Дело № 22-5/2021 КОПИЯ

УИД33RS0005-01-2020-001777-47 судья Белоус А.А. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 января 2021 года г.Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего Каперской Т.А., 

при секретаре Козловой Д.С., 

с участием:

прокурора Корнилова В.Е.,

осужденного ФИО1,

защитника адвоката Майер Н.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Большаковой Е.В. и осужденного ФИО1 на приговор Александровского городского суда Владимирской области от 22 октября 2020 года, которым 

ФИО1, **** года рождения, уроженец ****, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, к ограничению свободы на срок 1 год.

ФИО1 установлены ограничения: не выезжать за пределы территории города Москвы; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. 

На ФИО1 возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Постановлено взыскать с осужденного ФИО1 в доход государства процессуальные издержки в размере 7 500 рублей.

Приговором также приняты решения по мере пресечения и вещественным доказательствам.

Доложив материалы дела, выслушав выступления осужденного ФИО1 и защитника адвоката Майер Н.Г., поддержавших апелляционные жалобы по изложенным в них доводам, прокурора Корнилова В.Е., полагавшего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем 2 августа 2019 года на территории Александровского района Владимирской области правил дорожного движения, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Т.С..

В апелляционной жалобе адвокат Большакова Е.В. обжалуемый приговор считает незаконным, необоснованным, а выводы суда несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Ссылаясь на п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 9 декабря 2008 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» указывает, что ФИО1, управляя транспортным средством, двигаясь со скоростью, не превышающей 90 км/ч, видя на пути движения пешехода, предпринял меры к снижению скорости автомобиля. Обращает внимание, что согласно заключению эксперта от 18 марта 2020 года №476 скорость автомобиля во время торможения составляла 61 км/ч. Считает, что показаниями ФИО1, его супруги, сотрудников ГИБДД подтверждается, что ДТП произошло по вине пешехода. Отмечает, что пешеход Т.С. в нарушение п.п. 4.1, 4.3, 4.5, 4.6, 4.8 ПДД РФ переходил многополосную автомобильную дорогу вне населенного пункта, в необорудованном пешеходным переходом месте, не имел при себе предметов со световозвращающими элементами, двигался не по линии тротуаров или обочины, не под прямым углом к краю проезжей части, вышел на проезжую часть, не оценив расстояние до приближающегося транспортного средства, не убедившись в безопасности перехода, создавая помехи для движения транспортным средствам, меняя траекторию своего движения по проезжей части. Обращает внимание, что ФИО1 полагал, что не имел никакой опасности при движении, поскольку пешеход переходит дорогу через проезжую часть в прямом направлении, поэтому он не должен был останавливаться либо менять направления, однако, чтобы избежать столкновения с Т.С., ФИО1 прибегнул к совершению маневра, выехав на встречную полосу движения, в результате чего объехал пешехода. Однако в самый последний момент, сам пешеход развернувшись, пошел под колеса автомобиля, последствием чего стало ДТП. Считает, что момент опасности для ФИО1 возник на расстоянии не более 15-18м, он действовал в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ, но в результате противоправных действий Т.С., находящегося в сильном алкогольном опьянении произошло ДТП. В связи с изложенным, просит приговор отменить, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием состава преступления в его действиях.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе считает приговор незаконным, необоснованным, выводы суда - несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что суд, руководствуясь выводами экспертизы о том, что он в соблюдение предписаний п.10.1 ПДД РФ, имел техническую возможность снизить скорость, вплоть до полной остановки автомобиля, после обнаружения пешехода за 150 метров, не учел, что он, увидев на дороге Т.С., которого там не должно было быть в принципе, начал снижать скорость настолько, чтобы избежать столкновения и понимая, что пешеход успеет достигнуть правой обочины, прежде чем он доедет до него. Считает, что опасность для него возникла на расстоянии 20-22 метров, когда пешеход, достигнув правой обочины, резко развернулся и двинулся в обратном направлении. Обращает внимание, что судом не учтено, что пешеход Т.С. совершил три правонарушения, находясь в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения. Указывает, что суд не принял во внимание наличие у свидетеля М.Ю. инвалидности и заболевания, проводил допрос, даже после того, как свидетель впала в истерику, не сумев пояснить, почему пешеход прыгнул под колёса. Выражает несогласие с выводами, которые сделал прокурор в прениях, полагая, что он оценил показания свидетеля как лживые и имеющие целью помочь уйти ему от ответственности и трактовал их в пользу доказательств его виновности. Обращает внимание, что сам факт того, что пешеход метался поперек дороги, судом не оспаривался и был учтён в приговоре. Не соглашается с выводом суда, что свидетель М.Ю. своими показаниями пытается выгородить мужа и таким образом подтверждает его виновность. Обращая внимание, что был вынужден оплатить место на спецстоянке автомобиля, а в квитанции он был указан как заказчик, находит в этом состав преступления, поскольку все следственные действия оплачиваются из бюджета государства. Считает решение суда в части взыскания с него процессуальных издержек неправомерным. Сообщает, что в связи с происшествием стал безработным и не имеет возможности оплатить услуги адвоката. Полагает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства: показания Т.С., который ничего не помнит; показания инспектора ГИБДД, который приехал на место происшествия после того, как скорая помощь увезла потерпевшего и который также ничего не помнит; выводы судебно-медицинской экспертизы, составленной с нарушением законодательства, однако признанной судом достоверной. В связи с изложенным, просит приговор отменить, его оправдать ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и адвоката государственный обвинитель - помощник городского прокурора Шайкин А.И. возражает против их удовлетворения, находя приговор суда законным, обоснованным и справедливым, а доводы апелляционных жалоб несостоятельными. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, выслушав стороны судебного разбирательства, суд апелляционной 

находит выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, основанными на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, полно и подробно изложенных в приговоре.

ФИО1 в судебном заседании вину в инкриминируемом деянии не признал, утверждая, что ДТП было спровоцировано действиями пострадавшего, который безосновательно изменил направление своего движения в непосредственной близости от управляемого им автомобиля. Показал, что 2 августа 2019 года он осуществлял движение на принадлежащем ему автомобиле марки «VOLKSWAGEN GOLF» государственный регистрационный знак 

<

***> с ближним светом фар по автомобильной дороге «ФИО2 - ФИО3 - Мячково - Новоселка - «Колокша - В.Дворики» по направлению д. Самарино со скоростью примерно 90-92 км/ч. В 17 часов 25 минут в районе п.Маяк он увидел, что с левой стороны от него, а именно: практически на сплошной линии разметки, разделяющей транспортные потоки по направлениям, появился силуэт человека, тот вышел из-за насаждений слева от него по ходу его движения. В момент, когда он обнаружил пешехода на проезжей части, а именно в тот момент, когда тот находился практически посередине, но еще на левой полосе дороги по ходу его движения, он применил торможение двигателем, поскольку он находился на расстоянии около 150 м до пешехода. К экстренному торможению он не прибегал, так как понимал, что пешеход преодолевает проезжую часть со средним темпом, вне пешеходного перехода, которого в этом месте не имелось, и тот успеет закончить переход до его приближения. Пешеход пересекал проезжую часть слева направо по ходу движения его автомобиля прямолинейно. Поскольку он был на удалении, то принял решение выехать на полосу встречного движения, чтобы дать пешеходу возможность закончить переход проезжей части. Двигаясь по встречной полосе, находясь примерно за 18-20 метров до пешехода, он увидел, что пешеход уже находился на правой полосе движения относительно его движения и, дойдя до правой обочины, без остановки развернулся, и пошел обратно в противоположную сторону, то есть уже на левую полосу, при этом незначительно прибавил темп. Понимая, что пешеход вновь собирается вернуться на левую полосу, он начал экстренно тормозить, в результате чего двигатель заглох, эффективность систем торможения и управления автомобилем снизилась. В момент экстренного торможения он еще находился на левой полосе движения, но рулевое колесо уже было направлено вправо, и автомобиль двигался также на правую полосу дороги. Далее он увидел, как пешеход, который уже находился вновь на левой полосе, а управляемый им автомобиль - на правой полосе, за 2-3 метра до его автомобиля вновь развернулся и без остановки резко пошел на занимаемую им правую полосу движения, а он передней левой частью своего автомобиля совершил с ним столкновение. После столкновения автомобиль с пешеходом на капоте проехал до полной остановки примерно 2 метра, после чего пешехода отбросило вперед. Он вышел из машины, осмотрел пешехода, который находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, лично вызвал сотрудников ГИБДД и скорую помощь. В последующем скорая помощь пострадавшего с места происшествия увезла, он же оставался на месте происшествия и принимал участие в оформлении материалов по ДТП. 

Несмотря на позицию осужденного ФИО1, его вина в совершенном преступлении, помимо его показаний об обстоятельствах произошедшего ДТП, полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшего Т.С., оглашенными в ходе судебного заседания в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 2 августа 2019 года, во второй половине дня, он употреблял алкоголь на кладбище п.Маяк Александровского района, после чего пошел по направлению автодороги «ФИО2 - ФИО3 - Мячково - Новоселка - «Колокша - В.Дворики» через дорогу к асфальтобетонному заводу, надеясь, что его кто-нибудь подвезет, но ему никто не открыл, поэтому он направился обратно к указанной дороге, чтобы её перейти и доехать в д.Арсаки. Подойдя к дороге помнит, что он намеревался перейти проезжую часть дороги прямолинейно в месте, где натоптана тропинка. Помнит, как вступил на проезжую часть, но что происходило дальше - не помнит. От полученных травм в сознание пришел в Александровской районной больнице, где узнал, что его сбила машина недалеко от места его выхода на дорогу с территории кладбища; 

-показаниями свидетеля В.Д. - инспектора ОВ ДПС ОГИБДД ОМВД России по Александровскому району, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что 2 августа 2019 года по прибытию в район кладбища, расположенного в районе п.Маяк Александровского района было установлено, что примерно в 17 часов 25 минут, на 1-м километре автодороги «ФИО2 - ФИО3 - Мячково – Новоселка - «Колокша - В.Дворики», проходящей в Александровском районе, водитель ФИО1, при движении со стороны автодороги «Колокша - В.Дворики» по направлению п.Маяк Александровского района, совершил наезд на пешехода Т.С., переходившего проезжую часть дороги слева направо по ходу движения автомобиля в неустановленном для перехода месте. Наличие нерегулируемого пешеходного перехода на данном участке и поблизости не имеется. В результате ДТП пешеход Т.С. получил телесные повреждения, с которыми незамедлительно был госпитализирован. По данному факту был произведен сбор материалов о ДТП непосредственно с участием водителя ФИО1;

- показаниями свидетеля М.Ю., согласно которым 2 августа 2019 года она, ФИО1 и их несовершеннолетняя дочь, на автомобиле под управлением ФИО1, ехали на дачу. Примерно в 17 часов 25 минут в районе п.Маяк Александровского района она увидела, как с левой стороны по ходу их движения переходил дорогу мужчина. В момент, когда она его увидела, пешеход находился практически посередине проезжей части и до него было значительное расстояние. ФИО1 притормозил и выехал на левую полосу движения. Пешеход дошел до правой обочины и развернулся обратно, начав переходить дорогу справа налево, по ходу их движения. ФИО1 начал тормозить и повернул автомобиль на правую полосу движения. Пешеход, дойдя до середины дороги, в момент, когда они пытались проехать мимо того по своей полосе движения, резко развернулся и то ли побежал, то ли прыгнул под их автомобиль. После чего произошло столкновение передней левой части их автомобиля с данным пешеходом. Они остановились и сообщили о случившемся в экстренные службы;- протоколом осмотра места происшествия от 2 августа 2019 года, согласно которому наезд на пешехода Т.С. автомобилем «VOLKSWAGEN GOLF» под управлением ФИО1 произошел на правой полосе движения по направлению п.Маяк на участке 1-го км (0 км+880 м) автомобильной дороги «ФИО2 - ФИО3 - Мячково – Новоселка - «Колокша - В.Дворики», Александровского района, Владимирской области; 

- протоколом осмотра места происшествия от 12 марта 2020 года, согласно которому осмотрен автомобиль «VOLKSWAGEN GOLF», имеющий механические повреждения, характерные для наезда на пешехода;

- протоколом осмотра места происшествия от 6 марта 2020 года с участием ФИО1, согласно которому установлен темп движения пешехода (8 сек.), в течение которого Т.С. преодолел расстояние (5,7 м) с момента обнаружения ФИО1 на проезжей части пешехода до места наезда; 

- заключением эксперта № 252, согласно выводам которого у Т.С. имелись повреждения: вторично открытый перелом обеих костей правой голени со смещением отломков, закрытый перелом правой плечевой кости; ушибленная рана левой теменной области, множественные осаднения лица и верхних конечностей. Эти повреждения образовались от действия тупых твердых предметов незадолго до госпитализации, возможно в условиях ДТП и причинили здоровью тяжкий вред, как вызывающие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3. Характер и локализация повреждений, зафиксированных у Т.С. в истории болезни, дают основание полагать, что в момент наезда автомобилем он располагался к нему правой стороной тела. При судебно-химическом исследовании крови, взятой у Т.С. в момент госпитализации, обнаружен этиловый спирт в количестве 1,6 промилле;

- заключением эксперта № 476, согласно которому в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «VOLKSWAGEN GOLF» имел техническую возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения как при скорости, соответствующей длине следа торможения левого заднего колеса 61 км/ч, так и при скорости 90 км/ч. 

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, аргументированы выводы, относящиеся к квалификации преступления, разрешены иные вопросы из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, показания потерпевшего и свидетеля В.Д., приведенные выше, суд обоснованно признал допустимыми и достоверными, поскольку допросы указанных лиц проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сообщенные ими сведения подробны, последовательны, объективно подтверждаются иными доказательствами, приведенными в приговоре. Мотивов для оговора либо иной заинтересованности в неблагоприятном исходе дела для осужденного судом установлено не было, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Положив в основу приговора показания ФИО1 и свидетеля М.Ю. в части, а их позицию о том, что потерпевший, находясь на середине проезжей части, при приближении к нему их автомобиля намеренно резко развернулся и поменял направление движения, чтобы оказаться сбитым их автомобилем, суд правильно расценил как избранный способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку из показаний потерпевшего следует, что он намеревался перейти дорогу, проследовав далее через кладбище до остановки, чтобы поехать в д. Арсаки.

Выводы суда, не согласившегося с позицией стороны защиты о том, что причиной аварии явились действия потерпевшего, который непредсказуемо для осужденного изменил направление движения в непосредственной близости от управляемого ФИО1 автомобиля и попал под данный автомобиль, суд апелляционной инстанции находит правильными. 

Из приговора не следует, что в действиях потерпевшего суд усмотрел нарушение пунктов ПДД РФ, повлекших наступление последствий, указанных в ст.264 УК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, учитывая скоротечность произошедшего с участием Т.С., который переходя в состоянии алкогольного опьянения дорогу вне населенного пункта, в светлое время суток, при отсутствии нерегулируемого пешеходного перехода на данном участке и поблизости, а также дорожных знаков, не имел при себе предметов со световозвращающими элементами, полагает, что это не явилось непосредственной причиной наступивших последствий, поскольку как следует из схемы ДТП, видимость на данном участке дороги составляет более 100 метров, из показаний подсудимого ФИО1 и свидетеля М.Ю. следует, что двигаясь в районе места ДТП ФИО1 заблаговременно увидел переходившего дорогу пешехода Т.С., который изменил направление своего движения. 

Согласно заключению автотехнической экспертизы №476, исходные данные которой, вопреки доводам осужденного, содержат траекторию движения потерпевшего по дороге, указанную самим ФИО1, в том числе в ходе осмотра места происшествия 6 марта 2020 года, водитель автомобиля «VOLKSWAGEN GOLF» ФИО1 имел техническую возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения как при скорости, соответствующей длине следа торможения левого заднего колеса 61 км/ч, так и при скорости 90 км/ч. 

Следовательно, между допущенными ФИО1 нарушениями вышеизложенных пунктов Правил дорожного движения РФ и причинением тяжкого вреда здоровью Т.С. имеется прямая причинная связь, поскольку осужденный имел техническую возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения, вплоть до остановки транспортного средства, в момент начала движения пешехода в опасной зоне. 

Вопреки доводам осужденного и защитника, установленные судом фактические обстоятельства, основанные на совокупности исследованных доказательств, позволили суду первой инстанции прийти к обоснованному выводу о том, что причинение тяжкого вреда здоровью Т.С. находится в прямой причинно-следственной связи с действиями водителя ФИО1, который, управляя а/м «VOLKSWAGEN GOLF», допустил нарушение требований п.п.1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ: при движении не учел дорожные условия, в частности характер организации движения транспорта и пешеходов на данном участке дороги, не выбрал оптимальный режим скорости движения, при возникновении опасности, которую в состоянии был обнаружить, не принял меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего совершил наезд на пешехода Т.С., располагая при этом технической возможностью предотвратить наезд путем торможения. 

Согласно заключению эксперта №252, в результате данного ДТП пешеходу Т.С. были причинены повреждения в виде вторично открытого перелома обеих костей правой голени со смещением отломков, закрытого перелома правой плечевой кости; ушибленной раны левой теменной области, множественных осаднений лица и верхних конечностей. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, согласно п.п.6.11.1 и 6.11.8 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, указанные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью как вызывающие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3. Характер и локализация повреждений, зафиксированных у Т.С. в истории болезни, дают основание полагать, что в момент наезда автомобилем он располагался к нему правой стороной тела.

Суд правильно признал заключения судебных экспертиз №№252, 476 допустимыми и достоверными доказательствами и руководствовался ими при постановлении приговора, поскольку экспертные исследования были проведены на основании постановления следователя, выполнены в соответствии с требованиями ст.ст.80, 204 УПК РФ и Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31 мая 2001 года, имеют исследовательскую, синтезирующую части и выводы. Проведены экспертами, имеющими специальное образование, необходимый опыт работы и квалификацию. Экспертные заключения основаны на полных и объективных данных, каких-либо сомнений в квалификации экспертов и обоснованности выводов, изложенных в заключениях, не имеется, противоречий выводы экспертов не содержат, поэтому доводы осужденного о составлении заключений экспертов с нарушениями и их недопустимости, являются необоснованными. 

Оснований для допроса экспертов в судебном заседании суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции не усматривает, поскольку оснований для разъяснения или дополнения данных ими заключений не требуется. 

Таким образом, тщательный анализ доказательств, приведенных в приговоре, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного преступления и прийти к выводу о доказанности вины ФИО1 в том, что он, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Т.С. и несостоятельности утверждения осужденного о его невиновности. 

Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, а поэтому доводы апелляционных жалоб о том, что суд дал неправильную оценку доказательствам и положил в основу приговора недопустимые доказательства, а выводы суда являются не основанными на нормах закона и материалах дела, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суд считает несостоятельными.

Юридическая квалификация действий ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ в приговоре мотивирована и является правильной. 

Оснований для отмены или изменения судебного решения по иным доводам, изложенным в апелляционных жалобах и судебном заседании суда апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции также не находит, поскольку все указанные доводы осужденного аналогичны позиции стороны защиты и осужденного в судебном заседании суда первой инстанции и направлены на переоценку исследованных судом доказательств. Эти доводы проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, который совершил преступление небольшой тяжести, ранее не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, до совершения преступления к административной ответственности не привлекался; наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. 

При этом смягчающие обстоятельства: совершение преступления впервые, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, наличие на момент совершения преступления на иждивении несовершеннолетнего ребенка, осуществление помощи супруге, являющейся инвалидом, добровольное частичное возмещение вреда, причиненного в результате преступления, в полной мере учтены судом при назначении осужденному наказания.

Также суд учел позицию потерпевшего, который не настаивал на строгом наказании подсудимого.

Оснований для признания смягчающими наказание обстоятельствами каких-либо иных обстоятельств суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом правильно установленных и отраженных в приговоре юридически значимых обстоятельств, влияющих на назначение ФИО1 наказания, положений ч.1 ст.56 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о назначении осужденному основного наказания в виде ограничения свободы. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, являющихся, в свою очередь, основанием для применения положений ст.ст. 64,73 УК РФ, не имеется. 

Все юридически значимые обстоятельства, влияющие на назначение наказания, судом установлены правильно и учтены в полной мере, вид и срок наказания определен в соответствии с требованиями уголовного закона.

Оснований для освобождения ФИО1 от оплаты процессуальных издержек и отнесения их за счет средств федерального бюджета суд обоснованно не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. ФИО1, в силу состояния своего здоровья и возраста, трудоспособен, а по смыслу закона, отсутствие на момент решения вопроса о процессуальных издержках у лица денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным (п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам»). 

С учетом изложенного, апелляционные жалобы адвоката Большаковой Е.В. и осужденного ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Александровского городского суда Владимирской области от 22 октября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Большаковой Е.В. и осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий подпись Т.А. Каперская

КОПИЯ ВЕРНА

Судья Т.А. Каперская