№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

ДД.ММ.ГГГГ г. Скопин

Скопинский районный суд Рязанской области в составе: 

председательствующего судьи – Подъячевой С.В.,

при секретаре – Кураксиной Е.А.,

с участием:

помощника Скопинского межрайонного прокурора – Митяева А.М.,

истицы – ФИО1,

представителя истицы ФИО1 – ФИО2,

ответчицы – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в г. Скопине гражданское дело по иску ФИО1 ФИО11 к ФИО4 ФИО12 о взыскании денежной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании понесенных по делу частного обвинения материальных расходов в размере 20 000 рублей, денежной компенсации морального вреда причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности по ч.1 ст. 128.1 УК РФ в размере 500 000 рублей. 

В обоснование исковых требований истица указала, что приговором мирового судьи судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ истица была оправдана, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. В связи с подачей ответчицей заявления частного обвинения в суд, судебное разбирательство длилось более года. Ответчица не представила в суд доказательств совершения истицей противоправных деяний, а совершила на истицу ложный донос, оклеветала ее, принеся при этом материальный и моральный вред, страдания, разрушительный вред здоровью истицы. Истица имеет более 25 лет гипертоническое заболевание. На все судебные заседания, а их было более 40, она (ФИО1) ходила с повышенным давлением, не спала. 14.01.2019 года истица попала в больницу в отделение кардиологии. Также истица обращалась к невропатологу, который выписал ей лечение. На судебных заседаниях ответчица обзывала истицу ее родственников. Размеренная жизнь истицы была нарушена судебным преследованием ответчицы. На основании изложенного истица просит взыскать с ответчицы ФИО3 понесенные по делу частного обвинения материальные расходы в размере 20 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Определением Скопинского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ истице ФИО1 отказано в принятии искового заявления к ответчику ФИО3 в части требований о взыскании судебных расходов по делу частного обвинения.

Истица ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования о взыскании с ФИО3 денежной компенсации морального вреда причиненного незаконным привлечением ее к уголовной ответственности по ч.1 ст. 128.1 УК РФ в размере 500 000 рублей. При этом пояснила, что 04.10.2018 года она обратилась с письменным заявлением на имя депутата и главного врача 

<

данные изъяты> ФИО13 по месту работы ответчицы, согласно которому просила оказать содействие по поводу чинения препятствий со стороны ответчицы брату истицы ФИО14 в доступе к колодцу, чтобы произвести работы по устранению поломки водопровода. Также истица указала в заявлении, чтобы ФИО13 обратил внимание на работу медицинской сестры ФИО3. После этого, 31 декабря 2018 года, перед самым новым годом, истица получила повестку в суд, где было указано, что она вызывается на судебное заседание в качестве подсудимой. 09.01.2019 года истица была в судебном заседании, а 14.01.2019 года экстренно попала в больницу, в связи с плохим самочувствием, так как она является гипертоником со стажем 25-30 лет. На протяжении около двух лет истица постоянно испытывала как моральные, так и физические страдания. Она не спала ночью, у нее постоянно повышалось давление, проходила лечение у невропатолога.

Представитель истицы ФИО1-ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные требования истицей о взыскании с ФИО3 денежной компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, при этом пояснил, что истица ФИО1 имеет преклонный возраст, ранее ни к административной, ни к уголовной ответственности не привлекалась, является добропорядочным и законопослушным гражданином, имеет ряд хронических заболеваний, в том числе гипертоническую болезнь. В связи с необоснованным привлечением ее к уголовной ответственности, а также в связи с длительным рассмотрением уголовного дела, около двух лет, ФИО1 причинен как моральный вред, так и нравственные и физические страдания. Истица была вынуждена около двух лет ходить в суд, доказывать свою не виновность. В связи с ухудшением состояния здоровья неоднократно обращалась за медицинской помощью. 

Ответчица ФИО3 исковые требования, заявленные истицей ФИО1 не признала, просила суд отказать истице в удовлетворении заявленных требований, считая их незаконными, необоснованными, поскольку она считает, что, обращаясь к мировому судье с заявлением частного обвинения она воспользовалась своим правом, предусмотренным УПК РФ. Также ответчица ФИО3, пояснила, что она работает в 

<

данные изъяты> более тридцати лет в должности медицинской сестры, и за это время на нее не поступило ни одной жалобы, не было ни одного нарекания со стороны руководства. 04.10.2018 года ответчицу вызвал главный врач 

<

данные изъяты> ФИО13 по поводу поступившего заявления от ФИО1. Ответчица испытала при этом нравственные страдания, после чего у нее начались проблемы со здоровьем, так как в этом заявлении шла речь о ее репутации. В связи с чем, ответчица обратилась в суд с заявлением частного обвинения в отношении ФИО1.

Суд, заслушав объяснения истицы ФИО1, представителя истицы ФИО1-ФИО2, ответчицы ФИО3, показания свидетеля ФИО17, заключение помощника Скопинского межрайонного прокурора Митяева А.М., полагавшего, что заявленные исковые требования истицей о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам:

В судебном заседании установлено, что ФИО3 обратилась к мировому судье судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области с заявлением в порядке частного обвинения о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.128.1 УК РФ. На основании заявления ФИО3 мировым судьей судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело в порядке частного обвинения по ч.1 ст.128.1 УК РФ. ФИО3 обвиняла ФИО1 в том, что, 04 октября 2018 года ФИО1 обратилась с письменным заявлением на имя главного врача 

<

данные изъяты> ФИО13 по месту работы частного обвинителя, в котором указала, что 02 октября 2018 года между ФИО3, братом ФИО1-ФИО14, его супругой ФИО14 произошел инцидент, в ходе которого последние были избиты. Однако, данный инцидент ни к ней, ФИО3, ни к членам ее семьи отношения не имеет, поскольку ни ФИО1, ни ее родственников на улице не было. Кроме этого, в заявлении ФИО1 указала о том, что она, ФИО3, распространяет информацию, имеющуюся в медицинской документации ее родственников, а также что она, ФИО3, ставит свою беременную дочь на «колодец», чтобы не подпустить ФИО14 к нему, однако ФИО1 никогда не присутствовала на месте происходящего лично, поэтому утверждать-кто и где стоял не может, беременная дочь никогда не стояла «на колодце», так как никакого колодца у дома №64 нет, информацию медицинского характера она пациентам никогда не сообщает, если это требуется, то это делает врач. Указанные факты не соответствуют действительности, не содержат доказательств, в связи с чем, просила привлечь ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ. 

Приговором мирового судьи судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ вынесен оправдательный приговор в отношении ФИО1, за отсутствием в ее действиях состава преступления, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Данный приговор от ДД.ММ.ГГГГ вступил в законную силу 31 декабря 2019 года.

Кассационный определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлен без изменения, кассационная жалоба без удовлетворения.

Данный факт подтверждается пояснениями истицы ФИО1, ответчика ФИО3, приговором мирового судьи судебного участка № 31 судебного района Скопинского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимися в материалах дела.

Предъявляя исковые требования о компенсации морального вреда, истица ссылалась на необоснованное уголовное преследование, причинившее ей нравственные и физические страдания, вызванные стрессом, ощущением стыда и обиды и приведшие к ухудшению состояния здоровья.

Согласно сообщению 

<

данные изъяты> за № 3212 от 09.10.2020 года, амбулаторная карта ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, зарегистрированной по адресу: Рязанская область, г.Скопин, 

<

адрес> по состоянию на 09.10.2020 года в регистратуре отсутствует. По данным реестра оказания медицинской помощи за период с октября 2018 года по настоящее время пациентка ФИО1 обращалась к следующим специалистам: 01.10.2018 года –врач терапевт, с 04.10.2018 года по 12.10.2018 год-врач кардиолог, с 09.11.2018 года по 16.11.2018 год-врач терапевт, 14.01.2019 год-врач терапевт, 01.02.2019 год-врач терапевт, 21.03.2019 год-врач терапевт, с 01.03.2019 год по 05.03.2019 год-врач хирург, 03.07.2019 год-врач терапевт, 11.07.2019 год- врач терапевт, 26.09.2019 год-врач хирург, 31.10.2019 год-врач терапевт, 12.02.2020 год-врач терапевт, 13.02.2020 год-врач терапевт, 04.08.2020 год-врач терапевт, 13.08.2020 год-врач хирург, 30.03.2020 год по 01.04.2020 год врач дерматолог.

Согласно сообщению 

<

данные изъяты> за № 3209 от 09.10.2020 года, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, зарегистрированная по адресу: Рязанская область, г.Скопин, 

<

адрес> поступала в плановом порядке в кардиологическое отделение 

<

данные изъяты> 14.01.2019 года по направлению врача-терапевта.

Согласно выписки эпикриз из истории болезни №772 

<

данные изъяты> кардиологическое отделение ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, находилась на стационарном лечении в кардиологическом отделении с 14.01.2019 года по 25.01.2019 года с диагнозом: гипертоническая болезнь 3 стадии, 3 степени, риск 4, ухудшение; атеросклероз аорты; недостаточность МК 2 ст.; кисты почечного синуса; ХБП 2 ст.; ожирение 2 ст; дислипидемия.

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что он является сыном (пасынком) брата истицы ФИО1. Перед новым годом, какого точно года 2018 или 2019, он не помнит, ему стало известно, что ФИО1 вызывают в судебное заседание по уголовному делу к мировому судье в качестве подсудимой или обвиняемой. Рассмотрение уголовного дела у мирового судьи проходило по 

<

адрес>, а рядом находится квартира по 

<

адрес>, где проживает свидетель со своими родителями. После судебных заседаний он (ФИО17) неоднократно встречал ФИО1, провожал к себе домой, где она мерила давление, которое было всегда высокое, принимала успокоительные препараты. ФИО1 имеет ряд хронических заболеваний, у нее гипертоническая болезнь, уже более 10 лет. Судебное разбирательство по данному уголовному делу очень сильно подорвало ее здоровье, она испытала физические и нравственные страдания.

Оценивая показания свидетеля ФИО17, суд относится к ним критически, поскольку свидетель ФИО17 является родственником истицы (пасынком брата истицы), данный свидетель может быть прямо или косвенно заинтересован в исходе дела.

В соответствии с частью 1 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно части 2 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116 частью первой, 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.02.2012 № 3 и от 02.04.2013 № 6), право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно части 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу. Судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя. Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Федеральным законом от 05.04.2013 № 54-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» статья 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации дополнена частью 2.1, согласно которой право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которую ссылалась истец П. в обоснование требований о компенсации морального вреда в связи с привлечением к уголовной ответственности по делу частного обвинения, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе. Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации случаев, а именно: для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, - статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности; для случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности - статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего; для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из положений статей 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

При оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации. Недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Вместе с тем возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.

При разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17.10.2011 № 22-П, необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2013 N 1057-О, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости. Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2013 № 1057-О указано, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

На основании вышеизложенного, оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истицы ФИО1 к ФИО3 о компенсации морального вреда, по следующим основаниям:

Избранный ответчицей ФИО3 способ защиты своих прав путем обращения с заявлением о привлечении истицы ФИО1 к уголовной ответственности предусмотрен законом, в связи с чем, такой способ защиты своих прав не может расцениваться как противоправный, имеющей целью причинить истице вред. Данных, свидетельствующих о злоупотреблении ответчицей, предусмотренным ст.22 УПК РФ правом на обращение в суд в порядке частного обвинения, в том числе, об изложении ею в заявлении заведомо ложных сведений с целью причинить вред истице, в материалах дела не имеется. 

Так обращаясь с заявлением частного обвинения, ФИО3 субъективно оценивала предшествующие действия истицы по обращению с заявлением истицы к главному врачу 

<

данные изъяты> 04.10.2018 года, в отношении ответчицы.

Доказательств наличия злоупотреблением своим правом со стороны ответчицы не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Факт вынесения оправдательного приговора по делам частного обвинения сам по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда с частного обвинителя.

Доводы истицы ФИО1 и ее представителя ФИО2 о том, что в результате действий/бездействий ФИО3 у истицы ухудшилось состояние здоровья, о котором отмечено в представленной медицинской документации, являются несостоятельными, поскольку истицей не доказана причинно-следственная связь между ухудшением здоровья и неправомерными действиями ответчицы.

Доводы истицы ФИО5 о том, что медицинские документы, а именно: сообщения 

<

данные изъяты> за № 3212, № 3209 от 09.10.2020 года, не содержат достоверной информации, суд признает несостоятельными, поскольку они голословны и ничем не подтверждены.

Доводы истицы о несении нравственных переживаний в связи с возможными негативными последствиями в случае осуждения, а также ссылки на длительность рассмотрения дела и участие в судебных заседаниях, суд не может принять во внимание, поскольку не свидетельствуют о противоправности действий ФИО3.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО11 к ФИО4 ФИО12 о взыскании денежной компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Скопинский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья – подпись.

Копия верна: Судья - Подъячева С.В.