Дело № 2- 1193/18 13 июня 2018 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд гор. Иваново 

В составе председательствующего судьи Сараевой Т.В.

При секретаре Джафаровой Р.М.

С участием представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО3, представителя ответчика УФСИН России по Ивановской области по доверенности ФИО4, представителя третьего лица ФКУ «Исправительная колония № 5 УФСИН по Ивановской области» по доверенности ФИО5, 

Рассмотрев в открытом судебном заседании в гор. Иваново 13 июня 2018 года дело по иску ФИО2 к УФСИН России по Ивановской области о признании приказа об увольнении незаконным, об изменении формулировки увольнения,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к УФСИН России по Ивановской области о признании приказа об увольнении незаконным, об изменении формулировки увольнения, в котором просил признать незаконными приказ УФСИН России по Ивановской области от 01 марта 2018 года № об увольнении 01 марта 2018 года майора внутренней службы ФИО2 (№), начальника технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1; изменить формулировку приказа от 01 марта 2018 года № об увольнении 01 марта 2018 года майора внутренней службы ФИО2 (№), начальника технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, с пункта «д» (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) на пункт «в» (по выслуге срока службы, дающего право на пенсию) ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1.

В обоснование иска указано, что ФИО2 с 01 февраля 2007 года по 1 марта 2018 года являлся сотрудником уголовно-исполнительной системы УФСИН России по Ивановской области на различных должностях по контрактам: № от 01 февраля 2007 года, № от 01 сентября 2009 года, и контракту без номера от 09 февраля 2015 года по должности начальник технического отдела, сроком на 5 лет. Наименование учреждения или органа уголовно-исполнительной системы по последней должности – Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № 5 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Ивановской области». Звание ФИО2 – майор внутренней службы. До этого с 05 июля 2001 года истец также работал и служил в уголовно-исполнительной системе: с 05 июля 2001 года контролером ОТК в Учреждении ОК-3/4 УИН по Ивановской области, и с 06 сентября 2001 года на службе в уголовно-исполнительной системе, что подтверждено записями в трудовой книжке №№ 8 и 9 (приказ № от 04.07.2001 г. и приказ УИН от 11.09.2001 г. №). По приказу № от 01 марта 2018 года ФИО2, майор внутренней службы, начальник технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, уволен 01 марта 2018 года по п. «д» ч. 1 ст. 58 (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года №. С приказом ФИО2 ознакомили 01 марта 2018 года, тогда же выдали его копию. В качестве основания в приказе имеется ссылка на заключение по факту нарушения условий контракта о службе со стороны сотрудника от 01 марта 2018 года. С заключением ФИО2 ознакомили, однако, на руки заключение, как неотъемлемую часть приказа, не выдали. Содержание заключения ФИО2 не запомнил, но предполагал, что основанием послужило возбуждение в отношении него уголовного дела по ч. 2 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации. Истец полагает, что увольнение по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года № 4202-1, незаконно, и ему может быть изменена формулировка увольнения. В качестве оснований истец указал, что 27 февраля 2018 года он, через следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области К.П.В. передал начальнику колонии ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, полковнику внутренней службы Р.А.Л. письменный рапорт от 27 февраля 2018 года об увольнении с выходом на пенсию. Аналогичный рапорт был передан 28 февраля 2018 года заместителю начальника колонии ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, подполковнику внутренней службы Ш.М.Д., так истцу было разъяснено, что вопрос о его увольнении не входит в компетенцию начальника колонии. Самостоятельно истец не мог подать рапорт ни 27, ни 28 февраля 2018 года, так как был задержан, и только 28 февраля 2018 года ему была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Истец полагает, что основания для удовлетворения его заявления имелись, поскольку выслуга лет по состоянию на 01 марта 2018 года составила: календарная – 19 лет 00 месяцев 21 день, льготная – 27 лет 01 месяц 27 дней; общая продолжительность службы в учреждениях и органах для выплаты единовременного пособия при увольнении – 19 лет 00 месяцев 21 день, что отражено в приказе об увольнении. Этот стаж позволял истцу уволиться по п. «в» ч. 1 ст. 58 указанного выше Положения, по выслуге срока службы, дающего право на пенсию. Рапорт был подан истцом до проведения служебной проверки, состоявшейся 01 марта 2018 года. Извещения об отказе в удовлетворении своего рапорта от 28 февраля 2018 года ФИО2 не получал. Истец предполагает, что основанием проведения служебной проверки послужило возбуждение в отношении него 26 февраля 2018 года уголовного дела по ч. 2 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации. По мнению истца, это не могло являться на 01 марта 2018 года основанием для его увольнения. Поскольку обстоятельства, на которых основано заключение, основаны на факте возбуждения в отношении ФИО2 уголовного дела, то до тех пор, пока они не будут установлены вступившим в законную силу приговором суда, их не следует считать достаточным основанием для увольнения по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года №. Истец полагает, что у него имеется право на прекращение контракта и увольнение по выслуге лет. 30 марта 2018 года ФИО2 обратился в УФСИН России по Ивановской области с заявлением-просьбой об изменении формулировки на увольнение по выслуге срока службы (п. «в») ч. 1 ст. 58 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992 года №, ответа на которое до настоящего времени он не получил. В случае признания приказа № от 01 марта 2018 года незаконным, истец не намерен просить о восстановлении его в должности. В связи с чем, ФИО2 просил изменить формулировку увольнения с п. «д» на п. «в» части 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года №.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям и доводам, указанным в исковом заявлении, дополнительных пояснениях по иску, указав, что незаконность увольнения по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения, фактически следует из Заключения от 01 марта 2018 года об обстоятельствах, причинах и виновных лицах в нарушении условий контракта, в котором указано, что ФИО2 подлежит увольнению по п. «к» статьи 58 Положения о службе в ОВД РФ. В заключении указано на препятствие к применению этого пункта – необходимость аттестации сотрудника перед увольнением, которая невозможна из-за нахождения ФИО2 под домашним арестом на срок 2 месяца. Указанный довод представитель истца сочла надуманным, поскольку в период нахождения ФИО2 под домашним арестом сотрудники УФСИН для ознакомления его с приказом об увольнении приехали к ФИО2 по месту его жительства, и выполнили все необходимые действия. С аттестацией ФИО2 никто не знакомил, поскольку никаких аттестационных мероприятий в отношении него перед увольнением не планировалось и не проводилось. Кроме того, увольнение по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел является мерой дисциплинарного взыскания, и должна быть соблюдена процедура увольнения, нарушение которой является основанием для отмены приказа № от 01 марта 2018 года. Сотрудниками УФСИН России по Ивановской области были нарушены положения Инструкции об организации и проведении служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Федеральной службы исполнения наказаний от 12 апреля 2012 года №198. При проведении проверки ФИО2 был лишен прав, предусмотренных Инструкцией, в том числе на ознакомление с приказом и дачу объяснений. Кроме того, были нарушены сроки проведения проверки, которые не могут составлять менее 5 рабочих дней. В описательной части заключения в отношении ФИО2 отсутствуют обязательные требования, предусмотренные, п. 24 Инструкции. Форма составленного заключения в отношении ФИО2 не соответствует приложению № 2 Инструкции. Таким образом, проверка, проведенная с нарушением требований Инструкции, является недействительной. По мнению представителя истца, представление к увольнению также оформлено с нарушением Инструкции, утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от 6 июня 2005 года № о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, а именно п. 17.12, п. 17.13, п. 17.14, в связи с чем имеются безусловные основания для отмены приказа об увольнении, которые указаны в п. 17.19 Инструкции (л.д. 4-7, 62-66, 90, 188).

В судебном заседании представитель ответчика УФСИН России по Ивановской области по доверенности ФИО4 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, согласно которому представитель считает, что как любое соглашение, контракт о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе предполагает неукоснительное соблюдение его положений, возлагающих на сотрудника обязательства проходить службу на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, а также непосредственно положениями контракта, соблюдать Присягу и правила внутреннего распорядка, честно и добросовестно выполнять все предусмотренные ими требования, а также предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности. Пункт «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, предусматривая возможность увольнения сотрудника уголовно-исполнительной системы со службы в связи с нарушением им условий контракта, направлен на исключение из кадрового состава учреждений и органов уголовно-исполнительной системы ненадлежащим образом исполняющих свои обязанности, что в конечном счете способствует выполнению возложенных на данные учреждения и органы конституционно значимых функций. Как следует из пункта 17.14 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, на сотрудников, подлежащих увольнению, соответствующими прямыми начальниками на имя начальника, имеющего право их увольнения, направляются представления к увольнению из уголовно-исполнительной системы. К такому представлению при увольнении по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации прилагается заключение, в том числе об обстоятельствах и причинах нарушения условий контракта. Следовательно, в процессе рассмотрения вопроса о прекращении служебных отношений сотрудником уголовно-исполнительной системы вследствие нарушения им условий контракта, деяние (проступок), послужившее поводом для такого решения, оценивается с точки зрения его характера, тяжести и значимости для интересов службы, условий его совершения, прежнего отношения сотрудника к исполнению служебных обязанностей и других обстоятельств, а избранное основание увольнения должно соответствовать тем фактическим обстоятельствам, которые послужили его причиной. Это согласуется также с общим принципом реализации норм права, предполагающим, в частности, возможность применения правовой нормы только при условии, что имеющие место фактические обстоятельства соответствуют сформулированному законодателем содержанию нормы. Сотрудники уголовно-исполнительной системы в случае обнаружения несоответствия избранного основания увольнения фактическим обстоятельствам могут исправить допущенную ошибку (изменить приказ об увольнении), что следует из пункта 17.19 Инструкции, предусматривающего, что после издания приказов об увольнении сотрудников основания такого увольнения изменению не подлежат, если при этом не были допущены нарушения законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, и не вскрыты новые обстоятельства, связанные с увольнением. Кроме того, исходя из необходимости соблюдения в правоприменительной практике принципов справедливости и определенности правового положения участников общественных отношений, несмотря на то что пункт «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации предусматривает лишь основание увольнения, не определяя процедуру и сроки прекращения служебных отношений, увольнение по данному основанию не может производиться за пределами разумных сроков, позволяющих обеспечить защиту прав и законных интересов сотрудника уголовно-исполнительной системы, осуществление увольнения предполагает соблюдение порядка и правил, предусмотренных соответствующими нормами действующего законодательства, в первую очередь статьей 60 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и главой 17 Инструкции. Разрешение же вопроса о наличии оснований для изменения формулировки причины увольнения требует исследования фактических обстоятельств дела. Порочащим является проступок, умаляющий авторитет органов внутренних дел и противоречащий требованиям, предъявляемым к сотрудникам полиции, независимо от того, предусмотрена ли за данное деяние административная либо уголовная ответственность. Юридически значимым и подлежащим выяснению с учетом содержания спорных правоотношений сторон являлось установление факта совершения истцом дисциплинарного проступка, повлекшего его увольнение. При этом данный факт не является предметом рассмотрения в рамках уголовного судопроизводства, так как в рамках уголовного дела разрешается вопрос о наличии или отсутствии в действиях сотрудника состава уголовно наказуемого деяния. Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом «д» ч. 1 ст. 58, не связывает его с установлением вступившим в законную силу приговором суда. В ходе реализации оперативной информации, сотрудниками отдела собственной безопасности УФСИН совместно с сотрудниками УФСБ России по Ивановской области был задержан майор внутренней службы ФИО2 начальник технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области при получении денежных средств в качестве взятки, тем самым совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», государственный или муниципальный служащий обязан уведомлять представителя нанимателя (работодателя), органы прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения его к совершению коррупционных правонарушений. Невыполнение государственным или муниципальным служащим должностной (служебной) обязанности, предусмотренной ч. 1 настоящей статьи, является правонарушением, влекущим его увольнение с государственной или муниципальной службы либо привлечение его к иным видам ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации. К руководству ФКУ ИК-5 УФСИН, и по информации ОСБ УФСИН, ФИО2 с уведомлением о факте склонения его к совершению коррупционного правонарушения не обращался. Своими действиями (бездействием) ФИО2 так же нарушил требования приказа ФСИН России от 29.05.2010 № 256 «Об утверждении порядка уведомления федеральными государственными служащими федеральной службы исполнения наказаний о фактах обращения в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений». В соответствии пунктом «л» ч. 3 ст. 34 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги ФИО1 органа внутренних дел РФ, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992 № 4202-1, сокрытие фактов обращения к сотруднику органов внутренних дел каких-либо лиц в целях склонения его к совершению коррупционных правонарушений является грубым нарушением служебной дисциплины. Таким образом, своими действиями (бездействием) ФИО2 нарушил требования Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», приказа ФСИН России от 29.05.2010 №256 «Об утверждении порядка уведомления федеральными государственными служащими федеральной службы исполнения наказаний о фактах обращения в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений», пункт 5.2. контракта о службе в уголовно-исполнительной системе от 09.02.2018. Выявленные в результате служебной проверки обстоятельства, расценены работодателем как совершение ФИО2 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, влекущего увольнение со службы в органах внутренних дел по пункту «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел. Таким образом, увольнение произведено с соблюдением установленных законом требований (л.д. 43-45).

Представитель третьего лица ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, поддержав позицию представителя УФСИН России по Ивановской области (л.д. 183-184).

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, изучив материалы дела, приходит к следующему. 

Прохождение службы сотрудником уголовно-исполнительной системы регулируется Законом РФ от 21.07.1993 года № 5473-1 (с последующими изменениями и дополнениями) "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Положением о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденным Постановлением Верховного Совета РФ № 4202-1 от 23.12.1992 года, Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел РФ в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Минюста РФ от 06.06.2005 года (в ред. Приказов от 29.07.2008 №, от 12.12.2013 № 226), Инструкцией об организации проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Федеральной службы исполнения наказаний от 17.03.2009 года № 104, Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными Приказом Минюста РФ от 03.11.2005 года № 205.

В соответствии со ст. 34 указанного Положения о службе служебная дисциплина в органах внутренних дел означает соблюдение сотрудниками органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Президентом РФ, контрактом о службе, а также приказами министра внутренних дел РФ, прямых начальников порядка и правил при выполнении возложенных на них обязанностей и осуществлении имеющихся у них правомочий.

Нарушением сотрудником органов внутренних дел служебной дисциплины признается виновное действие (бездействие), повлекшее за собой нарушение законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего распорядка органа внутренних дел (подразделения) либо выразившееся в несоблюдении требований к служебному поведению или в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов, распоряжений и указаний прямых начальников и непосредственного начальника, если за указанное действие (бездействие) законодательством Российской Федерации не установлена административная или уголовная ответственность.

Согласно ст. 38 Положения о службе за нарушение служебной дисциплины на сотрудников органов внутренних дел может налагаться взыскание в виде увольнения из органов внутренних дел. Сотрудники органов внутренних дел могут быть уволены со службы в связи с нарушением условий контракта на основании п. "д" ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

Из материалов дела судом установлено, что ФИО2 с 01 февраля 2007 года по 1 марта 2018 года являлся сотрудником уголовно-исполнительной системы УФСИН России по Ивановской области в должности контролера ОТК в Учреждении ОК-3/4 УИН о Ивановской области, в должности начальника технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, что подтверждается трудовой книжкой № № от 28.05.1999 на имя ФИО2, контрактом № о службе в уголовно-исполнительной системе ФСИН России от 01.02.2007, контрактом № о службе в уголовно-исполнительной системе от 01.09.2009, контрактом о службе в уголовно-исполнительной системе от 09.02.2015, приказом Министерства юстиции Российской Федерации Управления исполнения наказаний по личному составу № от 11.09.2001, № от 19.12.2001, приказом УФСИН России по Ивановской области от 09.02.2015, № от 06.02.2018, должностными инструкциями с изменениями и дополнениями (л.д. 9-10, 11-12, 13, 16-17, 71, 72, 161-162, 163-171, 172-174, 175-181). 

26 февраля 2018 года СУ СК РФ в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 290 УК РФ (л.д. 139, 140-142).

27 февраля 2018 года следователем СК РФ по Ивановской области составлен протокол явки с повинной, согласно которому в период с 15.02.2018 по 17.02.2018 между ФИО2 и осужденным А.Р. состоялся разговор, который проходил в дневное время на производственном участке в ИК №. В ходе данного разговора ФИО2 обсуждал вопрос изготовления в будущем подсумков для ИП ФИО7. В ходе разговора ФИО2, сообщил, что необходимо в срок пошить сумки, чтобы не было простоев производства. ФИО25сообщил, что можно на пошиве подсумуков ему и ФИО2 заработать, при этом каким образом можно заработать, он не пояснил. На это ФИО2 ему сказал, что еще нужно получить заказ и пошить подсумки качественно и в срок, а уже потом думать над тем, как на них заработать. Примерно через несколько дней, после этого разговора с А.Р. в ИК № 5 от Б. через З. поступил заказ на пошив подсумков в количестве около 3400 штук. После этого, между ФИО2 и А. произошла встреча, в ходе которой последний сообщил, что он объявил Б., что ему за своевременный пошив подсумков необходимо передать 120000 рублей. На это ФИО2 ему сказал, что это высокая сумма, что пошив подсумков столько не стоит. На что он пояснил, что их этих денег нужно что-то дать мужикам, которые будут шить подсумки. На что ФИО8 ему ничего не ответил. 26 февраля 2018 ФИО2 по интернет приложению Вайбер позвонил А.Р.., который сказал «там все передали, можно забирать у Кати». В тот же день ФИО2 подъехал в район Ивановского молокозавода, где работает Катя и у нее через окно автомобиля получил денежные средства в сложенном пополам виде. После этого ФИО2 был задержан сотрудниками полиции.

27 февраля 2018 года в адрес временно исполняющего обязанности начальника УК ФСИН России было направлено уведомление о задержании ФИО2 по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 290, ст. 285 УК РФ (л.д. 41).

После проведения следственных действий (обыска) 26 февраля 2018 года, ФИО2 28 февраля 2018 года предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 290 УК РФ (л.д. 143-144, 145, 146-151, 152)

28 февраля 2018 года Октябрьским районным судом г. Иванова ФИО2 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста (л.д. 18-19).

Из заключения об обстоятельствах, причинах и виновных лицах в нарушении условий контракта, утвержденного 1.03.2018 начальником УФСИН России по Ивановской области Р.Ф.А., следует, что 26.02.2018 около 19-00 часов, находясь у 

<

адрес> А по ул. 

<

адрес>, ФИО2 получил через посредника Л.Е.С. взятку в виде денежных средств в сумме 120000 рублей, то есть в значительном размере, от Б.А.С. за совершение действий в пользу взяткодателя, входящих в служебные полномочия ФИО2 и которым он мог способствовать в силу своего служебного положения. Согласно достигнутой договоренности указанные денежные средства предназначались за помощь со стороны ФИО2 в заключении договора подряда за пошив ФКУ ИК-5 УФСИН охотничьих подсумков для ИП З.А.Ю.., в интересах которого действовал Б.А.С.., и за скорейшее исполнение указанного заказа. По мнению комиссии, своими действиями (бездействием) ФИО2 нарушил требования ФЗ от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», приказа ФСИН России от 29.05.2010 № 256 «Об утверждении порядка уведомления федеральными государственными служащими федеральной службы исполнения наказаний о фактах обращения в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений», п.5.2. контракта о службе в уголовно-исполнительной системе от 9.02.2018. По предложению комиссии ФИО2 подлежал увольнению из уголовно-исполнительной системы по пункту «д» части1 ст. 58 Положения о службе в ОВД РФ (в связи с нарушением условий контракта со стороны сотрудника) (л.д.37-39) С заключением об обстоятельствах, причинах и виновных лицах в нарушении условий контракта ФИО2 ознакомлен лично под роспись 01 март 2018 года (л.д. 37-39).

01 марта 2018 года до ФИО2 под роспись доведено представление к увольнению из уголовно-исполнительной системы по п. «д» (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (л.д. 33).

Лист собеседования с ФИО2 по вопросу увольнения из уголовно-исполнительной системы по п. «д» (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации а также уведомление о проведении заседания комиссии также подписаны лично ФИО2 01 марта 2018 года (л.д. 34)

Приказом УФСИН России по Ивановской области от 01 марта 2018 года №, майор внутренней службы ФИО2 (№), начальник технического отдела ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, уволен по п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) на основании заключения по факту нарушения условий контракта о службе со стороны сотрудника от 01 марта 2018 года. Согласно Приказу не подлежит выплате единовременное пособие при увольнении, установлена необходимость выплаты компенсации за неиспользованный очередной ежегодный отпуск за 2017 год в количестве 30 дней, очередной ежегодный отпуск за 2018 год в количестве 5 дней, дополнительный отпуск за стаж службы за 2018 год в количестве 1,66 дней. Выслуга лет по состоянию на 01 марта 2018 года составила: календарная – 19 лет 00 месяцев 21 день, льготная – 27 лет 01 месяц 27 дней; общая продолжительность службы в учреждениях и органах для выплаты единовременного пособия при увольнении – 19 лет 00 месяцев 21 день (л.д. 8).

25 марта 2018 года ФИО2 обратился с заявлениями на имя начальника УФСИН России по Ивановской области, временно исполняющего обязанности начальника колонии ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области о выдаче заключения к приказу об увольнении № от 01 марта 2018 года, о подтверждении факта обращения ФИО2 с письменным рапортом от 27 февраля 2018 года, 28 февраля 2018 года об увольнении с выходом на пенсию, и факта получения указанных рапортов и листа собеседования. Также ФИО2 просил выплатить денежную компенсацию за работу в выходные и праздничные дни за период с 2015 года по 01 марта 2018 года (л.д. 14, 15).

30 марта 2018 года ФИО2 обратился с заявлением на имя начальника УФСИН России по Ивановской области об изменении формулировки увольнения с п. «д» (в связи с нарушением условий контракта по вине сотрудника) ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации на п. «в» (по выслуге срока службы, дающего право на пенсию) ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации (л.д. 20), в удовлетворении которого ему было отказано сообщением от 10.04.2018 г. № № (л.д. 42).

Служба в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, непосредственно связана с обеспечением общественного порядка, осуществляется в публичных интересах, призвана гарантировать надлежащее исполнение уголовных наказаний и закрепленного законом порядка отбывания наказаний, охраны прав и свобод осужденных и направлена на осуществление содержания лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, подсудимых, находящихся под стражей, их охраны и конвоирования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 октября 2013 года № 21-П).

По смыслу правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 26 декабря 2002 года № 17-П, лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, основанный в том числе на особых требованиях к уровню профессиональной подготовки и морально-психологическим качествам сотрудников, добросовестному исполнению ими условий служебного контракта.

Как любое соглашение, контракт о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе предполагает неукоснительное соблюдение его положений, возлагающих на сотрудника обязательства проходить службу на условиях, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, а также непосредственно положениями контракта, соблюдать Присягу и правила внутреннего распорядка, честно и добросовестно выполнять все предусмотренные ими требования, а также предусмотренные по занимаемой штатной должности обязанности.

Безусловное соблюдение служебного контракта необходимо для обеспечения эффективного функционирования правового механизма исполнения наказаний, имеющего целью не только подчинение установленному законом порядку отбывания наказаний, но и достижение целей предупреждения совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами, а также определение средств исправления осужденных и оказание им помощи в социальной адаптации. Поэтому в интересах службы законодатель вправе - действуя в рамках своей дискреции - установить специальные основания прекращения служебных отношений с теми сотрудниками, которые допускают нарушения условий контракта о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе.

Пункт "д" части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, предусматривая возможность увольнения сотрудника уголовно-исполнительной системы со службы в связи с нарушением им условий контракта, направлен на исключение из кадрового состава учреждений и органов уголовно-исполнительной системы лиц, ненадлежащим образом исполняющих свои обязанности, что в конечном счете способствует выполнению возложенных на данные учреждения и органы конституционно значимых функций.

Согласно п.5.2. служебного контракта сотрудник обязуется соблюдать требования, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации о службе в уголовно-исполнительной системе, Присягу, внутренний распорядок.

Приказом № от 6 февраля 2018 года «О возложении временного исполнения обязанностей на сотрудников уголовно-исполнительной системы, освобождении от временного исполнения обязанностей сотрудников уголовно-исполнительной системы, предоставлении дополнительных дней отдыха, краткосрочного отпуска, на ФИО2 временно возложено исполнение обязанностей по вакантной должности заместителя начальника колонии-начальника центра ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области. (л.д.161-162)

Согласно п.9 должностной инструкции заместителя начальника колонии-начальника Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-5 УФСИН России по Ивановской области, последний в своей деятельности руководствуется Конституцией РФ, постановлениями Правительства, Законом РФ «ОБ учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», Трудовым кодексом РФ, УИК РФ, Законами, Указами, Постановлениями Президента РФ, Правительства РФ, министерства труда, Приказами Минюста РФ, МВД ПФ, УФСИН России по Ивановской области, распоряжениями УФСИН России по Ивановской области, настоящей должностной инструкцией. Пунктом 28 должностной инструкции на ФИО2 возложена обязанность обеспечивать разработку, заключать и контролировать выполнение хозяйственных договоров.(л.д.163-169)

Пунктом 2 приказа ФСИН России от 29.05.2010 г. "Об утверждении Порядка уведомления федеральными государственными служащими Федеральной службы исполнения наказания о фактах обращения в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений" предписано, что государственные служащие обязаны уведомлять представителя нанимателя, органы прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к ним каких-либо лиц в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений.

Аналогичные требования, предъявляемые к государственным и муниципальным служащим содержатся и в п. 1 ст. 9 Указа Президента РФ от 05.12.2008 г. № 273-ФЗ "О противодействии коррупции".

Таким образом, исходя из выше установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 были допущены нарушения условий контракта, выразившиеся в неуведомлении руководства о склонении его к совершению коррупционного правонарушения, в связи с чем у ответчика имелись основания для увольнения истца по пункту "д" ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

Доказательств, опровергающих данные выводы, истцом не представлено. Напротив, обстоятельства, установленные в ходе судебного заседания, в частности, передача ФИО2 денежных средств 120000 рублей за содействие в заключении договора подряда на пошив подсумок, за скорейшее выполнение заказа и неуведомление об этом нанимателя, представителем истца не оспаривались. 

В связи с чем, судом бесспорно установлен факт нарушения истцом служебного контракта, ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ "О противодействии коррупции", п. 2 "Порядка уведомления федеральными государственными служащими Федеральной службы исполнения наказаний о фактах обращения в целях склонения их к совершению коррупционных правонарушений", утвержденного приказом ФСИН России от 29.05.2010 № 256. Такое поведение истца не отвечает требованиям, предъявляемым к личным, нравственным качествам сотрудника УИС, поскольку в сложившейся ситуации не соответствует критерию безупречности, а потому наносит урон авторитету лица, призванному стоять на страже правопорядка.

Вопреки доводам истца порядок увольнения истца ответчиком нарушен не был.

Как следует из пункта 17.14 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, на сотрудников, подлежащих увольнению, соответствующими прямыми начальниками на имя начальника, имеющего право их увольнения, направляются представления к увольнению из уголовно-исполнительной системы. К такому представлению при увольнении по пункту "д" части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации прилагается заключение, в том числе об обстоятельствах и причинах нарушения условий контракта. 

Кроме того, исходя из необходимости соблюдения в правоприменительной практике принципов справедливости и определенности правового положения участников общественных отношений, несмотря на то что пункт "д" части первой статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации предусматривает лишь основание увольнения, не определяя процедуру и сроки прекращения служебных отношений, увольнение по данному основанию не может производиться за пределами разумных сроков, позволяющих обеспечить защиту прав и законных интересов сотрудника уголовно-исполнительной системы, а осуществление увольнения предполагает соблюдение порядка и правил, предусмотренных соответствующими нормами действующего законодательства, в первую очередь статьей 60 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и главой 17 Инструкции.

Судом из материалов дела установлено, что увольнение ФИО2 произведено на основании приказа, соответствующим начальником в пределах компетенции, установленной статьей 60 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации. 1.03.2018 года ФИО2 ознакомлен с представлением об увольнении, в тот же день с ним проведено собеседование и вручено направление на ВВК.

Таким образом, процедура установленная статьей 60 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и главой 17 Инструкции ответчиком соблюдена.

Доводы представителя ответчика, что работодателем нарушена Инструкция о порядке организации и проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом ФСИН России от 12.04.2012 № 198, являются несостоятельными. В частности, представитель указал, что в нарушение Инструкции не издан приказ о проведении служебной проверки, с ФИО2 не истребованы объяснения, нарушены сроки проведения проверки, в описательной части заключения отсутствуют обязательные требования, указанные в п.24 Инструкции, форма составленного заключения не соответствует приложению № 2 Инструкции.

Организация и проведение служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации предусмотрены Инструкцией об организации и проведении служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом ФСИН России от 12 апреля 2012 г. № 198 (далее - Инструкция).

Пунктом 2 Инструкции предусмотрено, что проверка проводится по факту нарушения (грубого нарушения) сотрудником служебной дисциплины.

Решение о проведении проверки в отношении сотрудников учреждений уголовно-исполнительной системы принимается начальниками территориальных органов ФСИН России, которым подведомственны учреждения (п. 3 Инструкции).

Согласно п. 5 Инструкции решение о проведении проверки оформляется в виде резолюции на документе, содержащем сведения о наличии оснований для ее проведения, указанных в п. 2 Инструкции.

Проверка должна быть назначена не позднее 10 дней с момента получения должностным лицом, указанным в пункте 3 Инструкции, либо лицом, его замещающим, информации, являющейся основанием для ее назначения, и должна быть завершена не позднее чем через 30 дней со дня издания приказа о назначении проверки. Срок проведения проверки не может быть менее 5 рабочих дней (п. 16 Инструкции).

В силу п. 6 Инструкции при проведении проверки должны быть установлены: факт совершения дисциплинарного проступка, время, место, обстоятельства его совершения; наличие вины сотрудника; данные, характеризующие личность сотрудника, совершившего дисциплинарный проступок; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка.

Таким образом, из содержания указанных норм следует, что проведение служебной проверки является правом, а не обязанностью ответчика. Необходимость проведения служебной проверки определяется руководителем органа или учреждения уголовно-исполнительной системы.

Вместе с тем следует отметить, что из заключения об обстоятельствах, причинах и виновных лицах в нарушении условий контракта следует, что факт нарушения ФИО2 условий контракта был установлен комиссией в составе 4-х ее членов.

Установленные комиссией обстоятельства подтверждены письменными доказательствами, на которые содержится ссылка в самом заключении. Представитель истца не оспаривал в суде факт совершения нарушения и обстоятельств его совершения, которые были установлены работодателем в данном заключении. Из чего следует, что фактически проверка по факту совершения ФИО2 проступка проводилась.

Тот факт, что при проведении этой проверки с истца не были взяты письменные объяснения, а комиссия ограничилась анализом тех документов, которые были представлены органами следствия, не означает, что проверка не проводилась и комиссией не были установлены обстоятельства нарушения условий контракта истцом.

При этом в судебном заседании указанное заключение истцом не оспаривалось, суду не представлено сведений каким образом, объяснения истца могли повлиять на выводы в заключении о совершении истцом действий по нарушению условий контракта, являющихся основанием к увольнению.

При таком положении, учитывая собранные по делу доказательства, явку с повинной данную ФИО2 сотруднику полиции по факту вмененного ему в вину проступка, суд соглашается с мнением ответчика, что каких-либо иных вопросов, требующих получения от истца дополнительных объяснений, у комиссии, проводившей проверку, не имелось, в связи с чем, не истребование от истца письменного объяснения непосредственно сотрудником УФСИН по Ивановской области не может расцениваться как нарушение процедуры увольнения, поскольку истребование письменного объяснения от сотрудника до применения к нему взыскания имеет своей целью обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств совершения проступка и направлено на предотвращение необоснованного применения к сотруднику мер взыскания. 

В данном случае фактические обстоятельства совершения истцом вмененного ему в вину проступка установлены представленными в дело документами, в свою очередь ни истец, ни его представитель обстоятельства совершения проступка не оспаривали, в связи с чем права истца нарушены не были.

При этом суд так же исходит из того, что законодатель вправе, действуя в рамках своей дискреции, установить специальные основания прекращения служебных отношений с теми сотрудниками, которые допускают нарушения условий контракта о прохождении службы в уголовно-исполнительной системе, в связи с чем суд приходит к выводу, что у работодателя имелись основания для увольнения истца по п. "д" ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, в связи с нарушением условий контракта с целью исключения из органов лиц, ненадлежащим образом исполняющих свои обязанности и это будет способствовать выполнению возложенных на учреждение и органы конституционно значимых функций.

При таких обстоятельствах, увольнение истца со службы было произведено с соблюдением требований действующего законодательства и нормативных документов, регламентирующих порядок прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

Суд отклоняет довод представителя истца о том, что увольнение по дискредитирующему основанию является незаконным, поскольку ФИО2 был подан рапорт об увольнении по собственному желанию. 

В соответствии с п. 17.15. Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, если имеются основания для применения двух и более формулировок увольнения положительно аттестуемого ФИО1, с его согласия указывается та из них, которая дает право на получение наибольших гарантий и компенсаций.

Действительно, как установлено из показаний свидетелей Ш.М.Д.., Д.В.В.., истец обращался с рапортом об увольнении по п. «в» ч.1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел.

Между тем, наличие рапорта истца об увольнении по собственному желанию не препятствовало увольнению истца по иному основанию, поскольку на момент написания рапорта в отношении истца уже имелись сведения о нарушении им служебного контракта, о возбуждении в отношении истца уголовного дела. 

В связи с чем, суд приходит к выводу, подача рапорта об увольнении по собственному желанию после возбуждения уголовного дела в отношении истца по существу является попыткой избежать привлечения к ответственности, поскольку подано с целью воспрепятствовать работодателю реализовать предоставленное ему право на расторжение служебного контракта по собственной инициативе при наличии соответствующих оснований, при этом наличие оснований для увольнения истца появилось у работодателя с момента утверждения заключения (01.03.2018)

С учетом изложенного, поскольку истец был уволен за нарушение условий контракта, что свидетельствует об отрицательном мотиве увольнения, у него отсутствовало право выбора основания увольнения.

Ссылка представителя истца, что при увольнении по п «д» ч.1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации ФИО2 от прохождения ВВК не отказывался, ВВК должно быть проведено до увольнения не является основанием для удовлетворения иска, поскольку истец не лишен права пройти ВВК в течение года после увольнения.

Доводы представителя истца, что в заключении речь идет о нарушении, совершенном не по должности начальника технического отдела, а по должности заместителя начальника колонии, по которой контракт с истцом заключен не был, не является препятствием для его расторжения, поскольку временное исполнение обязанностей по вакантной должности не прекращает действие служебного контракта по замещаемой должности, заключенного на неопределенный срок. 

Поскольку оснований для признания увольнения истца незаконным, у суда не имеется, требование об изменении формулировки основания увольнения удовлетворению не подлежит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

решил:

В иске К.С.А. к УФСИН России по Ивановской области о признании приказа об увольнении незаконным, об изменении формулировки увольнения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий:

Полный текст решения изготовлен 18 июня 2018 года.