24RS0040-01-2019-003035-59 

Дело №2-2715/2019 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

17 сентября 2019 года город Норильск Красноярского края 

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Пархоменко А.И., 

при секретаре судебного заседания Даяновой Г.Р., 

с участием представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Отделу МВД России по г.Норильску, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к Отделу МВД России по г.Норильску о компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ 157 раз был этапирован спецтранспортом (Урал, КАМАЗ и Газель) из СИЗО-24/4 ГУФСИН России по Красноярскому краю в ИВС ОМВД России по г.Норильску и далее в Норильский городской суд, время в пути составляло от 30 минут до 1 часа 30 минут. Во время транспортировки лиц, заключенных под стражу, на каждого человека приходилось около 0,38 кв.м. личного пространства. Заключенным запрещалось брат с собой в «автозак» емкости с водой, в связи с чем истец испытывал в пути муки жажды. В пути не было возможности посетить туалет. Также, в указанных автомобилях отсутствовали необходимые меры безопасности, а именно: ремни безопасности, специальные приспособления для удержания равновесии, отсутствовало автоматическое открывание дверей и пожарных люков. Отсутствие указанных мер безопасности создавало реальную угрозу жизни истца, а также других заключенных, что крайне негативно отражалось на обстановке внутри камеры. Во время всего пути следования истца не покидало чувство беспокойства за свою жизнь. В камерах автомобилей отсутствовали окна, и это препятствовало естественному освещению и нормальной вентиляции. В связи с тем, что не было вентиляции и из-за переполненности камер невозможно было дышать на протяжении всего пути. Все вышеперечисленные ненадлежащие условия транспортировки причиняли истцу сильные физические страдания (приступы удушья в переполненных камерах, резкие и острые боли в мочевом пузыре, физические боли из-за недостаточности места при давке и отсутствия приспособлений для удержания равновесия), а также моральные переживания от унижения от всего происходящего и неспособности что-либо изменить, сильное чувство тревоги. Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 281500 евро за каждый день транспортировки.

При подготовке к судебному разбирательству в качестве соответчика к участию в деле было привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика – ГУ МВД России по Красноярскому краю.

В судебное заседание истец ФИО3 своего представителя не направил, о времени и месте судебного заседания уведомлен надлежащим образом по месту отбывания наказания в виде лишения свободы, направил суду ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

Представитель ответчика Отдела МВД России по г.Норильску ФИО2, действующая на основании доверенностей № от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения, указав, что причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает Министерство финансов Российской Федерации, являющееся органом исполнительной власти и в силу свой компетенции распорядителем средств федерального бюджета, в связи с чем отсутствует материально-правовое основание участия Отдела МВД России по г. Норильску в качестве ответчика в процессе. Указала, что каких-либо доказательств перенесенных физических и (или) нравственных страданий в связи с причиненным истцу вредом, ФИО3 не представлено, тогда как в силу ст. 56 ГПК РФ обязанность доказывания тех обстоятельств, на которые сторона ссылается как на обоснование своих требований, лежит на ней. Истцом не указано и не доказано, какие нематериальные блага, предусмотренные ст.150 ГК РФ, нарушены в связи с его перевозкой в спецавтомобилях ОВОКПО Отдела МВД. Доказательств причинения истцу вреда жизни и здоровью, посягательств сотрудников ИВС и ОВОКПО Отдела МВД на достоинство личности истца, неприкосновенность частной жизни, психологические страдания и унижения, право свободного передвижения, наличия наложения на истца сотрудниками ИВС и ОВОКПО Отдела МВД ограничений в праве выбора места пребывания и жительства, нарушений прав на имя и авторство, а также другие нематериальные блага, истцом суду не представлено и в материалах дела отсутствуют. Само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда. В дополнительно представленных возражениях указала, что транспортировка в период ДД.ММ.ГГГГ. осуществлялась транспортными средствами соответствующими ГОСТ 33546-2015. Согласно правилам стандартизации «Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Специальные технические требования» ПР №, утвержденным приказом МВД от 14.10.2010: ремни безопасности, туалет, смотровые окна в боксах для размещения осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в спецавтомобилях, используемых для перевозки спецконтингента в ДД.ММ.ГГГГ – не предусмотрены. Переполнение камерных боксов спецавтомобилей ответчиком не допускалось. Протяженность маршрутов конвоирования ОВОКПО Отдела МВД России по г. Норильску составляет: ИВС – СИЗО-4 – 2300 метров, время в пути 10 минут, ИВС – Норильский городской суд в Центральном районе – 1500 метров, 7 минут в пути. 

Ответчик Министерство внутренних дел Российской Федерации в судебное заседание своего представителя не направило, о времени и месте рассмотрения дела уведомлено надлежащим образом посредством электронной почты.

Третье лицо – ГУ МВД России по Красноярскому краю своего представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте рассмотрения дела уведомлено по адресу электронной почты своевременно, ходатайств об отложении рассмотрения дела суду не поступало.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21 Конституции РФ).

На основании статьи 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции РФ).

Из содержания названных конституционных и международных правовых норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с УПК РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ст. 32 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона. Основные требования обеспечения изоляции должны соблюдаться при перемещении подозреваемых и обвиняемых за пределами мест их содержания под стражей.

На основании статьи 28 Федерального закона N 103-ФЗ администрация мест содержания под стражей по указанию следователя, лица, производящего дознание, или суда (судьи) обеспечивает, в том числе прием подозреваемых и обвиняемых в места содержания под стражей и передачу их конвою для отправки к месту назначения.

Согласно статье 12 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" конвоирование содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы осужденных и лиц, заключенных под стражу, для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве и охрана указанных лиц во время производства процессуальных действий осуществляются полицией.

В соответствии с пунктом № Инструкции по служебной деятельности специальных подразделений УИС по конвоированию, утвержденной совместным Приказом Минюста РФ и МВД РФ от 24 мая 2006 года N №, караул обязан обеспечить изоляцию конвоируемых от посторонних граждан, раздельное размещение в камерах, транспортных средствах по видам режима и категориям, недопущение совершения ими преступлений и соблюдение установленного режима содержания.

Согласно пункту № Инструкции специальные автомобили, предназначенные для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, используется по решению начальника управления по конвоированию и только по прямому назначению. Спецавтомобиль должен быть технически исправен и оборудован в соответствии с установленными требованиями.

Согласно пунктам № стандарта отрасли ПР 78.01.0024-2010 "Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", принятого и введенного в действие 14 октября 2010 г. (взамен ОСТ 78.01.0002-99 от 1 июня 1999 г.), специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, специальные железнодорожные вагоны относятся к транспортным средствам, которые используются учреждениями уголовно-исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании.

Спецавтомобили изготавливаются на базе грузовых, легковых автомобилей, автофургонов, автобусов; предназначены для перевозки только сидящих людей, оборудованы системой отопления, вентиляцией, освещением, биотуалетами (более 7 человек спецконтингента); имеют одну или две общих камеры и одиночные камеры, оборудованные сиденьями, длина многоместных сидений определяется из расчета не менее 45 см на одного человека, одноместного - не менее 42 см, минимальный размер одиночной камеры для спецконтингента составляет 50 x 65 см.

Во всех случаях количество лиц, содержащихся под стражей и лиц личного состава, перевозимых в спецавтомобиле, не должно превышать норм, установленных для данного транспортного средства техническими характеристиками.

Правилами дорожного движения, утвержденными постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090, установлено, что число перевозимых людей в кузове грузового автомобиля, а также салоне автобуса, осуществляющего перевозку на междугородном, горном, туристическом или экскурсионном маршруте, и при организованной перевозке группы детей не должно превышать количества оборудованных для сидения мест (пункт 22.3), запрещено перевозить людей сверх количества, предусмотренного технической характеристикой транспортного средства (пункт 22.8).

Как установлено при рассмотрении дела, истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ взят под стражу по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 УК РФ, ч.1 ст.30, ч.3 ст.162 УК РФ, ч.2 ст.228 УК РФ.

Уголовное дело в отношении ФИО3 № (№) рассмотрено Норильским городским судом в Центральном районе, приговор постановлен ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с производством по вышеуказанному уголовному делу ФИО3 в период ДД.ММ.ГГГГ неоднократно доставлялся спецавтомобилями конвоя ОМВД России по г. Норильску из СИЗО-4 в ИВС, а в дальнейшем в Норильский городской суд.

Конвоирование спецконтингента осуществляется ОМВД России по г.Норильску на следующих автомобилях: ГАЗ 3309 «АЗ» г/н № (вместимость составляет 19 человек: 18 в двух общих камерах, 1 в одиночной камере), ГАЗ 3302 «АЗ» г/н № (вместимость составляет 7 человек: 4 в общей камере, 3 в одиночных камерах), УРАЛ «АЗ» г/н № (вместимость составляет 27 человек: 26 в двух общих камерах, 1 в одиночной камере), КАМАЗ 4308-С4 «АЗ» г/н № (вместимость составляет 27 человек: 26 в двух общих камерах, 1 в одиночной камере).

Данное обстоятельство подтверждается копиями свидетельств о регистрации транспортных средств, а также копиями ПТС.

Конструктивные особенности данных автомобилей регламентированы ГОСТ 33546-2015.

Согласно справке Врио командира ОВОКПО ОМВД России по г.Норильску ФИО1 предоставить информацию за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не предоставляется возможным, в связи с отсутствием документации за указанный период. Согласно пояснениям представителя ответчика ФИО2 срок хранения данных сведений составляет три года, в связи с чем они уничтожены в связи с истечением срока хранения.

За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно данным, представленным ответчиком, ФИО3 конвоировался на вышеуказанных автомобилях в следующие даты:

- ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 18 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 20 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 22 человека, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 10 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 20 человека, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 6 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 21 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 25 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 20 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 25 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 12 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека;ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 4 человека, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 4 человека, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 19 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 15 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 9 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 13 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 15 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 10 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 22 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 6 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 21 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в одиночной камере; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 15 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 3 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 13 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 10 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 12 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 13 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 14 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 18 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 14 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 10 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 18 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 15 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 21 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 10 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 17 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 20 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 10 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 19 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 14 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 8 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 7 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 4 человека; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 21 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 20 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 18 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 12 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 8 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 16 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 6 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 19 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 19 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 9 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 18 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 7 человек; ДД.ММ.ГГГГ - в автомобиле 15 человек, ФИО3 о конвоировался в общей камере, в которой находилось 5 человек.

Как следует из представленных суду технических характеристик на спецтранпорт, данные автомобили оснащены системой отопления, вентиляцией (через окно во входной двери и аварийно-вентиляционный люк в крыше помещения конвоя, вентиляционный люк в камерах с регулятором забора воздуха и системой принудительной приточно-вытяжной вентиляцией); кроме того, рабочий салон имеет аварийные выходы через аварийно-вентиляционный люк в помещении конвоя и аварийные люки в общих камерах для спецконтингента вместимостью более 5 человек. Размер люков соответсвует пункту № ГОСТ 33546-2015 470х 500 м.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", при оспаривании условий перевозки лишенных свободы лиц судам необходимо иметь в виду, что она всегда должна осуществляться гуманным и безопасным способом. В связи с этим при оценке того, являются ли условия перевозки надлежащими, необходимо учитывать в том числе соблюдение требований по обеспечению безопасности перевозок соответствующим видом транспорта, пассажировместимость транспортного средства, длительность срока нахождения указанных лиц в транспортном средстве, площадь, приходящуюся на одного человека, высоту транспортного средства, его достаточные освещенность и проветриваемость, температуру воздуха, обеспеченность питьевой водой и горячим питанием при длительных перевозках, предоставление возможности перевозить с собой документы, необходимые для реализации установленных законом процессуальных прав и обязанностей, наличие возможности обращения к сопровождающим лицам, соответствие условий перевозки состоянию здоровья транспортируемого лица.

Выводы суда о том, была ли перевозка гуманной и безопасной, должны быть сделаны на основании исследования всей совокупности указанных выше обстоятельств (часть 1 статьи 20, статья 21 Конституции Российской Федерации, статья 20 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения").

Судом не установлено, что при перевозке истца в спецавтомобилях были допущены нарушения требований по обеспечению безопасности перевозок автомобильным транспортом (отсутствие люков), превышена пассажировместимость транспортного средства, нарушены нормы площади, приходящейся на одного человека, требования к высоте транспортного средства, его освещенности и проветриваемости, температуре воздуха, или несоответствие условий перевозки состоянию здоровья транспортируемого лица.

Учитывая, что транспортировка ФИО3 осуществлялась в пределах Центрального района города Норильска, длительность срока нахождения ФИО3 в транспортном средстве, по мнению суда, не могла превышать более 15 минут (маршрут СИЗО - ИВС составляет по протяженности 2300 метров, время в пути 10 минут; маршрут ИВС – Норильский городской суд составляет по протяженности 1500 метром, время в пути – 7 минут), в связи с чем судом отклоняются доводы ФИО3 о том, что он в до полутора часов находился в спецавтомобиле.

Согласно п.246 наставления, утвержденного приказом МВД РФ от 07.03.2006 года № «Об утверждении наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых» предусматривает остановку через каждые 3-4 часа движения для отправления подозреваемых и обвиняемых личных надобностей. 

Учитывая, как указывалось выше, что ФИО3 в спецтранспорте находился не более 15 минут, суд приходит к выводу о необоснованности его доводов относительно испытанных им болей в связи с длительной невозможностью посетить туалет.

Учитывая, что истец длительное время не обращался в суд, в иные надзорные органы с жалобами на условия транспортировки в спецтранспорте, суд лишен возможности проверить доводы истца относительно превышения количества лиц, перевозимых спецтранпортом сверхлимита по наполняемости в период с ДД.ММ.ГГГГ, в указанные им периоды времени, а также о том, что спецтранспорт не соответствовал обязательным требованиям безопасности.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению; вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьей 1070 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1).

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2).

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании приведенных выше нормативно-правовых актов и соответствующих актов, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В силу приведенных выше положений материального права при определении размера компенсации морального вреда должна быть также принята во внимание степень вины причинителя вреда.

Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 ГК РФ.

В этом перечне не названы случаи компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы, а также перевозки таких лиц.

Следовательно, при определении размера компенсации морального вреда, причиненного нарушением названных условий, необходимо принимать во внимание степень вины причинителя вреда, то есть принятие соответствующим органом (учреждением) всех возможных и зависящих от него мер по соблюдению надлежащих условий отбывания наказания в виде лишения свободы.

Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав (статьи 151, 1100, 1101 ГК РФ), предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В силу положений ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Указанная правовая позиция сформулирована и в определении Конституционного Суда РФ от 18.01.2011 N 47-О-О.

Кроме этого, как указывал Европейский Суд по правам человека в своем пилотном постановлении от 10.01.2012 по делу "ФИО4 и другие против России", "утверждения о жестоком обращении должны быть подкреплены соответствующими доказательствами".

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела факт причинения ФИО3 нравственных страданий в результате его перевозки в спецавтомобилях конвойного подразделения ОМВД по г.Норильску судом не установлен, каких-либо доказательств этому, вопреки приведенным положениям, истцом не представлено.

Доводы истца о несоответствии условий вентиляции, переполненности транспортного средства, в котором он перевозился, своего подтверждения при рассмотрении дела не нашли.

Кроме того, как указывалось выше, в период расследования и рассмотрения уголовного дела судом истец с жалобами на условия его перевозки конвойными подразделениями ОМВД г.Норильска к руководству соответствующих учреждений, в прокуратуру и в иные надзорные органы, а также в суд не обращался.

Европейский суд по правам человека неоднократно указывал, что законные меры лишения лица свободы часто могут содержать элемент страдания или унижения. Нельзя утверждать, что содержание под стражей само по себе вызывает вопросы с точки зрения статьи 3 Конвенции.

Таким образом, предполагаемые условия перевозки в спецавтотранспорте, как они изложены и доказаны истцом, не превышают минимального уровня суровости в контексте статьи 3 Конвенции.

Поскольку в рамках искового производства по данному делу суду не представлено доказательств, свидетельствующих об обоснованности заявленных истцом требований, в том числе о его обращениях с заявлениями, жалобами к руководству ОМВД г.Норильска, прокуратуру или в суд на ненадлежащие условия перевозки и принятых по ним мерах, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Кроме того, в соответствии со ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

Как предусмотрено ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, необходимо дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление ФИО3 поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении более 3-х лет после событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда, что свидетельствует, по мнению суда, о том, что при его перевозках в спецавтомобилях конвойных подразделений ОМВД г.Норильска (в течение 25 минут) ни физических, ни нравственных страданий он не испытывал.

Помимо этого, положениями ГК РФ закреплена презумпция разумности и добросовестности действий субъектов гражданского права, а неразумное и недобросовестное поведение приравнивается названным Кодексом к злоупотреблению правом.

ФИО3, имея возможность осуществить защиту своих прав предусмотренными гражданским законодательством способами защиты, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. 

Временной критерий приемлемости жалоб, в частности, жалоб на ненадлежащие условия содержания в местах лишения свободы, используется и в практике Европейского суда по правам человека. Так, по аналогичным делам Европейским судом сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения в жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (Постановления от ДД.ММ.ГГГГ по делу "Солмаз против Турции", от ДД.ММ.ГГГГ по делу "ФИО4 и другие против России").

Необращение ФИО3 в суд в разумные сроки привело, в том числе, к невозможности исследования судом вследствие уничтожения за истечением срока хранения соответствующих документов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые обстоятельства. Таким образом, своим недобросовестным поведением истец способствовал уменьшению объема доказательственной базы по делу, что само по себе свидетельствует о степени значимости для истца исследуемых обстоятельств.

Оценивая в совокупности вышеуказанные обстоятельства, суд считает необходимым отказать в удовлетворении иска ФИО3 в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 к Отделу МВД России по г.Норильску, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.И. Пархоменко

Решение в окончательной форме принято 10 октября 2019 года.