ПОСТАНОВЛЕНИЕ

«19» июля 2024 года 

<

адрес>

Ленинский районный суд 

<

адрес> в составе: председательствующего судьи Дмитревского П.Л.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

с участием:

государственного обвинителя – помощника прокурора 

<

адрес> Гофман Е.К.,

подсудимой – ФИО2,

защитника – адвоката Солодун Ю.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению:

ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

адрес> края, гражданки Российской Федерации, получившей среднее образование, замужней, имеющей 3 малолетних детей, трудоустроенной в ООО «

<

данные изъяты>», в должности продавец-кассир, зарегистрированной по месту жительства в 

<

адрес>, проживающей в 

<

адрес>, не судимой,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО2 обвиняются в хищении денежных средств, принадлежащих КГКУ «

<

данные изъяты>», в крупном размере в сумме 358 212 рублей, путем присвоения.

В ходе судебного разбирательства судом поставлен вопрос о возращении дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Государственный обвинитель Гофман Е.К., посчитала, что решение вопроса о возвращении уголовного дела прокурору является преждевременным, поскольку не исследованы доказательства в части момента возникновения умысла на хищение. Кроме того по мнению государственного обвинителя в случае переквалификации действий, суд не лишен возможности назначить наказание в пределах санкции ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Подсудимая ФИО2, её защитник - адвокат Солодун Ю.Н. в отношении возвращения дела прокурору не возражали. 

Заслушав мнение сторон, суд приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии в действиях ФИО2 признаков более тяжкого преступления, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, а обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном данным Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, лишь суд, отправляя правосудие по уголовному делу, при постановлении приговора разрешает следующие вопросы: доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, и что это деяние совершил именно он, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление (части первая и вторая статьи 8, часть первая статьи 14 и статья 299 УПК Российской Федерации). Соответственно, указанная в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении квалификация содеянного может рассматриваться лишь в качестве предварительной. Окончательная же юридическая оценка деяния и назначение наказания за него осуществляются именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по осуществлению правосудия, установленных Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом (пункт 1 части первой статьи 29 УПК Российской Федерации).

В соответствии разъяснениями, данными в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 55 "О судебном приговоре", суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту. Судам следует исходить из того, что более тяжким, в том числе считается обвинение, когда применяется другая норма уголовного закона (статья, часть статьи или пункт), санкция которой предусматривает более строгое наказание.

ФИО2 инкриминируется, что она, являясь родителем ФИО6 и ФИО7, реализуя умысел, направленный на хищение чужого имущества, а именно социальной выплаты, предусмотренной указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», через единый портал государственных и муниципальных услуг подала заявление о назначении ежемесячной денежной выплаты на малолетних ФИО6 и ФИО7, которые с ней не проживали. Поступившие от КГКУ «

<

данные изъяты>» ежемесячные денежные выплаты в общей сумме 358 212 рублей ФИО2 обратила в свою пользу, тем самым похитила путем присвоения.

По смыслу уголовного закона, отраженному в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", в случаях, когда лицо получает чужое имущество, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества, возник у лица до получения чужого имущества.

В предъявленном обвинении указано, что умысел, направленный на хищение чужого имущества, возник у ФИО2 до получения чужого имущества, то есть до подачи через единый портал государственных и муниципальных услуг заявления от ДД.ММ.ГГГГ о назначении ежемесячной денежной выплаты на ребенка в возрасте от 3 до 7 лет включительно.

Квалифицирующим признаком вменяемого ФИО2 преступления является хищение имущества в крупном размере, которым в соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ, признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей.

При этом в статьях 159 УК РФ, предусматривающих ответственность за хищение чужого имущества в крупном размере в форме мошенничества, санкции предусматривают более строгое наказание.

В частности санкции ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159.2 УК РФ предусматривают дополнительное наказание к принудительным работам, в виде ограничения свободы на срок до двух лет, а дополнительное наказание к лишению свободы в виде штрафа в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев.

Тогда как санкция ч. 3 ст. 160 УК РФ предусматривает дополнительное наказание к принудительным работам в виде ограничения свободы на срок до полутора лет, а дополнительное наказание к лишению свободы в виде штрафа в размере до десяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца.

Суд отклоняет доводы государственного обвинителя о преждевременности решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку на судью, в соответствии с гл. 34 УПК РФ при поступлении уголовного дела в суд, возложена обязанность проверки, в том числе, вопросов касающихся возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Учитывая, что решение принимается судом путем соотнесения фактических обстоятельств, изложенных в обвинении, с их квалификацией, предложенной там же, необходимости в исследовании в судебном заседании всех представленных доказательств не имеется.

Доводы прокурора о том, что в случае переквалификации действий суд не ухудшит положение подсудимой ФИО2, противоречат действующему законодательству, а потому являются не обоснованными. Поскольку согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 55 "О судебном приговоре" при определении является ли преступление более тяжким, суд должен руководствоваться не только категорией преступления, в соответствии со ст. 15 УК РФ, но и санкцией статьи. 

Противоречащим действующему законодательству является довод государственного обвинителя о возможности назначения наказания в пределах санкции ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П в качестве основания уголовной ответственности Уголовный кодекс Российской Федерации называет совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), а в числе принципов уголовной ответственности - принцип вины, в силу которого лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (часть первая статьи 5), и принцип справедливости, в силу которого наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6). Как следует из приведенных положений Уголовного кодекса Российской Федерации, определение основания и условий привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших преступления, назначение справедливого наказания и иных мер уголовно-правового характера относятся к сфере уголовно-правового регулирования и уголовно-правовых отношений. Соответственно, производство по уголовному делу, имеющее своим назначением как защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, так и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, равно как и уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания либо отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания (статья 6 УПК Российской Федерации) не могут осуществляться в противоречии с положениями уголовного закона.

В связи, с чем суд должен назначить справедливое наказание в пределах санкции статьи, по которой осужденный будет признан виновным. При этом определяя вид и размер наказания, суд не может быть связан с позицией государственного обвинителя о размере и виде наказания и/или неправильной квалификации действий осужденного при предъявлении ему обвинения. Иное бы противоречило сути приговора как акта правосудия. 

ФИО2 обвиняется в совершении преступления, отнесенного законом к категории тяжких, в связи с чем суд считает необходимым сохранить ей меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО2 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Новосибирского областного суда в течение 15 суток со дня его вынесения.

Председательствующий (подпись)