Судья Яфизов Ф.Д. УИД 16RS0014-01-2025-000174-34

Дело № 2-180/2025

Дело № 33-15943/2025

Учет № 212 г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 декабря 2025 года г. Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Шафигуллина Ф.Р.,

судей Рашитова И.З., Фахриева М.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Фахриева М.М. гражданское дело по апелляционной жалобе истцов ФИО2, ФИО3, ФИО4 на решение Дрожжановского районного суда Республики Татарстан от 15 августа 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО2, ФИО3, ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения истцов ФИО3, ФИО4, прокурора Халиуллина И.Н. в поддержку жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда по 5 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО5 во время рабочего времени, при поездке с работы домой на автомобиле «Лада Нива», государственный регистрационный знак ...., под управлением С., принадлежащем ООО «Дрожжаное Рассвет Агро», 21 ноября 2024 года погибла в дорожно-транспортном происшествии.

Из акта Н-1 о несчастном случае на производстве от 28 февраля 2025 года следует, что 21 ноября 2024 года в пути с работы на транспортном средстве работодателя заведующий складом ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» С. допустил нарушение правил дорожного движения, выразившееся в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящим под угрозу безопасность дорожного движения, нарушение дистанции до движущегося впереди транспортного средства, в нарушение требований пунктов 2.7, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

ФИО2, ФИО4 являются дочерями ФИО5, ФИО3 является супругом ФИО5, которые в результате утраты близкого им человека испытали физические и нравственные страдания, испытывают головные боли, перенесли сильные переживания.

Определением Дрожжановского районного суда Республики Татарстан от 25.07.2025 гражданские дела по иску прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда объединены в одно производство.

Протокольным определением в качестве третьих лиц привлечены Государственная инспекция труда Республики Татарстан, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Татарстан, С.

В судебном заседании и.о. прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан Зиновьев Д.П., истцы ФИО3, ФИО2, ФИО4 исковые требования поддержали, в порядке статьи 39 УПК РФ уменьшили размер исковых требований до 2 000 000 рублей на каждого.

Представитель ответчика по доверенности ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в возражении.

Третьи лица - Государственная инспекция труда Республики Татарстан, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Татарстан, С. в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

И.о. прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан Д.П. Зиновьев полагал исковые требования подлежащими удовлетворению.

Суд принял решение в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4 просят решение суда изменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. Согласно позиции истцов, суд неполно установил обстоятельства дела, что привело к неправильному определению размера компенсации морального вреда. Судом не приведены доводы, обосновывающие снижение размера компенсации морального вреда, а также не принята во внимание степень нравственных страданий истцов.

В письменном возражении на жалобу представитель ответчика ФИО7 просит решение суда оставить без изменения, указав, что решение суда является законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истцы ФИО3, ФИО4, прокурор Халиуллин И.Н. апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней основаниям.

В заседание суда апелляционной инстанции надлежаще извещенный о дате, времени и месте судебного заседания представитель ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» не явился, в письменном возражении с жалобой не согласился, просил решение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о дате, времени и месте его рассмотрения по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд апелляционной инстанции не явились.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся лиц, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

В соответствии с положениями статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно статье 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 1).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 постановления).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21 ноября 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Lada 4X4 212140», государственный регистрационный знак ...., под управлением С., погрузчика фронтального марки «ХСМG LW300F», государственный регистрационный знак .... под управлением А., автомобиля «3010GDF», государственный регистрационный знак ...., под управлением С.

С. в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, двигаясь со стороны села Малая Акса в направлении села Старое Дрожжаное Дрожжановского района Республики Татарстан, в нарушение пунктов 2.7, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящем под угрозу безопасность движения, превысил скорость обеспечивающую безопасность дорожного движения, нарушил дистанцию до движущегося впереди транспортного средства - погрузчика фронтального марки «ХСМG LW300F», государственный регистрационный знак ...., под управлением А., и на 7+880 км автодороги «Старое Дрожжаное-Татарские Шатршаны» совершил с ним столкновение, в результате которого автомобиль «Lada 4X4 212140» вылетел на полосу для встречного движения и совершил столкновение с автомобилем марки «3010GDF», государственный регистрационный знак ...., под управлением С., двигавшегося по своей полосе.

Находившаяся в салоне автомобиля «Лада Нива», государственный регистрационный знак ...., под управлением С., принадлежащем ООО «Дрожжаное Рассвет Агро», подсобная работница ФИО5 в данном дорожно-транспортном происшествии погибла. Причина ее смерти: шок травматический Т79.4, травма множественной локализации, уточненная Т06.8.

Из акта Н-1 о несчастном случае на производстве от 28 февраля 2025 года следует, что 21 ноября 2024 года в пути с работы, на транспортном средстве работодателя заведующий складом ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» С. допустил нарушение правил дорожного движения, выразившееся в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящем под угрозу безопасность дорожного движения, нарушение дистанции до движущегося впереди транспортного средства, в нарушение требований пунктов 2.7, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Организация (работодатель), работникам которой является С., - ООО «Дрожжаное Рассвет Агро».

Суд правомерно признал надлежащим ответчиком ООО «Дрожжаное Рассвет Агро», поскольку С. на момент дорожно-транспортного происшествия являлся работником указанной организации. Погибшая ФИО5 являлась матерью ФИО2, ФИО4 и супругой ФИО3, которые испытывают и будут испытывать отрицательные эмоциональные переживания, возникшие и не проходящие после травмирующих их психику событий, связанных с обстоятельствами смерти близкого человека, чувством невосполнимой потери, состояние дискомфорта, душевных страданий и боли.

Разрешая по существу возникший спор, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответственность по компенсации морального вреда, причиненного истцам смертью ФИО5, подлежит возложению на ответчика и сославшись на то, что в результате гибели супруги и матери, истцы испытывают сильные нравственные страдания, постановил решение о взыскании с ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» компенсацию морального вреда в пользу несовершеннолетней ФИО2 1 000 000 рублей, в пользу ФИО4 и ФИО3 в размере 500 000 рублей каждому.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика, как работодателя лица, виновного в совершении ДТП, в пользу истцов компенсации морального вреда, соглашается, считая их основанными на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и установленных обстоятельствах дела.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика в пользу истцов компенсации морального вреда, суд первой инстанции сослался на то, что данный размер возмещения морального вреда с учетом установленных обстоятельств по делу в наибольшей степени будет отвечать критериям разумности и справедливости такого взыскания.

Судебная коллегия, соглашаясь с указанными выводами суда первой инстанции, признает содержащиеся в апелляционной жалобе доводы истцов не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

Так, исследованными судом доказательствами установлен факт противоправных действий работника ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» С. при управлении транспортным средством при исполнении трудовых обязанностей, в результате которых скончалась ФИО5, что, безусловно, повлекло за собой причинение ее дочерям и супругу нравственных страданий и, соответственно, право требования компенсации причиненного этими действиями морального вреда.

Эти обстоятельства ответчиком не оспаривались в ходе рассмотрения гражданского иска.

В силу положений, закрепленных в статьях 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, определение размера компенсации морального вреда находится в компетенции суда и разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом характера спора, конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевших, которым причинены нравственные или физические страдания, а также других факторов.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истцов компенсации морального вреда, суд первой инстанции, правильно применил критерии, предусмотренные приведенными выше правовыми нормами, оценил в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, исходя из обстоятельств, при которых был причинен вред.

Доводы апелляционной жалобы о заниженном размере взысканной компенсации морального вреда являются необоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда, судом первой инстанции учтены все заслуживающие внимания обстоятельства, характер и степень нравственных страданий истцов, вызванных утратой близкого человека, степень родства истцов и умершего, фактические обстоятельства, при которых наступила смерть ФИО5, требования разумности и справедливости, в связи с чем оснований для изменения взысканной суммы не усматривается.

Из имеющихся материалов дела следует, что истцы потеряли в результате трагической гибели мать и супругу, которой на момент смерти было 48 лет. Смерть ФИО5 явилась для истцов сильнейшим психологическим ударом, причинила им нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

При этом судебная коллегия отмечает, что объективных оснований для увеличения взысканной суммы компенсации морального вреда не усматривается, само по себе несогласие истцов с ее размером не свидетельствует о незаконности решения суда, поскольку размер компенсации морального вреда, определенный судом, согласуется с принципами конституционной ценности жизни и здоровья человека (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации) и принципам разумности и справедливости такое взыскание не противоречит.

Доводы истцов о том, что судом не учтены виновные действия ООО «Дрожжаное Рассвет Агро», допустившего своего работника С. в состоянии алкогольного опьянения к управлению транспортным средством, ответчик не просил учесть его имущественное положение, не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств, исключающих для ответчика реальную возможность возместить моральный вред истцу в определенной судом сумме, материалами дела не представлено. Вместе с тем, в любом случае взыскиваемые судом суммы в счет компенсации морального вреда не должны ставиться в прямую зависимость от размера дохода ответчика, наличия у него возможности единовременно возместить ущерб, поскольку указанное противоречило бы природе и существу компенсации морального вреда, определяемой в денежном выражении.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, учел, что истцы поддерживали с погибшей крепкие семейные отношения, ФИО2 осталась без попечения матери, которая ей необходима в подростковом возрасте.

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишились близкого человека, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого восстановления прав потерпевшего за перенесенные страдания. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшим перенесенные ими физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Таким образом, судебная коллегия считает, что безусловных оснований для увеличения размера компенсации морального вреда в данном случае не имеются, поскольку данная категория дел носит оценочный характер, и суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда учел вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевших, определил размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств данного дела.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия полагает, что оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется, решение суда соответствует собранным по делу доказательствам и требованиям закона, ее доводы сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены вынесенного по делу судебного постановления.

Нарушений норм материального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Дрожжановского районного суда Республики Татарстан от 15 августа 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов ФИО2, ФИО3, ФИО4 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 24 декабря 2025 года.

Председательствующий судья

Судьи