Дело № 2-2717/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 сентября 2019 года г.Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Вардугиной М.Е.

с участием прокурора Кирюшина К.А.

при секретаре Сабитовой Д.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат», публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат» акционерному обществу «Резерв» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с учетом уточненных исковых требований обратился в суд о взыскании с ответчиков ПАО «ЧМК», АО «ЧЭМК», АО «Резерв» компенсации морального вреда, причиненного в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания исходя из трудового стажа отработанного у ответчиков, с АО «ЧЭМК» в его пользу 169 250 руб., с ПАО «ЧМК» в размере 46 750 руб., с АО «Резерв» 34 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиками, работал в особых условиях на вредном производстве. 03.02.2017 г. ему было установлено профессиональное заболевание – ***. Ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10%. В результате полученного профессионального заболевания он испытывает физические страдания, которые выражаются в постоянных болевых ощущениях в груди и горле, быстрой утомляемости, постоянной отдышке. Нравственные страдания выражаются в страхе за свое здоровье, которое постоянно ухудшается, в страхе за свою дальнейшую жизнь, переживаниях из-за невозможности ведения прежнего образа жизни, в утрате веры в свое выздоровление, поскольку болезни неизлечимы, а также в переживаниях в связи с потерей возможности ведения привычного, полноценного образа жизни.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 на удовлетворении уточненных исковых требованиях настаивали по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» по доверенности ФИО3 в судебном заседании в случае удовлетворения иска просила учесть требования разумности и справедливости, периоды его работы на другом вредном производстве, представила отзыв на иск.

Представитель ответчика ПАО «ЧМК» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать, представила отзыв на иск.

Ответчик АО «Резерв» (ранее- ЗАО «Завод АНКЕР») в лице конкурсного управляющего ФИО5 о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, в суд не явился, о причинах неявки не сообщил, об отложении слушания по делу не ходатайствовал.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Согласно ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Вопросы возмещения компенсации морального вреда впервые урегулированы статьями 7, 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31.05.1991 г., действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03.08.1992 г.

Согласно ст. 5 Федеральный закон от 30.11.1994 N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" установлено, что по гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие, т.е. с 01.01.1995 г.

Действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания. Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения Трудового кодекса РФ, т.е. до 01.02.2002 г.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено и подтверждается копией трудовой книжки, что с 27.12.1984 по 07.10.1990г. ФИО1 работал на Челябинском металлургическом комбинате (в настоящее время -ПАО «ЧМК») в сортопрокатном цехе № 1 в должности *** на участке отделки стана 780 и в должности ***. А после увольнения, вновь на том же предприятии с 02.06.1995 по 09.08.1995 ФИО1 работал в АО «Мечел» ( в настоящее время -ПАО «ЧМК») в сортопрокатном цехе № 1 на участке отделки металла стан 780 в должности *** и с 09.08.1995 по 21.01.1996 в должности ***. 

С 15.10.1990 по 01.11.1990 ФИО1 работал на Челябинском заводе «Анкер» (в настоящее время АО «Резерв»), СМО «Коксохиммонтаж» (в настоящее время АО «Резерв») в цехе №2 в должности ***. С 01.11.1990 по 24.05.1995 в цехе № 1 в должности ***. 

С 27.07.1996 по 22.05.2019 ФИО1 работал в АО «ЧЭМК» в плавильном цехе № 7 ферросплавного производства в должности ***.

22.05.2019 г. ФИО1 был уволен с АО «ЧЭМК» по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

То есть, юридически значимым обстоятельством является момент причинения вреда.

Из материалов дела следует, что периоды работы истца во вредных условиях труда в АО «ЧМК» имели место в период с 27.12.1984г. по 07.10.1990г. с последующим увольнением, т.е. истец не продолжал работать во вредных условиях в данной организации после вступления в силу специальной нормы, регулирующей правоотношения по возмещению морального вреда. Причинение вреда ФИО1 в указанный период произошло до установления законодательством ответственности за его причинение, поскольку действие статьи 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, предусматривающей взыскание компенсации морального вреда, было распространенно на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года.

Статья 1100 Гражданского кодекса РФ связывает возникновение права на компенсацию морального вреда исключительно с обстоятельствами его причинения, а не возникновения, неразрывно связанным с действиями (бездействием) его причинителя, которые имели место в период работы истца у ответчика.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Анализируя представленные суду доказательства, принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, исходя из того, что моральный вред причинен истцу до установления законодательством ответственности за его причинение, а также принципа, что закон, устанавливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части требований о компенсации морального вреда в период работы истца в АО «ЧМК» с 27.12.1984г. по 07.10.1990г. К учету может быть принят только период его последующего трудоустройства и работы во вредных условиях в указанной организации с 09.08.1995г. по 21.01.1996г.

24.01.2017 г. ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания – ***

В ходе проведения расследования случая профессионального заболевания установлено по состоянию на 03.02.2017 г., что общий стаж работы ФИО1 составляет 32 года 2 месяца, стаж по профессии плавильщика составляет 15 лет 2 месяца. 

Из акта расследования профессионального заболевания от 03.02.2017 г. следует, что профессиональное заболевание возникло в результате несовершенства технологии и неэффективности вентиляции. По заключению комиссии непосредственно причиной проф. заболевания послужило длительное, многократное воздействие на организм человека производственных факторов: пыль с содержанием двуокиси кремния более 10%. Вины работника не установлено.

Исходя из выводов, изложенных в акте расследования случая профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчиков независимо от наличия либо отсутствия вины последнего. 

Согласно справки Бюро медико-социальной экспертизы № смешанного профиля ФГУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» серии № от 14.01.2017 ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 % процентов в связи с профессиональным заболеванием бессрочно. 

Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что профессиональное заболевание ФИО1 получено в период его работы в ПАО «ЧМК» (АО «Мечел»), АО «ЧЭМК», АО «Резерв» (ранее- ЗАО «Завод АНКЕР»). При этом, доказательств принятии ответчиками исчерпывающих мер по обеспечению истцу условий труда, отвечающих требованиям безопасности, в суд не представлено.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, материалами дела подтверждается, что в результате полученных профессиональных заболеваний он вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, испытывает приступы кашля, в следствие чего лишен возможности вести полноценный образ жизни, переживает страх за свою жизнь.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у него профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в ПАО «ЧМК», АО «ЧЭМК», АО «Резерв», возраст истца, степень утраты им профессиональной трудоспособности (10%), невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, а также требования разумности и справедливости, в том числе возможность заявления указанных требований в совокупности с ранее заявленными истцом по всем имеющимся у него проф. заболеваниям в одном исковом порядке для их совокупной оценки и исключения возможности незаконного обогащения, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда с учетом отработанного времени у каждого из ответчиков: с ПАО «ЧМК» -в размере 10 000 руб. исходя из стажа работы 5 месяцев в период с 09.08.1995г. по 21.01.1996г., с АО «ЧЭМК» -в размере 90 000 руб. исходя из стажа работы 22 года 9 месяцев, с АО «Резерв» в размере 30 000 руб. исходя из стажа работы 4 года 7 месяцев.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части заявленных требований. 

В силу ст. 103 ГПК РФ, поскольку исковые требования, содержащие требования неимущественного характера, удовлетворены к каждому из ответчиков, с каждого из них следует взыскать в местный бюджет по 300 рублей в счет оплаты государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО13, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 ФИО10 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 90 000 рублей. 

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» в пользу ФИО1 ФИО11 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 10 000 рублей. 

Взыскать с акционерного общества «Резерв» в пользу ФИО1 ФИО12 денежную компенсацию в возмещение морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 30 000 рублей. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» государственную пошлину в доход бюджета (адрес) в размере 300 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» государственную пошлину в доход бюджета (адрес) в размере 300 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Резерв» государственную пошлину в доход бюджета (адрес) в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд (адрес) в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий М.Е. Вардугина

Мотивированное решение изготовлено (дата).