Дело № 71-445/2025

УИД: 66RS0004-01-2025-011423-02

РЕШЕНИЕ

г. Екатеринбург

3 декабря 2025 года

Судья Свердловского областного суда Краснова Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Бушмакова А.В. на постановление судьи Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 02 декабря 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесенное в отношении ФИО1,

установила:

обжалуемым постановлением судьи ФИО1 за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде административного ареста на срок 10 суток.

В жалобе защитник Бушмаков А.В. просит об отмене постановления и прекращении производства по делу.

Принимая во внимание, что обязательное личное участие лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пересмотре постановления по делу об административном правонарушении статьей 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено, ФИО1 извещен о месте и времени рассмотрения жалобы по месту отбывания наказания, ходатайство об участии в судебном заседании путем использования систем видео-конференц-связи им не заявлялось, полагаю возможным рассмотрение жалобы на постановление судьи без участия ФИО1

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, оснований для отмены и изменения постановления судьи не нахожу.

Частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за пропаганду либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, либо иных атрибутики или символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

Федеральный закон от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (далее Федеральный закон № 114-ФЗ) в качестве одного из видов экстремистской деятельности определяет использование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, за исключением случаев использования нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, при которых формируется негативное отношение к идеологии нацизма и экстремизма и отсутствуют признаки пропаганды или оправдания нацистской и экстремистской идеологии (абзац 10 пункта 1 статьи 1 названного Федерального закона).

Нацистская атрибутика и символика могут включать в себя изображения, знамена, значки, атрибуты униформы, иные отличительные знаки, приветствия и приветственные жесты, использовавшиеся организациями, признанными Нюрнбергским международным трибуналом преступными, а также воспроизведение перечисленных элементов атрибутики и символики в любой форме.

В силу статьи 6 Федерального закона от 19 мая 1995 года № 80-ФЗ «Об увековечивании Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» в Российской Федерации запрещается использование, в том числе публичное демонстрирование, нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных до степени смешения с нацистской атрибутикой или символикой, а также являющихся экстремистскими материалами изображений руководителей групп, организаций или движений, признанных преступными в соответствии с приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Нюрнбергского трибунала), как оскорбляющих многонациональный народ и память о понесенных в Великой Отечественной войне жертвах.

Запрещается пропаганда либо публичное демонстрирование атрибутики или символики, а также являющихся экстремистскими материалами изображений руководителей организаций, сотрудничавших с группами, организациями, движениями или лицами, признанными преступными либо виновными в совершении преступлений в соответствии с приговором Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Нюрнбергского трибунала) либо приговорами национальных, военных или оккупационных трибуналов, основанными на приговоре Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников европейских стран оси (Нюрнбергского трибунала) либо вынесенными в период Великой Отечественной войны, Второй мировой войны.

Как следует из материалов дела, 1 октября 2025 года в 9 часов 25 минут по адресу: 

<

адрес> в ходе мониторинга сети «Интернет» в мессенджере «

<

...>» выявлен участник группы 

<

...> ФИО1, использующий псевдоним 

<

...>, привязанный к номеру +

<

№>, который использует аватар с изображением символа в виде 

<

...>, который использовался войсками 3-го Рейха нацисткой Германии в годы Великой Отечественной войны, чем нарушил пункты 1, 2, 3 статьи 1, часть 1 статьи 12, статьи 15 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», статьи 6 Федерального закона от 19 мая 1995 года № 80-ФЗ «Об увековечивании Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

По данному факту УУП ОМВД России «Березовский» в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д. 2), отвечающий требованиям статьи 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Фактические обстоятельства совершения административного правонарушения подтверждаются материалами дела, в том числе: рапортами сотрудников полиции (л.д. 6, 7, 9, 10, 13, 24, 26); сведениями из СПО СК: АС «Российский паспорт» (л.д. 11-12); актом наблюдения (осмотра) интернет-страницы (л.д. 14-16); заключением по результатам семантического исследования (л.д. 17-23); скриншотами (л.д. 25, 27, 38); письменными объяснениями ФИО1 (л.д. 28); справкой на физическое лицо (л.д. 19-20, 21); копиями паспорта на имя ФИО1, М. (л.д. 32-34, 36); протоколом об административном задержании (л.д. 35), а также иными доказательствами по делу.

Оценив все доказательства в совокупности в соответствии со статьей 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья районного суда пришел к правильному выводу о наличии в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Доводы жалобы защитника об отсутствии в действиях ФИО1 состава вмененного административного правонарушения отклоняются.

Факт публичной демонстрации в открытом доступе ФИО1 нацистской символики объективно установлен на основании совокупности перечисленных выше доказательств, из которых следует, что он при описанных выше обстоятельствах допустил публичную демонстрацию в открытом доступе изображение 

<

...>, демонстрация и пропаганда которого запрещены.

Само по себе использование нацистской атрибутики (символики), равно как и атрибутики (символики), сходной с нацистской атрибутикой (символикой) до степени смешения, - безотносительно к ее генезису - может причинить страдания людям, чьи родственники погибли во время Великой Отечественной войны, что также предполагает право законодателя принимать меры в соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. В качестве такой необходимой охранительной меры выступает установление административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за нарушение запрета на использование указанной символики с целью противодействия нацизму, экстремизму, фашизму и другим действиям, оскорбляющим память о жертвах, понесенных в Великой Отечественной войне, и ассоциирующимся с идеологией, запрещенной в силу статьи 13 (часть 5) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 октября 2014 г. N 2480-О, от 24 октября 2019 г. N 2923-О).

Довод жалобы о том, что у ФИО1 не было умысла демонстрировать и пропагандировать нацистскую символику, не может повлечь отмену судебного акта, поскольку любые действия, делающие рассматриваемую символику доступными для восприятия других лиц, образуют состав административного правонарушения, предусмотренного части 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Доводы защитника об отсутствии оснований для применения административного задержания не свидетельствуют о нарушении процессуальных требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административное задержание вправе осуществлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) - при выявлении административных правонарушений, дела о которых в соответствии со статьей 23.3 настоящего Кодекса рассматривают органы внутренних дел (полиции), либо административных правонарушений, по делам о которых в соответствии со статьей 28.3 настоящего Кодекса органы внутренних дел (полиция) составляют протоколы об административных правонарушениях, а также при выявлении любых административных правонарушений в случае обращения к ним должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы о соответствующих административных правонарушениях.

В соответствии с частью 3 статьи 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного задержания включается в срок административного ареста.

Аналогичное требование содержит часть 3 статьи 32.8 названного Кодекса.

Согласно части 4 статьи 27.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях срок административного задержания лица исчисляется с момента его доставления в соответствии со статьей 27.2 этого Кодекса.

О доставлении составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе об административном правонарушении или в протоколе об административном задержании. Копия протокола о доставлении вручается доставленному лицу по его просьбе (часть 3 статьи 27.2 указанного Кодекса).

Согласно протоколу об административном задержании от 24 ноября 2025 года ФИО1 был доставлен в дежурную часть ОМВД в 16 час 25 минут 24 ноября 2025 года и освобожден в 15 часов 30 минут 26 ноября 2025 года (л.д. 11-11 оборот).

Применение в отношении ФИО1 мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания было вызвано необходимостью составления в отношении него протокола об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Поскольку санкция нормы части 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает в качестве одного из видов наказания административный арест, обуславливающий необходимость рассмотрения дела в присутствии лица, в отношении которого ведется производство по делу, а также сокращенные сроки рассмотрения такого дела, оснований полагать, что административное задержания в настоящем случае являлись необоснованными, не усматривается.

При этом, из протокола об административном задержании следует, что доставление ФИО1 произведено в целях осуществления производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, санкция которой в качестве одного из видов наказания предусматривает административный арест, а также меру обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания.

Вопреки доводам жалобы несвоевременное предоставление должностными лицами материалов данного дела в суд не свидетельствует о незаконности административного задержания ФИО1, поскольку судьей районного суда в отношении ФИО1 вынесено постановление, которым назначено наказание в виде административного ареста.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств судьей установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Оснований для переоценки выводов судьи районного суда не установлено, а несогласие лица, привлекаемого к административной ответственности, с указанными в постановлении выводами правовым основанием для таковой не является.

Постановление судьи о привлечении ФИО1 к административной ответственности соответствует требованиям статьи29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 названного Кодекса для данной категории дел.

Порядок привлечения ФИО1 к административной ответственности не нарушен.

Административное наказание в виде административного ареста назначено ФИО1 в соответствии с требованиями статей 3.1, 3.9, 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является справедливым и соразмерным содеянному, соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, тяжести содеянного, а также данным о личности лица, привлекаемого к административной ответственности.

Постановление судьи о назначении наказания в виде административного ареста основано на данных, подтверждающих необходимость применения к ФИО1 именно этой меры ответственности, а также ее соразмерность целям административного наказания, связанным с предупреждением совершения новых правонарушений.

Выбор судьей районного суда вида и размера назначенного наказания должным образом мотивирован, вопреки доводам жалобы о чрезмерно суровом наказании, при этом судьей учтены данные о личности лица, привлекаемого к административной ответственности, в том числе, сведения о наличии на иждивении ФИО1 несовершеннолетних детей.

Данных о наличии предусмотренных частью 2 статьи 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельств, препятствующих применению к ФИО1 административного ареста, в материалах дела не имеется.

Следует отметить, что учитывая цели административного наказания, принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению, характер совершенного административного правонарушения, объектом которого является общественная безопасность и общественный порядок, представленные сведения о личности ФИО1 не влекут снижение или изменение назначенного ему наказания, предусмотренного санкцией статьи.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 рассмотрено с соблюдением гарантированных процессуальных прав, по установленным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях правилам, право ФИО1 на справедливое судебное разбирательство не нарушено.

Нарушений прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации и статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в статьях 1.5, 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела не допущено.

Доводы о том, что ФИО1 не был допущен защитник, не могут быть признаны состоятельными.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.

Согласно части 1 статьи 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе пользоваться юридической помощью защитника.

Между тем данное субъективное право основано на принципе диспозитивности, который проявляется в том, что привлекаемое лицо само определяет как необходимость привлечения защитника к участию в своем деле, так и лицо, которому доверит осуществление своей защиты. При этом нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусматривают возможность назначения защитника по инициативе судьи, органа или должностного лица, рассматривающих дело об административном правонарушении, что, в свою очередь, не противоречит нормам Конституции Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ходатайство о допуске защитника, отвечающее требованиям статьи 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ФИО1 заявлено не было. При этом доводы о том, что защитник ФИО1 пребывал в отделе полиции «Березовский» и желал участвовать в ходе производства по делу, голословны, материалами дела не подтверждены.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных статьей 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не установлено.

Существенных нарушений процессуальных норм, влекущих отмену или изменение постановления судьи, при рассмотрении дела допущено не было, оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьей 30.6, пунктом 1 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление судьи Ленинского районного суда города Екатеринбурга Свердловской области от 02 декабря 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесенное в отношении ФИО1, оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано (опротестовано) путем подачи жалобы (протеста) непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Свердловского

областного суда Н.В. Краснова