РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2019 года г. Усть-Илимск Иркутской области 

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Куреновой А.В.,

при секретаре судебного заседания Шевкуновой В.Ю.,

с участием представителя истца – ФИО1, действующего на основании доверенности от 23.05.2019 сроком действия один год с полным объемом процессуальных прав (л.д. 54 т. 2),

представителя ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 21.11.2017 сроком действия три года, выданной в порядке передоверия на основании доверенности от 14.06.2018 сроком действия по 21.11.2020 с полным объемом процессуальных прав (л.д. 43, 44 т. 1), 

в отсутствие третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-998/2019

по иску ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО6, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения, об освобождении незаконно занимаемого нежилого помещения, 

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований с учетом уточнений от 29.05.2019 истец указал, что истцу (арендодатель) и ФИО4 (арендодатель) на праве общей долевой собственности принадлежит здание магазина № 50 «Дом торговли», двухэтажное нежилое помещение (подземных этажей – 1), общей площадью 4037,1 кв.м. инв. №, лит. А1, А2, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 29.09.2008 между истцом, ФИО4 (арендодатели) и ответчиком (арендатор) был заключен договор аренды от 29.09.2008 здания магазина № 50 «Дом торговли» сроком действия с 29.09.2008 по 30.09.2018. По акту приема-передачи от 29.09.2008 помещение передано во временное пользование ответчику. Далее неоднократно между сторонами договора аренды заключались соглашения к указанному договору, менялись условия договора. В настоящее время установлен факт незаконного занятия ИП ФИО6 павильона, расположенного в здании магазина № 50 «Дом торговли». На обращение к арендатору ИП ФИО2 об основаниях занятия ответчиком помещения, ответ не поступил. От ответчика ИП ФИО6 ответ на обращение об освобождении павильона или предоставлении договора субаренды также не поступил. Своего согласия на сдачу павильона он не давал, поэтому ИП ФИО6 без оснований и незаконно занимает павильон. Просит признать недействительным договор субаренды нежилого помещения, расположенного в здании магазина № 50 «Дом торговли», заключенный между ИП ФИО2 и ИП ФИО6; обязать ИП ФИО6 освободить незаконно занимаемое нежилое помещение (павильон), расположенное в здании магазина № 50 «Дом торговли» по адресу: 

<

...>; взыскать с ответчиков судебные расходы в счет возмещения уплаченной государственной пошлины в размере 300 рублей.

Определением суда от 06.05.2019 к участию в деле в качестве соответчика привлечена индивидуальный предприниматель ФИО2 (л.д. 48 т. 1).

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства был извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования с уточнениями поддержал в полном объеме, ссылаясь на отсутствие письменного согласия истца ФИО5, как собственника спорного объекта, на сдачу помещений, переданных ИП ФИО2 по договору аренды от 29.09.2008, последней в субаренду. Просил иск удовлетворить.

В судебное заседание ответчики ИП ФИО2, ИП ФИО6 не явились. О времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом путем направления судебного извещения по имеющимся в материалах дела адресам фактического места жительства и регистрации заказными письмами, которые возвращены в адрес суда по истечении срока хранения.

В соответствии со статьей 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 1). Лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве (часть 2).

Как разъяснено в пункте 67 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

В пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъясняется, что статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

В силу части 4 статьи 113 ГПК РФ судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем.

Согласно статье 118 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

Ответчики вправе быть своевременно извещенными о разбирательстве дела, однако не проявили должной заботливости, осмотрительности и добросовестности в получении направленных судом по месту их жительства уведомлений о времени и месте судебного разбирательства. 

Суд принял все необходимые меры к надлежащему извещению ответчиков, которые, пользуясь своими процессуальными правами, не обеспечили возможность передачи им заказной почтовой корреспонденции и не представили сведений о причинах, объективно препятствовавших получению судебной заказной почтовой корреспонденции. Данных об ином месте жительства ответчиков материалы дела не содержат.

Нежелание ответчиков получать извещение о явке и непосредственно являться в суд для участия в судебном заседании, свидетельствует об их уклонении от участия в процессе, и не может повлечь неблагоприятные последствия для суда, а также не должно отражаться на правах других лиц на доступ к правосудию. 

Суд признает причину неявки ответчиков неуважительной и полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 в удовлетворении иска просил отказать в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве, согласно которому указал, что ответчик ИП ФИО6 занимает спорное нежилое помещение на законных основаниях в соответствии с договором субаренды, заключенным 26.03.2018 с ИП ФИО2 Срок действия договора с 26.03.2018 по 28.02.2019. После истечения срока договора субаренды субарендатор продолжил пользоваться помещением при отсутствии возражений со стороны арендодателя. Указанный договор субаренды не признан недействительным, в связи с чем оснований для истребования имущества от ИП ФИО6 не имеется. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности по требованию об оспаривании договора субаренды и применении последствий его недействительности, поскольку с иском он обратился по истечении годичного срока исковой давности. В связи с чем просил применить последствия пропуска срока исковой давности и отказать в удовлетворении иска. Также указывает, что истец фактически одобрял использование помещений третьими лицами, в том числе ответчиком ИП ФИО6, поскольку совершал конклюдентные действия, письменно и устно одобрял использование здания ответчиком. Также считает, что истец злоупотребляет своими правами, поскольку с 2006 года по 2016 год между собственниками ФИО5 и ФИО4 поддерживалась договоренность о полной наполняемости здания субарендаторами. Истец контролировал деятельность ИП ФИО2, проверял наполняемость помещений субарендаторами, планы ремонта, развития центра, доходность помещений, затраты на содержание здания. Требование об оспаривании договора субаренды не подлежит разрешению в данном деле, поскольку истцом фактически заявлено не уточнение к иску, а новый иск, вопрос о принятии которого должен был быть разрешен в соответствии с требованиями ст. ст. 131, 132 ГПК РФ и правил подсудности.

Третье лицо на стороне ответчика ФИО4 в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. Согласно письменным возражениям на иск от 27.05.2019 просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме по основаниям, аналогичным, изложенным в письменном отзыве ответчиком ИП ФИО2 (л.д. 59, 60 т. 1).

Выслушав пояснения сторон, исследовав представленные сторонами письменные доказательства, оценив их в совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), суд находит требования истца подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29.09.2008 между арендодателями ФИО4, ФИО5 и арендатором индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор аренды 3/4 доли в праве общей долевой собственности на здание магазина № 50 «Дом торговли», расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 3927,6 кв.м., инвентарный №, лит. А1, А2 (л.д. 5 т. 1).

Настоящий договор был заключен на срок с 29.09.2008 по 30.09.2018 (п. 4.1 договора).

Из акта приема-передачи от 29.09.2008 следует, что ФИО4, ФИО5 передали, а ИП ФИО2 приняла здание магазина № 50 «Дом торговли», расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 6 т. 1).

Соглашением от 31.07.2009 к договору аренды от 29.09.2008 в пункты 1.1 и 1.2 внесены изменения в части увеличения общей площади здания, переданного в аренду ИП ФИО2, и указание на право общей долевой собственности на здание по 1/2 доле ФИО5 и ФИО4 каждому. Пункты 1.1 и 1.2 договора аренды изложены в новой редакции (л.д. 7 т. 1).

Факт принадлежности здания магазина № 50 «Дом торговли», расположенного по адресу: 

<

адрес>, истцу Дорошок Ивану Викторовичу и ФИО4 по 1/2 доли каждому подтверждается представленными письменными доказательствами и сторонами не оспаривается.

Соглашением № 2 от 12.02.2014 в п.п. 4.1 п. 4 изложен в иной редакции с указанием на срок аренды «с 29 сентября 2008 года по 31 декабря 2021 года» (л.д. 8 т. 1).

В ходе проведения проверки 19.04.2018, отраженной в акте проверки использования имущества, переданного в аренду по договору аренды от 29.09.2008, установлено, что ИП ФИО2 сдает переданное ей по договору аренды помещение в субаренду предпринимателям и юридическим лицам, в том числе ИП ФИО6 (л.д. 13-15 т. 1).

В адрес ИП ФИО2 04.05.2018 была направлена претензия об устранении нарушений по договору аренды от 29.09.2008, с требованием прекратить сдавать арендованное имущество в субаренду без согласия арендодателя, расторгнуть договоры субаренды, освободить арендуемое помещение от имущества субарендаторов (л.д. 16-18 т. 1).

Кроме того, в адрес ИП ФИО6 12.02.2019 было направлено уведомление об освобождении занимаемого им помещения павильона № 111а (кукуруза), передав освобожденное имущество арендатору ИП ФИО2 по акту приема-передачи (л.д. 19 т. 1).

Из доводов сторон в судебном заседании установлено, что на день рассмотрения спора ИП ФИО6 продолжает занимать нежилое помещение (павильон), расположенное в здании магазина № 50 «Дом торговли» по адресу: 

<

адрес>.

Представителем ответчика в судебном заседании 29.05.2019 в качестве обоснования законности занятия спорного нежилого помещения ИП ФИО6 представлен в материалы дела договор субаренды нежилого помещения № 02/613, заключенный 26.03.2018 между ИП ФИО2 и ИП ФИО6, по условиям которого ИП ФИО2, как арендатор, передала в субаренду ИП ФИО6 нежилое помещение площадью 6,0 кв.м. на первом этаже здания магазина № 50 «Дом торговли» по адресу: 

<

...>, павильон № 111а для розничной торговли пищевыми продуктами сроком с 26.03.2018 по 28.02.2019 (л.д. 47-51 т. 2).

Согласно акту приема-передачи помещения в субаренду от 26.03.2018 ИП ФИО6 было передано в субаренду нежилое помещение площадью 6,0 кв.м. на первом этаже здания магазина № 50 «Дом торговли» по адресу: 

<

адрес> (л.д. 52 т. 1).

Из доводов представителя ответчика следует, что договор субаренды от 26.03.2018 № 02/613 пролонгирован по настоящее время.

Факт занятия и использования ответчиком ИП ФИО6 спорного нежилого помещения в судебном заседании подтверждается актом от 19.04.2018 года и стороной ответчика не оспаривается.

Согласно уведомлению от 12.02.2019 ФИО5 уведомил ИП ФИО6 о необходимости освободить незаконно занимаемое нежилое помещение – павильон в течение пяти дней со дня получения уведомления, либо представить документы, подтверждающие законность пользования нежилым помещением. Указанное уведомление отправлено почтовой корреспонденцией по адресу жительства ответчика, что подтверждается кассовым чеком и описью вложений (л.д. 19-21 т. 1).

Истец просит признать договор субаренды недействительным и обязать ИП ФИО6 освободить незаконно занимаемое нежилое помещение (павильон), расположенное в здании магазина № 50 «Дом торговли» по адресу: 

<

адрес>, в связи с отсутствием согласия истца на передачу спорного объекта в пользование ИП ФИО6

В соответствии с частью 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (часть 2 статьи 209 ГК РФ).

Согласно статье 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Статьей 608 ГК РФ предусмотрено, что право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику либо лицу, управомоченному законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В соответствии с пунктом 2 статьи 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, если иное не установлено кодексом, другим законом или иными правовыми актами.

В пункте 16 информационного письма от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что передача арендатором права аренды другому лицу может осуществляться лишь способами, предусмотренными пунктом 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах передача арендатором права аренды возможна лишь в порядке перенайма.

Исходя из содержания договора аренды от 29.09.2008 и дополнительных соглашений к нему от 31.07.2009 и от 12.02.2014, заключенных между ФИО5, ФИО4 и ИП ФИО2, следует, что договоры не содержат условий о возможности передачи арендатором права аренды в порядке перенайма. 

Следовательно, суд руководствуется положениями пункта 2 статьи 615 ГК РФ, согласно которой арендатор вправе сдавать арендованное имущество в субаренду только с согласия арендодателя.

Поскольку в соответствии с условиями договора аренды от 29.09.2008 и дополнительных соглашений к нему от 31.07.2009 и от 12.02.2014, арендодателями выступали собственники имущества, т.е. ФИО5 и ФИО4, следовательно, их согласие для сдачи имущества ИП ФИО2 в субаренду являлось обязательным.

Статья 615 ГК РФ не определяет, в какой форме должно быть выражено согласие арендодателя на сдачу имущества в субаренду. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Поскольку согласие арендодателя на перенаем или сдачу имущества в субаренду в договоре аренды не выражено, то учитывая положения статьи 609 ГК РФ, согласно которой договор аренды заключается в письменной форме, а также положения статьи 615 ГК РФ, согласно которой к договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, следовательно, согласие арендодателя на сдачу имущества в субаренду должно быть также выражено в письменной форме.

Данная норма закона, требующая при совершении сделок с арендными правами получение согласия арендодателя, является императивной, а поэтому не может быть изменена договором.

Доказательства выражения согласия в виде совершения действий арендодателем ФИО5, свидетельствующих об одобрении такой сделки, стороной ответчика представлено не было, как и не были представлены доказательства, свидетельствующие об информировании истца о заключении оспариваемых договоров субаренды.

Доводы стороны ответчика о том, что одобрение истцом сделки выражено в совершаемых им конклюдентных действиях, суд находит несостоятельными, поскольку учитывая положения статьи 609 ГК РФ, согласно которой договор аренды заключается в письменной форме, а также положения статьи 615 ГК РФ, согласно которой к договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, согласие арендодателя на сдачу имущества в субаренду должно быть также выражено в письменной форме.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ определено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Таким образом, сделка, не соответствующая положениям закона, может быть признана недействительной.

В силу императивного характера части 2 статьи 615 ГК РФ следует однозначный вывод о том, что обязательным условием для договора субаренды является наличие согласия арендодателя на передачу имущества в субаренду.

Следовательно, в случае передачи имущества в субаренду без согласия арендодателя такой договор может быть признан недействительным.

В пункте 90 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 25) разъяснено, что сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ, только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления (далее в этом пункте - третье лицо) на ее совершение необходимо в силу указания закона (пункт 2 статьи 3 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25, оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

Поскольку согласие собственника имущества ФИО5 на заключение договора субаренды с ИП ФИО6 в материалах дела отсутствует, соответственно, в силу положений статей 168, 615, 618 ГК РФ договор субаренды от 26.03.2018 № 02/613, на который ссылается сторона ответчика, как на законное основание для занятия спорного нежилого помещения (павильона) ИП ФИО6, является ничтожным с момента его совершения.

Доводы стороны ответчика о недобросовестном поведении истца суд также находит несостоятельными.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, судом не усмотрено со стороны истца злоупотребление правом.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу названных норм именно ответчик, заявляя о недобросовестном поведении истца, должен представить доказательства очевидного отклонения действий истца от добросовестного поведения.

Таких доказательств материалы дела не содержат и судом не установлены.

Отказ в удовлетворении иска истца, как собственника нежилого помещения, по указанным выше основаниям, создал бы условия нарушения прав добросовестных участников гражданских правоотношений, что противоречит основным началам гражданского законодательства (ст. 1 ГК РФ).

Также суд находит несостоятельными доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованию об освобождении имущества из чужого незаконного владения, поскольку в силу статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения, в связи с чем длительность нарушения права не препятствует удовлетворению этого требования судом (п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Доводы стороны ответчика о том, что истцом пропущен годичный срок исковой давности по требованию об оспаривании договора субаренды, как оспоримой сделки, со ссылкой на положения п. 1 ст. 173.1 ГК РФ не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Согласно п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно п. 2 ст. 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), если иное не установлено данным Кодексом, другим законом или иными правовыми актами.

Таким образом, к спорным правоотношениям подлежали применению правила п. 2 ст. 615 ГК РФ, и для заключения спорного договора субаренды требовалось согласие арендодателя в силу императивного требования закона.

При таких обстоятельствах получение согласия арендодателя на совершение сделки предусмотрено п. 2 ст. 615 ГК РФ, поэтому спорный договор субаренды, заключенный без согласия собственника, в силу ч. 2 ст. 168 ГК РФ является недействительной (ничтожной) сделкой, как противоречащее приведенным нормам права.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Определяя момент начала течения срока исковой давности по исковым требованиям от признании договора субаренды недействительным в силу его ничтожности, суд приходит к выводу о том, что ФИО5 стороной оспариваемой сделки не являлся, узнал о наличии оспариваемого договора только в ходе рассмотрения настоящего дела, поскольку о наличии оспариваемого договора субаренды ему ничего не было известно ранее. Доказательств обратного стороной ответчиков представлено не было. Выводы суда основаны на обстоятельствах, установленных выше, а именно на отсутствии письменного согласия собственника имущества ФИО5 на заключение оспариваемого договора субаренды от 26.03.2018 № 02/613, а равно непредставлении ответчиком доказательств, свидетельствующих о письменном одобрении истцом указанной сделки. Иные доказательства, свидетельствующие о том, что истец знал о заключении договора субаренды, ответчиками в судебное заседание представлено не было.

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку сделка по передаче ИП ФИО6 26.03.2018 нежилого помещения в субаренду недействительна в силу ничтожности, стороны по сделке должны быть приведены в первоначальное положение, а именно ИП ФИО6 должен освободить незаконно занимаемое им нежилое помещение (павильон), расположенное в здании магазина № 50 «Дом торговли» по адресу 

<

адрес>.

Доводы о несогласии с действиями суда по принятию требований об оспаривании договора субаренды, поскольку истцом заявлено самостоятельное требование не могут быть приняты во внимание в связи с тем, что направлены на иное толкование положений ст. 39 ГПК РФ.

Истцом заявлены к возмещению судебные расходы в размере по 300 рублей в виде уплаченной государственной пошлины при подаче иска в суд.

Несение указанных расходов подтверждается чеком-ордером от 02.04.2019 об уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ. 

В силу ст. 333.19 НК РФ по неимущественному требованию подлежит уплате государственная пошлина в размере 300 рублей. Учитывая, что требования истца удовлетворены, возмещению в пользу истца подлежит уплаченная им госпошлина в размере 300 рублей, подлежащая взысканию солидарно с обоих ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Признать недействительным договор субаренды нежилого помещения № 02/613 от 26.03.2018, заключенный между Индивидуальным предпринимателем ФИО2 и Индивидуальным предпринимателем ФИО6.

Обязать Индивидуального предпринимателя ФИО6 освободить незаконно занимаемое нежилое помещение (павильон) в здании магазина № 50 «Дом торговли», расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО6, Индивидуального предпринимателя ФИО2 солидарно в пользу ФИО5 судебные расходы в сумме 300 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья А.В. Куренова