Дело № 22-1064

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Киров 19 июня 2024 года

Кировский областной суд в составе:

председательствующего судьи Губермана О.В., 

при секретаре Руфуллаеве Р.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями защитника Зимина Д.С. и представителя лица, в отношении которого уголовное дело прекращено ФИО1 – ФИО2 на постановление Санчурского районного суда Кировской области от 18 марта 2024 года в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ, прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с его смертью.

По делу решены вопросы о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Заслушав мнения защитника Зимина Д.С. и представителя ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, выступление прокурора Калининой О.В. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

В ходе судебного разбирательства по данному уголовному делу в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, суд установил его виновность в нарушении 31 мая 2022 года при управлении в состоянии опьянения на 62 км автомобильной дороги 

<

адрес> 

<

адрес> в 

<

адрес> автомобилем HINO RANGER с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1

Постановлением Санчурского районного суда Кировской области от 18 марта 2024 года указанное уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.

В апелляционной жалобе с дополнением представитель ФИО2 выражает несогласие с вынесенным постановлением.

Ссылаясь на судебную практику, указывает, что в нарушение положений уголовно-процессуального закона уголовное дело было возбуждено без волеизъявления близких родственников погибшего в ДТП ФИО1, о чем она сообщала в суде первой инстанции. 

В связи с этим автор жалобы просит отменить постановление суда.

В дополнении к жалобе представитель ФИО2 поясняет, что суд, придя к выводу о наличии по делу прямой причинно-следственной связи и виновности ФИО3, не исследовал нарушения, допущенные при ремонте дороги на месте ДТП, которые отражены в постановлении Яранского суда по делу об административном правонарушении.

Не соглашаясь с судебной оценкой заключения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3, ссылается на заключение специалистов от 

<

дата> № (приобщено к материалам уголовного дела следователем по ходатайству стороны защиты) и утверждает об отсутствии доказательств, подтверждающих, что ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, и о нарушениях, допущенных при производстве судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3.

Сообщает о необоснованном отклонении следователем и судом многочисленных ходатайств, в том числе о назначении комплексной видеотехнической и автотехнической экспертиз, а также о допросе в суде экспертов ФИО37 и ФИО38, заявленных стороной защиты для доказывания невиновности ФИО3 в совершении преступления и для устранения имеющихся противоречий в выводах экспертов. Утверждает о нарушении судом права на защиту.

Считает, что суд оставил без внимания необоснованные постановления руководителя следственного органа об отказе ей в удовлетворении отвода следователю. 

Сообщает о ненадлежащей судебной оценке показаний свидетелей, чьи показания приведены в постановлении, и указывает, что ФИО9 №8, ФИО9 №6, ФИО39 ФИО9 №9, ФИО9 №4 не были очевидцами ДТП, ФИО31 дремала и на дорогу не смотрела, а Потерпевший №1, ФИО9 №1, ФИО9 №2 и ФИО9 №8, являются заинтересованными лицами в исходе дела, поскольку они нарушили технику безопасности при выполнении дорожных работ, что, в свою очередь, подтверждается схемой организации дорожных работ и видеозаписью ДТП из кабины автомашины Камаз, заключением специалиста №, согласно которому дорожные (временные) знаки перед ДТП не выявлены, заключением специалиста № от 

<

дата> и заключением специалиста от 

<

дата> №, выводы которых опровергают показания свидетелей относительно дорожной обстановки.

Отмечает, что составленная в судебном заседании свидетелем ФИО9 №1 схема, не соответствует схеме, выполненной инспектором ГИБДД ФИО9 №9, которая в свою очередь не соответствует видеозаписи ДТП и за 28 минут до происшествия.

Сообщает о прекращении дела по факту хищения флеш-накопителя из видеорегистратора, установленного в машине ФИО3 за истечением срока давности. 

Утверждает о недостоверности схемы места ДТП, приобщенной к протоколу осмотра места происшествия, и указывает о противоречивости двух автотехнических экспертиз, данных экспертом ФИО40 в одной из которых указано о наличии на месте ДТП дорожных знаков, а во второй знаков уже не было. Поясняет о том, что отсутствие дорожных знаков видно на видеозаписи. 

Сообщает об обжаловании в настоящее время в суд постановления об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении инспектора ГИБДД ФИО9 №9, а также решений судей о возврате заявителям жалоб в связи с пропуском срока обжалования, поданных на постановление следователя ФИО41 от 

<

дата> об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1, 2 ст. 216 УК РФ.

Указывает на противоречивость заключения автотехнической экспертизы от 

<

дата> № (№), данное экспертом ФИО42, согласно которому дорожные знаки были на месте ДТП, и его же заключением № от 

<

дата>, согласно которому дорожных знаков не было. В связи с этим считает данные заключения экспертиз недостоверными.

Оспаривает законность осуществления судом в отношении нее привода в суд 5 сентября 2023 года, а также отказ суда в допуске к участию в уголовном деле ФИО43, имеющего высшее юридическое образование, в качестве ее представителя.

В апелляционной жалобе с дополнением защитник Зимин Д.С., выражая несогласие с вынесенным постановлением, приводит показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО9 №1 и ФИО9 №2, ссылается на показания свидетелей ФИО9 №6, ФИО44 ФИО9 №8, ФИО9 №9 и на протокол осмотра места происшествия, согласно которым на месте ДТП были выставлены временные дорожные знаки, и указывает, что данный факт опровергается исследованными в судебном заседании записями с видеорегистратора автомобиля Камаз, чему суд не дал оценки в постановлении. Полагает, что суд нарушил положения ст. 88 УПК РФ.

Также поясняет, что на факт отсутствия дорожных знаков указывают противоречия в показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО9 №1 и ФИО9 №2, которые по-разному пояснили количество знаков и время их выставления. Считает их показания недостоверными, и не соглашается с судебной оценкой показаний данных свидетелей, в части признания имеющихся в их показаниях противоречия несущественными.

Поясняет, что суд не дал оценку несоблюдению сотрудниками дорожной службы схемы организации движения и ограждения места производства дорожных работ, что имеет прямую причинно-следственную связь с ДТП.

С учетом этого защитник просит постановление отменить и вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор.

Далее адвокат указывает о нарушении судом положений ч. 3 ст. 278 УПК РФ, принципов состязательности при допросе потерпевшего и свидетелей.

Полагает, что при осмотре места происшествия 31 мая 2022 года в качестве понятого участвовал мастер ФИО4, который был ответственным за выполнение дорожных работ.

Поясняет о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайств стороны защиты о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8, следователя ФИО45, понятых ФИО46 и ФИО47, начальника следственного органа ФИО48, а также ходатайств об истребовании из следственного органа цветных фотографий с места происшествия и проведении следственного эксперимента. Считает необоснованным отказ судом в допуске к участию в деле в интересах ФИО3 наряду с адвокатом – ФИО49, в качестве защитника.

Отмечает, что показания свидетеля ФИО9 №9 о наличии дорожных знаков опровергаются видеозаписью с автомашины Камаз.

Указывая на показания свидетеля ФИО9 №8 о том, что он видел в кабине автомашины HINO RANGER пустые бутылки от спиртного и упаковки от таблеток, сообщает, что в ходе осмотра места происшествия данные предметы не изымались.

Не соглашаясь с выводами суда о виновности ФИО3 и с судебной оценкой проведенных по делу двух автотехнических экспертиз, защитник отмечает, что данные экспертизы проведены экспертом ФИО50, который при измененных исходных данных пришел к одному и тому же выводу об оценке действий водителей ФИО3 и автомашины Камаз. 

Обращает внимание на то, что при производстве первой комплексной видеотехнической и автотехнической экспертизы (заключение эксперта № от 

<

дата>), эксперт не исследовал представленную следователем видеозапись с видеорегистратора из автомашины Камаз, указав в выводе об отсутствии для этого необходимости. С учетом этого, утверждая об отсутствии надлежащей исследовательской части в проведенных двух экспертизах, адвокат ссылается на выводы, изложенные в заключении специалиста № от 

<

дата>, и отмечает, что ДТП произошло вследствие ненадлежащего исполнения водителем ФИО51 и дорожными рабочими ФИО9 №1 и Потерпевший №1 требований нормативно-правовых актов, регламентирующих проведение дорожных работ, а также ввиду несоблюдения водителем ФИО52 требований ПДД.

Далее адвокат не соглашается с критической оценкой суда, данной представленному стороной защиты заключению специалиста ФИО53 № от 

<

дата>, и считает выводы суда в данной части немотивированными. Считает, что заключения экспертов носят рекомендательный характер и основаны на предположениях.

Не соглашаясь с выводами суда, считает недостоверными показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО9 №1, ФИО9 №2 и ФИО9 №9, схемы, составленной к протоколу осмотра места происшествия, заключения эксперта ФИО54 № от 

<

дата> и № от 

<

дата> о наличии на месте проведения дорожных работ временных дорожных знаков, поскольку они опровергаются представленным стороной защиты заключением специалиста № от 

<

дата>, заключениями специалистов № от 

<

дата> и № от 

<

дата>, а также видеозаписью из автомашины Камаз. 

Утверждает, что свидетель ФИО9 №9 не имел полномочий по составлению схемы места происшествия 

<

дата>, и считает ее недопустимым доказательством, поскольку получено с нарушением УПК РФ.

Ссылаясь на представленное стороной защиты заключение специалиста № от 

<

дата>, утверждает о недостоверности заключения эксперта № от 

<

дата>, согласно которому было установлено в крови ФИО3 наличие этанола в количестве 0,37 промилле.

В письменных возражениях государственный обвинитель Новиков А.П. просит постановление оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями и поданные на жалобы возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании материалов уголовного дела, в том числе на основании заключения эксперта от 

<

дата> № суд правильно установил, что смерть ФИО1 наступила до возбуждения уголовного дела, и поскольку в ходе предварительного расследования его близкие родственники, а именно его супруга ФИО2 не выразили мнения о возможности прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниями в связи со смертью ФИО1, уголовное дело после утверждения его заместителем прокурора 

<

адрес>, обоснованно было направлено для рассмотрения по существу в суд. С данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согласен, поскольку они основаны на материалах уголовного дела и законе.

В судебном заседании представитель ФИО1, в отношении которого уголовное дело прекращено – ФИО2 возражала против предъявленного ФИО1 обвинения, не согласилась с прекращением уголовного дела по нереабилитирующим основаниям в связи со смертью ФИО1, пояснив, что водителем он работал с 2008 года, 30 мая 2022 года уехал в рейс, проблем со здоровьем и зрением не испытывал, спиртное употреблял по праздникам, был ответственным человеком.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО55 являющейся матерью ФИО1 и признанной в судебном заседании его представителем, следует, что сын работал водителем, серьезных заболеваний у него не было, спиртным не злоупотреблял, о его гибели в результате ДТП она узнала 31 мая 2022 года от ФИО2, по поводу возбуждения уголовного дела в отношении сына она пояснить ничего не может.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО20, являющегося братом ФИО1 и признанного его представителем, следует, что брат работал водителем у ИП ФИО9 №4, серьезных заболеваний у него не было, спиртным не злоупотреблял. Узнал о его гибели в результате ДТП 31 мая 2022 года от ФИО2 Считает, что брат не виновен в ДТП, поскольку он был дисциплинированным водителем, с возбуждением уголовного дела не согласен, считает виновной в ДТП дорожную службу. Выразить свое согласие на прекращение или непрекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования он не смог, поскольку, по его мнению, ФИО1 не мог находиться за рулем в состоянии алкогольного опьянения, так как управлял грузовым транспортным средством. 

В подтверждение виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, судом в основу постановления положены следующие доказательства.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 – дорожного рабочего, из которых следует, что перед выполнением дорожных работ 31 мая 2022 года на 62 км автодороги 

<

адрес> 

<

адрес>ю в 

<

адрес>, до ДТП с участием автомашины HINO RANGER, в результате которого ему были причинены телесные повреждения, на обочине чрез каждые 100 метров были выставлены временные дорожные знаки «Ограничение скорости 70,50,40» и «Дорожные работы» - три железные опоры, по два знака на каждом в одну сторону движения, и три в другую сторону движения, а также был выставлен знак «Выброс гравия». На автомашине Камаз на переднем бампере находились знаки «Дорожные работы» и «Объезд слева», на установке БЦМ также были знаки, еще были проблесковые маячки. Также за 100 м перед Камазом непосредственно на участке работ выставляли переносной знак «Ограничение скорости», который переставляли, когда доходили до него. 

Из показания свидетеля ФИО9 №1 следует, что до начала выполнения дорожных работ и до ДТП были выставлены дорожные знаки «Ограничение скорости 70,50,40», «Дорожные работы», «Выброс гравия» с одной стороны и с другой стороны. Они были установлены на обочине на трех стойках через 50-100 м друг от друга. Также перед Камазом на обочине выставлялся переносной знак «Ограничение скорости 40» и «Выброс гравия». На Камазе также спереди находились знаки «Ограничение 30», «Дорожные работы» и «Стрелка» на объезд. На установке БЦМ и Камазе, под управлением ФИО9 №2, работали проблесковые маячки.

Из показаний свидетеля ФИО9 №2 – водителя автомашины Камаз, следует, что по прибытии на место 31 мая 2022 года для выполнения дорожных работ, до ДТП, ФИО9 №1 и Потерпевший №1 установили по два знака с каждой из сторон, один знак «Ограничение скорости», второй знак «Дорожные работы» и «Выброс гравия». Также перед машиной за 10-15 м выставляли временный знак «Выброс гравия». На установке БЦМ имелись знаки «40», «Объезд», «Дорожные работы». На кабине Камаза в верхней части был включен проблесковый маячок, в передней части кабины были установлены круглый знак «Объезд с правой стороны», «Ограничение скорости». Также на машине были установлены три камеры, горел ближний свет фар, была включена аварийная сигнализация, работал проблесковый маячок, на установке БЦС работал проблесковый маячок. Во время выполнения работ Потерпевший №1 и ФИО9 №1, когда он (ФИО9 №2) находился в кабине стоящего на месте Камаза, автомашина HINO RANGER врезалась в его Камаз, который передвинуло на 1,5 метра, от удара кузовом автомашины травмы получил Потерпевший №1.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 №6 – государственного инспектора дорожного надзора, при нахождении 31 мая 2022 года на месте ДТП с участием автомашин HINO RANGER и Камаз, он видел на передней части автомобиля Камаз знак 4.2.1 «Объезд слева» и знак «Дорожные работы», и в ходе осмотра было установлено несоблюдение требований по обеспечению безопасности дорожного движения в местах производства дорожных работ автомобильной дороги 

<

адрес> 

<

адрес> в 

<

адрес>, выразившееся в невыполнении обязательных требований стандартов, норм и правил, что угрожало безопасности, а также представляло реальную угрозу для жизни и здоровья участников дорожного движения, в связи с чем 15 июля 2022 года в отношении АО 

<

данные изъяты> был составлен протокол об административном правонарушении и постановлением Яранского районного суда 

<

адрес> от 12 августа 2022 года указанное юридическое лицо было привлечено к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.34 КоАП РФ. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО10, находясь на месте ДТП с участием автомашин HINO RANGER и Камаз, он видел, что по ходу движения автомобиля HINO RANGER были выставлены временные дорожные знаки на двух или трех стойках со скоростными ограничениями на желтом фоне «70», затем «40» или «20», «Дорожные работы», на машине Камаз был смят знак и был установлен проблесковый маячок.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 №8 – главного инженера ФИО15 № АО 

<

данные изъяты> по прибытии 31 мая 2022 года на место ДТП, где рабочими ФИО9 №1 и Потерпевший №1 проводились дорожные работы, он видел, что на кабине автомашины Камаз, водителем, которого был ФИО9 №2, имелись знаки «Объезд слева», «Дорожные работы», были включены проблесковые маячки. На участке проведения дорожных работ были установлены временные дорожные знаки по три с каждой стороны движения, на каждой стойке по два знака: «Ограничение скорости» и «Дорожные работы». Ограничение скорости было с понижением: «70», «60» или «50», «40». Также имелся переносной знак «40». 

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 №9 – инспектора ДПС, он пояснил об установленных обстоятельствах произошедшего 31 мая 2022 года ДТП с участием автомашин HINO RANGER и Камаз на участке дороги, где проводились дорожные работы, о составлении по поручению следователя схемы места ДТП, в которой он отразил обстановку, место столкновения машин и места установленных до его приезда дорожных знаков. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 №10, он пояснил об обстоятельствах произошедшего ДТП на месте проведения дорожных работ, с участием двух автомашин, одним из которых был стоящий Камаз с включенным проблесковым маяком, где были временные дорожные знаки на опорах, предупреждающие о дорожных работах и переносной знак, но какие конкретно были знаки, не помнит. 

Из показаний свидетеля ФИО9 №4, являющегося индивидуальным предпринимателем, следует, что ФИО1 работал у него водителем на автомашине ХИНО RANGER, собственником которой он является. С 30 мая 2022 года ФИО3 находился в рейсе, перед рейсом был трезвый.

Согласно показаниям эксперта ФИО9 №12, она пояснила об обстоятельствах проведения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 и забора у него крови, об установлении состояния опьянения, ввиду наличия этанола в количестве 0,37 промилле.

Также в основу постановления суд положил письменные материалы, в том числе: 

- протокол осмотра места происшествия со схемой и фототаблицей от 

<

дата>, согласно которому была зафиксирована обстановка на месте ДТП, с участием автомашин HINO RANGER и ЭД405А Камаз 55111-15, где проводились ремонтные работы и установлено наличие дорожных знаков;

- протокол осмотра предметов с фототаблицей от 

<

дата>, согласно которому был осмотрен DVD-R диск с видеозаписями от 

<

дата> с камер автомобиля ЭД405А Камаз 55111-15, на которых зафиксированы обстоятельства произошедшего ДТП; 

- заключение эксперта от 

<

дата> №, согласно которому у Потерпевший №1 установлены телесные повреждения, механизм их образования, характер, локализация, степень тяжести и давность причинения;

- заключение эксперта от 

<

дата> № (экспертиза трупа), согласно которому были установлены имеющиеся прижизненные повреждения у трупа ФИО1, время, механизм, локализация, их степень тяжести и причина его смерти;

- заключение эксперта (судебная автотехническая экспертиза) от 

<

дата> №, согласно которому установлено какими требованиями ПДД надлежало руководствоваться водителю автомобиля ХИНО RANGER и водителю автомобиля Камаз, какие действия они должны были выполнить при наличии дорожных знаков, наличие (отсутствие) несоответствия в их действиях требованиям ПДД, установлено несоответствие в действиях водителя автомобиля ХИНО RANGER требованиям ПДД и наличие у него возможности предотвратить происшествие, отсутствие регламентации действий водителя автомобиля Камаз, а также установлено отсутствие смысла с технической точки зрения решения вопроса о наличии у водителя автомобиля ХИНО RANGER технической возможности предотвратить столкновение автомобилей с учетом разрешенной скорости на данном участке автодороги и временного промежутка, отраженного в полученной от АО 

<

данные изъяты> видеозаписи из салона автомобиля Камаз;

- заключение эксперта (судебная автотехническая экспертиза) от 

<

дата> №, согласно которому установлено какими требованиями ПДД надлежало руководствоваться водителю автомобиля ХИНО RANGER, несоответствие действий водителя автомобиля ХИНО RANGER ПДД, каким образом должен был действовать водитель автомобиля ХИНО RANGER, отсутствие регламентации действий водителя автомобиля Камаз;

- выписка из Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 

<

дата> №, а также другие, подробно приведенные в постановлении доказательства, а также другие, подробно изложенные в постановлении доказательства.

Кроме этого были предметом судебного исследования видеозаписи с камер автомобиля ЭД405А Камаз 55111-15.

Подробно изложенный в постановлении анализ и оценка представленных сторонами доказательств, вопреки доводам жалоб стороны защиты, позволяет признать правильными выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления. Вопреки доводам стороны защиты, все доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ, нашли свое полное подтверждение и были оценены с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям. Утверждение защитника в жалобе о том, что суд не дал оценку всем обстоятельствам по делу, материалами уголовного дела не подтверждается.

Так суд обоснованно признал положенные в основу постановления показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО9 №1, ФИО9 №2, ФИО9 №9, ФИО9 №6, ФИО10, ФИО9 №8, ФИО9 №10, ФИО9 №11, которая также пояснила об обстоятельствах произошедшего ДТП, эксперта ФИО9 №12, в целом последовательными и непротиворечивыми, дополняющими друг друга и согласующимися как между собой, так и с другими доказательствами, в том числе письменными, с заключениями автотехнических экспертиз от 

<

дата> и от 

<

дата>.

При этом суд правильно не усмотрел каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре ФИО1 со стороны указанных выше потерпевшего, свидетелей и эксперта, не усматривает таких оснований из материалов уголовного дела и суд апелляционной инстанции. Также суд правильно признал, что имеющиеся незначительные противоречия в показаниях потерпевшего и свидетелей являются несущественными и не влияют на их достоверность.

Выводы суда о нарушении водителем ФИО1 при управлении автомобилем HINO RANGER требований п. 1.3, п. 2.7 (абзац 1), п.1.5 (абзац 1), п.10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения, и что нарушение указанных требований Правил дорожного движения находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, а именно причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, являются правильными, поскольку они основаны на совокупности исследованных и приведенных в постановлении доказательств.

Вопреки доводам стороны защиты, суд надлежащим образом проверил все обстоятельства, совершенного преступления, всесторонне проверил утверждения стороны защиты о непричастности ФИО1 к совершенному преступлению, о нарушении рабочими Потерпевший №1, ФИО9 №1, ФИО11 требований, регламентирующих выполнение дорожных работ и правил дорожного движения, все доводы стороны защиты получили надлежащую мотивированную оценку в постановлении, со ссылками на исследованные в судебном заседании доказательства. 

Изложенные авторами апелляционных жалоб доводы сводятся к переоценке приведенных выше доказательств и установленных судом обстоятельств дела. Между тем несогласие их с выводами суда первой инстанции, основанными на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и проведенной в соответствии с требованиями УПК РФ оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Так доводы жалоб стороны защиты с дополнениями о недостоверности и недопустимости проведенных по уголовному делу и приведенных в постановлении судебно-медицинских и автотехнических экспертиз, а также о нарушении техники безопасности и отсутствии дорожных знаков на месте проведения дорожных работ, где произошло ДТП, со ссылками на заключения специалистов от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, от 

<

дата> №, представленные стороной защиты, были предметом судебного рассмотрения, и указанным доводам, а также всем заключениям специалистов, дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен, поскольку выводы суда основаны на материалах уголовного дела и законе. 

В связи с этим оснований для признания недостоверными и недопустимыми заключений экспертов от 

<

дата> №, от 

<

дата> № (экспертиза трупа), от 

<

дата> № (автотехническая экспертиза), от 

<

дата> № (автотехническая экспертиза), суд апелляционной инстанции не усматривает. Наличие в крови трупа ФИО1 этанола в количестве 0,37 промилле, также подтверждается показаниями эксперта ФИО9 №12. 

Вопреки доводам стороны защиты, выводы, изложенные экспертом в заключениях указанных автотехнических экспертиз, каких-либо противоречий, свидетельствующих об их недостоверности, не содержат.

Довод жалобы защитника о виновности водителя автомобиля Камаз ФИО9 №2 в произошедшем 31 мая 2022 года ДТП, является ошибочным, поскольку полностью опровергается совокупность положенных в основу постановления доказательств, в том числе заключениями автотехнических экспертиз, протоколом осмотра места происшествия с приложениями, а также показаниями потерпевшего и свидетелей ФИО9 №9, ФИО9 №1, ФИО12, ФИО9 №11

При этом суд апелляционной инстанции согласен с приведенной в постановлении оценкой представленных стороной защиты заключений экспертов от 

<

дата> № ЧНСЭУ «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований», от 

<

дата> № ЧНСЭУ «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований», от 

<

дата> № ЧНСЭУ «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» и от 

<

дата> № ООО «Главное Экспертное Бюро». С учетом совокупности положенных в основу постановления доказательств, вопреки доводам стороны защиты, представленные суду первой инстанции указанные выше заключения специалистов, не свидетельствуют, как о недостоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей ФИО9 №9, ФИО9 №2, ФИО9 №1, ФИО12 и ФИО9 №11, так и о невиновности ФИО1 в совершении преступления.

Вывод суда о наличии на месте ДТП, где проводились дорожные работы 31 мая 2022 года временных дорожных знаков, является правильным, поскольку это полностью подтверждается протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, а также схемой ДТП, составленной ИДПС ФИО9 №9 по поручению следователя. Нарушений требований УПК РФ при проведении осмотра места происшествия суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, не усматривает каких-либо нарушений при проведении данного следственного действия, вопреки доводам авторов жалоб, и суд апелляционной инстанции. Какой-либо заинтересованности лиц, участвовавших при осмотре места происшествия, из материалов уголовного дела не усматривается. Допрошенные потерпевший Потерпевший №1 и свидетели ФИО9 №9, ФИО9 №2, ФИО9 №1, ФИО12 и ФИО9 №11, пояснили о том, что при них какие-либо знаки после произошедшего ДТП на месте проведения дорожных работ, не устанавливались.

Кроме того, суд правильно установил, что в ходе проведенной доследственной проверки по обращению ФИО9 №4 – владельца автомобиля HINO RANGER было установлено отсутствие в действиях старшего ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Яранский» ФИО9 №9, составившего схему места ДТП, составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.285, ч.1 ст.286, ч.1 ст.293, ч.1 ст.330 УК РФ.

С учетом вышеизложенного, приведенные авторами жалоб доводы о недостоверности схемы места ДТП и о противоречивости проведенных по делу двух автотехнических экспертиз, указание представителем ФИО2 в жалобе на несоответствие схемы, составленной свидетелем ФИО9 №1 в судебном заседании, схеме, составленной инспектором ГИБДД ФИО9 №9, не свидетельствуют, как об отсутствии временных знаков в месте проведения 31 мая 2022 года дорожных работ, так и о невиновности ФИО1.

Доводы авторов апелляционных жалоб об отсутствии в видеозаписях, сделанных из кабины автомобиля Камаз, временных знаков, не влияют на правильность выводов суда о виновности ФИО1, поскольку наличие таких знаков суд правильно установил на основе совокупности доказательств, приведенных в постановлении. Отсутствие временных дорожных знаков на видеозаписях, выполненных из стоящего на проезжей части автомобиля Камаз, на которых зафиксирована только определенная часть дороги с приближающимся автомобилем HINO RANGER до момента столкновения с автомобилем Камаз, не может свидетельствовать об отсутствии оспариваемых стороной защиты временных дорожных знаков на участке дороги, который не попал в фокус видеорегистратора.

Вместе с тем, суд правильно указал на проведенную доследственную проверку по обращениям ФИО2 и ФИО9 №4 о нарушении правил техники безопасности при выполнении дорожных работ 31 мая 2022 года, и на принятое следователем решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО9 №2, ФИО9 №1 и Потерпевший №1 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1, 2 ст. 216 УК РФ, в связи с отсутствием в их действиях данных составов преступлений, поскольку установлено отсутствие причинно-следственной связи, то есть объективной стороны преступления, между смертью ФИО1 и действиями дорожных рабочих ФИО15 № АО «

<

данные изъяты>», а также об отсутствии причинно-следственной связи между причинением крупного ущерба и действиями дорожных рабочих ФИО15 № АО «

<

данные изъяты>». 

При указанных обстоятельствах, приведенные авторами апелляционных жалоб доводы о недостоверности протокола осмотра места происшествия со схемой, показаний потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО9 №9, ФИО9 №2, ФИО9 №1, ФИО12 и ФИО9 №11, а также об отсутствии на месте проведения дорожных работ 31 мая 2022 года временных дорожных знаков, являются несостоятельными. 

Привлечение АО «Вятавтодор» к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.34 КоАП РФ в связи с допущенными нарушениями требований по обеспечению безопасности дорожного движения в местах производства дорожных работ автомобильной дороги, о чем сообщил свидетель ФИО9 №6, не свидетельствует о невиновности ФИО1 в совершении преступления, а также о виновности рабочих ФИО9 №2, ФИО9 №1 и Потерпевший №1.

Доводы жалобы ФИО2 о прекращении уголовного дела по факту хищения флеш-накопителя из видеорегистратора, установленного в машине ФИО1, об обжаловании постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении инспектора ГИБДД ФИО9 №9 и судебных решений о возврате жалоб в связи с пропуском срока обжалования, наравне с доводами защитника об отсутствии пустых бутылок в кабине автомашины ФИО1, с учетом правильно установленных всех обстоятельств по уголовному делу, не влияют на законность постановление суда, и не влекут его отмену.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с положениями ст. 73 УПК РФ, по данному уголовному делу установлены правильно и полно на основе совокупности доказательств, что вопреки доводам жалоб стороны защиты, позволило суду прийти к верному выводу о виновности ФИО1 в совершенном преступлении. Обстоятельств, которые подлежали учету судом при принятии решения по уголовному делу, но не были учтены или учтены не в полной мере, из материалов уголовного дела не усматривается.

Вопреки суждениям авторов апелляционных жалоб и дополнительно приведенных доводов защитником в суде апелляционной инстанции, нарушений требований УПК РФ при производстве предварительного и судебного следствия, которые влекут отмену постановления суда, из материалов уголовного дела не усматривается. Нарушений положений УПК РФ при возбуждении уголовного дела, в ходе производства предварительного расследования и рассмотрения его в суде, не допущено. Уголовное дело рассмотрено судом на основе состязательности и равноправия сторон.

Заявленный ФИО2 отвод следователю, рассмотрен руководителем следственного органа ФИО13 в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона. 

При принятии председательствующим судьей решения о приводе в суд ФИО2, которая по уголовному делу являлась представителем погибшего подсудимого ФИО1, нарушений требований УПК РФ не допущено, поскольку, будучи надлежащим образом извещенной о дате, времени и месте судебных заседаний, ФИО2 в суд не являлась без уважительных причин.

Все ходатайства, заявленные стороной защиты, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, в том числе те, в удовлетворении которых следователем и судом было отказано, о чем представитель ФИО2 и защитник Зимин Д.С. сообщили в жалобах с дополнениями, рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются обоснованными и мотивированными. Сам по себе отказ следователя или суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты, при соблюдении процедуры его рассмотрения, не свидетельствует об ущемлении прав участников процесса. Выраженное авторами жалоб несогласие с принятыми решениями по заявленным им ходатайствам, не свидетельствует о незаконности данных решений. 

Суд, правильно установив, что представитель ФИО2 ходатайствовала о допуске на основании доверенности к участию в уголовном деле в качестве своего представителя ФИО14, не являющегося адвокатом, вопреки доводам авторов жалоб, обоснованно отказал в удовлетворении данного ходатайства, мотивировав свое решение. Права представителя ФИО2, в том числе право на защиту, не нарушены. При этом указание защитником Зиминым Д.С. в апелляционной жалобе на то, что ФИО2 ходатайствовала перед судом о допуске ФИО14 в качестве защитника, не основаны на материалах уголовного дела.

Приведенные защитником в суде апелляционной инстанции дополнительные доводы о несогласии с постановлением суда, с учетом правильно установленных всех обстоятельств по делу на основе совокупности доказательств, приведенных в судебном решении, не влекут оснований для его отмены. 

Суд правильно, мотивированно квалифицировал действия ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, верно установил отсутствие оснований для реабилитации подсудимого и принял правильное решение в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ о прекращении данного уголовного дела на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью ФИО1

При указанных выше обстоятельствах, оснований для отмены или изменения постановления суда, в том числе по доводам апелляционных жалоб стороны защиты с дополнениями, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Санчурского районного суда Кировской области от 18 марта 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя ФИО2 и защитника Зимина Д.С. с дополнениями – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу. В случае принесения представления, либо обжалования постановления суда апелляционной инстанции, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: О.В. Губерман