда он будет в нормальном состоянии, а также пояснил, что не предъявит ему для ознакомления документы. На это Потерпевший №1, ничего ему не говоря, нанес ему удар кулаком в область правого глаза. На это он в ответ также ударил ФИО4 кулаком правой руки в область левого глаза, после чего потерял равновесие и свалился на землю. Потерпевший №1 также упал на землю, завалившись на него, где они продолжили борьбу и нанесение ударов.

В ходе судебного разбирательства не было получено доказательств нахождения ФИО3 в момент визита к ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, однако, из указанных выше показаний ФИО2, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, суд апелляционной инстанции делает вывод, что эмоционально возбужденное состояние ФИО3, в котором тот находился в момент визита к ФИО2 было таково, что насторожило последнего и вынудило его принять меры безопасности, а именно: отказаться от проведения встречи в своем жилище и провести данную встречу с Потерпевший №1 на улице. Изложенное свидетельствует о том, что ФИО2 был морально готов к агрессивному поведению ФИО3 

Перед нанесением удара ФИО2, из показаний последнего, Потерпевший №1 стал разговаривать с ним на повышенных тонах, начал высказываться в его адрес нецензурной бранью, что также позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что нанесение Потерпевший №1 удара по лицу ФИО2 не было для последнего неожиданным.

Таким образом, поскольку посягательство ФИО3 не было для ФИО2 неожиданным, последний, по убеждению суда, несмотря на проблемы со зрением, мог объективно, оценить степень и характер опасности нападения.

На основании изложенного, действия ФИО2 не могут расцениваться как действия при необходимой обороне, а являются действиями в обоюдной драке, произошедшей после словесного конфликта на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. 

Вместе с тем, действия потерпевшего ФИО3, предшествующие нанесению последнему телесных повреждений ФИО2, являлись аморальными и противоправными, что являлось обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2 и были учтены в качестве такового в обжалуемом приговоре судом первой инстанции.

Таким образом, мировой судья непосредственно исследовал все доказательства, представленные сторонами по делу; действиям ФИО2, связанным с нанесением телесных повреждений ФИО3, судом первой инстанции в обжалуемом приговоре дана правильная правовая оценка; выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, а наказание назначено справедливое, соответствующее характеру и степени общественной опасности содеянного, с учетом всех обстоятельств дела, данных о личности, в том числе, перечисленных в приговоре смягчающих обстоятельств, а также влияния, назначенного наказания на исправление осужденного. 

Правильно сославшись на положения ч.8 ст.302 УПК РФ, согласно которым в случаях, предусмотренных п.3 ч.1 ст.24 и п.3 ч.1 ст.27 УПК РФ, суд постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания, мировой судья в обжалуемом приговоре обосновано принял решение об освобождении ФИО2 от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Вместе с тем, указание в обжалуемом приговоре на прекращение уголовного дела в отношении ФИО2 является неверным.

Согласно п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истек срок два года. В соответствии с ч.2 ст.27 УПК РФ, прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, а также п. 3 ч.1 настоящей статьи, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. ФИО2 возражал против прекращения уголовного дела в отношении него по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, а также в связи с актом об амнистии.

На основании изложенного приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20.06.2018 подлежит изменению в части исключения из описательно – мотивировочной части абзаца: «Суд не применяет акт амнистии к подсудимому ФИО2 потому что данный акт применяется однократно, в связи с этим суд приходит к выводу о необходимости прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 за истечением сроков давности уголовного преследования.»; а также исключения из резолютивной части фразы: «уголовное дело прекратить».

В соответствии с ч.1 ст.389.19 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции, проверив производство в полном объеме, отмечает, что в описательно мотивировочной части обжалуемого приговора указывается о том, что гражданский иск, заявленный прокурором о возмещении средств, затраченных на лечение потерпевшего ФИО3, должен быть оставлен без рассмотрения, поскольку Государственное учреждение Тамбовское региональное отделение Фонд социального страхования РФ не входит в перечень организаций, в интересах которых прокурор вправе обратиться в суд. В резолютивной части обжалуемого приговора не содержится указания на оставление иска, заявленного прокурором, без рассмотрения.

Необходимо отметить, что иск прокурором был заявлен не в интересах Государственное учреждение Тамбовское региональное отделение Фонд социального страхования РФ, как это указано в описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора, а в интересах государства (т.1 л.д.191). Согласно письму указанного учреждения (т.4 л.д.4) Государственным учреждением Тамбовское региональное отделение Фонд социального страхования РФ не производилась оплата за лечение ФИО3 Суд апелляционной инстанции отмечает, что оплата пролеченных больных осуществляется не за счет средств Фонда социального страхования РФ, а за счет средств обязательного медицинского страхования, в случае, если пролеченный больной застрахован по системе ОМС, а также в иных, предусмотренных законом случаях.

Согласно ч.3 ст.44 УПК РФ, гражданский иск в защиту интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований, государственных и муниципальных унитарных предприятий может быть предъявлен прокурором.

С 18.12.2013 по 30.12.2013 потерпевший Потерпевший №1 в связи с получением им от ФИО2 телесных повреждений находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «Тамбовская офтальмологическая клиническая больница», где ему была оказана медицинская помощь, оплата за которую производилась за счет средств обязательного медицинского страхования (т.4 л.д.1-2) в связи с тем, что Потерпевший №1 был застрахован по системе ОМС и имел страховой полис ОМС №.

В соответствии с п.8 ст.20 Бюджетного кодекса Российской Федерации и положениями Федерального закона от 24.07.2009 года №212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», средства обязательного медицинского страхования (страховые взносы) являются бюджетными средствами.

Как гласит п.1 ст.3 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» №326-ФЗ от 29.11.2010, обязательное медицинское страхование - вид обязательного социального страхования, представляющий собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на обеспечение при наступлении страхового случая гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования в пределах территориальной программы обязательного медицинского страхования и в установленных настоящим Федеральным законом случаях в пределах базовой программы обязательного медицинского страхования.

В соответствии с ч.6 ст.14 указанного Федерального закона, средства, предназначенные для оплаты медицинской помощи и поступающие в страховую медицинскую организацию, являются средствами целевого финансирования. 

В силу ч.3 ст.28 того же Федерального закона, получение страховой медицинской организацией средств обязательного медицинского страхования не влечет за собой перехода этих средств в собственность страховой медицинской организации, за исключением случаев, установленных законом.

Таким образом, средства, затраченные на лечение ФИО3, пострадавшего от преступления, являлись бюджетными средствами, следовательно, прокурором мог быть заявлен гражданский иск в интересах Российской Федерации о взыскании с ФИО2 (в силу ч.1 ст.1064 ГК РФ, как с лица, причинившего вред личности) денежных средств, затраченных бюджетом Российской Федерации на лечение потерпевшего ФИО3

Однако, в соответствии с ч.2 ст.31 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» №326-ФЗ от 29.11.2010, предъявление претензий или иска к лицу, причинившему вред здоровью застрахованного лица, в порядке возмещения расходов на оплату оказанной медицинской помощи страховой медицинской организации осуществляется на основании результатов проведения экспертизы качества медицинской помощи, оформленных соответствующим актом.

Такой акт в материалах уголовного дела отсутствует. 

Таким образом, исковые требования прокурора о взыскании с ФИО2 денежных средств, затраченных на лечение пострадавшего от его действий ФИО3 должны быть оставлены без рассмотрения в связи с отсутствием акта экспертизы качества медицинском помощи, то есть в связи с невыполнением требований, предъявляемых к процедуре предъявления иска к лицу, причинившему вред здоровью застрахованного лица, в порядке возмещения расходов на оплату оказанной медицинской помощи страховой медицинской организации, предусмотренного Федеральным законом «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» №326-ФЗ от 29.11.2010.

В связи с изложенным приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова от 20.06.2018 подлежит изменению с исключением из описательно-мотивировочной части приговора указания на оставление гражданского иска прокурора Октябрьского района г.Тамбова без рассмотрения в связи с тем, что ГУ ТРО ФСС РФ, в интересах которого заявлен иск, не входит в перечень организаций, в интересах которых прокурор вправе обратиться в суд. При этом, описательно-мотивировочная и резолютивная части обжалуемого приговора подлежат дополнению указанием на то, что гражданский иск прокурора Октябрьского района г.Тамбова должен быть оставлены без рассмотрения в связи с отсутствием акта экспертизы качества медицинском помощи, оказанной потерпевшему ФИО3, то есть в связи с невыполнением установленного порядка предъявления иска к лицу, причинившему вред здоровью застрахованного лица, в порядке возмещения расходов на оплату оказанной медицинской помощи страховой медицинской организации, предусмотренного Федеральным законом «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» №326-ФЗ от 29.11.2010.

Проверив производство по уголовному делу в части разрешения судом первой инстанции исковых требований потерпевшего ФИО3 суд апелляционной инстанции отмечает, что в описательно мотивировочной части обжалуемого приговора мировым судьей указывается, что потерпевшим Потерпевший №1 заявлены иски о взыскании материального ущерба в размере 28000 рублей и морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1250000 рублей, а также в обжалуемом приговоре указывается, что мировой судья полагает необходимым оставить без рассмотрения гражданские иски, заявленные потерпевшим Потерпевший №1 о взыскании с подсудимого суммы материального ущерба, компенсации морального вреда с разъяснением права потерпевшему обратиться с данными исковыми требованиями в порядке гражданского судопроизводства. При этом, указанное решение мировым судьей никак не мотивировано. В резолютивной части обжалуемого приговора мировой судья признал за гражданским истцом Потерпевший №1 право на удовлетворение гражданских исков о взыскании подсудимого суммы материального ущерба, компенсации морального вреда и указал, что указанные вопросы о размере возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда передаются для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч.1 ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Отсутствие в приговоре мотивировки о принятом судом решении по заявленным потерпевшим гражданским искам не позволяют считать его в этой части обоснованным.

Судом первой инстанции было установлено, что вред здоровью потерпевшего ФИО3 был причинен в результате преступных действий ФИО2 Суд апелляционной инстанции соглашается с этим.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд, в соответствии со ст. 1101 ГК РФ, принимает во внимание степень вины нарушителя (когда вина является основанием возмещения вреда), характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и иные, заслуживающие внимания обстоятельства. Суд учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Безусловно, гражданский истец перенес в связи с полученными травмами нравственные и физические страдания. Однако, в обоснование заявленной суммы компенсации морального вреда потерпевший предоставил только сведения о том, что он находился на лечении, в связи с чем у суда на момент принятия решения отсутствует возможность оценить характер причиненных потерпевшему нравственных страданий, а также отсутствует возможность учесть индивидуальные особенности потерпевшего для определения размера компенсации морального вреда, причиненного преступлением, поскольку из материалов дела и представленных потерпевшим выписок из историй болезни и из выписных эпикризов суд не может сделать вывод о характере перенесенных потерпевшим нравственных страданий.

В соответствии с ч.2 ст.309 УПК РФ, при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В связи с изложенным описательно-мотивировочную часть приговора от 20.06.2018 следует дополнить указанной выше мотивировкой о необходимости признания за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска о возмещении морального вреда, причиненного в результате совершения преступления, с передачей вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского производства по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.309 УПК РФ.

При этом, вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского производства подлежит передаче мировому судье другого судебного участка.

В связи с тем, что уголовное дело в период судебного производства по нему находилось в производстве нескольких мировых судей различных судебных участков Октябрьского района г.Тамбова, суд апелляционной инстанции считает необходимым передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского производства мировому судье, в производстве которого данное уголовное дело не находилось - мировому судье судебного участка №3 Октябрьского района г.Тамбова.

В соответствии с обжалуемым приговором за Потерпевший №1, заявившим гражданский иск, признано право на возмещение материального вреда, а вопрос о размере возмещения материального ущерба передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с таким решением суда первой инстанции.

В соответствии с ч.1 ст.44 УПК РФ, гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением.

Заявленный потерпевшим Потерпевший №1 гражданский иск о возмещении материального ущерба (т.2 л.д.215) касается исковых требований о возврате в двойном размере задатка, переданного Потерпевший №1 ФИО2 за гараж, в отношении которого они намеревались совершить сделку купли-продажи.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спор о задатке за приобретаемый гараж хотя и являлся поводом к конфликту осужденного ФИО2 и потерпевшего ФИО3 (то есть спор о задатке являлся мотивом преступления), но сам задаток не являлся предметом рассматриваемого преступления. Бездействие осужденного ФИО2, то есть отсутствие с его стороны действий по возврату полученного от потерпевшего задатка в связи с отказом от совершения планировавшейся сделки, не может рассматриваться как преступное бездействие, повлекшее причинение вреда, то есть вреда, причиненного непосредственно преступлением, поскольку отношения, связанные с получением, обращением в собственность или возвращением задатка, регулируются гражданским законодательством, а именно ст.381 ГК РФ – последствия прекращения и неисполнения обязательства, обеспеченного задатком. 

Таким образом, исковые требования ФИО3 о возврате в двойном размере суммы переданного им ФИО2 задатка в обеспечение сделки, которая не состоялась, не могут рассматриваться в рамках уголовного судопроизводства, поскольку не связаны с причинением вреда непосредственно преступлением, а должны рассматриваться в рамках гражданского судопроизводства.

В связи с изложенным из резолютивной части обжалуемого приговора следует исключить указание на признание за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска о взыскании с подсудимого суммы материального ущерба. Кроме того, описательно-мотивировочная часть приговора подлежит дополнению указанным выше обоснованием отказа в удовлетворении гражданского иска о возмещении материального ущерба, а резолютивная часть приговора подлежит дополнению указанием на оставление исковых требований потерпевшего ФИО3 о взыскании с ФИО2 материального ущерба без удовлетворения с разъяснением потерпевшему права обратиться с исковыми требованиями о возврате задатка в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь п.9 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л :

-апелляционную жалобу оставить без удовлетворения;

-апелляционное представление удовлетворить;

-приговор мирового судьи судебного участка №5 Октябрьского района г.Тамбова Антиповой Е.Ю. от 20.06.2018 изменить;

-исключить из описательно – мотивировочной части приговора абзац: «Суд не применяет акт амнистии к подсудимому ФИО2 потому что данный акт применяется однократно, в связи с этим суд приходит к выводу о необходимости прекращения уголовного дела в отношении ФИО2 за истечением сроков давности уголовного преследования.»;

-исключить из резолютивной части приговора фразу: «уголовное дело прекратить»;

-исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на оставление гражданского иска прокурора Октябрьского района г.Тамбова без рассмотрения в связи с тем, что Государственное учреждение Тамбовское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, в интересах которого заявлен иск, не входит в перечень организаций, в интересах которых прокурор вправе обратиться в суд;

-дополнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием на оставление гражданского иска прокурора Октябрьского района г.Тамбова без рассмотрения в связи с отсутствием акта экспертизы качества медицинской помощи, оказанной потерпевшему ФИО3, то есть в связи с невыполнением установленного порядка предъявления иска к лицу, причинившему вред здоровью застрахованного лица, в порядке возмещения расходов на оплату оказанной медицинской помощи страховой медицинской организации, предусмотренного Федеральным законом «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» №326-ФЗ от 29.11.2010;

-дополнить описательно-мотивировочную часть приговора указанием о признании за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска о возмещении морального вреда, причиненного в результате совершения преступления;

- передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства мировому судье другого судебного участка – мировому судье судебного участка №3 Октябрьского района г.Тамбова по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.309 УПК РФ, в связи с необходимостью произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства;

-исключить из резолютивной части приговора указание на признание за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска о взыскании с подсудимого суммы материального ущерба;

-дополнить описательно-мотивировочную часть приговора обоснованием отказа в удовлетворении гражданского иска о возмещении материального ущерба, указав, что исковые требования ФИО3 о возврате в двойном размере суммы переданного им ФИО2 задатка в обеспечение сделки, которая не состоялась, не могут рассматриваться в рамках уголовного судопроизводства, поскольку не связаны с причинением вреда непосредственно преступлением, а должны рассматриваться в рамках гражданского судопроизводства;

-дополнить резолютивную часть приговора указанием на оставление исковых требований потерпевшего ФИО3 о взыскании с ФИО2 материального ущерба без удовлетворения с разъяснением потерпевшему права обратиться с исковыми требованиями о возврате задатка в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Судья подпись С.А. Фролов