УИД № 60RS0020-01-2023-001689-53

Копия

производство № 2-54/2024

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

14 мая 2024 года гор. Псков

Псковский районный суд Псковской области в составе

председательствующего судьи Захаровой О.С.,

при секретаре Останиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «СОГАЗ» к В.И.В. и В.М.В. о взыскании ущерба в порядке суброгации,

У С Т А Н О В И Л:

АО «СОГАЗ» обратилось в суд с иском о взыскании с В.И.В. ущерба в порядке суброгации в размере 491 000 руб. и расходов по оплате госпошлины в сумме 8 110 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 07.10.2021 в 

<

адрес> произошло ДТП, в результате которого был поврежден автомобиль Мицубиси Outlander, г.р.з. №, принадлежащий П.С.Ню, застрахованный по договору добровольного страхования № № от 07.12.2020 в АО «СОГАЗ».

Виновным в причинении вреда является В.И.В., управлявший автомобилем ВАЗ-211020, г.р.з. №. 

В связи с обращением страхователя АО «СОГАЗ», признав случай страховым, выплатило страховое возмещение по договору КАСКО в сумме 891 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 10.03.2022.

На момент события гражданская ответственность собственника автомобиля ВАЗ-211020 была застрахована по договору ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах» с лимитом ответственности 400 000 руб.

Основываясь на положениях ст. 965 ГК РФ, истец обратился в суд с настоящим иском о взыскании с причинителя вреда - В.И.В. в порядке суброгации разницы между фактическим размером ущерба и лимитом страхового возмещения по договору ОСАГО, что составляет 491 000 руб. (891 000 руб. - 400 000 руб.).

В ходе подготовки по делу установлено, что собственником транспортного средства ВАЗ 211020, г.р.з. №, является В.М.В. (мать ответчика), которая в порядке ст. 40 ГПК РФ привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

При рассмотрении дела в качестве третьих лиц, на заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены П.С.Ню и страховщик ПАО СК «Росгосстрах».

Истец при надлежащем уведомлении явку представителя в судебное заседание не обеспечил, в иске ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Ответчики в судебное заседание при надлежащем уведомлении не явились, воспользовались правом на ведение дела через представителя.

Ответчик В.М.В. ранее в судебном заседании пояснила, что является собственником автомобиля ВАЗ-211020, г.р.з. №, ее ответственность застрахована по полису ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах». Ее сын В.И.В. не имеет водительских прав, соответственно, не вписан в полис ОСАГО, но с ее разрешения периодически управляет автомобилем. В день ДТП автомобиль для совершения поездки взял также с ее разрешения. Относительно обстоятельств ДТП со слов сына знает, что он создал помеху для движения автомобилю, который в кювете перевернулся. Ее автомобиль не пострадал, поскольку контакта между автомобилями не было.

Ответчик В.И.В. ранее в судебном заседании свою вину в ДТП не оспаривал, пояснил, что не имеет возможности выплатить ущерб единовременно, но полагал, что надлежащим ответчиком является В.М.В., как собственник ТС.

Представитель ответчиков Б.В.А. в судебном заседании иск не признал, в возражениях указал, что нарушение В.И.В. п.п. 11.1, 11.2 ПДД не находится в прямой причинно-следственной связи с причинением ущерба П.С.Ню, который при возникновении опасности в нарушение п. 10.1 ПДД не принял мер к остановке своего ТС, напротив, продолжил обгон, дважды сместился при этом на обочину, отворот руля влево при повторном смещении привел к съезду автомобиля Мицубиси в кювет. Относительно действий В.И.В. в дорожной ситуации пояснил, что совершение им обгона с выездом на полосу встречного движения, где уже находилось ТС Мицубиси, совершая обгон, обусловлено тем, что автомобиль Мицубиси попал в «мертвую зону», не был виден для В.И.В. в зеркале заднего вида. Услышав звуковой сигнал, В.И.В. ускорился, уходя вперед, что позволило избежать столкновения. Не признавая иск в полном объеме, представитель полагал, что надлежащим ответчиком является В.И.В., который на момент ДТП управлял автомобилем на законных основаниях, с разрешения собственника (матери).

Третье лицо ПАО СК «Росгосстрах» явку представителя при надлежащем извещении в судебное заседание не обеспечило, позиции по существу рассматриваемого спора не представило.

Третье лицо П.С.Ню в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании представил суду запись с видеорегистратора, установленного в его автомобиле, на которой зафиксирована дорожная обстановка непосредственно до ДТП. Относительно обстоятельств ДТП пояснил, что управляя автомобилем Мицубиси Outlander, на прямолинейном участке дороги осуществлял маневр обгона движущегося в попутном ему направлении автомобиля ВАЗ-211020. В момент, когда его автомобиль находился на встречной полосе и транспортные средства поравнялись, водитель автомобиля ВАЗ-211020 начал маневр обгона впереди движущей автомашины, не включив при этом сигнал поворота, что вынудило его сместиться в сторону обочины. На обочине находилась световая опора, которую он объехал справа, автомобиль занесло против часовой стрелки, после чего, съехал в кювет и, совершив столкновение с колодцем, автомобиль опрокинулся на правый бок. Страховщик АО «СОГАЗ» признав случай страховым по договору КАСКО на условиях полной гибели ТС выплатил страховое возмещение в размере 891 000 руб. Годные остатки страховщику не передал, поскольку принял решение восстановить автомобиль.

Выслушав участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 929 ГК РФ установлено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Согласно п. 2 ст. 965 ГК РФ перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Таким образом, законом предусмотрено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования лишь в том объеме, который вправе требовать от причинителя вреда потерпевший, т.е. в объеме реального ущерба; вопрос о том, каким образом определен размер страховой выплаты по условиям договора страхования, регулирующего отношения страхователя и страховщика, не имеет определяющего значения; стороны в договоре страхования вправе установить любой способ определения размера и выплаты страхового возмещения, однако, условия правил страхования не распространяются на деликтные правоотношения сторон и не изменяют правовой природы страхового возмещения, как способа возмещения убытков страхователю в застрахованном имуществе.

Обстоятельствами, имеющими значение для настоящего дела, является установление размера реального ущерба, причиненного страхователю в застрахованном имуществе, и вопрос о том, в какой части реального ущерба к страховщику в порядке суброгации перешло право требования к лицу, виновному в причинении вреда.

В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 387 ГК РФ при суброгации страховщик на основании закона занимает место кредитора в обязательстве, существующем между потерпевшим и лицом, ответственным за убытки.

Как указано в п. 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), при разрешении требования страховщика о возмещении ущерба в порядке суброгации суду необходимо установить, на каком основании и в каком объеме причинитель вреда отвечал бы перед потерпевшим, застраховавшим свое имущество и получившим страховое возмещение.

В порядке суброгации к страховщику в пределах выплаченной суммы переходит то право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имел по отношению к лицу, ответственному за убытки, то есть на том же основании и в тех же пределах, но и не более выплаченной страхователю (выгодоприобретателю) суммы.

При суброгации не возникает нового обязательства, а происходит замена кредитора (потерпевшего) в уже существующем обязательстве. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из материалов дела, 07.10.2021 в 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобиля Мицубиси Outlander, г.р.з. №, принадлежащего и под управлением П.С.Ню и автомобиля ВАЗ-211020, г.р.з. №, под управлением В.И.В., принадлежащего В.М.В., что подтверждается административным материалом по факту ДТП /л.д. 54-58/.

Контакта между автомобилями не было.

На основании постановления инспектора ДПС от 07.10.2021 В.И.В. привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ за нарушение п.п. 11.1, 11.2 ПДД. При выполнении маневра В.И.В. не убедился в безопасности движения, чем создал помеху для движения транспортного средства Мицубиси Outlander под управлением П.С.Ню, совершающего обгон, вследствие чего автомобиль Мицубиси Outlander совершил съезд в кювет с наездом на мелиоративный колодец с последующим опрокидыванием /л.д. 54/.

Постановление по делу об административном правонарушении В.И.В. в установленном законом порядке оспорено не было.

Нарушений ПДД в действиях водителя П.С.Ню административный материал не содержит.

Данные обстоятельства не имеют преюдициального значения по делу.

В соответствии с п. 11.1 ПДД прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 11.2 ПДД водителю запрещается выполнять обгон в случае, если следующее за ним транспортное средство начало обгон.

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи с видеорегистратора, установленного в автомобиле Мицубиси, усматривается, что автомобиль Мицубиси находился на встречной полосе в состоянии маневра обгона транспортных средств ВАЗ-2110 и ВАЗ-2107, которые двигались друг за другом в правой полосе попутно. В момент, когда передняя часть автомобиля Мицубиси достигла задней части автомобиля ВАЗ-2110, последний начал смещение влево на полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль Мицубиси.

Таким образом, В.И.В. нарушил п.11.1, 11.2 ПДД, что стороной ответчика не оспаривалось.

Спорным являлся вопрос о причинно-следственной связи между нарушением В.И.В. указанных пунктов ПДД и наступившими последствиями в виде съезда автомобиля Мицубиси в кювет с опрокидыванием, что причинило ущерб.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчиков по делу определением суда от 07.12.2023 назначена автотехническая экспертиза в целях определения механизма ДТП, соответствия действий водителей ПДД, проверки состоятельности версий водителей /л.д. 121-125/. При проведении экспертных исследований эксперт использовал видеозапись ДТП.

Заключение судебной экспертизы № от 18.03.2024 ООО «Центр Экспертизы» содержит следующие выводы.

Как указал эксперт К.А.В., в момент, когда для автомобиля Мицубиси возникла опасность для движения (смещение влево автомобиля ВАЗ-2110 на встречную полосу), водитель автомобиля Мицубиси (далее - П.С.Ню) подал звуковой сигнал для предупреждения водителя автомобиля ВАЗ-2110 (далее - В.И.В.) об опасной ситуации. В.И.В. продолжил движение в сторону полосы встречного движения, а П.С.Ню предпринял маневр отворота влево с частичным выездом колесами на левую обочину и в таком положении двигался по ней. В.И.В. увеличил скорость, выехал на полосу встречного движения, обогнал автомобиль ВАЗ-2107 и продолжил движение по ул. 

<

адрес>. Контакта между автомобилями не произошло.

При движении по левой обочине для П.С.Ню появилось препятствие в виде световой опоры, для объезда которой он предпринял маневр объезда справа с выездом полностью обратно на проезжую часть на полосу встречного движения, при этом контакта между автомобиля не происходит, поскольку автомобиль ВАЗ-2110 уже находился впереди на некотором расстоянии от автомобиля Мицубиси. Далее, как указал эксперт, П.С.Ню «резко» меняет направление движения влево обратно в сторону обочины, скорость продолжает быть высокой, что приводит к заносу, автомобиль в состоянии заноса перемещается вперед влево в сторону кювета, где совершает наезд передней частью на колодец, который располагается на расстоянии 5 метров от обочины, с последующим опрокидыванием на правую сторону.

С технической точки зрения эксперт признал несостоятельной версию П.С.Ню в части того, что выезд в кювет произошел не вследствие выезда на обочину левыми колесами, а по причине целенаправленного воздействия П.С.Ню на рулевое колесо с поворотом его влево. 

При разрешении вопроса о соответствии действий водителей Правилам дорожного движения эксперт пришел к выводу, что В.И.В. необходимо было руководствоваться п.п. 8.1, 11.1, 11.2 ПДД, П.С.Ню - п. 10.1 ПДД, т.е. при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до полной остановки ТС.

В исследовательской части эксперт привел расчеты полного остановочного времени, необходимого автомобилю Мицубиси на полную остановку. 

Применяя в расчетах допустимую скорость движения 60 км/ч, дорожные условия (горизонтальный участок дороги в сухом состоянии), используя формулу, эксперт расчетным методом определил остановочное время - 2,73 сек.

С момента возникновения опасности (реакция П.С.Ню в виде подачи звукового сигнала) до съезда в кювет время движения составило 4,503 сек.

Приведя данные расчеты, эксперт сделал вывод, что П.С.Ню располагал возможностью полностью остановиться еще до съезда с дороги. 

Участвующий в судебном заседании эксперт К.А.В. сделанные выводы поддержал. 

Представитель ответчика с выводами судебной экспертизы согласился.

Истец представил возражения на судебную экспертизу, указав, что подача П.С.Ню звукового сигнала носила предупредительный характер, с этой же целью он смещается влево. Наличие на обочине, по которой движется П.С.Ню, световой опоры, справа - автомобиля ВАЗ-2107, впереди на уровне передней части автомобиля Мицубиси - автомобиля ВАЗ-2110, свидетельствует о наличии поистине аварийной ситуации, которая привела к неконтролируемому движению автомобиля Мицубиси. Далее последний движется в заносе. В результате П.С.Ню удалось избежать столкновения. Совершенные П.С.Ню действия были спровоцированы В.И.В.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлениями дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса. 

Как указано в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", в соответствии со статьей 79 ГПК РФ на разрешение экспертизы могут быть поставлены только те вопросы, которые требуют специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства или ремесла. Недопустима постановка перед экспертом (экспертами) вопросов правового характера, разрешение которых относится к компетенции суда (например, вопроса о дееспособности гражданина, а не о характере его заболевания).

Таким образом, именно к компетенции суда процессуальным законом отнесено установление причинно-следственной связи между действиями участников ДТП и наступившими неблагоприятными последствиями.

Оценивая пояснения участников ДТП, видеозапись, выводы эксперта, несмотря на отсутствие контакта между автомобиля, суд приходит к выводу, что нарушение В.И.В. указанных выше пунктов Правил дорожного движения явилось причиной причинения ущерба П.С.Ню, который до создания В.И.В. опасной ситуации на дороге совершал обгон в соответствии с Правилами дорожного движения. Смещение П.С.Ню влево на обочину было спровоцировано В.И.В., который, услышав звуковой сигнал, не отменил обгон, не вернулся на свою полосу, хотя имел возможность, напротив, увеличивая скорость, продолжил выезд на встречную полосу, где уже находился автомобиль Мицубиси.

В момент подачи П.С.Ню звукового сигнала В.И.В. только начинал выезд на встречную полосу, обстоятельств, препятствующих ему отменить обгон, не имелось. Напротив, П.С.Ню, совершая обгон в соответствии с ПДД, имея преимущество на дороге, подавая предупредительный сигнал для В.И.В., вправе был рассчитывать, что последний отменит выезд на встречную полосу и даст ему возможность закончить обгон по встречной полосе.

Таким образом, установленное экспертом нарушение П.С.Ню п. 10.1 ПДД в причинно-следственной связи с возникшим ущербом не находится. Движение автомобиля Мицубиси по обочине, объезд световой опоры имело вынужденный характер с целью избежать столкновения, как с автомобилем ВАЗ-2110, так и со световой опорой.

Из материалов дела следует, что автомобиль Мицубиси Outlander на момент ДТП был застрахован по договору КАСКО № № от 07.12.2020 в АО «СОГАЗ» /л.д. 10/. 

На основании обращения страхователя АО «СОГАЗ», признав случай страховым, выплатило П.С.Ню страховое возмещение в размере 891 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 10.03.2022 /л.д. 13, 14/.

Из расчета страхового возмещения усматривается, что сторонами выбран вариант урегулирования убытка в размере 60% от страховой стоимости 1 485 000 руб., что составило 891 000 руб. /л.д. 12/.

Согласно карточке учета ТС с 26.03.2021 владельцем автомобиля ВАЗ-211020, г.р.з. №, является В.М.В. /л.д. 50/.

Гражданская ответственность собственника автомобиля ВАЗ-211020 В.М.В. на момент события была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО ТТТ №, период действия с 07.10.2021 по 06.10.2022. В качестве собственника и страхователя в полисе указана В.М.В., она же является лицом, допущенным к управлению ТС /л.д. 38/. 

С учетом установленного в ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" лимита страховой суммы ПАО СК «Росгосстрах» возместило АО «СОГАЗ» 400 000 руб. по суброгационному требованию, что подтверждается платежным поручением от 20.04.2022 /л.д. 88/.

Таким образом, невозмещенным для истца осталось требование на сумму 491 000 руб.

Размер ущерба ответчиками не оспаривался. 

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд учитывает следующие нормы материального права.

Пунктом п. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возместить причиненные убытки является согласно ст. 1082 ГК РФ одним из способов возмещения вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

В силу пункта 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, при условии, что они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии со статьей 210 ГР РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Как следует из разъяснения, содержащегося в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на управление транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Аналогичное понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Закона об ОСАГО.

В п. 3 ст. 16 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" предусмотрено, что владельцы транспортных средств должны осуществлять обязательное страхование своей гражданской ответственности в соответствии с федеральным законом.

В соответствии с п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утв. постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула владения в смысле, вытекающем из содержания ст. 1079 ГК РФ, в силу чего последнее не может считаться законным владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Иными словами факт передачи ему ключей и документов на автомобиль подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им.

По настоящему делу вред причинен по вине В.И.В., управлявшего автомобилем, принадлежащим на праве собственности В.М.В.

Действия законного владельца источника повышенной опасности, передавшего автомобиль другому лицу, не могут быть признаны разумными и добросовестными, так как В.И.В. не был вписан и не мог быть вписан в полис ОСАГО при отсутствии у него права на управление транспортными средствами, то есть В.М.В. без законных оснований допустила эксплуатацию принадлежащего ей транспортного средства в отсутствие страхования гражданской ответственности В.И.В., передав последнему автомобиль для совершения поездки.

При таких обстоятельствах, В.И.В. на момент причинения вреда нельзя признать законным владельцем источника повышенной опасности, надлежащим ответчиком по делу суд признает В.М.В.

Таким образом, страховщик АО «СОГАЗ», исполнив перед страхователем в рамках договора добровольного страхования обязательства путем выплаты страхового возмещения, в соответствии со ст.965 ГК РФ вправе требовать возмещения ущерба в сумме 491 000 руб., возникшего вследствие причинения вреда непосредственно с лица, ответственного за убытки, т.е. с В.М.В., следовательно, в иске к В.И.В. суд отказывает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд возмещают истцу расходы по оплате госпошлины в размере 8110 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194, 197-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с В.М.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженки 

<

адрес>, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

...>, в пользу АО «СОГАЗ», ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, материальный ущерб в порядке суброгации в размере 491 000 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8110 рублей, всего 499 110 (четыреста девяносто девять тысяч сто десять) рублей.

В удовлетворении исковые требований АО «СОГАЗ» к В.И.В. о взыскании материального ущерба в порядке суброгации отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Псковский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья /подпись/ О.С. Захарова

Мотивированное решение изготовлено 07 июня 2024 года.

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>1