копия

№ 2-396/2020

70RS0004-01-2019-004026-75

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 февраля 2020 года Советский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего Глинской Я.В.

при секретаре Тимофеевой О.С.

с участием представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности от 06.06.2019 № Д-70907/19/78 сроком на 1 год, представителя ответчика ФИО3, действующего на основании доверенности от 20.04.2019 № 70 АА 1279503 сроком на 10 лет, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Управления Федеральной службы судебных приставов по Томской области к ФИО1 о взыскании прямого действительного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы судебных приставов России по Томской области (далее – УФССП России по Томской области, Управление) обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении работником прямого действительного ущерба в размере 523 741,85 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что в ходе проведения проверки эффективности использования средств федерального бюджета и учета средств, поступающих во временное распоряжение структурных подразделений УФССП России по Томской области, было установлено, что в Управлении неверно производился расчет базовых норм расхода топлива на автомобили, в связи с чем, имело место неправомерное списание бензина на общую сумму 523 741,85 руб. Данные нарушения связаны с тем, что в процессе эксплуатации находящихся в распоряжении УФССП России по Томской области транспортных средств ГАЗ 221717, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 3009 TF, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, руководством Управления, в частности, курирующим заместителем руководителя ФИО1 необоснованно принято решение об установлении норм расхода топлива, а также об изменении норм расходов топлива на указанные автомобили в большую сторону. Поскольку согласно ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, с ответчика подлежит взысканию в счет возмещения причиненного истцу ущерба сумма в размере 523 741,85 руб.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что ответчик замещал должность заместителя руководителя Управления. Распоряжением Минтранса России была установлена норма расхода топлива для автомобилей УАЗ Патриот в размере 13,5 л., нормы расхода топлива на автомобили ГАЗ 221717 и ГАЗ 3009 TF установлены не были. При поставке новых автомобилей УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***> приказом УФССП России по Томской области от 10.09.2015 № 109-х установлены базовые нормы в соответствии с распоряжением Минтранса от 14.03.2008 № АМ-23-р. При поставке новых автомобилей ГАЗ 221717, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 3009 TF, государственный регистрационный знак 

<

***>, также установлены базовые нормы приказом УФССП России по Томской области от 21.09.22015 № 114-х.

По решению руководителя Управления в связи с фактическим превышением установленного расхода топлива на служебных автомобилях Управления была создана комиссия по определению расходов топлива на вышеуказанных служебных автомобилях УАЗ Патриот, ГАЗ 221717, ГАЗ 3009 TF, которую возглавил ответчик. Комиссией были осуществлены контрольные выезды на указанных автомобилях и произведены расчеты фактического расхода топлива вышеуказанными транспортными средствами, на основании которых приказом руководителя Управления утверждены соответствующие изменения норм расхода топлива данными автомобилями в большую сторону. При этом утвержденные нормативы не соответствовали нормам, установленным распоряжением Министерства транспорта РФ. Добавил, что ответчик курировал отдел материально-технического обеспечения Управления и знал, что расход топлива эксплуатируемой Управлением техники осуществляется в соответствии с нормативными актами Министерства транспорта РФ. Вместе с тем, являясь председателем комиссии, ответчик о расхождениях норм потребления топлива руководителя Управления не уведомил. Наличие прямого действительного ущерба от действий ответчика связывал с фактом указания в акте выездной проверки в качестве вмененного Управлению нарушения – неправильный расчет базовых нормативов расхода топлива, что повлекло неправомерное списание бензина на общую сумму 523 741,85 руб. 

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, поддержал доводы письменного отзыва, суть которого сводится к следующему. Противоправность действий ответчика, его вина в причинении ущерба Управлению истцом не доказаны. Ответчик являлся членом комиссии, которая была создана по распоряжению руководителя Управления в связи с фактическим превышением установленного расхода топлива на служебных автомобилях. Таким образом, на момент создания комиссии руководителю Управления уже было известно о превышении базовых величин расхода топлива, и ответчик лишь исполнял приказ руководителя по определению фактического расхода топлива служебным транспортом Управления. Кроме того, истцом не соблюдена процедура определения размера ущерба и привлечения ответчика к материальной ответственности. ФИО1 не создавал комиссию по установлению фактических расходов, не искажал информацию о фактических расходах топлива, работая в составе комиссии; не имел в пользовании товарно-материальных ценностей; не списывал бензин как материально ответственное лицо. Кроме этого, отметил, что из содержания Распоряжения Минтранса России от 14.03.2008 № АМ-23-р следует, что базовую норму с учетом особенностей эксплуатации транспортных средств юридические лица устанавливают самостоятельно. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судом определено о рассмотрении дела в отсутствие неявившегося ответчика. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований исходя из следующего. 

Как следует из материалов дела, на основании приказа директора Федеральной службы судебных приставов от 27.10.2005 №1569-к между Федеральной службой судебных приставов (далее – ФССП) и ФИО1 заключен служебный контракт о прохождении государственной гражданской службы Российской Федерации и замещении должности государственной гражданской службы Российской Федерации.

В соответствии с данным служебным контрактом от 26.09.2013 № 207 на ФИО1 возложено исполнение должностных обязанностей заместителя руководителя УФССП по Томской области – заместителя главного судебного пристава Томской области (л.д. 12).

Должностные обязанности ФИО1 предусмотрены разделом 3 должностного регламента заместителя руководителя УФССП по Томской области, утвержденного 31.03.2017 директором ФССП – главным судебным приставом РФ (л.д. 15-20).

В судебном заседании установлено, что в 2015 году Управлением приобретен новый автотранспорт, а именно: УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 221717, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 3009 TF, государственный регистрационный знак 

<

***>. Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела паспортами транспортных средств 52 ОМ 685696, 52 ОК 465709, 73 ОМ 619619, 73 ОМ 624699, 73 ОМ 619620.

Приказами от 10.09.2015 № 109-х, 21.09.2015 № 114-х для вышеуказанного служебного транспорта установлены нормы расхода топлива с учетом положений Распоряжения Министерства транспорта РФ от 14.03.2008 № АМ-23-р: базовая норма на 100 км. пробега для автомобилей УАЗ Патриот – 13,5 л., для ГАЗ 221717 – 15,2 л., для ГАЗ 3009 TF – 15,1 л. 

В связи с фактическим превышением установленного расхода топлива на автомобилях УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 221717, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 3009 TF, государственный регистрационный знак 

<

***>, приказом руководителя Управления ФИО4 от 06.11.2015 № 130-х создана комиссия по определению расхода топлива на служебных автомобилях Управления (далее – комиссия). Председателем комиссии назначен ФИО1 

Комиссии поручено осуществить контрольные выезды с последующим расчетом расхода топлива, внести изменения в установленные нормы расхода топлива вышеуказанных автомобилей.

Приказом руководителя Управления ФИО4 от 12.11.2015 № 132-х внесены изменения в приказы 10.09.2015 № 109-х, 21.09.2015 № 114-х и установлены нормы расхода топлива для служебного транспорта в соответствии с расчетами, произведенными комиссией на основании осуществленных контрольных выездов: базовая норма на 100 км. пробега для автомобилей УАЗ Патриот – 15,4 л., для ГАЗ 221717 – 16,4 л., для ГАЗ 3009 TF – 17,6 л., то есть с увеличением базовой нормы. 

Приказом от 17.08.2018 № 1485-к ответчик уволен с федеральной государственной гражданской службы с 21.09.2018 по собственной инициативе.

Основанием для обращения с иском в суд послужил Акт выездной проверки эффективности использования средств федерального бюджета и учета средств, поступающих во временное распоряжение структурных подразделений УФССП России по Томской области от 29.04.2019, из содержания которого следует, что для расчета нормативов топлива транспортных средств в Управлении применялись базовые нормы расхода топлива, не соответствующие распоряжению Министерства транспорта от 14.03.2008 № АМ-23-р. В связи с неправильно рассчитанными базовыми нормами расхода топлива неправомерно списано бензина на общую сумму 523 741,85 руб. в количестве 15 112,17 л., в том числе в 2106 году 6 753,76 л. бензина на 226 101,41 руб., в 2017 году 7 446,07 л. бензина на 260 833,08 руб., в первом квартале 2019 года 912,34 л. бензина на 36 807,36 руб.

На основании результатов проверки ответчику направлено требование от 14.08.2019 № 70915/19/22089, в котором указано, что ФИО1 как заместителем руководителя Управления нарушены положения п.6 распоряжения Министерства транспорта РФ от 14.03.2008 № АМ-23-р, ответчику предложено оплатить прямой действительный причиненный ущерб в размере 523 741,85 руб.

Поскольку указанное требование ответчиком не исполнено, истец обратился в суд с настоящим иском, полагая, что в соответствии со ст. 238 ТК РФ, ФИО1 является материально ответственным лицом, и им должен быть возмещен прямой действительный причиненный УФССП России по Томской области ущерб в размере 523 741,85 руб.

Суд не может согласиться с доводами стороны истца в связи со следующим.

Согласно ч. 7 ст. 11 Трудового кодекса РФ на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Статьей 73 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предусмотрено, что федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной этим федеральным законом.

Согласно ч. 4 ст. 6.4 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ (ред. от 27.12.2019) «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», организация деятельности рабочих и служащих органов принудительного исполнения, их трудовые отношения регламентируются трудовым законодательством и правилами внутреннего служебного распорядка в органах принудительного исполнения.

Поскольку специальным законодательством о государственной гражданской службе и о судебных приставах (Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах», Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», Федеральный закон от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации») не предусмотрен специальный порядок привлечения государственного гражданского служащего к материальной ответственности, то в силу ч. 7 ст. 11 ТК РФ к возникшим правоотношениям подлежат применению нормы Трудового Кодекса РФ.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса РФ.

Статьей 232 указанной главы ТК РФ определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с названным кодексом и иными федеральными законами.

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (статья 233 ТК РФ).

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 ТК РФ.

Частью первой статьи 238 ТК РФ установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В силу ст. 241 ТК РФ, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 ТК РФ).

Частью второй статьи 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев полной материальной ответственности установлен статьей 243 ТК РФ.

Согласно ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

Аналогичные пояснения содержатся в п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», согласно которым материальная ответственность в полном размере может быть возложена на заместителя руководителя организации или на главного бухгалтера при условии, что это установлено трудовым договором (п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю»).

Между тем, в служебным контракте от 26.09.2013 № 207 сведения и условия о возложении на заместителя руководителя УФССП по Томской области ФИО1 полной материальной ответственности отсутствуют, какое-либо соглашение о полной материальной ответственности с ним не заключалось.

Доводы представителя истца о возложении на ответчика полной материальной ответственности в связи с наличием указания на это в должностном регламенте заместителя руководителя УФССП по Томской области (п. 5.3 должностного регламента) судом отклоняются, поскольку само по себе указание, что заместитель руководителя несет материальную ответственность за причиненный имущественный ущерб, связанный с исполнением профессиональной служебной деятельностью, не влечет возникновение полной материальной ответственности у ответчика, поскольку должностной регламент является односторонним документом и не может создавать для работника прав и обязанностей, которые в силу прямого указания в законе возникают только при заключении сторонами специального письменного соглашения о полной материальной ответственности.

Исходя из изложенной в судебном заседании стороной истца позиции, виновное противоправное поведение ответчика, как председателя комиссии, заключалось в намеренном непредставлении руководителю Управления сведений о то, что произведенные по результатам контрольных выездов расчеты норм расхода горюче-смазочных материалов могут не соответствовать нормам расходов горюче-смазочных материалов, утвержденным Министерством транспорта РФ.

Также стороной истца указано на нарушение ФИО1 положений п. 6 распоряжения Министерства транспорта РФ от 14.03.2008 № АМ-23-р при установлении норм расхода топлива на автомобили УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, УАЗ Патриот, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 221717, государственный регистрационный знак 

<

***>, ГАЗ 3009 TF, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Вместе с тем, нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте установлены Методическими рекомендациями "Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте", введенными в действие Распоряжением Министерства транспорта Российской Федерации от 14.03.2008 N АМ-23-р "О введении в действие Методических рекомендаций "Нормы расхода топлив и смазочных материалов на автомобильном транспорте".

Пунктом 6 распоряжения Министерства транспорта РФ от 14.03.2008 № АМ-23-р предусмотрено, что применительно к конкретным условиям эксплуатации АТС допускается использование скорректированных значений поправочных коэффициентов (надбавок) к базовым нормам расхода топлив, утвержденных настоящими методическими рекомендациями, или дополнительных коэффициентов (надбавок) к базовым нормам расхода топлив при соответствующем обосновании и по согласованию с Минтрансом России.

На период действия данного документа для моделей, марок и модификаций автомобильной техники, поступающей в автопарк страны, на которую Минтрансом России не утверждены нормы расхода топлив (отсутствующие в данном документе), по решению юридического лица или индивидуального предпринимателя, осуществляющего эксплуатацию АТС, в отношении данных АТС могут вводиться базовые нормы, разработанные по индивидуальным заявкам в установленном порядке научными организациями, осуществляющими разработку таких норм по специальной программе-методике.

Таким образом, из данного распоряжения следует, что при соответствующем обосновании и согласовании с Министерством транспорта РФ допускается изменение и последующее использование скорректированных значений поправочных коэффициентов (надбавок) к базовым нормам расхода топлив, утвержденных настоящими методическими рекомендациями.

При этом если Минтрансом России не утверждены нормы расхода топлив для соответствующей автомобильной техники, то руководитель организации может ввести в действие своим приказом нормы, разработанные по индивидуальным заявкам в установленном порядке научными организациями, осуществляющими разработку таких норм по специальной программе-методике.

Сторонами не оспаривается и следует из материалов дела, что в ходе эксплуатации транспортных средств, выявлено фактическое превышение установленного расхода топлива на приобретенных Учреждением автомобилях УАЗ Патриот, ГАЗ 221717, ГАЗ 3009 TF.

В судебном заседании представитель истца также указал, что на момент создания комиссии и осуществления ею своей работы отсутствовали утвержденные Министерством транспорта РФ нормы расхода горюче-смазочных материалов непосредственно для вышеперечисленных автомобилей. 

В связи с указанными обстоятельствами приказом руководителя Управления от 06.11.2015 № 130-х создана комиссия по определению расхода топлива на служебных автомобилях Управления (далее – комиссия), которой поручено произвести контрольные выезды на вышеуказанных автомобилях и внести соответствующие изменения в установленные нормы расхода топлива, председателем которой и был назначен ответчик.

Во исполнение приказа руководителя Управления комиссией проведены контрольные выезды, замеры фактических затрат топлива и осуществлены соответствующие расчеты норм расхода топлива на вышеуказанных автомобилях с представлением соответствующих результатов работы комиссии руководителю Управления.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что поскольку императивные положения, в соответствии с которыми надлежало определить нормы расхода топлива, на момент осуществления комиссией своей деятельности отсутствовали, расчет потребления горюче-смазочных материалов производился исходя из его фактического расхода.

В соответствии со ст. 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Доказательств, свидетельствующих, что ответчиком по результатам работы комиссии были предоставлены заведомо необоснованные нормы расхода топлива, не представлено, в связи с чем, суд не усматривает в действиях ответчика виновного противоправного поведения.

Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что как решение о создании комиссии, целью деятельности которой являлось внесение изменений в установленные нормы расхода топлива, оформленное приказом от 06.11.2015 № 130-х, так и решение об изменении установленных норм расхода ГСМ, оформленное приказом от 12.11.2015 № 132-х, изданы непосредственно руководителем Управления. 

Необходимым условием для наступления материальной ответственности работника также является наличие прямого действительного ущерба у работодателя.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 ТК РФ).

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», согласно которым при определении суммы, подлежащей взысканию, следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. 

В силу ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер. 

Сторона истца в обоснование причинения ответчиком прямого действительного ущерба ссылается только на акт проверки от 29.04.2019, в котором определено, что в связи с неправильно рассчитанными базовыми нормами расхода топлива Управлением неправомерно списано бензина на общую сумму 523 741,85 руб. в количестве 15 112,17 л.

Между тем указанная сумма не может рассматриваться как прямой действительный ущерб, причиненный действиями ФИО1, поскольку проверка, по результатам которой вынесен акт от 29.04.2019, проводилась не с целью определения размера прямого действительного ущерба и причин его возникновения, а в целях проверки эффективности использования средств федерального бюджета и учета средств, поступающих во временное распоряжение структурных подразделений УФССП России по Томской области. 

Актом от 29.04.2019 установлен лишь факт списания бензина на сумму 523 741,85 руб., обусловленный расходом топлива служебными транспортными средствами Управления за период их эксплуатации в 2016, 2017, первый квартал 2019 года в соответствие с установленными приказом от 12.11.2015 № 132-х нормативами, не соответствующими распоряжению Министерства транспорта РФ от 14.03.2008 № АМ-23-р. 

Сведения о вверении ответчику какого-либо имущества (непосредственно горюче-смазочного материала, денежных средств на его приобретение), а также доказательств реального уменьшения наличного имущества Управления или ухудшение состояния указанного имущества, причиненного ответчиком в заявленных истцом суммах, суду не представлено. 

Также суд отмечает, что сторонами не оспаривается, что денежные средства, выделенные на расходы по приобретению топлива служебных автомобилей, использовались по целевому назначению.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о недоказанности стороной истца наличия прямого действительного ущерба. 

Таким образом, вопреки положениям действующего законодательства, истцом не представлено достаточных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих совокупность условий, при которых на ответчика может быть возложена материальная ответственность.

Помимо отсутствия необходимых условий для наступления материальной ответственности ФИО1 истцом также не соблюдена процедура привлечения ответчика к материальной ответственности. 

Так, в силу части первой статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с частью второй статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

При этом истребование объяснений является обязательным и в случае, если к материальной ответственности привлекается работник, который на момент проведения проверки уже уволен (п.5 Обзора судебной практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 ТК РФ).

Бремя доказывания соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности законом возложено на работодателя.

Ответчик уволен с федеральной государственной гражданской службы приказом от 17.08.2018 года № 1485-к с 21.09.2018 по собственной инициативе.

Факт неправомерного списания бензина на сумму 523 741,85 руб. в количестве 15 112,17 л. установлен актом от 29.04.2019.

Между тем, как следует из материалов дела и пояснения представителя истца, в адрес ответчика направлялось только требование от 14.08.2019 о возмещении им прямого действительного причиненного ущерба. В определенном ст. 247 ТК РФ порядке проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения не проводилась, письменные объяснения относительно выявленного факта неправомерного списания бензина у ФИО1 в нарушение положений части второй статьи 247 ТК РФ также не истребовались.

Поскольку истцом не доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для наступления материальной ответственности ответчика, и помимо этого, не соблюден порядок привлечения ответчика к материальной ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Управления Федеральной службы судебных приставов по Томской области к ФИО1 о взыскании прямого действительного ущерба в размере 523 741,85 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд Советского района г. Томска.

Судья /подпись/ 

Копия верна.

Судья: Я.В. Глинская

Секретарь О.С. Тимофеева

Оригинал документа находится в деле № 2-396/2020 (70RS0004-01-2019-004026-75) Советского районного суда г.Томска.

Мотивированный текст решения изготовлен 21.02.2020