№1-750/2025

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 01 декабря 2025 года

Останкинский районный суд адрес в составе:

председательствующего судьи Суворовой А.С.,

при секретаре судебного заседания фио,

с участием:

государственного обвинителя – помощника Московско-Ярославской транспортной прокуратуры фио,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката фио, представившего ордер № 203/24 от 22.10.2025 г. и удостоверение № 16424,

подсудимой ФИО2 и ее защитника- адвоката фио, представившей ордер № 25-249 от 05.11.2025 г. и удостоверение №11627,

подсудимого ФИО3 и его защитника-адвоката Голуб А.В., представившего ордер № 248/25 от 22.10.2025 г.,

подсудимой ФИО4 и ее защитника адвоката Болгарева А.А., представившего ордер № 7209 от 05.11.2025 г.,

подсудимого ФИО5 и его защитника –адвоката фио, представившего ордер № 7238 от 05.11.2025 г. и удостоверение № 11996,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, паспортные данные адрес, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, трудоустроенного начальником адрес дистанции пути ОАО «РЖД», зарегистрированного по адресу: адрес, фактически проживающего по адресу: адрес, ул. школьная, д. 15, кв. 1, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ,

ФИО3, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, трудоустроенного охранником-водителем ООО ЧОП «Виртус Секьюрити», зарегистрированного по адресу: адрес, фактически проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ,

ФИО2, паспортные данные, гражданки РФ, замужней, с высшим образованием, трудоустроенной тренером-технологом ООО «Галерея Алекс», зарегистрированного по адресу: адрес, фактически проживающего по адресу: адрес, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ,

ФИО4, паспортные данные, гражданки РФ, с высшим образованием, замужней, имеющей на иждивении троих малолетних детей 2014, 2016, 2019 гг.рождения, зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: адрес, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ,

ФИО5, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образорванием, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка паспортные данные, не трудоустроенного, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: адрес, адрес, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, фио, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО2, обвиняемой в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, поступило из Московско-Ярославской прокуратуры, для рассмотрения по существу в Останкинский районный суд адрес.

В ходе судебного заседания председательствующим на обсуждение участников процесса был поставлен вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, в соответствии со ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий в его рассмотрении судом, поскольку, обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения; а также в связи с несоответствием квалификации действий ФИО1 фактическим обстоятельствам изложенным в обвинительном заключении, когда имеются основания для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления.

Государственный обвинитель фио возражала против возвращения уголовного дела прокурору, ссылаясь на то, что привлекаемые к ответственности лица, в силу должностных инструкций, не являются должностными лицами, в смысле, придаваемом этому термину уголовным законом. Считает, что обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями УПК РФ. При этом указала, что оснований для изменения меры пресечения в отношении подсудимых не имеется.

Подсудимый ФИО1 и его защитника – адвокат Новиков А.А. указали на наличие оснований для возвращения уголовного дела прокурору, однако, с учетом данных о личности фио, состояния здоровья его матери, которой требуется уход, просили об отмене ему меры пресечения.

Подсудимая ФИО2 и ее защитник- адвокат фио, не возражали против возвращения уголовного дела прокурору.

Подсудимый ФИО3 и его защитник-адвоката Голуб А.В. не возражали против возвращения уголовного дела прокурору.

Подсудимая ФИО4 и ее защитник- адвокат Болгарев А.А. оставили разрешение данного вопроса на усмотрение суда.

Подсудимый ФИО5 и его защитник –адвокат Сердюков Ю.М. не возражали против возвращения уголовного дела прокурору.

Суд, выслушав мнение участников процесса, приходит к выводу о том, что настоящее уголовное дело подлежит возвращению прокурору по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

По смыслу ст.237 УПК РФ возвращение уголовного дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. Основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения норм уголовно – процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании, и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости.

Согласно ст.73 УПК РФ при производстве предварительного следствия подлежит доказыванию событие преступления: время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы преступления.

Уголовно-правовой закон гарантирует обвиняемому на стадии предварительного расследования право знать, в чем он обвиняется. Нарушение процессуальных прав в стадии предварительного расследования может лишить его эффективной судебной защиты.

В соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Согласно ч. 1 ст. 229 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает: фамилии, имена и отчества обвиняемого или обвиняемых; данные о личности каждого из них; существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением; данные о гражданском истце и гражданском ответчике.

Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу, а также которое соответствует предъявленному привлекаемому к уголовной ответственности лицу обвинению, поскольку именно на основании предъявленного обвинения сторона защита вырабатывает свою позицию.

Однако, органами следствия при составлении обвинительного заключения указанные требования уголовно-процессуального закона выполнены не были.

Так, органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

ФИО3, ФИО2, ФИО4, каждый, обвиняются в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

Согласно предъявленному подсудимым обвинению, в период времени с 01.10.2022 по 12.12.2022, ФИО1, будучи начальником участка пути эксплуатационного участка № 4 Чисмена-Шаховская, достоверно зная о порядке составления и заключения договоров гражданско-правового характера, обладая информацией о планируемом заключении договоров ГПХ от имени Московско-Рижской дистанции пути по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути, преследуя единую цель и возникший умысел на хищение путем обмана выделяемых для этой цели денежных средств, тем самым действуя из корыстных побуждений, вступил в преступный сговор с ФИО3, договорившись о совместном совершении мошенничества. В этот же период времени ФИО3 привлек к совершению данного преступления фиоИ, которая, в свою очередь, приискала ФИО4 Таким образом, последняя вступила в преступный сговор с ФИО1, ФИО3 и ФИО2

После этого, в период времени с 01.10.2022 по 12.12.2022, ФИО1, ФИО3 и ФИО2, заранее договорились о совместном совершении преступления, избрав в качестве предмета преступного посягательства денежные средства Московской дирекции инфраструктуры.

Преступный сговор указанных лиц предусматривал совершение ими следующих действий: ФИО1, согласно отведенной роли, выполняя административно-хозяйственные функции в Московско-Рижской дистанции пути, действуя совместно с иными неустановленными должностными лицами Московско-Рижской дистанции пути, пользуясь своим служебным положением вопреки интересам организации, должен был обеспечить заключение гражданско-правового договора между Московско-Рижской дистанцией пути и ФИО4, обеспечить подписание от имени Московско-Рижской дистанции пути актов о выполненных работах (оказанных услугах), при фактическом невыполнении работ, предусмотренных договором, после чего получить денежные средства, перечисленные Московской дирекцией инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору и распределить их между соучастниками, то есть похитить;

ФИО2, согласно отведенной роли, должна была приискать ФИО4, от имени которой в дальнейшем планировалось заключение договора ГПХ с Московско-Рижской дистанцией пути, получить денежные средства, перечисленные Московской дирекцией инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору, после чего распределить их между соучастниками, то есть похитить, при этом не выполняя условия заключенного договора;

ФИО3, согласно отведенной роли, должен был предоставить реквизиты банковского счета, открытые на его имя для последующего направления денежных средств, выплаченных на основании заключенного с ФИО4 договора ГПХ;

ФИО4, согласно отведенной роли, должна была предоставить ФИО2 свои личные документы, в числе которых паспорт гражданина Российской Федерации, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе, а также иные документы, необходимые для заключения договора, и после поступления денежных средств от Московской дирекции инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору похитить их, оставив денежные средства в размере сумма себе, а оставшуюся передать ФИО2 и ФИО3 для распределения между соучастниками, при этом не выполняя условия заключенного договора.

С целью реализации вышеуказанного преступного умысла в период времени с 01.10.2022 по 12.12.2022, ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, путем злоупотребления доверием, используя свое служебное положение, обратился к ФИО2 и распорядился приискать кандидатов для заключения договоров ГПХ с ОАО «РЖД» по оказанию услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути, получить паспортные данные, реквизиты банковского счета, предоставить их ФИО1 для заключения договора ГПХ, заведомо зная, что указанный договор исполнен не будет, но денежные средства оплаченные по договорам, будут подлежать передаче ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в наличной форме, на что ФИО2 согласилась.

В дальнейшем, ФИО2 в период времени с 01.10.2022 по 12.12.2022, приискала ФИО4, получив от последней паспортные данные, реквизиты банковского счета для заключения с ней договора ГПХ с ОАО «РЖД».

12.12.2022 начальник Московско-Рижской дистанции пути фио, будучи неосведомленным, относительно того, что фактического исполнения договора ГПХ не будет, находясь по адресу: адрес, заключил с ФИО4 договор ГПХ № 5043893 от 12.12.2022 на оказание услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути на сумму сумма

В дальнейшем, на основании подложных сведений, содержащихся в актах о выполненных работах (оказанных услугах) № 63764 от 19.01.2023, № 292848 от 20.02.2023, № 525119 от 27.03.2023, № 673605 от 19.04.2023 относительно фактического оказания ФИО4 услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры Московско-Рижской дистанции пути, представленных неустановленным лицом Московско-Рижской дистанции пути, неосведомленным о преступных действиях фио в экономический отдел Московско-Рижской дистанции пути, находящийся по адресу: адрес, Проспект мира, д. 79/9, стр. 5, где неустановленным работником указанного отдела, неосведомленным о преступных действиях последнего, будучи введенным в заблуждение о правомочности актов о выполненных работах (оказанных услугах), принято решение о направлении с расчетного счета, используемого ОАО «РЖД», на расчетный счет в ПАО «Сбербанк» открытый на имя ФИО4 денежных средств, согласно платежным поручениям.

Также, органами предварительного следствия, ФИО1 обвиняется в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

ФИО3, ФИО2, ФИО5, каждый, обвиняются в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору.

Согласно предъявленному каждому из подсудимых обвинению, в период времени с 01.10.2022 по 23.01.2023, ФИО1, будучи начальником участка пути эксплуатационного участка № 4 Чисмена-Шаховская, достоверно зная о порядке составления и заключения договоров гражданско-правового характера (далее – договор ГПХ), обладая информацией о планируемом заключении договоров ГПХ от имени Московско-Рижской дистанции пути по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути, преследуя единую цель и возникший умысел на хищение путем обмана выделяемых для этой цели денежных средств, тем самым действуя из корыстных побуждений, вступил в преступный сговор с ФИО3, договорившись о совместном совершении мошенничества. В этот же период времени ФИО3 привлек к совершению данного преступления фиоИ, которая, в свою очередь, приискала фио Таким образом, последний вступил в преступный сговор с ФИО1, ФИО3 и ФИО2

После этого, в период времени с 01.10.2022 по 23.01.2023, ФИО1, ФИО3 и ФИО2, заранее договорились о совместном совершении преступления, избрав в качестве предмета преступного посягательства денежные средства Московской дирекции инфраструктуры – структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры – филиала ОАО «РЖД» (далее – Московская дирекция инфраструктуры). Преступный сговор указанных лиц предусматривал совершение ими следующих действий:

ФИО1, согласно отведенной роли, выполняя административно-хозяйственные функции в Московско-Рижской дистанции пути, действуя совместно с иными неустановленными должностными лицами Московско-Рижской дистанции пути, пользуясь своим служебным положением вопреки интересам организации, должен был обеспечить заключение гражданско-правового договора между Московско-Рижской дистанцией пути и ФИО5, обеспечить подписание от имени Московско-Рижской дистанции пути актов о выполненных работах (оказанных услугах), при фактическом невыполнении работ, предусмотренных договором, после чего получить денежные средства, перечисленные Московской дирекцией инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору и распределить их между соучастниками, то есть похитить;

ФИО2, согласно отведенной роли, должна была приискать фио, от имени которого в дальнейшем планировалось заключение договора ГПХ с Московско-Рижской дистанцией пути, получить денежные средства, перечисленные Московской дирекцией инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору, после чего распределить их между соучастниками, то есть похитить, при этом не выполняя условия заключенного договора;

ФИО3, согласно отведенной роли, должен был предоставить реквизиты банковского счета, открытые на его имя для последующего направления денежных средств, выплаченных на основании заключенного с ФИО5 договора ГПХ;

ФИО5, согласно отведенной роли, должен был предоставить ФИО2 свои личные документы, в числе которых паспорт гражданина Российской Федерации, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе, а также иные документы, необходимые для заключения договора, и после поступления денежных средств от Московской дирекции инфраструктуры в качестве оплаты услуг по договору похитить их, оставив денежные средства в размере сумма себе, а оставшуюся передать ФИО2 и ФИО3 для распределения между соучастниками, при этом не выполняя условия заключенного договора.

С целью реализации вышеуказанного преступного умысла в период времени с 01.10.2022 по 23.01.2023, более точное время следствием не установлено, ФИО1, находясь в точно неустановленном месте, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, путем злоупотребления доверием, используя свое служебное положение, обратился к ФИО2 и распорядился приискать кандидатов для заключения договоров ГПХ с ОАО «РЖД» по оказанию услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути, получить паспортные данные, реквизиты банковского счета, предоставить их ФИО1 для заключения договора ГПХ, заведомо зная, что указанный договор исполнен не будет, но денежные средства оплаченные по договорам, будут подлежать передаче ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в наличной форме, на что ФИО2 согласилась.

В дальнейшем, ФИО2 в период времени с 01.10.2022 по 23.01.2023, более точное время следствием не установлено, приискала фио, получив от последнего паспортные данные, реквизиты банковского счета для заключения с ним договора ГПХ с ОАО «РЖД».

23.01.2023 начальник Московско-Рижской дистанции пути фио, будучи неосведомленным, относительно того, что фактического исполнения договора ГПХ не будет, находясь по адресу: адрес, заключил с ФИО5 договор ГПХ № 5133195 от 23.01.2023 на оказание услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры, очистке водоотводных лотков Московско-Рижской дистанции пути на сумму сумма

В дальнейшем, на основании подложных сведений, содержащихся в актах о выполненных работах (оказанных услугах) № 292911 от 20.02.2023, № 525212 от 27.03.2023, № 673661 от 19.04.2023, относительно фактического оказания ФИО5 услуг по очистке от снега и льда объектов инфраструктуры Московско-Рижской дистанции пути, представленных неустановленным лицом Московско-Рижской дистанции пути, неосведомленным о преступных действиях фио в экономический отдел Московско-Рижской дистанции пути, находящийся по адресу: адрес, Проспект мира, д. 79/9, стр. 5, где неустановленным работником указанного отдела, неосведомленным о преступных действиях последнего, будучи введенным в заблуждение о правомочности актов о выполненных работах (оказанных услугах), принято решение о направлении с расчетного счета, используемого ОАО «РЖД», на расчетный счет открытый на имя фио денежных средств, согласно платежным поручениям.

Так, согласно ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

По смыслу действующего законодательства предварительный сговор на совершение мошеннических действий предполагает выраженную в любой форме договоренность двух и более лиц, состоявшуюся до начала совершения преступления и направленную на хищение имущества потерпевшего одним и тем же способом.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ характеризуется активной формой поведения в виде обмана или злоупотребления доверием.

Исходя из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года N 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение. Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям (п.2).

Таким образом, с учетом вышеприведенных положений по уголовным делам о мошенничестве посредством обмана, ответственность за которое предусмотрена ст.159 УК РФ, подлежит доказыванию и отражению в обвинительном заключении, в том числе факты о сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях.

Вместе с тем суд отмечает, что по смыслу закона злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам.

Согласно ст. 159 УК РФ мошенничеством является хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием, и из содержания данной нормы следует, что понятия "обмана" и "злоупотребления доверием" являются тождественными и квалифицируют способы совершения одного и того же деяния.

Из предъявленного обвинения усматривается, что по первому преступлению, ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО4, а по второму преступлению, ФИО1, ФИО3, ФИО2 и ФИО5, в каждом случае совершают одно преступление, целью которого является хищение денежных средств у конкретного лица, по предварительной договоренности.

Однако, указанные в фабуле предъявленного обвинения, а также в описании предъявленного обвинения разный способ совершения мошеннических действий подсудимыми, а именно, по первому преступлению, ФИО1 путем злоупотребления доверием, а ФИО3, ФИО2 и ФИО4 путем обмана. По второму преступлению, ФИО1 путем злоупотребления доверием, а ФИО3, ФИО2 и ФИО5, путем обмана, что исключает квалификацию их действий по признаку предварительного сговора группой лиц.

Таким образом, в предъявленном подсудимым обвинении не установлены и не указаны все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела. Между тем, изложение в обвинении вышеуказанных сведений обязательно с целью определения выполнения подсудимыми объективной стороны инкриминируемого деяния.

Вышеуказанные недостатки, указанные в фабуле предъявленного обвинения, а также в описании предъявленного обвинения, в виде разного способа совершения мошеннических действий подсудимыми (злоупотребление доверием, обман) при совершении одного и того же преступления, с единым умыслом, создают неопределенность в обвинении, что нарушает гарантированное Конституцией РФ и положениями уголовно-процессуального законодательства право обвиняемого на защиту, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ).

Кроме того, суд отмечает, что изложенные обстоятельства в обвинении противоречит самой квалификации действий подсудимого фио, данной органами следствия, свидетельствует о наличии оснований квалификации действий последнего как более тяжкого преступления, как следует из описания преступного деяния, изложенного в тексте обвинительного заключения, по каждому из преступлений,

ФИО1 вменяется совершение преступлений, согласно отведенной роли, выполняя административно-хозяйственные функции в Московско-Рижской дистанции пути, при совместных действиях с иными неустановленными должностными лицами Московско-Рижской дистанции пути, с использованием своего служебного положения вопреки интересам организации.

Так, положениями ч. 2 ст. 159 УК РФ установлена ответственность за совершение мошенничества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину.

Частью 3 статьи 159 УК РФ установлена уголовная ответственность за то же деяние, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере.

Таким образом, изложенные в обвинительном заключении фактические обстоятельства не соответствуют той норме уголовного закона, по которой квалифицированы действия подсудимого фио, по каждому из преступлений, а фактические обстоятельства не согласуются с существом обвинения, не соответствуют описанной роли фио при их совершении, его формулировке и квалификации.

Вышеуказанное свидетельствует о наличии обстоятельств, для квалификации действий подсудимого фио, по каждому из преступлений, как более тяжкого преступления и не соответствует вмененной квалификации.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным, и основан на правильном применении уголовного закона.

Неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния и неверное установление оснований уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения.

В судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого.

Установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия.

Вместе с тем, при рассмотрении дела в соответствии с положениями ч. 1 ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства, суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения.

При этом выявленные при подготовке к судебному разбирательству, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, исключают вынесение приговора или иного судебного решения, поскольку влечет нарушение пределов судебного разбирательства.

Одновременно с этим, возвращая уголовное дело прокурору по указанному основанию, суд не вправе указывать статью Особенной части Уголовного кодекса РФ, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности.

Вместе с тем, суд не усматривает по делу неустранимых противоречий, которые могли бы толковаться в пользу подсудимых и полагает, что указанные существенные обстоятельства по делу подлежат следственной проверке в силу того, что суд не является органом, проводящим оперативно-розыскные или следственные действия и не является органом уголовного преследования. В соответствии с положениями ст. 15 УПК РФ суд лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав с целью последующей оценки представленных доказательств.

Учитывая, что принятие судом на себя несвойственных ему функций нарушит принцип состязательности сторон, а также учитывая, что собирание доказательств с целью установления фактических обстоятельств дела является задачей и прерогативой органов предварительного следствия, располагающих необходимыми полномочиями и ресурсами, ввиду получения новых данных и отсутствия в обвинительном заключении необходимых сведений, позволяющих суду оценить представленные доказательства в их совокупности, суд полагает, что имеющееся в деле обвинительное заключение по обвинению фио, фио, ФИО2, ФИО4, фио противоречит положениям ст. 220 УПК РФ.

В связи с чем, при наличии указанного обвинительного заключения суд поставлен органом предварительного расследования в условия самостоятельного установления фактических обстоятельств по уголовному делу, что является недопустимым и противоречит требованиям ст. 252 УПК РФ, поскольку согласно ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Уголовно-процессуальный закон гарантирует обвиняемому на стадии предварительного расследования право знать, в чем он обвиняется. Нарушение процессуальных прав обвиняемого в стадии предварительного расследования может лишить его эффективной судебной защиты.

Судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены. Возбуждение уголовного преследования, формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются указанными в законе органами и должностными лицами.

Суд, осуществляющий судебную власть на основе состязательности и равноправия сторон, в ходе производства по делу не может становиться ни на сторону обвинения, ни на сторону защиты, подменять стороны, принимая на себя их процессуальные правомочия. Поэтому указанные препятствия рассмотрения дела не могут быть устранены в судебном производстве.

Указанные требования закона органом предварительного следствия не были должным образом соблюдены, что является основанием для возвращения дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Вышеприведенные недостатки в совокупности препятствуют вынесению итогового судебного решения на основании подобного обвинения, так как в данном случае суд лишен возможности самостоятельно устранить выявленные недостатки предъявленного обвинения, а также устранить вышеуказанное нарушение права подсудимых на защиту от предъявленного обвинения при рассмотрении дела по существу.

Поскольку при таких установленных обстоятельствах суд фактически лишен возможности постановить приговор или вынести иное решение на основе обвинительного заключения, составленного с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, суд, считает необходимым возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрении судом, так как устранить нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, вправе только органы предварительного следствия.

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении каждого из подсудимых, суд отмечает, что ФИО1, ФИО2, ФИО3, каждый обвиняются в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО4 и ФИО5, каждый, обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, которые относятся к категории средней тяжести, за совершение которого, уголовным законом предусмотрено наказание на срок свыше трех лет лишения свободы, при этом, обстоятельства, послужившие основаниями для избрания в отношении каждого из них меры пресечения в виде подписки о невыезде не изменились и не отпали. При этом, само по себе окончание производства следственных действий по делу не свидетельствует о том, что обвиняемые лишены возможности воспрепятствовать судебному производству, уничтожить доказательства по делу, оказать давление на свидетелей в целях изменения ими показаний, поскольку собранные по делу доказательства подлежат проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

Учитывая совокупность исследованных обстоятельств, принципы разумной необходимости в ограничении прав на свободу, с учетом этапа рассмотрения дела, обеспечение исполнения задач в части предупреждения возможности со стороны каждого из обвиняемых, скрыться и воспрепятствовать производству по делу, может быть обеспечено, исключительно путем применения к каждому из них меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая, исключит для них возможность скрыться, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело по обвинению ФИО1, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, фио, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО2, обвиняемой в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, возвратить Московско-Ярославскому транспортному прокурору, для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5, оставить без изменения.

Настоящее постановление может быть обжаловано через Останкинский районный суд адрес в Московский городской суд в апелляционном порядке в течение 15 суток с момента его вынесения.

В случае подачи апелляционных жалоб и представления обвиняемые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья 	А.С. Суворова