Дело № 1-101/2017

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации 

2 ноября 2017 года г. Маркс 

Марксовский городской суд Саратовской области в составе: 

председательствующего – судьи Алимбекова Т.Ф.,

при секретаре судебного заседания Айтикеновой А.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника Марксовского межрайонного прокурора Логинова Д.Н., 

потерпевшей И.А.,

подсудимой ФИО1 и ее защитника – адвоката Никифорова С.А., представившего удостоверение № и ордер № от 16 октября 2017 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершила кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину при следующих обстоятельствах.

В утреннее время 26 августа 2017 года ФИО1, находясь в 

<

адрес>, действуя из корыстных побуждений, в одной из комнат тайно похитила находящиеся под матрасом кровати денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, принадлежащие И.А., с которыми с места преступления скрылась, распорядившись похищенным, причинив И.А. значительный материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признала, при этом сообщила о том, что в утреннее время 26 августа 2017 года, находясь в 

<

адрес> получила от И.А. в ее комнате денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, на которые приобрела спиртное и распивала его тем же утром совместно с К., Я. и И.В.Ф., в комнате последнего, расположенной в указанном доме. После распития спиртного совместно с К. и Я. покинула дом потерпевшей, при этом каких-либо денежных средств не похищала. Уточнила, в комнату И.А. в тот день проходила первый и единственный раз.

Несмотря на позицию подсудимой, ее вина в совершении инкриминированного преступления подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, потерпевшая И.А. в судебном заседании сообщила о том, что ФИО1 неоднократно приходила к ней домой, брала в долг денежные средства, однако, по поводу хищения ее денежных средств сообщить ничего не смогла, сославшись на то, что забыла данные обстоятельства. Уточнила, что ее единственным доходом является пенсия, размер которой составляет около 

<

данные изъяты> рублей.

В судебном заседании в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены показания И.А., данные в ходе предварительного следствия, в которых потерпевшая сообщила о том, что 26 августа 2017 года в утреннее время в ее дом приходила ФИО1 и брала у нее в долг денежные средства, а спустя непродолжительное время вернулась с Я., после чего они распивали спиртное совместно с ее сыном И.В.Ф. в его комнате. При этом ФИО1 заходила в ее комнату, откуда вышла через непродолжительное время. После ухода ФИО1 и Я. к ней подошел ее сын И.В. и попросил деньги, в связи с чем она подошла к своей кровати, в которой, под матрасом в платке хранила денежные средства, полученные в виде пенсии за несколько дней до указанных событий, и обнаружила пропажу денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей, о чем сообщила в полицию, однако, первоначально в силу своего возраста сообщила о меньшей сумме. Настояла на том, что причиненный кражей ущерб для нее является значительным (л.д.41-44).

В судебном заседании потерпевшая подтвердила принадлежность ей подписей в оглашенном протоколе допроса, факт допроса ее следователем, а также правдивость сообщаемых следователю сведений.

Оглашенные показания потерпевшей признаются судом допустимым и достоверным доказательством, поскольку даны потерпевшей после разъяснения ответственности за дачу заведомо ложных показаний и положений уголовно-процессуального закона о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства и при последующем отказе от них, и также кладутся судом в основу приговора, поскольку согласуются с совокупностью всех исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе с сообщением И.А. в отдел полиции и ее заявлением от 26 августа 2017 года, зарегистрированными в Отделе МВД России по Марксовскому району Саратовской области в тот же день, в которых И.А. сообщила о хищении ее денежных средств около 10 часов 26 августа 2017 года в квартире 

<

адрес> (л.д.6, 7).

При этом в судебном заседании И.А. подтвердила факт написания ею вышеуказанного заявления.

Кроме того, из протокола осмотра места происшествия от 26 августа 2017 года и фототаблицы к нему следует, что в ходе осмотра одной из комнат 

<

адрес> И.А. сообщила о том, что около 10 часов 26 августа 2017 года в ее дом приходили две женщины, которые проходили в указанную комнату, а спустя непродолжительное время она обнаружила пропажу денежных средств, завернутых в платок, находящийся под матрасом кровати в этой комнате, на который и указала в ходе осмотра. В ходе данного следственного с внешней стороны двери этой комнаты изъяты 2 следа папиллярных узоров (л.д.8-14).

В судебном заседании потерпевшая подтвердила проведение указанного следственного действия по месту ее жительства, а также факт хранения денежных средств в месте, зафиксированном в фототаблице, на которое указала в судебном заседании.

При этом из заключения судебной дактилоскопической экспертизы от 15 сентября 2017 года следует, что изъятый с двери комнаты И.А. след пальца руки оставлен ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что объективно подтверждает вышеизложенные показания потерпевшей о нахождении в ее комнате ФИО1 26 августа 2017 года (л.д.54-62).

Помимо этого факт хищения ФИО1 денежных средств И.Н. подтверждается показаниями свидетеля Я., которая в судебном заседании сообщила о том, что 26 августа 2017 года с К. и ФИО1 распивала спиртное в одной из комнат в доме по 

<

адрес> совместно с И.В.Ф., также в комнату заходил И.В., в доме находилась И.А. В ходе распития спиртного ФИО1 несколько раз выходила из комнаты, а в дальнейшем настояла на том, чтобы они покинули дом, что она выполнила, при этом по дороге на ее вопрос о причине скорого ухода из дома И. ФИО1, показав ей значительную сумму денег, пояснила, что похитила их в указанном доме.

Вышеизложенные показания свидетеля Я. подтверждаются показаниями свидетеля И.В.Ф., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым утром 26 августа 2017 года по месту его жительства в 

<

адрес> приходила ФИО1, которая одолжила деньги у его матери И.А., а спустя непродолжительное время вернулась с К. и Я., с которыми в его комнате распивали спиртное, в комнату также заходил его брат И.В.. В ходе распития спиртного ФИО1 неоднократно выходила из комнаты, а затем ушла вместе с Я., позднее ушел и К., а он уснул. Проснувшись вечером тех же суток узнал о хищении у его матери И.А. 

<

данные изъяты> рублей (л.д.82-85).

Свидетель К., показания которого, данные в ходе предварительного следствия, также оглашены в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, сообщил о том, что утром 26 августа 2017 года распивал спиртное с Я. и ФИО1 во дворе своего дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в ходе чего ФИО1 заходила к его соседям И., проживающим в 

<

адрес>, откуда вернулась с деньгами для покупки спиртного, купив которое втроем они прошли в дом И., где распивали спиртное в комнате с И.В.Ф. и В.. В ходе распития спиртного ФИО1 несколько раз выходила из комнаты, а через некоторое время покинула дом вместе с Я. (л.д.72-74).

Из показаний свидетеля И.В. следует, что 26 августа 2017 года около 10 часов в комнате 

<

адрес>, в которой проживает его брат И.Ф., совместно с последним ФИО1, Я. и К. распивали спиртное, он также заходил в комнату брата и выпивал с ними, после чего вернулся в свою комнату, тогда как его мать И.А. находилась в веранде, из который видна ее комната. После ухода ФИО1 и Я. его мать обнаружила пропажу своих денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которые хранила в платке под матрасом в кровати в своей комнаты.

Материальное положение потерпевшей И.А. подтверждается квитанцией управления Пенсионного Фонда РФ в Марксовском районе от 17 августа 2017 года о доставке в указанный день И.А. пенсии в сумме 

<

данные изъяты> (л.д.32). 

Кроме того, из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и обвиняемой, оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что около 10 часов 26 августа 2017 года в ходе распития спиртного в 

<

адрес> совместно с И.В., К. и Я., выйдя из комнаты И.В., прошла в комнату И.А., где, зная место хранения ею денег, так как тем же утром последняя передавала ей 

<

данные изъяты> рублей в долг, доставая при ней денежные средства, она изъяла из-под матраса кровати платок, в котором находилось 

<

данные изъяты> рублей, которые похитила, после чего с совместно с Я. покинула место преступления, а по дороге домой, показав Я. деньги, сообщила о хищении их у И.А. Также сообщила о том, что из похищенных денежных средств 

<

данные изъяты> рублей передала в тот же день своему сожителю П., а остальные потратила лично (л.д.102-105, 134-137).

Помимо этого, в своей явке с повинной ФИО1 также сообщила о хищении около 10 часов 26 августа 2017 года в 

<

адрес> денежных средств И.А. в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которые находились под матрасом (л.д.23-24). 

Доводы ФИО1 о том, что эти показания дала в результате оказанного на нее давления сотрудниками отдела уголовного розыска признаются судом выдвинутыми в качестве способа защиты от предъявленного обвинения в целях уклонения от уголовной ответственности.

При этом судом учитывается, что оглашенные показания даны ФИО1 в ходе предварительного следствия после разъяснения ей права отказаться от дачи показаний, а также положений уголовно-процессуального о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства и при последующем отказе от этих показаний, в присутствии защитника, от которого, как и от самой ФИО1, каких-либо замечаний и заявлений, в том числе о вынужденном характере сообщения данных сведений не поступало.

Каких-либо убедительных причин, по которым ни следователю, ни своему защитнику не сообщала о применении недозволенных методов ведения следствия, а также не обращалась в правоохранительные органы по данному факту ФИО1, которая в ходе предварительного следствия не задерживалась, в судебном заседании пояснить не смогла.

При этом доводы ФИО1 о применении к ней недозволенных методов ведения следствия, выдвинутые в ходе судебного заседания, стали предметом проверки Марксовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Саратовской области в порядке ст.ст.144, 145 УПК РФ, по результатам которой 29 октября 2017 года принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудника полиции, на которого подсудимая указал, как на применившего по отношению к ней давление в целях признания вины, за отсутствием в его действиях состава преступления, которое признается судом законным, и также свидетельствует о ложности сообщенных ФИО1 в судебном заседании сведений.

Кроме того, ее показания, данные в ходе предварительного следствия, носят последовательный и логичный характер, согласуются со всеми исследованными в судебном заседании доказательствами, тогда как ее же показания в суде имеют противоречия, которые не могут свидетельствовать об их достоверности.

Так, первоначально в судебном заседании ФИО1 пояснила, что Я., которая увидела у нее в руках денежные средства, сообщила о том, что данные деньги взяла у И.А., не сообщая об их хищении. В ходе дальнейшего судебного разбирательства подсудимая сообщила о том, что Я. видела у нее в руках денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которые ей добровольно дала И.А., позднее подсудимая поясняла, что Я. видела у нее в руках денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей, которые ей тем же утром передал ее брат, однако Я. не рассказывала об их происхождении, в дальнейшем ФИО1 сообщила о том, что после ухода из дома И. показала Я. денежные средства, переданные ранее ее братом, однако, сказала об их хищении. 

При этом, свидетель Я. в судебном заседании, сообщив об отсутствии каких-либо неприязненных отношений с ФИО1, настояла на том, что ФИО1 после их ухода по инициативе последней из дома И. продемонстрировала по дороге денежные средства, сообщив о том, что похитила их в указанном доме.

Доводы стороны защиты об оговоре подсудимой со стороны Я. какими-либо объективными данными не подтверждены, а напротив опровергаются установленными судом фактическими обстоятельствами дела, при которых подсудимая и названный свидетель в день совершения преступления совместно употребляли спиртные напитки и место происшествия покидали вместе.

При этом факт наличия конфликтов у Я. с братом подсудимой – Я.Д., который в судебном заседании сообщил о том, что с Я. состоял в браке, а после его расторжения периодически конфликтует с последней из-за злоупотребления ею спиртным, сам по себе не может свидетельствовать об оговоре подсудимой со стороны Я., которая в судебном заседании допрашивалась после разъяснения уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, при этом ее показания согласуются со всеми приведенными выше доказательствами, в том числе и показаниями самой ФИО1, данными в ходе предварительного следствия. 

Таким образом, к показаниям подсудимой о непричастности к хищению денежных средств И.А., данным в судебном заседании, суд относится критически, расценивая их как способ защиты от предъявленного обвинения, и наравне с другими доказательствами кладет в основу приговора показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, считая их достоверными доказательствами. 

Проверив и оценив в соответствии со ст.ст.87, 88 УПК РФ каждое из приведенных выше доказательств, положенных в основу приговора, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в совокупности подтверждают вину ФИО1 в совершении преступления и квалифицирует ее действия по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

ФИО1, действуя из корыстных побуждений, тайно, незаконно, против воли собственника завладела принадлежащими И.А. денежными средствами, которые обратила в свою собственность и распорядилась ими по своему усмотрению, своими действиями причинила материальный ущерб потерпевшей.

Ущерб в сумме 

<

данные изъяты> рублей, причиненный кражей потерпевшей И.А., с учетом пункта 2 примечания к статье 158 УК РФ, значимости похищенного имущества, которым являются денежные средства, материального положения потерпевшей, находящейся в преклонном возрасте, получающей ежемесячную пенсию, значительная часть которой была похищена подсудимой, признается судом значительным.

При этом сообщение потерпевшей при первоначальном обращении в правоохранительные органы о хищении 

<

данные изъяты> рублей, на что обращено внимание стороной защиты, а также заявление при осмотре места происшествия о том, что в ее комнату в день совершения преступления проходило две женщины, на выводы суда о виновности ФИО1 в указанном выше преступлении не влияют, поскольку расцениваются судом как добросовестное заблуждение И.А., вызванное преклонным возрастом потерпевшей, тогда как действительный размер похищенного и другие обстоятельства совершенного преступления установлены в ходе уголовного судопроизводства из всей совокупности доказательств, в том числе из показаний ФИО1, которые судом признаны достоверными.

Показания свидетеля П., данные в судебном заседании о том, что 26 августа 2017 года в дневное время его сожительница ФИО1 передала ему 

<

данные изъяты> рублей, которые со слов ФИО1 она получила у своего брата, также не свидетельствуют о недоказанности вины подсудимой, поскольку названный свидетель очевидцем совершенного преступления не являлся, в доме И. 26 августа 2017 года не находился.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимой ФИО1, которая на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, что подтверждается справками ГУЗ СО «Марксовская районная больница» (л.д.125). 

Учитывая данные о психическом состоянии подсудимой, принимая во внимание ее поведение при совершении преступления и в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемой, подлежащей уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.6 УК РФ руководствуется принципом справедливости, в силу ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления и данные о личности виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено. 

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения и данных о личности виновной суд не находит оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение ФИО1, преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на что указано в обвинительном заключении и ставился вопрос государственным обвинителем в судебном заседании.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ признает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд учитывает в качестве смягчающего обстоятельства признание ФИО1 вины в ходе предварительного следствия. 

Также учитываются при назначении наказания удовлетворительная характеристика ФИО1 по месту жительства (л.д.128).

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую суд не усматривает. 

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не установлено, в связи с чем оснований для назначения наказания с применением ст.64 УК РФ не имеется.

При определении вида и размера наказания суд учитывает, что ФИО1 совершено умышленное преступление против собственности, отнесенное ч.3 ст.15 УК РФ к категории средней тяжести, вышеуказанные смягчающие обстоятельства, характеризующие подсудимую данные, которая впервые привлекается к уголовной ответственности, и приходит к выводу о том, что цели наказания могут быть достигнуты путем назначения ФИО1 наказания в виде исправительных работ, учитывая, что препятствий для назначения данного вида наказания, предусмотренных ч.5 ст.50 УК РФ, в судебном заседании не установлено.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, суд приходит к выводу о невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания. 

Учитывая назначение ФИО1 наказания, не связанного с лишением свободы, меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подсудимой до вступления приговора в законную силу суд оставляет без изменения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.308-309 УПК РФ, суд

приговорил: 

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, по которому назначить наказание в виде исправительных работ сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с удержанием 10 % из заработной платы осужденной в доход государства.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня постановления путем принесения апелляционной жалобы (представления) через Марксовский городской суд Саратовской области.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должна заявить в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица – в возражениях на жалобу или представление, либо в отдельном ходатайстве.

Судья Марксовского городского суда

Саратовской области Т.Ф. Алимбеков