Дело № 

УИД: №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе судьи Топчиловой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Коноваловой Н.Д.,

с участием истца ФИО1, представителя Минфин РФ, УФК РФ по НСО ФИО2, прокурора Чувозеровой Т.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному управлению Следственного комитета России по Н. 

<

адрес>, следственному отделу по городу Бердску о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском и просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 0000 рублей в порядке реабилитации в связи с незаконным уголовным преследованием.

В обоснование заявленных требований истец указал, что приговором Бердского городского суда Н. 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ было прекращено уголовное преследование в отношении него по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации по основанию пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию, что послужило основанием для обращения в суд с иском.

ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, доводы иска поддержал в полном объеме, дал соответствующие пояснения. 

Представитель Министерства финансов России, УФК по НСО ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения требования в заявленном размере возражала по доводам, изложенным в письменных возражениях. 

Представитель СУ СК РФ по НСО в судебное заседание не явилась, была извещена судом надлежащим образом, ранее просила в удовлетворении требований отказать.

Представитель П. Н. 

<

адрес> – Чувозерова Т.О. в судебном заседании полагала, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, однако, размер компенсации морального вреда, который просит взыскать истец, подлежит снижению, поскольку является неразумным и чрезмерно завышенным, не соответствует объему физических и нравственных страданий, которые были ему причинены незаконным уголовным преследованием. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

Приговором Бердского городского суда Н. 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 105, частью 1 статьи 166, частью 1 статьи 325.1, частью 1 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации. Ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима (л.д.№). Кроме того, данным приговором прекращено уголовное преследование в отношении подсудимого ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснено право на возмещение имущественного и морального вреда, причиненного уголовным преследованием по данному составу преступления (Т. №).

В указанной части приговор Бердского городского суда Н. 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения апелляционным определением Н. областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (Т. №).

ФИО1, обращаясь в суд с иском, указывает на то, что в ходе незаконного уголовного преследования по пункту «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации ему были причинены физические и нравственные страдания, компенсацию которых он оценивает в 10 000 000 рублей.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, П. и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу с части 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно стать 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

С учетом приведенных правовых норм, учитывая, что в отношении истца было прекращено уголовное преследование по реабилитирующим основаниям (в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации), учитывая, что за истцом признано право на реабилитацию, поскольку в отношении истца осуществлялось незаконное уголовное преследование, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

Между тем, суд полагает, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 000 рублей являются чрезмерными, завышенными и подлежащим снижению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда (пункт 21).

В обоснование объема причиненных ему физических и нравственных страданий? истец ссылается на то, что он незаконно подвергся уголовному преследованию по указанной статье, о чем шло освещение в средствах массовой информации, кроме того, данное уголовное преследование повлекло ухудшение состояния его здоровья, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими справками, здоровья его родителей (л.д.№).

Суд, оценивая совокупность представленных по делу доказательств, полагает, что степень и характер физических и нравственных страданий, которые были причинены указанным преследованием, не является столь значительной, как об этом заявлено истцом, истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между ухудшением состоянием здоровья и уголовным преследованием по статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Так, из представленной в материалы дела медицинской документации следует, что у ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ года диагностировалось №.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ истцу было предложено представить относимые и допустимые доказательства наличия причинно-следственной связи между ухудшением его здоровья и незаконным уголовным преследованиям.

Однако, таких доказательств суду представлено не было.

Суд, оценивая представленные в материалы дела медицинские справки учитывает, что у ФИО1 был поставлен диагноз «хронический гастрит», сам по себе факт его обострения во время признанного законным содержания под стражей в ходе следствия и нахождения в местах лишения свободы после признания лица виновным, не может быть признан единственным относимым и допустимым доказательством того обстоятельства, что основанием для данного обострения заболевания явилось именно предъявление обвинения в совершении преступления, по которому уголовное преследование было прекращено.

Не представлено в материалы дела и каик-либо доказательств, подтверждающих доводы истца об ухудшении состояния здоровья его родителей в указанный период.

Также суд критически относится к пояснениям истца о том, что в связи с предъявлением его незаконного обвинения в совершении кражи в средствах массовой информации о нем была распространена недостоверная (порочащая) информация.

Так, судом предлагалось истцу представить относимые и допустимые доказательства распространения в средства массовой информации недостоверных сведений в связи с уголовным преследованием ФИО1, в части, в которой оно было прекращено, однако? таких доказательств суду представлено не было (Т. №).

Истец не смог пояснить название репортажа, дату и место его выхода, место размещения, источник СМИ, в котором освещался процесс в отношении ФИО1 именно в связи с обвинением его в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Действительно, из протокола судебного заседания, изготовленного Бердским городским судом Н. 

<

адрес> при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1, усматривается, что при рассмотрении его дела присутствовали представители средств массовой информации.

Однако, к доводам истца о том, что освещение процесса происходила только в связи с обвинением по статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд относится критически, поскольку приговором Бердского городского суда Н. 

<

адрес> усматривается, что ФИО1 был признан виновным в совершении следующих преступлений: убийства К Е.В. путем нанесения нескольких ножевых ранений, угоне автомобиля убитой, наезде на автомобиле на сотрудника ГИБДД при попытке остановить транспортное средство, краже государственных регистрационных знаков. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что освещение рассмотрения дела Бердским городским судом Н. 

<

адрес> в средствах массовой информации не было обусловлено только обвинением ФИО1 в совершении преступления, уголовное преследование по которому было прекращено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что заявленное истцом требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 0000 рублей является существенно завышенным, в связи с тем, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения факт причинения вреда здоровью истца или его родственникам незаконным уголовным преследованием по пункту «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме того, уголовное преследование по указанной статье не повлекло для истца последствий в виде ограничения свободы в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства. 

Так, из постановления Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по уголовному делу №, возбужденному ДД.ММ.ГГГГ, в связи с предъявлением обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации – убийство К Е.В. (Т. №). Из мотивированной части постановления следует, что основанием избрания данной меры пресечения послужило совершение ФИО1 особо тяжкого преступления против личности. 

В дальнейшем, избранная мера пресечения неоднократно продлялась постановлениями Бердского городского суда Н. 

<

адрес>, апелляционными постановлениями Н. областного суда (Т. №).

Из содержания всех постановлений о продлении избранной меры пресечения в виде содержаний под стражей следует, что основным основанием для принятия данных процессуальных решений послужил факт обвинения ФИО1 именно в совершении особо тяжкого преступления, к которым преступление, предусмотренное частью 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, не относится.

Суд, оценивая представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание все фактические обстоятельства, установленные по делу, в том числе, то, что ФИО1 подвергнут уголовному преследованию не только по тому составу преступления, по которому дело было прекращено, но и по иным вменяемым ему в вину составам преступлений, все меры процессуального воздействия, принятые в отношении истца в ходе следствия были связаны именно с обвинениями по особо тяжким преступлениям, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает объем физических и нравственных страданий истца, конкретные обстоятельства, требования разумности и справедливости, принимая во внимание продолжительность уголовного преследования, отсутствие мер процессуального принуждения в связи с подозрением в совершении преступления, в отношении которого производство было прекращено, принимая во внимание данные о личности истца, приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда в сумме 15 000 рублей является разумным, обоснованным и отвечающим принципам справедливости и соразмерности.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд приходит к следующим выводам.

Из содержания статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ) возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

В абзаце шестом пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» также разъяснено, что при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, компенсация морального вреда, причиненного в связи с незаконным уголовным преследованием, подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Следственному управлению Следственного комитета России по Н. 

<

адрес>, следственному отделу по городу Бердску о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Н. областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение. 

Судья Н.Н. Топчилова

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ