Судья Котегова Л.А. Дело № 22-5207/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 11 ноября 2025 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Симонова В.В.,

при секретаре судебного заседания Чечкине А.С.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

защитника – адвоката Анкудинова А.В.,

осужденного ФИО1,

представителя гражданского ответчика – адвоката Ткач О.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора г. Губахи Гудкова М.С. и по апелляционным жалобам представителя гражданского ответчика – адвоката Ткач О.С., а также потерпевших А1. и Н. на приговор Губахинского городского суда Пермского края (постоянное судебное присутствие в г. Гремячинске) от 29 августа 2025 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на 1 год принудительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства, перечисляемых на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Постановлено взыскать с ООО «***» в счет возмещения морального вреда в пользу Е. 2 000 000 рублей, в пользу Д. в лице законного представителя Л. 2 000 000 рублей, в пользу Н. 1 000 000 рублей, в пользу А1. 1 000 000 рублей.

Сохранен арест на принадлежащее ООО «***» имущество, до исполнения приговора в части гражданских исков: 

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- прицеп ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***;

- автомобиль ***.

Разрешены вопросы по мере пресечения и вещественным доказательствам.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления участвующих лиц, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть А.

Преступление совершено 14 мая 2025 года на 163 км. автодороги «Кунгур – Соликамск» со стороны г. Кунгура Пермского края в сторону г. Соликамска Пермского края, проходящей по территории Губахинского муниципального округа Пермского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор г. Губахи Гудков М.С., не оспаривая доказанности вины ФИО1 и квалификацию содеянного, считает приговор подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона. 

Обращает внимание на п. 18 постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», согласно которого описательно-мотивировочная часть приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени и способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Указывает, что ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, совершенного по неосторожности в форме небрежности, аналогичная форма вины указана и судом при описании совершенного преступления. Вместе с тем, указывает, что после перечисления доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, суд первой инстанции, без приведения достаточных обоснований, пришел к выводу о совершении преступления в форме легкомыслия.

Кроме того, автор апелляционного представления полагает, что наказание, назначенное ФИО1, не соответствует тяжести совершенного им преступления. Отмечает, что при назначении наказания судом оставлены без внимания особенности объекта преступления, а именно общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, здоровье и жизнь человека, утрата которой невосполнима. Считает, что действия осужденного, направленные на заглаживание причиненного потерпевшим вреда, выразившееся лишь в принесении извинений, не могут устранить наступившие последствия и снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели человека. Также просит учесть, что ФИО1 ранее привлекался к административной ответственности за совершение правонарушения в сфере обеспечения безопасности дорожного движения. Приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах, цели наказания, предусмотренные уголовным законом, не могут быть достигнуты при назначенном судом первой инстанции ФИО1 наказании.

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика – адвокат Ткач О.С. выражает несогласие с приговором в части компенсации морального вреда, считая размер компенсации необоснованно завышенным. Также считает необоснованным решение в части сохранения ареста на имущество ООО «***» в объеме 20 000 000 рублей, что явно несоразмерно сумме 6 000 000 рублей, подлежащей взысканию с гражданского ответчика, так как является излишней мерой обеспечения гражданского иска и означает несоразмерное и необоснованное умаление права собственности, а также не отвечает конституционным критериям справедливости и соразмерности ограничений прав и свобод. Автор апелляционной жалобы просит уменьшить размер взысканной с ООО «***» компенсации морального вреда и уменьшить количество арестованного имущества, соразмерно удовлетворенным исковым требованиям. 

В апелляционной жалобе потерпевший А1., выражая несогласие с приговором в части удовлетворения исковых требований по его гражданскому иску, просит определить разумный размер компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей. В обоснование своей позиции указывает, что он является пенсионером, с учетом перенесенных им и его супругой операций они не могут самостоятельно выполнять какие-либо физические нагрузки, которые возникают в повседневной жизни, их погибший сын, который проживал в шаговой доступности, всегда оказывал им помощь. Просит учесть, что до настоящего времени он очень переживает потерю сына, у него появились проблемы со сном, сейчас он лишен совместного время препровождения с сыном. Просит учесть, что во время похорон он был лишен возможности увидеть сына и надлежаще с ним попрощаться, так как у него были сильные повреждения. Обращает внимание, что ООО «***» занимается коммерческой деятельностью, поэтому сумма взысканного морального вреда в его пользу в указанной организации восполниться обратно, а его моральные страдания никогда не прекратятся. 

В апелляционной жалобе потерпевшая Н. выражает несогласие с приговором в части удовлетворения ее исковых требований, приводя в обоснование своей позиции доводы аналогичные доводам потерпевшего А1.

В возражениях на апелляционные жалобы представителя гражданского ответчика и потерпевших государственный обвинитель Трясцын А.С. не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Заслушав участников судебного заседания, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из оглашенных в судебном заседании показаний осужденного ФИО1 следует, что, он, 14 мая 2025 года двигаясь на автомобиле по дороге Кунгур-Соликамск, увидел дорожные знаки и автомобиль марки «Газель» и не понимал, движется автомобиль или стоит. Применив экстренное торможение, он начал уходить от столкновения в правую сторону на обочину и почувствовал удар в левую водительскую часть его автомобиля, увидел, что удар произошел с металлической трубой, торчащей из кузова автомобиля «Газель». После удара он мельком заметил человека с левой стороны, далее его автомобиль съехал в кювет и остановился. Выйдя из автомобиля, он увидел двоих человек, а на обочине увидел тело А., считает, что он не совершал наезд на А., а допустил столкновение с металлической трубой. 

Несмотря на отношение ФИО1 к предъявленному обвинению, вывод суда первой инстанции о доказанности его вины в совершении преступления, за которое он осужден, является правильным.

Так, показаниями потерпевших Е., Н. и А1., установлено, что погибший А. являлся их мужем и сыном, он 14 мая 2025 года ушел на работу, а в вечернее время им сообщили, что он погиб в результате ДТП произошедшего в районе г. Гремячинска Пермского края на автодороге «Кунгур – Соликамск».

Также о причастности ФИО1 к инкриминируемому преступлению, указывают и показания свидетеля С., который 14 мая 2025 года находился на рабочей смене совместно с А. и М., которые выставив дорожные знаки, осуществляли ремонтные дорожные работы, он сам находился в автомобиле. После окончания работ, он видел, что у правого борта в задней части автомобиля стоял А., а спустя несколько секунд увидел, что тот он лежит на обочине спереди автомобиля, а в кювете находится другой автомобиль. Выйдя из автомобиля, он обнаружил, что А. мертв, поговорив с водителем, выяснил, что тот уснул; свидетеля М., осуществлявшего ремонтные дорожные работы 14 мая 2025 года совместно с А. о том, что после завершения работ он увидел, как на обочину, примыкающую к полосе движения в сторону г. Соликамска съехал автомобиль «Газель» и совершил наезд на А., которого от удара отбросило вперед, после чего увидел, что А. мертв; свидетеля Ч. работающего в должности инспектора ДПС, который 14 мая 2025 года выезжал на место происшествия, где был совершен наезд на дорожного рабочего. По приезду на месте ДТП на полосе движения в сторону г. Соликамска располагался автомобиль «Газ» на заднем борту которого находились дорожные знаки «Ремонтные работы» и «Объезд препятствий», в кювете за обочиной находился автомобиль «Газель», на обочине лежал А. без признаков жизни; свидетеля Ю. о том, что он является директором ООО «***», от непосредственного руководителя ему стало известно, что 14 мая 2025 года с участием автомобиля «Газель», принадлежащего организации под управлением их сотрудника ФИО1 произошло ДТП, при личном разговоре ФИО1 отказался пояснять причину. 

Объективно указанные показания представителей потерпевших и свидетелей обвинения подтверждаются и протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксирована обстановка дорожно-транспортного происшествия, в том числе положение автомобиля «2824 DF» за обочиной, в районе лесополосы, на котором имеются повреждения с левой стороны и пятна и брызги вещества бурого цвета на передней части корпуса автомобиля; справкой о метеорологических условиях, согласно которой 14 мая 2025 года на территории г. Гремячинска Губахинского муниципального округа Пермского края осадков нет, температура воздуха – плюс 16, 18, 20; дислокацией дорожных знаков и разметки, имеющихся на участке дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, согласно которым место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков 3.24 «Ограничение максимальной скорости», дорожного знака 1.14 «Крутой подъем», а также 3.20 «Обгон запрещен»; копией должностной инструкции дорожного рабочего ООО «***», листом ознакомления работников с указанной инструкцией, в том числе А. с должностной инструкцией дорожного работника; копией трудового договора между ФИО1 и ООО «***» на основании которого ФИО1 принят на работу электрогазосварщиком, приказом о переводе ФИО1 на работу электрогазосварщиком транспортно-механизированного участка; путевым листом от 14 мая 2025 года, согласно которого автомобиль «2824 DF» в день происшествия принял ФИО1 в технически исправном состоянии; протоколом осмотра автомобиля «2824 DF» на котором зафиксированы повреждения лобового стекла в левом нижнем углу, повреждения левой фары, левого переднего крыла, левой водительской двери, отсутствует зеркало заднего вида; копией карты вызова скорой медицинской помощи от 14 мая 2025 года, согласно которой поступил вызов скорой медицинской помощи по адресу: г. Гремячинск автодорога Кунгур – Соликамск по приезду на место ДТП у А. зафиксирована сочетанная травма не совместимая с жизнью; заключения экспертов о характере, локализации, механизме образования телесных повреждений, повлекших смерть А. на месте происшествия.

Указанные доказательства суд первой инстанции проверил, оценил их в соответствии с правилами ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора, при этом оценку получили все доказательства, о чем приведены мотивы в приговоре.

Все исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе показания представителей потерпевших, свидетелей, логичны и последовательны, противоречий не имеют, согласуются как между собой, так и с материалами дела. Оснований для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц, а также самооговора, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

В приговоре приведены убедительные мотивы, по которым вышеизложенные доказательства положены в основу приговора, а другие – показания осужденного ФИО1 в той части, где он отрицает совершение наезда на потерпевшего, отвергнуты как несостоятельные со ссылкой на конкретные доказательства и расценены как избранный способ защиты. Данных о необъективной оценке представленных суду доказательств, повлиявших на правильность выводов суда, не установлено.

Суд обосновано положил в основу приговора показания свидетелей С. и М., которые являлись очевидцами произошедшего, письменные доказательства по делу, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и согласуются с другими доказательствами по делу, исследованными судом, создавая целостную картину произошедшего.

Как обоснованно указано судом первой инстанции показания свидетелей в отличие от осужденного являются последовательными. 

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, а именно то, что ФИО1, нарушил Правила дорожного движения, в результате чего по неосторожности наступила смерть А.

В ходе судебного заседания совокупностью доказательств было достоверно установлено, что ФИО1 нарушил п.п. 1.3, 1.5, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения, не обеспечил постоянного контроля за движением автомобиля, допустил выезд на правую обочину дороги, где допустил наезд на А. вследствие чего потерпевшей скончался.

С учетом изложенного, юридическую квалификацию действий ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, суд апелляционной инстанции признает правильной.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ, наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные требования уголовного закона при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции соблюдены.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд при назначении наказания в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденного, установленные по делу смягчающие наказание обстоятельства – наличие малолетнего ребенка; признание вины и раскаяние в содеянном; иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившиеся в принесении извинений близким родственникам потерпевшего; состояние здоровья ФИО1, а также состояние здоровья его супруги и его матери.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований полагать о неполном учете смягчающих наказание обстоятельств, по мнению суда апелляционной инстанции, не имеется.

Суд первой инстанции верно не усмотрел наличие активного способствования раскрытию и расследованию преступления, поскольку таких действий осужденный не предпринимал. 

Кроме того суд первой инстанции обосновано не усмотрел никаких противоправных действий потерпевшего, в качестве повода к совершению преступления, в том числе при производстве дорожных работ.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Выводы суда о невозможности применения к ФИО1 положений ст.ст. 64, 73 УК РФ судом первой инстанции в приговоре надлежаще мотивированы, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционного представления, назначение осужденному наказания в виде лишения свободы и возможность его исправления без реального отбывания наказания в местах лишения свободы путем его замены в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ на принудительные работы, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами является полностью обоснованным. Предусмотренных ч. 7 ст. 53.1 УК РФ препятствий для назначения ФИО1 принудительных работ не имеется.

В самом апелляционном представлении в качестве мотивов несправедливости назначенного осужденному наказания указано лишь на наступившие последствия в виде смерти, а также привлечение осужденного к административной ответственности и не устранение наступивших последствий извинениями со стороны осужденного. 

Вместе с тем, указанные основания для усиления назначенного осужденному наказания не могут являться таковыми поскольку наступление смерти в результате действий осужденного, не могут быть повторно учтены, так как являются квалифицирующим признаком преступления, а привлечение осужденного к административной ответственности и его посткриминальное поведение, выразившееся, в том числе и в принесении извинений потерпевшим, были судом в полной мере учтены. Кроме того, обращается внимание суда апелляционной инстанции и на то обстоятельство, что государственный обвинитель ориентировал суд первой инстанции на назначение осужденному менее строгого наказания в виде принудительных работ, с позицией которого были согласны и потерпевшие. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности представления в части несправедливости назначенного осужденному наказания, признавая его в полной мере справедливым, отвечающим требованиям ст. 6, 60 УК РФ.

Рассматривая доводы апелляционных жалоб относительно принятого судом первой инстанции решения в части гражданских исков, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ) (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Данные требования закона и разъяснения Верховного Суда РФ судом первой инстанции при разрешении гражданских исков соблюдены и гражданские иски потерпевших Е., Н., А1. и Д. о взыскании с ООО «***» компенсации морального вреда разрешены с учетом положений ст. ст. 151, 1068, 1079, 1099 - 1101 ГК РФ, а также требований разумности и справедливости в связи с установленными судом конкретными обстоятельствами дела, причинением морального вреда, перенесенными нравственными страданиями в связи с утратой сына, отца и супруга.

Потерпевшие в полной мере обосновали заявленные ими исковые требования, указали, в чем выразились их нравственные страдания ввиду утраты ими близкого родственника, а потому доводы представителя гражданского ответчика об обратном суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. 

При этом размер компенсации морального вреда, вопреки доводам жалоб, определен судом с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», и установленных судом и приведенных в приговоре нравственных страданий родственников погибшего и не является как завышенным, так и заниженным, он дифференцирован в зависимости от моральных и нравственных страданий потерпевших подробные выводы о чем имеются в приговоре, новых обстоятельств, которые бы свидетельствовали о необходимости изменения приговора в части принятого по гражданским искам решения судом апелляционной инстанции не установлено.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства при постановлении приговора в части сохранения ареста на имущество ООО «***» в целях обеспечения исполнения приговора суда в части гражданских исков, вопреки доводам апелляционной жалобы, также не допущено.

В п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» разъяснено, что если по уголовному делу на имущество обвиняемого или иных лиц для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест, то в случае удовлетворения гражданского иска суд в приговоре указывает имущество, соразмерное удовлетворенным требованиям, арест на которое сохраняет свое действие до исполнения приговора в части гражданского иска.

Принятое судом решение отвечает назначению уголовного судопроизводства, установленного п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ, согласно которому первостепенной его задачей служит защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

В данном случае арест на имущество является гарантией обеспечения прав и законных интересов взыскателей и не может рассматриваться как нарушающий права и законные интересы ответчика. Каких-либо сведений относительно явной несоразмерности арестованного имущества, удовлетворенным исковым требованиям, с учетом количества арестованных автомобилей, их состояния и годов выпуска, ни суду первой, ни апелляционной инстанции не представлялось.

Вместе с тем, заслуживают внимание доводы апелляционного представления в части необоснованного указания в описательно-мотивировочной части приговора на совершение ФИО1 преступления в результате проявленной им преступной легкомысленности.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 307 УПК РФ описательно – мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Признавая ФИО1 виновным в нарушении при управлении автомобилем Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, суд первой инстанции указанные требования закона выполнил и в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, виновность в совершении которого была им установлена, верно указал, что преступление было совершено ФИО1 по неосторожности в форме небрежности.

Вместе с тем, в данной же части приговора суд также указал на совершение преступления в результате проявленной осужденным преступной легкомысленности, что противоречит установленному им же факту совершения ФИО1 преступления вследствие его преступной небрежности, так как осужденный не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Учитывая то обстоятельство, что ФИО1 инкриминировалось совершение преступления по неосторожности в форме преступной небрежности, исходя из требований ст. 252 УПК РФ, которые суд первой инстанции выполнил, установив совершение преступления ФИО1 именно при преступной небрежности суд апелляционной инстанции, приходит к убеждению о возможности устранения данного противоречия путем изменения приговора, а не его отмены, исключив из приговора указание на совершение преступления в результате проявленной осужденным преступной легкомысленности.

Исключение указанных суждений не влияет на законность и обоснованность постановленного приговора, поскольку действия осужденного были верно квалифицированы судом.

Иных оснований для изменения приговора, либо его отмены, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Губахинского городского суда Пермского края (постоянное судебное присутствие в г. Гремячинске) от 29 августа 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на совершение ФИО1 преступления в результате проявленной им преступной легкомысленности, предвидения наступления общественно опасных последствий и без достаточных оснований самонадеянного расчета на предотвращение данных последствий.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись