Дело 

<

номер> (2-3256/2020;)

УИД 18RS0

<

номер>-29

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 июня 2021 года 

<

адрес>

Октябрьский районный суд 

<

адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Стех Н.Э.,

при секретаре ФИО9,

с участием прокурора ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО4 к акционерному обществу «Парки Ижевска» о возмещении морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО4 (далее – истцы, ФИО1, ФИО2, ФИО4) к акционерному обществу «Парки Ижевска» (далее – ответчик, АО «Парки Ижевска») о взыскании компенсации морального вреда в размере по 1 000 000,00 руб. ФИО1, ФИО2 и 700000 руб. ФИО4. Исковые требования мотивированы тем, что приговором Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> по делу 

<

номер> главный инженер АО «Летний сад им. М.Горького» (в настоящее время АО «Парки Ижевска») ФИО3 

<

дата> года рождения был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Апелляционным определением Верховного суда УР от 

<

дата> приговор оставлен без изменения. Судебные акты вступили в законную силу 

<

дата>. Судом установлено, что ФИО6 А.М. совершил преступление при исполнении своих трудовых обязанностей в АО «Летний сад им. М. Горького», установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО3 и гибелью несовершеннолетнего ФИО11 В результате преступления ФИО3 погиб несовершеннолетний ФИО11, сын истцов ФИО1 и ФИО2, брат несовершеннолетнего ФИО4, чем истцам причинен моральный вред. Между членами семьи существовали теплые, доверительные отношения. Гибель сына и брата глубоко потрясла истцов. Истцы испытывают горе, чувство утраты, беспомощности, одиночества, несправедливости. 

Определением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> на основании ст. 43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика привлечен ФИО6 А.М.

В судебном заседании ФИО1, ФИО2, представитель истцов ФИО12, действующие в своих интересах и в интересах малолетнего ФИО4, исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

ФИО2 в судебном заседании пояснил, что у него с сыном всегда были хорошие отношения, всегда друг другу помогали. Дружный, веселый парень был, душа компании. Надежды все на него были. В сентябре он хотел поступать в техникум. ФИО4 на день смерти Ильи было 6 лет. У братьев были близкие отношения. Илья состоял на учете в детской комнате милиции за то, что украл трубу со свалки. Родители пользуются авторитетом в семье. Илья был уже взрослый, сам отвечал за себя. После гибели ребенка пусто стало в доме. ФИО4 все еще плачет. Супруга живет на таблетках. После случившегося у нее начались проблемы с сердцем, до этого она сердечно-сосудистыми заболеваниями не страдала. Извинения были принесены представителями ответчика через несколько месяцев после гибели ребенка. Предлагали выплатить 50000 руб.

ФИО1 в судебном заседании пояснила, что с гибелью сына она потеряла все в жизни, это был близкий и первый человек для нее. Он помогал во всем, был веселый мальчик, ФИО1 многое познавала от него, он много знал, читал, занимался программированием. По поводу Ильи ФИО1 обращалась к психологу, чтобы он научил его общаться с девочками. После посещения психолога он начал понимать, что хорошо, что плохо. С сыном были хорошие, доверительные отношения, вечером обсуждали, что было за день. Илья не был уличным ребенком, ездил в лагерь два раза за лето, всегда был рядом, всегда рассказывал, что с ним произошло. Проблемы с дисциплиной нормальны в подростковом возрасте. Спиртные напитки Илья не употреблял. ФИО1 была авторитетом для сына. В день гибели Ильи Летний сад не был закрыт, но аттракционы там не работали. Илья сел на фонтан, и конструкция обвалилась. 

Брат ФИО4 постоянно про него спрашивает. Пусто стало в доме, тихо и страшно. ФИО1 было физически больно, она не могла ходить, соображать, не было сил. Было давление, головокружение, общее недомогание, она не ела, не спала. Обратилась к терапевту, психологу. Таблетки были выписаны на два месяца, к психологу ходила пол года. Не может сказать, вышла ли из этого состояния. У ФИО4 были приступы, он замирал, холодел, тяжело дышал. После смерти брата ФИО4 год не играл, у него не было интереса к играм, он сидел и плакал. Заявленные суммы соразмерны ее горю и горю ФИО4. Выплат от юридического лица и виновного не получала.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО13 дала суду показания, что ФИО1 приходится сестрой ее отцу. Семья много времени уделяла образованию детей, они ходили на различные мероприятия, дети отдыхали в лагерях, ходили в кружки, мама для Ильи была авторитетом, они были близки, Илья с ней постоянно советовался, помогал по дому, в семье не было ссор. После трагедии отношения в семье изменились, каждый ушел в себя, стали часто ругаться. У ФИО1 стали пустые глаза, никуда не ходит. Между братьями были хорошие отношения, Илья помогал маме водиться с братом, и был для ФИО4 авторитетом. После гибели сына ФИО1 долгое время не спала, не ела, похудела, обращалась к врачу, пила таблетки. ФИО2 замкнулся в себе. ФИО4 постоянно спрашивает, куда делся брат, он пополнел, нервничал, стал заикаться.

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1 дала суду показания, что является педагогом-психологом, закончила УдГУ в 2000 году, опыт работы связан в основном с подростками. ФИО1 обращалась к ней по поводу Ильи. У нее было много вопросов в связи с подростковым возрастом сына, ей хотелось лучше его понять. Илью интересовали вопросы отношений с девушками, были вопросы по поводу мамы, что она сильно беспокоится за него, переживает. Илья был ярким клиентом, интересный, контактный, добрый, веселый парень. Он умел общаться с разными людьми, у него были разносторонние интересы. К маме относился нежно и трепетно, был ей благодарен. Мама была для него значимым человеком. Наставления мамы он слышал, но в то же время он их проверял, потому что ему как подростку было необходимо выработать свою систему ценностей. Вопросов относительно аморальных проступков Ильи не было. Было один раз, он пробовал таблетки, когда Свидетель №1 спросила его об этом, то поняла, что он в дальнейшем этого делать не быдет. После гибели Ильи Свидетель №1 общалась с ФИО4. Эта ситуация вызвала у него много эмоций. Он понимал, что произошло, что-то болезненное, плохое, непоправимое, он видел как мама страдает, и на него это произвело впечатление. Со слов ФИО1, он плохо спал, сильно переживал, у него постоянно было возвращение к воспоминаниям о брате. ФИО1 при первой встрече была активной не равнодушной мамой, после гибели сына это обессилевшая убитая горем женщина, она говорила, что принимает препараты, чтобы это пережить. У нее была стадия острого горя.

ФИО6 А.М., будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ответчика ФИО14, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал по доводам, изложенным в возражениях, приобщенных к материалам дела, просил отказать в удовлетворении иска.

Выслушав истцов, представителей истцов и ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив и проанализировав материалы дела, материалы уголовного дела, исследовав представленные доказательства, суд устанавливает следующие обстоятельства, имеющие значение по делу, и приходит к следующим выводам.

Право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами гарантировано государством (статья 45 Конституции Российской Федерации).

К способам защиты гражданских прав, предусмотренным статьей 12 ГК РФ, относится, в частности компенсация морального вреда.

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Как следует из материалов уголовного дела 

<

номер>, приговором Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> ФИО6 А.М. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст.109 УК РФ и ему назначено наказание в виде 1 (одного года) ограничения свободы. Установлены осужденному следующие ограничения:

- не изменять места жительства и не выезжать за пределы территории муниципального образования 

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденной наказания в виде ограничения свободы (уголовно-исполнительная инспекция по месту жительства); 

возложена на осужденного обязанность: один раз в месяц являться на регистрацию в вышеуказанный специализированный орган.

Приговором установлено, что 

<

дата> на должность главного инженера «Летнего сада» принят имеющий высшее техническое образование ФИО6 А.М., который в периоды с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата> исполнял обязанности директора. 

Приговором установлено следующее.

В соответствии с п. 1.4., 1.5., 2.1., 2.4., 2.6., 2.8., 2.9., 2.11., 2.12, 4.2., 4.5., 4.8. должностной инструкции главного инженера «Летнего сада», утвержденной 

<

дата>, ФИО6 А.М. является ответственным лицом по вопросам организации безопасной эксплуатации аттракционной техники и её технического состояния. Он должен знать законодательные и нормативно - правовые акты, регламентирующие производственно-хозяйственную деятельность общества, правила и нормы охраны труда. Кроме того, на ФИО3 возложена обязанность по обеспечению технического развития «Летнего сада», а также ответственность за строительство и монтаж новых объектов и оборудования, организацию установки, подготовки к эксплуатации и безаварийную работу всех видов оборудования общества и поддержание его в рабочем состоянии, принятию мер по предотвращению аварийных ситуаций. 

Таким образом, ФИО6 А.М., являясь главным инженером «Летнего сада», а также исполняя в отдельные периоды обязанности его директора, обязан был знать следующие требования нормативных документов по вопросам своей деятельности.

<

дата> ФИО3, исполняющим обязанности директора, а также являющимся председателем единой закупочной комиссии «Летнего сада», утверждена документация о закупке у единственного поставщика по предмету «Приобретение комплекса малых архитектурных форм из бетона».

При этом в указанной документации отсутствовал необходимый объем характеристик и требований, предъявляемых к поставляемому товару и прилагаемой к нему документации, в том числе, к каркасному армированию конструкции, который позволял удостовериться в безопасности приобретаемого комплекса малых архитектурных форм из бетона с учетом климатических и иных условий его эксплуатации на территории Удмуртской Республики. 

В этот же день, в рабочее время ФИО6 А.М., являясь председателем комиссии по размещению заказов, а также исполняющим обязанности директора «Летнего сада», находясь по адресу: 

<

адрес>, заключил от имени «Летнего сада» с ООО «Центр СПС», как с единственным поставщиком, договор 5КП/17 (далее по тексту - договор), предметом которого в соответствии с п. 1.1-1.2 являлась поставка оборудования в соответствии со спецификацией и техническим заданием. В состав поставляемого оборудования входил, в том числе, фонтан каскадный (массой 6 500 килограмм), состоящий из двух сборных элементов – каскадной группы и бассейна (далее по тексту фонтанный комплекс). В соответствии с п. 4.1, 5.1 договора Поставщик обязан обеспечить оборудование необходимой документацией, а его качество должно соответствовать действующим в Российской Федерации стандартам и техническим условиям.

<

дата> АО «Летний сад им. М. Горького» заключило с ФИО15 договор на выполнение работ 11П/17, согласно которого ФИО15 берет на себя обязательство выполнить монтаж указанного фонтанного комплекса по адресу: 

<

адрес>.

В период с 

<

дата> по 

<

дата> сотрудники ФИО15 под руководством представителя ООО «Центр СПС» осуществили по адресу: 

<

адрес>, монтаж фонтанного комплекса, в основании которого стоял бассейн, а по центру бассейна установлен каскадный фонтан. При этом проведение работ по монтажу фонтанного комплекса осуществлялось под руководством и контролем ФИО3, в связи с чем, последнему было достоверно известно об отсутствии у фонтана несущего силового каркаса, к которому крепились бы все его части. При этом ФИО3 было известно, что крепление фонтанного каскада к поверхности бассейна осуществляется путем склейки без дополнительного армирования.

Кроме того, ФИО6 А.М. был ознакомлен с технической документацией, поставляемой ООО «Центр СПС» с фонтанным комплексом, в том числе:

- инструкцией по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», согласно п. 3 которой зимой необходимо тщательно защищать изделия от попадания влаги и образования льда во внутренних полостях вазонов, скульптур, чаш и водопроводящих трубках фонтанов. Защитой могут служить – деревянные короба, защитная пленка с микроотверстиями от образования конденсата. В конце сезона (до начала заморозков) необходимо укрыть фонтан (весь каскад) полиэтиленовой пленкой или тентовым материалом и подвязать снизу, чтобы не порвало ветром;

- гарантийным талоном, согласно которого изделия не должны подвергаться ударам или другим механическим воздействиям. Зимой необходимо защищать изделия от попадания влаги и образования льда во внутренних полостях вазонов, скульптур и водопроводящих трубках фонтанов. Защитой могут служить – деревянные короба, защитная пленка с отверстиями от образования конденсата.

ФИО3, как лицом ответственным за безопасное использование объектов «Летнего сада» в период с 

<

дата> по 

<

дата> не приняты меры, направленные на истребование у поставщика проектной документации, а также технического паспорта на поставляемое оборудование, наличие и предоставление которых в нарушение вышеуказанных требований договора поставщиком не обеспечено. В результате этого ФИО6 А.М. лишил себя возможности удостовериться в безопасности приобретаемого оборудования и обеспечить его надлежащую эксплуатацию в соответствии с рекомендациями производителя. 

<

дата> ФИО6 А.М., выполняя обязанности главного инженера «Летнего сада» в дневное время, находясь на территории «Летнего сада» по адресу: 

<

адрес>, принял поставленное с нарушениями небезопасное оборудование – фонтанный комплекс, подписав товарную накладную и не высказав претензий к ассортименту, количеству, комплектности, техническим характеристикам и внешним механическим повреждениям. 

Кроме того, 

<

дата> в дневное время, находясь на территории «Летнего сада» по адресу: 

<

адрес>, ФИО6 А.М., являясь главным инженером «Летнего сада» и ответственным лицом за безопасное использование объектов, расположенных на его территории, принял работы по монтажу не отвечающего требованиям безопасности фонтанного комплекса, подписав акт выполненных работ к вышеуказанному договору, в соответствии с которым поставщиком совместно с бригадой покупателя произведен монтаж фонтанного комплекса, состоящего из фонтана каскадного (массой 6 500 килограмм), состоящего из двух сборных элементов – каскадной группы и бассейна, а также их запуск и пуско-наладочные работы. Претензий у ФИО3 к объему, сроку выполнения, ассортименту, количеству, комплектности, технических характеристик выполненных монтажных работ не имелось.

<

дата> ФИО3 данный фонтанный комплекс, не отвечающий требованиям безопасности, введен в эксплуатацию при отсутствии проектной документации, определяющей порядок его производства, строительства эксплуатации и консервации.

В целях обеспечения сохранности фонтанного комплекса в зимнее время ФИО6 А.М. в период времени с 

<

дата> по 

<

дата>, находясь по адресу: 

<

адрес>, действуя в нарушение гарантийных условий фонтанного комплекса, ст. 7 Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 

<

дата> №384-ФЗ, требований п.п. 3.3;3.4; 3.6, 3.11 ГОСТ 27751-2014 «Надежность строительных конструкций и оснований», требований п. 4 СП 63.13330.2012 «Бетонные и железобетонные конструкции», требований п.п. 5.6.3, 5.6.4 «Правил благоустройства 

<

адрес>», утвержденных Решением Городской думы 

<

адрес> от 

<

дата> 

<

номер>, организовал изготовление и приобретение Летним садом у ООО «Камтент» бескаркасного тентового чехла для фонтанного комплекса. 

Указанный чехол по своей конструкции искусственно создавал механическое воздействие на верхнюю часть фонтанного комплекса и при любом воздействии на чехол провоцировалась боковая нагрузка на конструкцию фонтана, которая могла привести к обрушению его верхней части с последующим падением его элементов и причинением вреда жизни или здоровью лиц, находящихся в непосредственной близости от фонтана. Перечисленные обстоятельства при необходимой внимательности и предусмотрительности ФИО6 А.М. должен был и мог предвидеть.

<

дата> ООО «Камтент» передало АО «Летний сад им. М. Горького» изготовленный по заказу ФИО3 в нарушении п. 3 инструкции по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», предоставленной ООО «Центр СПС» и гарантийного талона бескаркасный тентовый чехол на фонтан.

2

<

дата> в период с 08 часов 00 минут до 18 часов 00 минут ФИО6 А.М., являясь главным инженером, находясь на территории «Летнего сада» по адресу: 

<

адрес>, отдал находящемуся в его подчинении электромонтеру по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО16 распоряжение накрыть фонтанный комплекс тентовым чехлом, закрепив чехол по внешнему краю чаши фонтана без использования усиленного каркаса, которое выполнено 

<

дата> в нарушение п. 3 инструкции по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», предоставленной ООО «Центр СПС», а также гарантийного талона, согласно требованиям которых, зимой необходимо укрыть фонтан - весь каскад полиэтиленовой пленкой или тентовым материалом и подвязать снизу, поскольку должно было быть исключено любое механическое воздействие, в том числе внешнее боковое воздействие на верхнюю часть каскадной группы от натяжения тента, при падении на него предметов в область чаши бассейна, поскольку инструкцией по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», разработанной ООО «Центр СПС», укрытие чаши бассейна не предусмотрено. 

Таким образом, ФИО6 А.М. в период с 

<

дата> по 

<

дата>, находясь по адресу: 

<

адрес>, ненадлежащим образом исполняя обязанности директора, а также свои профессиональные обязанности, предусмотренные п. 1.4., 1.5., 2.1., 2.4., 2.6., 2.11., 2.12, 4.2., 4.5., 4.8. должностной инструкции главного инженера «Летнего сада», утвержденной 

<

дата>, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение гарантийных условий фонтанного комплекса, ст. 7 Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 

<

дата> №384-ФЗ, требований п.п. 3.3; 3.4; 3.6, 3.11 ГОСТ 27751-2014 «Надежность строительных конструкций и оснований», требований п. 4 СП 63.13330.2012 «Бетонные и железобетонные конструкции», требований п.п. 5.6.3, 5.6.4 «Правил благоустройства 

<

адрес>», утвержденных Решением Городской думы 

<

адрес> от 

<

дата> 

<

номер>, организовал и осуществил приобретение не отвечающего требованиям безопасности фонтанного комплекса, его монтаж и ввод в эксплуатацию на территории «Летнего сада» по адресу: 

<

адрес>, с последующей консервацией на зимнее время. 

<

дата> в период с 18 часов 30 минут до 19 часов 00 минут несовершеннолетние ФИО17 и ФИО11, в соответствии с правилами посещения «Летнего сада», находились у фонтанного комплекса, законсервированного бескаркасным тентовым чехлом, исключающим возможность наблюдать накрытую им конструкцию, расположенную на территории Летнего сада по адресу: 

<

адрес>. 

При этом, ФИО17 лег на вышеуказанный бескаркасный тентовый чехол, достоверно не располагая сведениями о типе, техническом состоянии и правилах эксплуатации находящейся под ним и законсервированной декоративной конструкции фонтанного комплекса, а также о наличии имеющейся угрозы обрушения в случае возникновения механического воздействия на данную конструкцию, в частности, ее верхнюю часть. 

После этого 

<

дата> в период с 18 часов 30 минут до 19 часов 00 минут, следуя примеру ФИО17, ФИО11, находясь в вышеуказанном месте, не располагая сведениями о типе, техническом состоянии и правилах эксплуатации законсервированной декоративной конструкции фонтанного комплекса, а также о наличии имеющейся угрозы его безопасности в случае возникновения механического воздействия на данную конструкцию, прыгнул на бескаркасный тентовый чехол рядом с ФИО17 

В результате действий ФИО17 и ФИО11 спровоцировано чрезмерное внешнее боковое воздействие бескаркасным тентом на верхнюю часть каскадной группы фонтанного комплекса с последующим обрушением ее элементов на ПИС, поскольку при хранении фонтанного комплекса в зимний период допущены нарушения п. 3 инструкции по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», предоставленной ООО «Центр СПС», гарантийного талона, согласно требованиям которых, зимой необходимо укрыть фонтан - весь каскад полиэтиленовой пленкой или тентовым материалом и подвязать снизу, поскольку должно было быть исключено любое механическое воздействие, в том числе внешнее боковое воздействие на верхнюю часть каскадной группы от натяжения тента, при падении на него предметов в область чаши бассейна, поскольку инструкцией по эксплуатации фонтанного комплекса «Город», разработанной ООО «Центр СПС», укрытие чаши бассейна не предусмотрено. 

В результате этого ФИО11 в этот же период времени причинены телесные повреждения в виде сочетанной травмы головы и грудной клетки в виде открытого перелома костей основания черепа в средней черепной ямке, с ушибом головного мозга с кровоизлияниями в мягкую мозговую оболочку, в желудочки мозга и в вещество мозга, с наличием кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут волосистой части головы в центральной части теменной области, также в виде кровоизлияний в ткань правого лёгкого, рельефного кровоподтёка в верхней трети части передней стенки грудной клетки слева, прерывистых кровоподтёков в верхней половине передне-наружной поверхности левого плеча и в области передне-верхней поверхности правого плечевого сустава, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений ФИО11 скончался на месте происшествия по адресу: 

<

адрес>. Непосредственной причиной его смерти явилась сочетанная травма головы и грудной клетки.

Таким образом, ФИО6 А.М. в период с 

<

дата> по 

<

дата>, находясь по адресу: 

<

адрес>, ненадлежащим образом исполняя свои профессиональные обязанности главного инженера «Летнего сада», а также директора, допуская преступную небрежность, организовал и осуществил приобретение, монтаж, ввод в эксплуатацию, и последующую консервацию на зимний период не отвечающего требованиям безопасности фонтанного комплекса, в нарушение требований ст. 7 Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» от 

<

дата> №384-ФЗ, п.п. 3.3; 3.4; 3.6, 3.11 ГОСТ 27751-2014 «Надежность строительных конструкций и оснований», п. 4 СП 63.13330.2012 «Бетонные и железобетонные конструкции», п.п. 5.6.3, 5.6.4 «Правил благоустройства 

<

адрес>», утвержденных Решением Городской думы 

<

адрес> от 

<

дата> 

<

номер>, в результате чего своими действиями причинил смерть ПИС по неосторожности, при этом ФИО6 А.М. не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Как установлено в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела, ФИО6 А.М. являлся главным инженером ОАО «Летний сад им. М. Горького». Кроме того, в различные периоды времени подсудимый исполнял обязанности директора ОАО «Летнего сада им. М. Горького», был председателем закупочной комиссии «Летнего сада». 

Именно ФИО3 была утверждена документация о закупке у единственного поставщика ООО «Центр СПС» по предмету «Приобретение комплекса малых архитектурных форм» фонтанного комплекта. Именно ФИО6 А.М., являясь председателем комиссии по размещению заказов и исполняющим обязанности директора «Летнего сада», заключил с ООО «Центр СПС» 

<

дата> договор поставки фонтана каскадного, состоящего из двух сборных элементов – каскадной группы и бассейна. При этом согласно п. 4.1, 5.1 договора Поставщик обязан был обеспечить оборудование необходимой документацией, а его качество должно было соответствовать действующим в РФ стандартам и техническим условиям.

Именно ФИО6 А.М., являясь главным инженером и председателем закупочной комиссии, достоверно зная о том, что в состав поставленного ООО «Центр СПС» оборудования входил каскадный фонтан (массой 6 500 кг), состоящий из двух сборных элементов, которые крепились друг к другу и к поверхности бассейна только лишь путем склейки на клей, приобретенный подсудимым лично, без дополнительного армирования, не приняв меры, направленные на истребование у поставщика проектной документации и технического паспорта на поставленное оборудование, не убедившись в безопасности последнего, 

<

дата> подписал товарную накладную, не имея претензий к ассортименту, количеству, комплектности, техническим характеристикам фонтанного комплекса. 

Именно ФИО6 А.М., как главный инженер, контролировал проведение работ по монтажу фонтанного комплекса бригадой, нанятой АО «Летний сад им. М. Горького», заключившим в лице директора ФИО5 договор с ИП ФИО15

Кроме того, именно ФИО6 А.М., являясь главным инженером «Летнего сада»и ответственным лицом за безопасное использование объектов, расположенных на его территории, принял работы по монтажу, не отвечающие требованиям безопасности фонтанного комплекса, подписав 

<

дата> акт выполненных работ к вышеуказанному договору, согласно которому поставщиком с бригадой покупателя был произведен монтаж фонтанного комплекса. При этом каких-либо претензий у ФИО3 к объему, сроку выполнения, ассортименту, количеству, технических характеристик выполненных монтажных работ не имелось.

Именно по указанию ФИО3, который как главный инженер должен был быть ознакомлен с инструкцией по эксплуатации фонтанного комплекса и гарантийным талоном, согласно которым в зимний период необходимо было тщательно защищать изделия от попадания влаги, в том числе, путем укрывания каскада фонтана полиэтиленовой пленкой или тентовым материалом путем подвязывания снизу только каскада фонтана (но не бассейна), чтобы не порвало ветром, а также во избежание ударов и других механических воздействий закрывать изделие с помощью деревянных коробов, в нарушение данной технической документации

<

дата> фирмой ООО «Камтент» был сшит придуманный подсудимым безо всяких расчетов давления с учетом веса тканного материала чехол типа шалаша, которым накрывался не только каскад фонтана (как требовалось по инструкции), но и чаша бассейна. 

Именно ФИО6 А.М., как главный инженер, давал указание сотрудникам своей службы 08.102018 накрыть фонтанный комплекс тентовым чехлом, форму которого разработал сам, что и было сделано.

При этом данный чехол по своей конструкции создавал механическое воздействие на верхнюю часть плохо закрепленного фонтанного комплекса, вследствие чего при любом воздействии на чехол провоцировалась боковая нагрузка на конструкцию фонтана, которая могла привести к обрушению его верхней части с последующим падением элементов и причинением вреда жизни и здоровью лиц, находившихся рядом, что должен был и мог предвидеть подсудимый, что следует из заключений строительно-технических судебных экспертиз.

Кроме того, как установлено в судебном заседание, обрушению фонтанного комплекса также способствовало нарушение Инструкции по его эксплуатации, разработанной ООО «Центр СПС», согласно которой зимой необходимо было укрыть фонтан (а именно весь каскад, а ни каскад и чашу бассейна, как было сделано в Летнем саду) полиэтиленовой пленкой или тентовым материалом и подвязать снизу. 

Вместе с тем, ФИО3 была придумана иная конструкция тента типа шалаша, создававшая дополнительное натяжение и нагрузку на верхнюю часть фонтана даже при незначительной боковой нагрузке. 

По его заданию сотрудниками фирмы ООО «Камтент» были произведены замеры и сшит чехол на фонтанный комплекс.

Все это было сделано в отсутствие проекта, без предварительных расчетов по нагрузке массы ткани на возведенную конструкцию, в том числе, её верхнюю часть.

Кроме того, при соблюдении условий эксплуатации комплекса, в соответствии с гарантийным талоном, согласно которому изделие не должно подвергаться ударам или другим механическим воздействиям, необходимо было оградить его, в том числе, с помощью деревянного короба, либо иного прочного каркаса внутри тента, который снимал бы нагрузку и избыточное натяжение с верхней части фонтана и с иных его элементов, этот каркас, в случае падения на него детей, принял бы на себя и равномерно распределил нагрузку. Вместе с тем, поскольку консервация данного объекта осуществлялась без учета его технических характеристик и не отвечала требованиям безопасности, обрушение могло произойти и без участия детей, поскольку в зимний период при накоплении определенной массы снега с одной из сторон фонтана могло, в том числе, быть создано избыточное натяжение и продавливание бескаркасного тента и, как следствие, механическое боковое воздействие на верхнюю часть фонтана.

Как установлено в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела, подростки находились в АО «Летний Сад имени Горького» в разрешенное время. Каких-либо ограждений вокруг конструкции фонтана не имелось. Табличек, запрещающих подходить ближе какого-то расстояния к указанному объекту, не устанавливалось.

Кроме того, подростки согласно их показаниям и просмотренной видеозаписи не совершали каких-либо действий, направленных на умышленное уничтожение возведенного фонтанного комплекса. Произошедшее же обрушение каскадной части фонтана являлось в данном случае неожиданностью для несовершеннолетнего потерпевшего, который, не располагая сведениями о техническом состоянии и правилах эксплуатации накрытого тентом фонтанного комплекса, прыгнул на бескаркасный тентовый чехол, чтобы полежать на нем, спровоцировав чрезмерное внешнее боковое воздействие бескаркасным тентом на верхнюю часть неустойчивого и небезопасного фонтанного комплекса с последующим обрушением его элементов.

Таким образом, каких-либо умышленных действий, направленных на разрушение фонтанного комплекса потерпевший не совершал, в связи с чем, какая-либо противоправность в его действиях и действиях других подростков, способствовавшая совершению подсудимым неосторожного преступления, выразившегося в ненадлежащем исполнении своих обязанностей, отсутствует. 

Из материалов дела и заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что смерть потерпевшего ФИО11 наступила в результате сочетанной травмы головы и грудной клетки, которая образовалась от воздействия массивного, твердого, тупого предмета с преобладающей контактирующей поверхностью.

Таким образом, причиной смерти потерпевшего стало падение на него конструкции фонтана (части его каскада), которая не была надлежащим образом закреплена и не соответствовала техническим требованиям, предъявляемым к данному роду строительным сооружениям. 

Вместе с тем, по заключениям строительно-технических экспертиз, непосредственной причиной обрушения конструкции фонтана, укрытого на зимний период защитным тентом, является внешнее боковое воздействие на верхнюю часть каскадной группы от натяжения тента, при падении на него подростка в область чаши бассейна. При этом само обрушение стало возможно, поскольку фонтанный комплекс не соответствовал требованиям ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», требованиям ГОСТ «Надежность строительных конструкций и оснований», требованиям СП «Бетонные и железобетонные конструкции», требованиям к благоустройству парков, к малым архитектурным формам. При изготовлении и монтаже фонтанного комплекса без проектной документации были нарушены требования ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», требования ГОСТ. Подготовка фонтанного комплекса к зимнему периоду в отсутствие проектной или иной нормативной документации должна была быть произведена в соответствии с инструкцией по эксплуатации. Выявленные нарушения явились причиной обрушения фонтанного комплекса, поскольку при соблюдении инструкции по эксплуатации, возникновение внешнего бокового воздействия на верхнюю часть каскадной группы в результате натяжения тента, при оказании на него механического воздействия, исключается.

То есть фонтанная конструкция должна была иметь такие начальные характеристики, чтобы в течение установленного длительного времени удовлетворяла бы требованиям по безопасности и эксплуатационной пригодности с учетом влияния на геометрические характеристики конструкций и механические характеристики материалов различных расчетных воздействий (таких как длительное воздействие нагрузки, неблагоприятные климатические, технологические, температурные и влажностные воздействия, агрессивные воздействия и т.д.), в данном случае именно незначительная боковая механическая нагрузка на верхнюю часть фонтана при натяжении тента привела к его обрушению, чего не могло быть при надлежащем проектировании данного объекта. 

Противоправность поведения потерпевшего, как не нашедшая своего подтверждения с учетом приведенных ранее обоснований, не учтена в качестве смягчающего обстоятельства при назначении наказания ФИО3 

В силу части 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело, о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В связи с чем приговор Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела по вопросам, имели ли место преступные действия и совершены ли они ФИО3

Также вышеуказанный приговор и иные приобщенные с учетом мнения сторон и прокурора материалы уголовного дела приняты судом в качестве доказательств.

Акционерное общество «Парки Ижевска» создано в соответствии с Федеральным законом «О приватизации государственного и муниципального имущества» от 

<

дата> № 178-ФЗ путем преобразования муниципального унитарного предприятия 

<

адрес> «Летний сад им. М.Горького» в Акционерное общество «Летний сад им. М. Горького», является его правопреемником, приобретает права и несет обязанности, возникшие у предприятия до момента его преобразования в акционерное общество.

Решением единственного акционера Общества муниципальным образованием «

<

адрес>» в лице Администрации 

<

адрес> 

<

номер> от 

<

дата> наименование Общества изменено с АО «Летний сад им. М. Горького» на АО «Парки Ижевска» (Устав акционерного общества «Парки Ижевска», том 1, л.д. 129-152). 

Поскольку ФИО11 скончался от повреждений, полученных в результате преступных действий ФИО3, занимавшего должность главного инженера «Летнего сада», суд приходит к выводу, что в настоящем деле подлежат применению правила, установленные в статье 1068 ГК РФ.

Так, согласно п. 1 ст. 1069 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Абзацем первым пункта 1 статьи 1064 ГК РФ, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт наступления вреда, противоправность действий ФИО3, занимавшего должность главного инженера «Летнего сада», а также наличие причинно-следственной связи между действиями указанного лица и смертью ФИО11, имеются основания для возмещения истцу вреда за счет АО «Парки Ижевска».

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Исходя из ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1101 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

номер> «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

номер> «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий (п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> 

<

номер> «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В ходе судебного разбирательства установлен факт причинения истцам морального вреда в виде нравственных страданий вследствие гибели сына и брата ФИО11

Суд исходит из того, что требования истцов о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными по изложенным выше основаниям, но заявленная истцом ФИО2 к взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000,00 руб. в его пользу и заявленная ФИО1 и ФИО2 в размере 700 000,00 руб. в пользу малолетнего ФИО4 является завышенной.

На основании ходатайства истцов судом по делу назначена судебная психологическая экспертиза.

В соответствии с заключением судебной психологической экспертизы от 

<

дата> 

<

номер> у ФИО2 обнаруживаются признаки негативных переживаний (страданий), изменений в функционировании аффективно-личностной сферы. В общем виде признаки изменений аффективно-личностной сферы отразились в форме появления несвойственных ему ранее свойств личности, изменений ценностно-мировоззренческой основы, пролонгированных эмоциональных переживаний, с элементами затянувшегося горя, имеющих субклинический (не достигающий психопаталогии) уровень поражения. Глубина и степень выраженных изменений соответствует умеренной степени причиненного вреда. Критериями оценки тяжести наступивших изменений являются: - отрицательное влияние юридически значимой ситуации на качество социальной, семейной адаптации, с признаками распада семейной системы, регрессом отношений супругов; - длительность и стойкость выявленных изменений, актуальность и значимость ситуации психотравмы на протяжении более чем года; - отсутствие грубых психических нарушений, требующих неотложной помощи психиатра.

У ФИО1 обнаруживаются признаки негативных переживаний (страданий), изменений в функционировании аффективно-личностной сферы. В общем виде признаки изменений аффективно-личностной сферы отразились в форме появления несвойственных ей ранее свойств личности, изменений ценностно-мировоззренческой основы, пролонгированных устойчивых тревожно-депрессивных переживаний в рамках состояния затянувшегося горя, с элементами посттравматических нарушений, имеющих субклинический уровень поражения. Глубина и степень выраженных изменений соответствует тяжкой степени причиненного вреда. Критериями оценки тяжести наступивших изменений являются: - отрицательное влияние юридически значимой ситуации на качество социальной, семейной адаптации, с признаками распада семейной системы, регрессом отношений супругов, с появлением несвойственных ранее подэкспертной свойств личности и изменений ценностно-мировоззренческой основы; эмоциональных изменений в рамках состояния затянувшегося горя, с элементами посттравматических стрессовых нарушений, имеющих субклинический уровень поражения; - длительность и стойкость выявленных изменений, актуальность и значимость ситуации психотравмы на протяжении более чем двух лет; - отсутствие грубых психических нарушений, требующих неотложной помощи психиатра.

У ФИО4 выявлены данные о глубоком переживании ребенком горя вследствие смерти брата, с характерными для детей признаками переживания горя, наличием специфических негативных последствий в развитии и формировании базовых личностных процессов, процессов идентичности, аффективной сферы, самооценки, усугубившиеся неожиданностью и насильственным характером наступления смерти брата, распадом семейной системы и деградацией отношения родителей к ребенку, с недостаточностью родительских функций эмоциональной поддержки и защиты в силу вовлеченности самих родителей в процесс переживания горя, а также длительностью протекания исследуемых травмирующих (ретравмирующих) событий. Глубина и степень выраженных изменений соответствует умеренной степени причиненного вреда. Критериями оценки тяжести наступивших изменений являются: - наличие специфических для состояния горя эмоциональных, невротических изменений в острой фазе, имеющих субклинический (не достигающий уровня психопаталогии) уровень поражения, требующих профессиональной (психологической поддержки; - отрицательное влияние юридически значимой ситуации на формирование базовых личностных процессов, процессов идентичности, лабильности аффективной сферы, самооценки, наступивших в результате смерти брата; длительность протекания негативных воздействий, актуальность и значимость ситуации психотравмы на протяжении менее года; - благоприятный прогноз в части обратимости выявленных эмоционально-личностных изменений (при условии осуществления родителями полноценной эмоциональной поддержки ребенка); - отсутствие тотальных психических нарушений.

Оценивая указанное заключение комиссии экспертов по правилам ст.ст. 56, 67, 86 ГПК РФ, суд признает его допустимым доказательством по делу, поскольку оно содержит понятную исследовательскую часть, основания, по которым эксперты пришли к своим выводам подробно изложены, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Стороны предусмотренным ст.ст. 87, 187 ГПК РФ правом не воспользовались, ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы не заявили.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что смерть близкого человека является безусловным травмирующим фактором и необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, их неимущественное право на семейные связи, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий каждого из истцов, их индивидуальные особенности (каждый из истцов по-разному переживает смерть ФИО11 в силу своих психо-эмоциональных особенностей, возраста, глубины связи с умершим), обстоятельства гибели ФИО11 

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, характера перенесенных истцом ФИО1 физических и нравственных страданий в связи со смертью ФИО11 и утратой близкого родственника (сына), учитывая то, что глубина и степень выявленных изменений соответствуют тяжкой степени причиненного вреда, а также то, ФИО11 был смыслом жизни ФИО1, в связи с чем она переживает его утрату особенно остро, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, в сумме 1 000 000,00 руб.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, характера перенесенных истцами ФИО2 и ФИО4 физических и нравственных страданий в связи со смертью ФИО11 и утратой близкого родственника (сына и брата соответственно), учитывая то, что глубина и степень выявленных изменений соответствуют умеренной степени причиненного вреда, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истцов, в сумме 500 000,00 руб. каждому.

Вопреки доводам представителя ответчика, противоправность поведения потерпевшего подтверждения не нашла. Противоправность поведения потерпевшего, как не нашедшая своего подтверждения, не учтена в приговоре в качестве смягчающего обстоятельства при назначении наказания ФИО3 Доводы представителя ответчика, что обрушение чаши фонтана явилось результатом действий самого потерпевшего, противоречит материалам дела, в том числе исследованным материалам уголовного дела, приобщенным к материалам настоящего гражданского дела.

Факт недостаточного контроля и надзора родителей за несовершеннолетним ФИО11, которые способствовали происшествию с ним, также не подтвердился. ФИО11 не был малолетним, поэтому не нуждался в постоянной опеке родителями, гулял в парке с друзьями в вечернее время, доступ в парк был открыт. ФИО11 прыгнул на бескаркасный тентовый чехол, чтобы полежать на нем, не располагая сведениями о техническом состоянии и правилах эксплуатации накрытого тентом фонтанного комплекса. Недостатки воспитания в целом, факт того, что ребенок выходил из-под контроля родителей, на которые указывает представитель ответчика, не есть обстоятельство, подлежащее установлению при рассмотрении настоящего дела, поскольку в силу ст. 1083 ГК РФ не является обстоятельством, влекущим уменьшение размера вреда. 

Определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. Данная сумма отвечает цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ). Претендуя на большую сумму, истцы необходимых доказательств в данной части не представили.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с акционерного общества «Парки Ижевска» в местный бюджет подлежит взысканию госпошлина в размере 900 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО4 к акционерному обществу «Парки Ижевска» о возмещении морального вреда удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Парки Ижевска» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

Взыскать с акционерного общества «Парки Ижевска» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

Взыскать с акционерного общества «Парки Ижевска» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

Взыскать с акционерного общества «Парки Ижевска» в местный бюджет госпошлину в размере 900 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд 

<

адрес>.

Решение в окончательной форме изготовлено председательствующим судьей 

<

дата>.

Председательствующий судья: Стех Н.Э.