№

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Суровикинский районный суд Волгоградской области

в составе председательствующего судьи ФИО43.,

при секретаре судебного заседания ФИО18, 

с участием истца ФИО5,

представителя истца ФИО38, 

ответчика ФИО3, 

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО4 в лице законного представителя ФИО10, ФИО7, ФИО8 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд с заявлением, предъявив исковые требования к ФИО4 в лице законного представителя ФИО10, ФИО7, ФИО8 о признании недействительным завещания № №, составленного ДД.ММ.ГГГГ ФИО44 на имя ФИО2, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом 

<

адрес> ФИО9 за реестровым номером №, мотивируя свои требования следующим. ФИО45, являющийся отцом ФИО5, ФИО42 (ФИО40) ФИО8, ФИО3, умер ДД.ММ.ГГГГ. При жизни ФИО11 оглы владел на праве собственности земельным участком и индивидуальным жилым домом, расположенными по 

<

адрес>. После смерти отца истец обратилась к нотариусу 

<

адрес> ФИО9 о вступлении в наследство в силу закона, в связи с чем было заведено наследственное дело. ДД.ММ.ГГГГ ФИО46 было составлено завещание в пользу несовершеннолетнего внука ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которое удостоверено нотариусом 

<

адрес> ФИО9 Факт составления завещания истец считает сомнительным, поскольку при жизни отец высказывал намерение о разделе всех квартир и дома между тремя его детьми. В связи с чем при жизни подарил дочери ФИО8 домовладение в 

<

адрес> 

<

адрес> и завещал сыну ФИО7 квартиру. Жилой дом по 

<

адрес> отец предполагал подарить истцу, но по ее просьбе не оформил договор, поскольку она состоит на государственной службе. Между отцом и ФИО3 при жизни были натянутые отношения. ФИО11 оглы с недоверием относился к ФИО10 Отец истца ФИО11 оглы страдал тяжелыми заболеваниями: сахарным диабетом, имел проблемы с 

<

данные изъяты>, а также COVID-19 с поражением легких. ДД.ММ.ГГГГ был экстренно прооперирован, выявлено онкологическое заболевание. После выписки из лечебного учреждения проходил лечение, получал 

<

данные изъяты>, ему была назначена 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 оглы был госпитализирован в ГУЗ ГКБСМП № с 

<

данные изъяты>. После его выписки из больницы приехал ФИО7, стал психологически воздействовать на отца с целью убедить его составить завещание на его несовершеннолетнего сына ФИО15, а впоследствии отвез отца составить данное завещание. В силу онкологического заболевания и сопутствующих заболеваний ФИО47 на момент составления завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими. В связи с чем истец сомневается в том, что ФИО4 является именно тем лицом, которому ФИО49 завещал свое имущество. Истец просит признать недействительным завещание № №, составленное ДД.ММ.ГГГГ ФИО48 на имя ФИО2, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом 

<

адрес> ФИО9 за реестровым номером №.

В судебном заседании истец ФИО5, ее представитель ФИО38 поддержали заявленные требования, ссылаясь на то, что ФИО7, его супруга и свидетель ФИО53 в ДД.ММ.ГГГГ оказали на ФИО52 давление, воспользовавшись его беспомощным состоянием после перенесенной хирургической операции в связи с 

<

данные изъяты>, с целью составления завещания в пользу внука ФИО15. Спорное домовладение должно было перейти по наследству к ФИО5, поскольку ранее отец передал сыну ФИО17 и дочери ФИО8 квартиру и дом соответственно. Она осуществляла уход за отцом, оказывала ему помощь, поддержку до ДД.ММ.ГГГГ, а именно до момента ссоры по поводу неоказания ею помощи брату ФИО17. С указанного времени не имела возможности общаться с отцом, поскольку находилась в состоянии беременности, лежала на сохранении. Друзья отца, его коллеги и ФИО19 сообщали ей о том, что брат оказывает давление на отца. Оспариваемое завещание было совершено ФИО54 в состоянии, когда он был не способен понимать значение своих действий и руководить ими, а также под влиянием давления и угроз причинения вреда, а именно неоказания должного ухода больному отцу. Согласно заключению дополнительной экспертизы у ФИО50 имелось заболевание, которое могло повлиять на его способность распоряжаться своим имуществом. ФИО51 нуждался в уходе, был слаб, податлив. ФИО7, выйдя из мест лишения свободы, нуждаясь в денежных средствах в связи с отсутствием работы и наличием долговых обязательств, имел умысел надавить на отца с целью написания завещания на внука. Из приговора Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО7 осужден за совершение преступлений, предусмотренных 

<

данные изъяты> УК РФ, следует, что он мог оказать психологическое и психическое давление на людей. Просили удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что ФИО56 является их отцом. Он болел 

<

данные изъяты>, а в ДД.ММ.ГГГГ перенес хирургическую операцию. Сестра ФИО5 не общалась с отцом в связи с наличием конфликта по поводу ее поведения и образа жизни. Ранее в ДД.ММ.ГГГГ г.г. отец проживал совместно с ФИО5 в ее квартире, потом переехал на 

<

адрес>. После операции с ним проживал и осуществлял присмотр ФИО55. Около двух недель с ним находился ФИО42, от которого они отказались в связи с характером имевшейся у него судимости. При жизни он почти ежедневно посещал отца, менял ему калоприемник, ездил в магазин, привозил необходимое. Его супруга и сестра ФИО8 привозили отцу жидкую пищу. О том, что отец решил составить завещание на его сына, он не знал до того момента, как он попросил свидетельство о рождении ребенка. Никакого воздействия, давления он на отца не оказывал. Данное решение отец принял сам и самостоятельно съездил к нотариусу оформить документы. Оформление завещания объяснил тем, что ФИО15 является сыном его единственного сына, продолжателем рода. Просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО2 – ФИО10, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, будучи опрошенной в предыдущих судебных заседаниях, возражала против удовлетворения исковых требований.

Ответчик ФИО8, орган опеки и попечительства 

<

адрес> 

<

адрес>, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Орган опеки и попечительства ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие, принятии решения в интересах несовершеннолетнего.

Третье лицо – нотариус 

<

адрес> ФИО9, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть иск в ее отсутствие, представила отзыв, в котором указала, что в ее производстве находится наследственное дело № года к имуществу умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО57. ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону обратилась дочь наследодателя ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону и по завещанию, удостоверенному нотариусом 

<

адрес> ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, обратился сын наследодателя ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ с заявлением об отказе от наследства по закону в пользу сына наследодателя ФИО3 обратилась дочь ФИО8. ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по завещанию, удостоверенному нотариусом 

<

адрес> ФИО9 за №, обратился ФИО7, действующий в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО2. ФИО59 ДД.ММ.ГГГГ обратился в нотариальную контору по вопросу удостоверения от его имени завещания. Содержание завещания было записано со слов ФИО65 и полностью соответствовало его воле. Перед подписанием текст завещания был прочитан ФИО58 лично в присутствии нотариуса, завещание он подписал лично и разборчиво в присутствии нотариуса. Завещание совершено в присутствии завещателя ФИО64. Дееспособность ФИО61 проверена, а также его способность понимать какой документ он составляет и где он находится, были установлены. Проверка дееспособности была произведена оценочным методом, визуальным осмотром ФИО62. Он не находился в состоянии 

<

данные изъяты>, сомнений в полной дееспособности ФИО60 не возникло, были заданы вопросы, текст завещания составлен им лично.

Будучи опрошенной в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 пояснила, что знакома с ФИО63 с ДД.ММ.ГГГГ, с момента составления им завещания в пользу сына в 2015 году. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 оглы лично прибыл в нотариальную контору, каких-либо признаков того, что он находится под воздействием препаратов, либо не отдает отчет своим действиям, либо имеет проблемы с сознанием, она не наблюдала, его волю на удостоверение оспариваемого завещания она установила лично, с его слов, сомнений в его дееспособности не возникло. ФИО11 оглы не сообщал ей, что является 

<

данные изъяты>. Передвигался несколько медленнее чем ранее, завещание подписал уверенно, лично, своей рукой. Подпись в завещаниях ДД.ММ.ГГГГ. была идентичной. По сравнению с ДД.ММ.ГГГГ она наблюдала только физические изменения (чуть медленнее заходил, присаживался), замедленной речи не имелось. Признаков оказания на него какого-либо влияния не было. Причины составления завещания ФИО21 оглы не озвучивал и она данный вопрос не выясняла. Ей известно, что у него были сложные отношения с сыном и дочерью. Воля на составление завещания в пользу ФИО2 была выражена им однозначно, без колебаний. В подавленном, стрессовом состоянии он не находился. Сомнений в его дееспособности не имелось.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные доказательства, аудио-, видеофайлы, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению. Такой вывод суд основан на следующем.

Статьей 1118 ГК РФ предусмотрено, что распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора (ч.1). Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (ч. 2). Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания и заключение наследственного договора через представителя не допускаются (ч. 3). 

В соответствии со ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149) (ч. 1). Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания (ч. 2).

Согласно ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания. Составление завещания в простой письменной форме допускается только в виде исключения в случаях, предусмотренных статьей 1129 настоящего Кодекса. Не допускается составление завещания с использованием электронных либо иных технических средств (абзац второй пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом, а совместное завещание супругов должно быть передано нотариусу обоими супругами или записано с их слов нотариусом в присутствии обоих супругов. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие) (ч. 1). Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса, а совместное завещание супругов, написанное одним из супругов, до его подписания должно быть полностью прочитано другим супругом в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание (ч. 2). Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина (ч. 3).

В силу ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (ч. 1). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (ч. 2).

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (ч. 1).

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (ч. 3).

Таким образом неспособность наследодателя в момент составления оспариваемого завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещаний недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует. Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещаний, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В силу ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (ч. 1). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (ч. 2). Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (ч. 4).

Судом установлено, что ФИО66, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти №, выданного отделом ЗАГС администрации 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно данным Единого государственного реестра недвижимости ФИО67 с ДД.ММ.ГГГГ на праве собственности владел земельным участком и индивидуальным жилым домом, расположенными по 

<

адрес>. 

ФИО68 являлся отцом ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО40 (в браке ФИО42) ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Данное обстоятельство подтверждается копиями свидетельств о рождении, выданных 

<

адрес> 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, справкой о заключении брака. 

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится ФИО69 внуком по линии сына ФИО3, что подтверждается копией свидетельства о рождении от ДД.ММ.ГГГГ № №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО70, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, составлено завещание № №, которым наследодатель завещал принадлежащие ему земельный участок и расположенный на нем индивидуальный жилой дом со всеми хозяйственными и бытовыми строениями и сооружениями, находящиеся по адресу: ФИО1, 

<

адрес>, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Указанное завещание подписано собственноручно ФИО71, удостоверено ДД.ММ.ГГГГ нотариусом 

<

адрес> ФИО9, зарегистрировано в реестре за №.

Как следует из наследственного дела №, заведенного после смерти ФИО12 Аррахмана оглы, умершего ДД.ММ.ГГГГ, нотариусом 

<

адрес> ФИО9, за принятием наследства обратились: ДД.ММ.ГГГГ дочь ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ - сын ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ – ФИО7 в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ поступило заявление от наследника ФИО8 об отказе от наследства в пользу ФИО3

Истец в обоснование исковых требований ссылается на то, что ФИО73 в силу возраста и состояния здоровья не мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими в момент составления оспариваемого завещания. 

В целях проверки указанного довода, для оценки психического состояния ФИО72 в юридически значимый период, учитывая, что такая оценка может быть дана лицом, имеющим специальные познания в области психиатрии, судом в соответствии с требованиями ст. 79 ГК РФ назначена комиссионная психолого-психиатрическая экспертиза. 

Как следует из заключения амбулаторной комиссионной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной 

<

адрес>, эксперты не исключают, что ФИО76 в период составления и подписания завещания от ДД.ММ.ГГГГ обнаруживал признаки 

<

данные изъяты>. При этом свидетельские показания лиц, знавших ФИО75, полученные в ходе судебного заседания противоречивы, порой взаимоисключают друг друга, поэтому неинформативны, а потому не использовались экспертами в оценке его психического состояния в целом, в том числе и при формулировании экспертных выводов. Таким образом, в юридические значимый период (ДД.ММ.ГГГГ) врачом-психиатром ФИО74 не осматривался, его 

<

данные изъяты> ФИО77, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в пользу несовершеннолетнего ФИО2?» 

<

данные изъяты>. Отсутствуют какие-либо объективные, документально подтвержденные сведения о наличии у ФИО78 

<

данные изъяты>. В связи с противоречивостью свидетельских показаний, отсутствием 

<

данные изъяты> ФИО79, 

<

данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ) (т.4 л.д.148-154).

По ходатайству истца по делу назначена и проведена дополнительная посмертная комплексная 

<

данные изъяты>.

Согласно заключению посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №», исходя из анализа представленной медицинской документации и дополнительно опрошенных свидетелей ФИО25, ФИО35, ФИО22 оглы, ФИО27, пояснений сторон и третьего лица ФИО9, 

<

данные изъяты> ФИО80, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ первичной 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО81 

<

данные изъяты> 

<

адрес>» Минтруда России, 

<

данные изъяты>. Поскольку согласно критериям оценки ограничений жизнедеятельности в учреждениях МСЭ, утверждённым приказом Минтруда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н и методических рекомендаций 

<

данные изъяты> ФИО83 в связи с тем, что последний осуществляет за ним уход ввиду его 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> ФИО23 «

<

данные изъяты> ФИО24). Указанное находит подтверждение и в показаниях свидетелей (Свидетель №2 т. 3 л.д. 158-160, ФИО84 т. 5 л.д. 87-88), третьего лица (ФИО3 т. 3 л.д. 158) о том, что «последнее время ФИО85 

<

данные изъяты>. Показания свидетелей (ФИО25 – т. 5 л.д. 83-85, ФИО26 – т. 6 л.д. 103-104, ФИО27 – т. 6 л.л. 205-207) за основу приняты быть не могут в силу противоречивости самих показаний, как то: свидетель ФИО25 то говорила, что 

<

данные изъяты>; свидетель ФИО28 видел ФИО12 оглы задолго (за 2 года) до юридически значимого события, то есть на период ДД.ММ.ГГГГ, поэтому его показания не могут быть приняты к 

<

данные изъяты> ФИО87 к периоду подписания завещания; свидетель ФИО88, хотя и была лечащим врачом ФИО86, но она его не помнит, свидетель ФИО27 показал, что 

<

данные изъяты>. Показания истца и ответчика ввиду явной противоположности приняты в цепи доказывания быть не могут.

Таким образом, отмеченные и обоснованные при производстве первичной посмертной комплексной судебной 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, но оценить в какой степени могли повлиять на способность понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе насколько было существенное влияние, 

<

данные изъяты> ФИО89 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в пользу 

<

данные изъяты> ФИО2» и на вопрос «находился ли ФИО90 в момент составления завещания в каком-либо 

<

данные изъяты>, которое могло существенно 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> (т. 7 л.д. 10-14).

Такие выводы экспертов сделаны на основе методов 

<

данные изъяты> анализа предоставленных материалов гражданского дела, в том числе показаний свидетелей Свидетель №2, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО29, ФИО19, ФИО91 и медицинской документации (медицинские карты 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>).

Указанные заключения в полном объеме отвечают требованиям ст.86 ГПК РФ и принципам относимости и допустимости доказательств, содержат подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, основываются на исходных объективных данных, экспертиза проведена экспертами государственного экспертного учреждения, имеющими соответствующее профессиональное образование (врач судебно-психиатрический эксперт), достаточный стаж работы по специальности, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ. Основания для сомнений в правильности выводов экспертов отсутствуют.

Стороны в судебном заседании о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы не ходатайствовали, каких либо-либо дополнительных данных о наличии иных обстоятельств, не являвшихся предметом исследования экспертов, не представили. 

Из заключений судебных 

<

данные изъяты> следует соответственно, что: - ретроспективно с наибольшей степенью достоверности оценивать его психическое состояние и дать однозначный и категорический ответ на вопрос суда: «Страдал ли ФИО92, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, каким-либо 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в пользу несовершеннолетнего ФИО2?» не представляется возможным, поскольку отсутствуют какие-либо объективные, документально подтвержденные сведения о наличии у ФИО93 

<

данные изъяты> ФИО94, состояние его интеллектуальной сферы, нахождение в каком-либо 

<

данные изъяты> ФИО95 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в пользу 

<

данные изъяты> ФИО2» и на вопрос «находился ли ФИО96 в момент составления завещания в каком-либо 

<

данные изъяты> ФИО12 оглы, о его 

<

данные изъяты>.

Таким образом эксперты, проводя первичное и дополнительное экспертное исследование, не смогли дать категоричный ответ о наличии у ФИО97 

<

данные изъяты>, которое лишало его возможности понимать значение своих действий и руководить ими и повлияло на его волеизъявление при составлении оспариваемого завещания.

Истец в обоснование исковых требований сослался на выводы экспертиз о наличии у ФИО101 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>.

Рассматривая такой довод стороны истца, суд исходит из следующего.

Согласно заключению дополнительной судебной 

<

данные изъяты> имевшиеся у ФИО102 признаки 

<

данные изъяты>, в совокупности с имеющимися 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, но оценить в какой степени могли повлиять на способность понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе насколько было существенное влияние, в силу ряда объективных причин 

<

данные изъяты> не представляется возможным.

Такой вывод экспертов носит предположительный характер, обоснован в том числе наличием у него 

<

данные изъяты>, не является категоричным в виду наличия объективных причин, указанных в самой экспертизе, и судом оценивается в совокупности и иными обстоятельствами, установленными в ходе судебного разбирательства.

Так судом установлено, что ФИО99 действительно являлся 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ с наличием 

<

данные изъяты>.

Согласно истребованной судом медицинской документации ФИО100 на учете у 

<

данные изъяты> не состоял (т. 1 л.д. 142, т. 3 л.д. 120).

Из представленной в суд и экспертам медицинской документации видно, что ФИО103 

<

данные изъяты> не осматривался. 

Из карт вызовов медицинской помощи следует, что ФИО104 многократно вызывал скорую медицинскую помощь самостоятельно или с помощью родственников в связи с наличием соматических заболеваний. Данных о наличии у него 

<

данные изъяты>, требовавших лечения либо госпитализации, представленные медицинские документы не содержат.

Из амбулаторных и стационарных карт ГБУЗ «

<

адрес>» следует, что ФИО11 оглы ДД.ММ.ГГГГ перенес 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>), в связи с чем находился на лечении в дневном стационаре указанного лечебного заведения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>) и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>). 

Согласно медицинской документации в период нахождения на лечении в дневном стационаре ФИО11 оглы ежедневно осматривался врачом ФИО25, в том числе с заведующим отделением.

Из данных осмотров (дневников врача) следует, что ФИО11 оглы предъявлял жалобы на слабость, быструю утомляемость, онемение пальцев рук и ног, его состояние относительно-удовлетворительное, 

<

данные изъяты> нормально. 

Таким образом врач, ежедневно осматривая ФИО12 оглы, ни разу не указал на наличие в его поведении признаков, свидетельствующих о появлении 

<

данные изъяты>, требующих осмотра соответствующим специалистом.

Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями свидетеля ФИО25, из которых следует, что она является 

<

данные изъяты> 

<

адрес> 

<

данные изъяты>, ФИО11 проходил лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, прошел шесть 

<

данные изъяты>, находился на дневном стационаре, любая 

<

данные изъяты>, в связи с чем для проведения 

<

данные изъяты> пациенты приходят в относительно удовлетворительном состоянии, на своих ногах, с хорошим самочувствием для того, что перенести тяжелое лечение 

<

данные изъяты>), в период нахождения на лечении она не направляла ФИО12 оглы для лечения к 

<

данные изъяты> ввиду отсутствия необходимости в этом; показаниями свидетеля ФИО27, согласно которым, он является 

<

данные изъяты> 

<

адрес> 

<

данные изъяты>, ФИО11 оглы находился на лечении, проходил курсы 

<

данные изъяты>, в последний раз видел его в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, наблюдал до операции, он его лично не помнит, но полагает, что он был адекватным, поскольку в случае 

<

данные изъяты>. 

Сомневаться в показаниях указанных свидетелей у суда оснований не имеется, поскольку сведения об их заинтересованности отсутствуют, их пояснения согласуются с данными медицинской документации.

Кроме этого ФИО11 оглы в день составления завещания (ДД.ММ.ГГГГ) был также осмотрен врачом (л.д.3 л.д.36). Согласно осмотру 

<

данные изъяты> ФИО105, проведенному в 09 часов ДД.ММ.ГГГГ, состояние ФИО12 оглы 

<

данные изъяты>, имеются жалобы на слабость, сознание ясное, положение активное, по органам и системам без 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, переносит удовлетворительно.

Каких-либо данных, указывающих на то, что в юридически значимый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО12 оглы обнаруживались какие-либо признаки, свидетельствующие об изменении его 

<

данные изъяты>, не имеется.

Данное обстоятельство согласуется с пояснениями нотариуса ФИО9, согласно которым она знакома с ФИО12 оглы с ДД.ММ.ГГГГ, с момента составления им завещания в пользу сына в ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 оглы лично прибыл в нотариальную контору, каких-либо признаков того, что он находится под воздействием препаратов, либо не отдает отчет своим действиям, либо имеет проблемы с сознанием, она не наблюдала, его волю на удостоверение оспариваемого завещания она установила лично, с его слов, сомнений в его дееспособности не возникло. ФИО11 передвигался несколько медленнее чем ранее, завещание подписал уверенно, лично, своей рукой. По сравнению с ДД.ММ.ГГГГ она наблюдала только физические изменения (чуть медленнее заходил, присаживался), замедленной речи не имелось. Сомнений в его дееспособности не имелось.

Пояснения нотариуса ФИО9 частично подтверждаются тем, что ФИО11 оглы лично произвел оплату услуг за составление оспариваемого завещания и лично расписался в реестре регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО9 (т. 3 ст. 196-197).

Рассматривая доводы стороны истца о том, что нотариус не является специалистом, уполномоченным оценивать психическое состояние завещателя, суд исходит из следующего.

Нотариус не обладает специальными познаниями в области психиатрии, но в силу ст. 43 Основ законодательства РФ о нотариате несет обязанность осуществлять проверку дееспособности граждан, а также определить наличие волеизъявления заявителя, что и было установлено нотариусом ФИО9 в ходе личной беседы с наследодателем и отражено в оспариваемом завещании.

Из указанного завещания следует, нотариусом ФИО9 ФИО106 разъяснены положения ст. 1149 ГК РФ, содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, написано с его слов, прочитано им до подписания, а также прочитано нотариусом вслух для завещателя до подписания, личность завещателя установлено, 

<

данные изъяты>, завещание собственноручно подписано завещателем в присутствии нотариуса. 

В судебном заседании нотариус ФИО9 поясняла, что лично знала ФИО107 с ДД.ММ.ГГГГ, при составлении завещания он физически выглядел несколько слабее чем ранее, но волю он выразил однозначно, без колебаний, признаков воздействия либо давления на него не имел, его подпись была идентична его подписи в завещании от ДД.ММ.ГГГГ. 

Такие пояснения нотариуса также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО30 оглы, являющегося супругом дочери наследодателя, согласно которым он общался с ФИО12 почти каждый день, уход за ним осуществляли ФИО17 (ФИО41) и ФИО108. Он с супругой приезжал к нему, они привозили жидкую пищу, делали массаж. У ФИО12 не было провалов в памяти, он сам ездил в онкологический центр, за месяц до смерти был на свадьбе у его родственника. Между отцом и ФИО5 были конфликтные отношения. При жизни ФИО11 говорил, что все принадлежит его кровному родственнику – сыну ФИО17. 

Оснований сомневаться в показаниях данного свидетеля не имеется, поскольку сведения о его заинтересованности отсутствуют, ФИО8 на оспариваемое наследство не претендует, подав заявление об отказе.

Показания свидетеля ФИО30 оглы согласуются с показаниями свидетеля ФИО110, который в судебном заседании пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ он проживал по 

<

адрес> совместно с ФИО12, осуществлял уход за ним, оказывал помощь. ФИО109 перенес онкологическую операцию, он (ФИО111) совместно с сыном ФИО17 меняли ему калоприемник. ФИО11 был адекватным, здравым, самостоятельно решал некоторые бытовые вопросы, ходил на рыбалку, управлял автомобилем, был на свадьбе. С дочерью ФИО5 в ДД.ММ.ГГГГ у него произошел конфликт. Он ее в доме отца после этого не видел, посещали его дочь ФИО8 и сын ФИО17 с семьями. Он был с ФИО12 в больнице два дня, потом его сменил его знакомый, так как ему нужно было уехать. В доме они жили в одной комнате. ФИО11 сообщил ему, что желает сделать дарственную на внука, потому что он является продолжателем его рода. В марте ФИО11 собрал детей и внуков и объявил им свое решение о составлении дарственной внуку на дом, возражений не было. 

Показания свидетеля ФИО19 оглы суд находит достоверным доказательством по делу, поскольку именно ФИО114, осуществляя уход за ФИО12 оглы, совместно проживал с ним в его доме, то есть постоянно наблюдал его поведение с момента хирургической операции до его смерти. Факт совместного проживания ФИО113 с ФИО112 в связи с уходом за последним сторонами не оспаривался и подтверждён показаниями свидетелей. ФИО19 оглы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был временно зарегистрирован по 

<

адрес> (т. 5 л.д. 21).

Доводы стороны истца о наличии у ФИО115 судимости и наркотической зависимости, как обстоятельств, исключающих достоверность его показаний, судом признаются несостоятельными, поскольку о наличии данных обстоятельств ФИО5 и ФИО7 оглы было известно изначально, но тем не менее именно ему истцом и ответчиком был доверен постоянный уход за родителем с совместным проживанием после 

<

данные изъяты> в связи с 

<

данные изъяты>.

О наличии доверия к ФИО116 со стороны истца также свидетельствуют действия ФИО5 по регистрации данного свидетеля по месту своего проживания (

<

адрес>).

Истец ФИО5 в исковом заявлении и в ходе всего судебного разбирательства не указывала на то, что ФИО119 оказывал влияние на ее отца с целью составления оспариваемого завещания. Только в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 сослалась на то, что ФИО118 оказывал давление на ее отца. Такой довод истца не имеет доказательственной силы, поскольку в соответствии со ст. 56 ГПК РФ ничем не подтвержден, мотивирован истцом анализом его показаний, данных в суде, и расценивается судом как способ опорочить показания свидетеля, данные не в пользу истца.

В судебном заседании был опрошен свидетель Свидетель №2 кызы, которая пояснила, что длительное время знакома с семьей ФИО117, в ДД.ММ.ГГГГ.г. около 5-6 раз встречалась с ФИО13 ФИО120, а именно 2-3 раза посещала его дома у ФИО5, 2-3 раза на 

<

адрес>. 2-3 раза в месяц звонила. У него был 

<

данные изъяты>. 

Показания данного свидетеля суд не может принять во внимание, поскольку ответчик ФИО7 пояснил, что находится с ней в личных неприязненных отношениях, а согласно пояснениям данного свидетеля ФИО7 имеет долговые обязательства перед ее отцом, в связи с чем по его заявлению в отношении ФИО3 проводилась проверка полицией.

Свидетель ФИО31 в судебном заседании пояснила, что знакома с ФИО12 оглы с ДД.ММ.ГГГГ г.г., последний раз видела его в январе ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес>, он 

<

данные изъяты>. До этого 

<

данные изъяты>, лежал в госпитале МВД, затем жил у дочери ФИО5. По просьбе ФИО5 она приходила и брала у него анализы. После ковида у него начались 

<

данные изъяты>. Он 

<

данные изъяты>. За ним ухаживал мужчина, который проживал с ним совместно.

Такие показания свидетеля ФИО31 не содержат достоверных данных о 

<

данные изъяты> ФИО121 в юридически значимый период. 

Судом также учитывается, что согласно показаниям свидетеля ФИО19 оглы, постоянно проживавшего в указанное время совместно с ФИО122 и осуществлявшего уход за ним, Свидетель №2 и ФИО32 никогда ФИО12 оглы не посещали. Оснований не доверять его показаниям у суда не имеется, поскольку он постоянно проживал с ФИО123, что сторонами не оспаривалось, сведений о его заинтересованности не имеется. Факт привлечения указанного свидетеля к уголовной ответственности, на что ссылается сторона истца, не свидетельствует о том, что его показания являются недостоверными. 

Показания свидетеля ФИО29 кызы суд не принимает в качестве достоверного доказательства, поскольку истец ФИО5 пояснила, что они находятся в конфликтных отношениях. 

Свидетель ФИО33 в судебном заседании пояснила, что проживает в одном доме с ФИО5, вместе с ней проживал ее отец ФИО11 (ФИО124), они 

<

данные изъяты>, лежали в одной больнице, часто к нему приезжала скорая помощь. Последний раз видела его в ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель ФИО34 в судебном заседании пояснил, что проживает в одном доме с ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ к ней приехал ее отец. С ДД.ММ.ГГГГ он перестал его видеть. После перенесенного 

<

данные изъяты>, мог не поздороваться.

Свидетель ФИО35 пояснил, что знает ФИО125 с ДД.ММ.ГГГГ, поскольку является бывшим сотрудником полиции. В следующий раз встретился с ним в ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в связи с рассмотрением уголовных дел. В последний раз видел его в конце ДД.ММ.ГГГГ, был очень 

<

данные изъяты>. ФИО126 узнал его, они поговорили, был адекватным. После этого не видел.

Пояснения свидетелей ФИО33, ФИО34, ФИО35 правового значения для разрешения спора не имеют, поскольку в юридически значимый период свидетели с ФИО127 не общались.

Показания свидетеля ФИО22 оглы о том, что ФИО11 оглы не сразу узнал его при встрече ДД.ММ.ГГГГ на свадьбе, не свидетельствуют о 

<

данные изъяты> ФИО128, поскольку данные о степени знакомства ФИО22 с ФИО129, а также о том, как часто они встречались в суд не представлено.

В судебном заседании была опрошена свидетель Свидетель №4, которая пояснила, что она работает старшей медсестрой 

<

данные изъяты>. Дочь ФИО130 обращались к ней за консультацией по уходу за илеостомой после операции на тонком кишечнике. Пациенты после такой операции в силу ее специфики сначала не хотят ничего делать, ухаживать за собой. После болезни ФИО11 был слаб. Все пациенты после такой операции не готовы принимать такие тяготы, ничего не хотят. Она приезжала к ФИО133 домой несколько раз после операции, показывала родственникам как правильно ухаживать за стомой, ее приглашала дочь, дома был еще молодой человек и еще кто-то. ФИО132 нуждался в посторонней помощи, поскольку после операции практически никто не может с первого раза правильно приклеить илеостому. В ее присутствии каких-либо приступов у ФИО131 не было, пациент лежал. 

Оценивая данные показания, суд исходит из того, что свидетель несколько раз общалась с ФИО135, ею описано физическое состояние ФИО134 непосредственно после операции, о его 

<

данные изъяты> после указанного времени ей неизвестно. При этом свидетель пояснила, что по прошествии определенного времени после операции состояние прооперированного улучшается, способность к самообслуживанию увеличивается. 

Представленные сторонами аудио-, видеофайлы не содержат сведений о психическом состоянии ФИО136 в юридически значимый период. 

Таким образом, показания свидетелей, опрошенных судом, не содержат сведений о том, что ФИО137 на момент составления завещания не осознавал значение своих действий и не мог руководить ими самостоятельно, а также о том, что на него оказывалось какое-либо влияние или давление с целью составления оспариваемого завещания.

Довод истца об оказании давления и влияния на ФИО138 со стороны ФИО3 в связи с наличием у последнего судимости и долговых обязательств является предположением и ничем в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не подтвержден.

Ссылки на то, что ФИО141 мог оказать воздействие на отца под предлогом неоказания ухода, также являются голословным предположением, не подтвержденным в установленном порядке. В судебном заседании истец не заявлял о том, что ФИО142 при жизни такой уход не оказывался. Из медицинской документации 

<

адрес> следует, что ФИО140 передвигался самостоятельно, илеостома функционировала нормально. 

Привлечение ответчика ФИО3 к уголовной ответственности не свидетельствует в безусловном порядке об оказании им давления на своего отца при составлении оспариваемого завещания.

Кроме этого, судом установлено, что ФИО7 не единолично участвовал в уходе за отцом, его также посещала семья его дочери ФИО8, которая оказывала помощь и принимала участие в уходе за ним. 

Истец, ссылаясь в обоснование своих исковых требований на то, что коллеги и друзья отца сообщали ей об оказании ФИО139 давления на отца, не смогла назвать данных лиц, которые могли бы подтвердить указанное обстоятельство. 

Доводы истца об оказании давления на ФИО143 со стороны ФИО10 также ничем не подтверждены.

В дополнительном экспертном заключении эксперты сослались на монографию ФИО23 «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> ФИО24, согласно которой существенными для многих больных оказываются и ограничения, налагаемые соматическими страданиями, в частности, 

<

данные изъяты>, на жизненную активность и профессиональную деятельность, довольно часто поведение больных злокачественными новообразованиями отличается непоследовательностью, своеобразной парциальной внушаемостью, которые усугубляются в силу их болезни и физической немощи зависимостью от других лиц, что ставит перед ними дополнительные трудности при распоряжении своим имуществом. Подобные больные, испытывая разочарования в медицинских работниках и близком окружении часто демонтируют выраженную внушаемость и подчиняемость случайным посторонним лицам, меняют свои личностные привязанности и интересы, их поведение носит непоследовательный и часто малопонятный характер.

При этом в судебное заседание не представлено каких-либо достоверных данных о том, что ухудшение физического состояния ФИО144 в связи с наличием 

<

данные изъяты> и иных соматических заболеваний повлекло за собой его повышенную внушаемость и подчиняемость. Напротив, из показаний свидетелей и нотариуса ФИО9 следует, что он был самостоятельным, однозначно выражал свою волю. 

Таким образом наличие у ФИО145 заболеваний, в том числе органического расстройства личности, злокачественного образования, а также возраст, сами по себе не свидетельствует о наличии обстоятельств, препятствовавших ему понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку истцом не представлено допустимых, достоверных и достаточных доказательств наличия обстоятельств, которые повлияли на волеизъявление ее отца при составлении оспариваемого завещания и тем самым не могут быть основаниями для признания его недействительным.

Таким образом, исходя из выводов судебной 

<

данные изъяты>, которые не смогли дать категорический ответ о невозможности ФИО146 понимать значение 

<

данные изъяты> ФИО4, а также отсутствием доказательств оказания на него какого-либо рода воздействия либо давления, повлиявших на чистоту его волеизъявления, то суд не усматривает достаточных правовых оснований для признания оспариваемого завещания недействительным.

При указанных обстоятельствах, исходя из того, что при составлении и подписании завещания ФИО147 понимал значение совершаемых действий, его действительная воля была установлена и отражена должным образом в завещании и соответствовала его намерениям, не была искажена путем какого-либо давления или влияния, была направлена на передачу спорного имущества после его смерти своему внуку ФИО148, то суд находит заявленные исковые требования о признании недействительным оспариваемого завещания не подлежащими удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст. 198-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО5 (паспорт гражданина РФ № выдан отделом УФМС России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ) к ФИО4 в лице законного представителя ФИО10 (паспорт гражданина РФ № выдан 

<

адрес> 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ), ФИО7 (паспорт гражданина РФ № выдан 

<

адрес> 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ), ФИО8 (паспорт гражданина № выдан отделом 

<

адрес> 

<

адрес> в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ) о признании недействительным завещания № 

<

адрес>8, составленного ДД.ММ.ГГГГ ФИО149 на имя ФИО2, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом 

<

адрес> ФИО9 за реестровым номером №.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения путем подачи жалобы в Волгоградский областной суд через Суровикинский районный суд 

<

адрес>.

Судья Е.В. Беляевскова