Дело № 2-19/2019

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Беловский городской суд Кемеровской области

В составе председательствующего судьи: Спицыной О.Н.

при секретаре: Юдиной А.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Белово

28 июня 2019 года

гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО1 о признании сделки договора дарения недействительной,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО10 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании сделки договора дарения недействительной.

Просит, учетом утонения исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ и принятых судом (т.1 л.д.154, 159-161) признать договор дарения 1/2 доли жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО1 и ФИО2, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности на 1/2 долю жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Прекратить право собственности ФИО2 на 1/2 долю земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Возвратить 1/2 долю жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> собственность ФИО1.

Заявленные исковые требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ прекращено право собственности ФИО1 на 1/2 жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>

Нотариусом ФИО11 зарегистрирована сделка договора дарения между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемая), право собственности на 1/г жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

адрес>

Указанный договор является недействительной сделкой по основаниям ст.177 ГК РФ.

Так примерно в 1999 году его мама, ФИО1 находилась на лечении в психиатрической больнице 

<

адрес>, ей была назначена инвалидность на основании психического заболевания.

Все это время до 2018 года его мама проживала с ним по 

<

адрес>, он за ней ухаживал, она получала должную заботу и внимание. В УПФР он назначен за ней как ухаживающий, несет за нее ответственность по сей день, ей дают надбавку к пенсии за его уход. Несколько месяцев назад его дочь ФИО2 под предлогом взять к себе бабушку на недельку погостить не привезла её совсем, не позволяет ей с ней встречаться и разговаривать с ней по сей день, им было написано заявление полицию с требованием проверить состояние здоровья матери, так как на данный момент она является затворницей своей внучки- его дочери.

ФИО1 была поставлена на учет в ПНД 

<

адрес>, в момент заключения договора дарения от 06.04.2018г., ФИО1 не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, также находилась под давлением.

Следовательно, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемая), должен быть признан недействительной сделкой.

Ответчик воспользовалась болезненным и беспомощным состоянием ФИО1, которая с 1999 годов страдала психическим заболеванием, имела проблемы с памятью, забывала покупки в магазине, забывала совершенные ею действия, не закрывала дверь, перестала смотреть телевизор, так как не понимала, что показывают, самостоятельно на улицу не выходила, так как были случаи, что она терялась.

Некоторое время он не знал, что 1/2 доли жилого дома принадлежит не матери, а подарена ФИО2 которая после сделки в мае 2018 года стала требовать за 1/2 дома денежную компенсацию за свою долю.

Он был удивлен, так как с матерью они договорились, что дом после мамы перейдет в его собственность в целом, он сам предложил маме 1/2 долю жилого дома оставить зарегистрированным на ней, так как и ей и ему так было спокойней, все документы на дом мама просила оставить на сохранность у него в домашнем сейфе.

Даритель страдала на момент сделки заболеванием психики и на момент заключения договора не могла в полной мере осознавать характер своих действий или руководить ими, со ссылкой на положения ст.177 ГК РФ.

Истец ФИО4, извещенный надлежащим образом в соответствии с требованиями ст.113 ГПК РФ, в суд не явился. О причине неявки не сообщил, об отложении не просил. Заявления о рассмотрении дела в его отсутствие не поступало.

Определением Беловского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была привлечена к участию в деле в качестве соответчика и освобождена от участия в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (т.2 л.д.14-15).

Ответчик ФИО1, извещенная надлежащим образом в соответствии с требованиями ст.113 ГПК РФ, в суд не явилась. О причине неявки не сообщила, об отложении не просила. Заявления о рассмотрении дела в ее отсутствие не поступало.

Ответчик ФИО2, извещенная надлежащим образом, в суд не явилась. Представила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. Указала, что возражает против удовлетворения исковых требований (т.2 л.д.61). 

Третье лицо нотариус Беловского нотариального округа ФИО11, извещенная надлежащим образом, в суд не явился. О причине неявки не сообщил.

Определением Беловского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.120-121) к участию в деле в качестве третьего лица на стороне истца, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора было привлечено ФИО7 Федеральной службы государственной регистрации, кадастра картографии по 

<

адрес>.

Третье лицо ФИО7 РОСРЕЕСТРА, извещенные надлежащим образом, не обеспечили явку представителя в судебное заседание. В лице заместителя начальника Беловского отдела ФИО7 ФИО12, действующей по доверенности №-№ от ДД.ММ.ГГГГ (сроком до ДД.ММ.ГГГГ т.2 л.д.55) просили в порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в их отсутствие (т.2 л.д.54). Представили письменные объяснения (т.1 л.д.168-169) согласно которым, принятие судом решения о признании договора дарения недействительным и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон этого договора бедует являться самостоятельным основанием для внесения записи в ЕГРФИО13 имеются записи о зарегистрированном праве общей долевой собственности ФИО2. Данные записи внесены на основании договора дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, удостоверенного нотариусом Беловского нотариального округа 

<

адрес> ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ, реестровый №. 

Суд, изучив ходатайство, исследовав письменные материалы дела, находит требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

На основании ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 154 ГК РФ сделки могут быть двух-или многосторонними (договоры) и односторонними. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

В соответствии со ст.158 ГК РФ, сделки совершаются устно или в письменной форме. Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку. 

Стороны в порядке ст.421 Гражданского кодекса РФ свободны в заключении договора, а также вправе распоряжаться своей собственностью по своему усмотрению в порядке ст. 209 Гражданского кодекса РФ.

В силу п.1 ст.572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п.3 ст.574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Исходя из положений ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п.3 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Согласно положениям п.1 ст.171 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Из разъяснений, изложенных в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из письменных материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 купила в собственность жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес> (т.1 л.д.43).

Исходя из свидетельства о рождении, ФИО1 является матерью ФИО4 (т.1 л.д.24).

На основании договора дарения 1/2 объекта индивидуального жилищного строительства и 1/2 доли земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1 л.д.23); договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.43) зарегистрировано право общей долевой собственности ФИО4 и ФИО1, доля в праве 1/2 за каждым на объект индивидуального жилищного строительства, общей площадью 67 кв.м., кадастровый (или условный номер) № и земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: под индивидуальную жилую застройку, кадастровый (или условный номер) № по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, что следует из свидетельств о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ выданных ФИО7 Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> (т.1 л.д.9-11) и подтверждается выписками из ЕГРП (т.1 л.д.46-49). 

Выписка из домовой книги (т.1 л.д.44) в 

<

адрес> пгт

<

адрес>, 

<

адрес> значатся зарегистрированными ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно заявлению ФИО1 поданному нотариусу Беловского нотариального округа ФИО11 (л.д.45), супруга, имеющего право в порядке ст.ст.34,35 Семейного кодекса РФ претендовать на отчуждаемые 1/2 в праве общей долевой собственности на объект индивидуального жилищного строительства (назначение: жилой дом) и 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, находящиеся по адресу 

<

адрес>, пгт.Инской, 

<

адрес>.

Согласно удостоверенному нотариусом Беловского нотариального округа ФИО11 договору дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ полученному ДД.ММ.ГГГГ, одаряемый ФИО2 получила в дар от дарителя ФИО1 1/2 долю в праве общей долевой собственности на объект индивидуального жилищного строительства и 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, находящиеся по адресу 

<

адрес>, пгт.Инской, 

<

адрес> (т.1 л.д.37-38). 

Согласно п.6 договора, право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на объект индивидуального жилищного строительства и 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, переходит к одаряемой с момента внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости. 

Пунктом 1 ст.131 ГК РФ предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно выписок из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости осуществлена государственная регистрация перехода права и зарегистрировано право общей долевой собственности по 1/2 доли в праве за ФИО4, запись № от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО2, запись № от ДД.ММ.ГГГГ на объект индивидуального жилищного строительства и земельный участок, находящиеся по адресу 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес> (т.1 л.д.12-19, 25-26). 

Уведомление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.83) показывает отсутствие зарегистрированных прав за ФИО1. 

Нотариус Беловского нотариального округа ФИО11 сообщением от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.82) указала, что объем информации, необходимой для удостоверения договора, и порядок ее фиксирования установлен Регламентом совершения нотариусами нотариальных действий, устанавливающий объем информации, необходимой нотариусу для совершения нотариальных действий, и способ ее фиксирования, утвержденном приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №. В перечне Регламента справка ПНД не указана. По договору дарения ФИО1, ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ справка не запрашивалась. 

Истец полагает, что указанный выше договор дарения является недействительным, так как в момент совершения сделки ФИО1 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

По смыслу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Следовательно, сделка по отчуждению имущества, заключенная лицом, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть оспорена.

С учетом изложенного неспособность гражданина в момент заключения договора, в том числе дарения, понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания договора недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления договора и его подписания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

ГБУЗ КО «Беловская городская больница №» в сообщении от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1л.д.100) указали, что ФИО1 является 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно сообщению ГБУЗ КО «

<

адрес> больница» № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.73,107) ФИО1 прикреплена к данной больнице с ДД.ММ.ГГГГ. Наблюдение осуществлялось 

<

данные изъяты>.

Как следует из сообщения ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1л.д.105, 125) электронная база (ЕАВИИАС МСЭ) действующая с 2014 года сведений о ФИО1 не содержит. При проверке архива на бумажных носителях выяснено, что в книге учета выданных бланков справок ВТЭК (начата 03.01.2001г., окончена 25.09.2001г.) Межрайонной МСЭК 

<

адрес>, на ФИО7. 98 под № от 24.09.2001г. указано о получении ФИО1 справки серии МСЭ 013 №. Акты за 201 года уничтожены. В архиве бюро № (ранее Межрайонной МСЭК 

<

адрес>), книги протоколов заседаний МСЭ, где указывался диагноз гражданина, за 2001 год не сохранились (т.1 л.д.105 об.сторона – 106, 126-127).

ГБУЗ КО «Беловский психоврологический диспансер» сообщением № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.74) ФИО1 

<

данные изъяты>. 

ГБУЗ КО «Беловский психоврологический диспансер» сообщением 

<

данные изъяты> 

ГКУЗ КО Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница сообщением 

<

данные изъяты>

Из сообщения Беловский почтамп ОСП УФПС 

<

адрес> филиала ФГУП «Почта России» ФИО1 получает пенсию через сельское отделение почтовой связи Менчереп, в пенсионном поручении за нее расписывается ФИО2 по доверенности №

<

адрес>36 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.75-78). 

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (протокол с/з л.д.188-198) в качестве специалиста был допрошен врач-психиатр 

<

данные изъяты> 

В силу положений ст. ст. 188, 55 ГПК РФ консультация специалиста не относится к числу средств доказывания.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Определением Беловского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено ГКУЗ КО Кемеровская областная психиатрическая больница (т.1 л.д.199-205), однако ФИО14 отказалась явиться в экспертное учреждение для проведения экспертизы (т.1 л.д.224), в этой связи гражданское дело было отозвано без проведения судебной экспертизы (т.1 л.д.225, 229-230).

Определением Беловского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу вновь была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено ГКУЗ КО Кемеровская областная психиатрическая больница (т.2 л.д.27-33).

Согласно выводам комиссии экспертов ГКУЗ КО Кемеровская областная психиатрическая больница от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

Ознакомившись с выводами эксперта, суд установил наличие разночтения фамилии поэкспертного лица. В этой связи судом направлен запрос эксперту с целью разъяснения (т.2 л.д.56).

Из сообщения ГКУЗ КО Кемеровская областная психиатрическая больница (т.2 л.д.57) следует, что согласно определению Беловского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, которая была проведена в отношении ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения ДД.ММ.ГГГГ. Имеющиеся разночтения в тексте заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, в чтении фамилии ФИО1 являются техническими опечатками.

Суд считает, что полученное судом экспертное заключение является надлежащим доказательством, поскольку судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, эксперты, проводившие экспертизу, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, указанное заключение комиссии экспертов составлено ими в пределах своей компетенции, эксперты имеют соответствующую квалификацию и стаж экспертной работы, заключение мотивированно и не вызывает сомнений в достоверности.

Оценив представленное доказательство, суд не усматривает оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы. Сторонами экспертное заключение не оспаривалось.

Оценивая данное заключение по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, суд приходит к выводу о том, что оно является наиболее объективным доказательством, в полной мере отражающим состояние здоровья ФИО1 на период подписания договора дарения и состоявшегося перехода права собственности ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом обстоятельств рассматриваемого дела суд приходит к выводу о том, что указанное заключение эксперта соответствует требованиям закона о допустимости доказательств, а его результаты соответствуют обстоятельствам дела.

Свидетель ФИО5 допрошенная в ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ (протокол с/з т.1 л.д.58, 59-61) и предупрежденная судом об уголовной ответственности, суду пояснила, что ФИО1 ее свекровь с которой она общалась, когда та проживала с ними с 2009 года. Потом она уехала к ФИО8 в гости и осталась у нее жить. Дала показания о состоянии здоровья ФИО1 и ее поведении в обыденной жизни. 

Свидетель ФИО17, участковый терапевт ГБУЗ «

<

адрес> больница» (т.1 л.д.181-184) допрошенная в ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ (протокол с/з т.1 л.д.187, 188-198) и предупрежденная судом об уголовной ответственности, суду пояснила, что ФИО1 является пациенткой больницы, наблюдается на ее участке. Дала показания о ее состоянии здоровья. 

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Суд находит показания свидетелей достоверными, правдивыми, так как свидетели знают ФИО1, могли правильно ориентироваться и правильно воспринимать происходящие события, включая профессиональные знания. Источник осведомленности свидетелей – они сами, явившиеся очевидцами рассматриваемого события, поэтому суд считает, что их показания соответствуют требованиям ст.ст.59-60 ГПК РФ и могут быть приняты судом в качестве доказательства по делу. 

Показания свидетелей не противоречат друг другу, материалам дела и экспертному заключению. Показания свидетелей были подробно изучены при проведении судебно-психиатрической экспертизы, которое, по мнению суда, является наиболее объективным доказательством. 

Прочие доводы сторон и представленные доказательства отклоняются судом ввиду необоснованности и как не имеющие существенного значения для разрешения настоящего дела. 

Таким образом, оценив каждое из представленных доказательства в отдельности на предмет относимости, допустимости, достоверности, а также достаточность и взаимную связь доказательств по заявленным требованиям в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ с учетом положений ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований. 

Руководствуясь ст.ст.196-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2, ФИО1 о признании сделки договора дарения недействительной – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Кемеровский областной суд через Беловский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения 2 июля 2019 года.

Судья (подпись) О.Н. Спицына