дело № 2-872/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Елизово Камчатского края 

14 июля 2021 года 

Елизовский районный суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Конышевой Я.А., при секретаре судебного заседания Кузуб Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора подряда, взыскании денежных средств, неустойки и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец обратилась с иском в суд, в котором просила расторгнуть договор подряда № 12 заключенный между ней и ответчиком ИП ФИО2 22 января 2019 года, взыскать с ответчика в её пользу по данному договору 66 000 рублей; неустойку в размере 110 000 рублей; компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей; штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 103 000 рублей. Расторгнуть договор подряда № 32, заключенный между ней и ответчиком от 15 февраля 2019 года и взыскать с ответчика в её пользу денежные средства в размере 533 270 рублей; неустойку в размере 687 635 рублей; компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 687 635 рублей, а также расходы по оплате юридических услуг в общем размере 14 000 рублей, а именно 7000 рублей за составление иска в суд и 7000 рублей за консультацию и составление требования о расторжении договора. 

В обоснование требований истец ссылается на то, что 22 января 2019 года заключила с ответчиком договор № 12 на изготовление корпусной мебели- пяти кварцевых слебов (столешниц) на сумму 110 000 рублей в срок до 22 марта 2019 года. Договор ответчиком был исполнен лишь частично на сумму 44 000 рублей, а именно в ноябре 2019 года ответчик доставил ей только два кварцевых слеба, каждый стоимостью 22 000 рублей. Цена одного слеба (столешницы) в договоре обозначена не была, указана была лишь общая стоимость договора-110 000 рублей, иных действий ответчик по исполнению договора № 12 до настоящего времени не предпринимал, обязательства по договору № 12 от 22 января 2019 года ответчиком до настоящего время не исполнены. 

Также, истец заключила с ответчиком 15 февраля 2019 года договор № 32 на изготовление корпусной мебели (два кухонных гарнитура) на сумму 792 000 рублей, со сроком исполнения до 10 июля 2019 года. Оплата по указанному договору была внесена ответчику в следующих размерах и платежах-430 000 рублей в день заключения договора, то есть 15 февраля 2019 года: 164 000 рублей-22 февраля 2019 года и 120 000 рублей -19 ноября 2019 года. Договор от 15 февраля 2019 года исполнен ответчиком лишь частично на сумму 258730 рублей. В связи с неисполнением взятых на себя обязательств истцом в адрес ответчика 27 января 2021 года была направлена претензия, из ответа на которую следует, что ФИО2 не исполнил обязательства по вине истца, что не соответствует действительности, поскольку сроки выполнения обязательств, указанные в договорах не изменялись дополнительные соглашения к договорам не заключались, истец ответчику препятствий в своевременном исполнении договоров не чинила.

В судебном заседании истец и его представитель не участвовали, о времени и месте рассмотрения дела извещены, истец просил рассмотреть дело в её отсутствии.

Ответчик в судебном заседании не участвовал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В возражениях на иск указал, что общая сумма денежных средств, которые были внесены истцом ответчику по договорам № 12 от 22 января 2019 года и № 32 от 15 февраля 2019 года составила 595 000 рублей, при этом при заключении между сторонами договора № 32 от 15 февраля 2019 года, договор № 12 от 22 января 2019 года фактически перестал существовать, поскольку обязательства по договору № 12 от 22 января 2019 года должны были быть исполнены в рамках договора № 32 от 15 февраля 2019 года. Указывает, что обязательства им по исполнению договора № 32 от 15 февраля 2019 года не были исполнены в установленный срок по вине истца, который не предоставил ему помещение для выполнения работ и производства замеров, в связи с производимыми ремонтными работами в помещениях. 20 ноября 2019 года кухонный гарнитур № 1 по договору № 32 от 15 февраля 2019 года истцом был установлен, однако помещение для монтажа кухонного гарнитура № 2 истцом так предоставлено и не было. Впоследствии, ответчик в связи с личными планами вынужден был улететь с Камчатского края и 28 мая 2020 года убыл в город Калининград, однако получив 12 июля 2020 года сообщение от истца о готовности помещения для монтажа кухни, он в период с 17 августа 2020 года по 07 сентября 2020 года спланировал отпуск для поездки в Петропавловск-Камчатский с целью завершения работ по изготовлению и монтажу кухни, но в связи с отсутствием информации от истца о готовности помещения данная поездка ответчиком была отменена. Полагает, что неисполнение истцом встречных обязательств по договору № 32 от 15 февраля 2019 года в виде предоставления помещения по снятию чистовых размеров лишило ответчика исполнить свои обязанности в срок. С учетом исполнения им обязательства по изготовлению гарнитура № 1 в размере 338 317 рублей, оплаты услуг дизайнера-технолога на сумму 68 052 рублей, а также понесенных убытков из-за необходимости оплаты аренды производственного цеха после истечения срока исполнения обязательств по договору № 32 в размере 192 594 рубля, оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Также заявил о пропуске срока исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 725 Гражданского кодекса, согласно которому срок исковой давности о качестве работ по договору подряда составляет 1 год ( т.1 л.д.212-219).

На основании определения Елизовского районного суда Камчатского края от 16 июня 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека в Камчатском крае.

Третье лицо- Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека в Камчатском крае извещены, в судебное заседание не явились.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд рассмотрел дело в отсутствие истца и ответчика.

Исследовав представленные суду доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В соответствии со статей 730 Гражданского кодекса РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

Нормами статьи 739 Гражданского кодекса РФ, регулирующей права заказчика в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения работы по договору бытового подряда, предусмотрено, что в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения работы по договору бытового подряда заказчик может воспользоваться правами, предоставленными покупателю в соответствии со статьями 503 - 505 Гражданского кодекса РФ.

Пунктом 4 статьи 503 Гражданского кодекса РФ установлено, что покупатель вправе отказаться от исполнения договора розничной купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 27 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

Согласно положениям статьи 28 названного Закона, если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) - сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе: назначить исполнителю новый срок; поручить выполнение работы (оказание услуги) третьим лицам за разумную цену или выполнить ее своими силами и потребовать от исполнителя возмещения понесенных расходов; потребовать уменьшения цены за выполнение работы (оказание услуги); отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги).

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с нарушением сроков выполнения работы (оказания услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя (пункт 1).

Назначенные потребителем новые сроки выполнения работы (оказания услуги) указываются в договоре о выполнении работы (оказании услуги).

В случае просрочки новых сроков потребитель вправе предъявить исполнителю иные требования, установленные пунктом 1 настоящей статьи (пункт 2).

При отказе от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) исполнитель не вправе требовать возмещения своих затрат, произведенных в процессе выполнения работы (оказания услуги), а также платы за выполненную работу (оказанную услугу), за исключением случая, если потребитель принял выполненную работу (оказанную услугу) (пункт 4).

Судом установлено, что 22 января 2019 года между истцом и ответчиком был заключен договор № 12 со сроком исполнения до 22 марта 2019 года на изготовление 5 кварцевых слебов (столешниц) на общую сумму 110 000 рублей. Как следует из указанного договора, срок изготовления проекта исчисляется с момента внесения Заказчиком суммы установленной предоплаты указанной изготовителем. Изготовитель имеет право продлить срок изготовления, если изготовить проект невозможно по объективным причинам, о чем обязан известить заказчика не позднее, чем за два дня до истечения срока окончания изготовления проекта. Как следует из указанного договора сумма в размере 110 000 рублей была внесена истцом в день подписания договора ( т.1 л.д.14-17).

15 февраля 2019 года между истцом и ответчиком был заключен договор № 32 на изготовление двух кухонных гарнитуров на общую сумму 792 000 рублей со сроком изготовления до 10 июля 2019 года. Как следует из указанного договора, срок изготовления проекта исчисляется с момента внесения Заказчиком суммы установленной предоплаты указанной изготовителем. Изготовитель имеет право продлить срок изготовления, если изготовить проект невозможно по объективным причинам, о чем обязан известить заказчика не позднее, чем за два дня до истечения срока окончания изготовления проекта. Как следует из договора, заключенного между сторонами изготовитель имеет право изменять технологическую конструкцию проекта в целях её наибольшей функциональности, не нарушая общих габаритных величин проекта без дополнительного согласования с заказчиком. Изготовитель имеет право заменять мебельную фурнитуру, с целью сокращения сроков заказа, при этом стоимость заказа не изменяется. Как следует из указанного договора сумма в размере 430 000 рублей была внесена истцом в день подписания договора указанной предоплаты ( т.1 л.д.18-20).

Впоследствии истцом до внесено за изготовление кухонных гарнитуров ответчику в счет исполнения договора № 32 от 15 февраля 2019 года 164 000 рублей.( т.1 л.д.21).

Таким образом, из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком заключен договор № 12 от 22 января 2019 года и договор № 32 от 15 февраля 2019 года, при этом сторонами согласована стоимость и срок выполняемых работ, ответчику истцом в счет исполнения договоров внесена в общей сложности сумма в размере 704 000 рублей.

Доказательств исполнения договоров с установленный срок, а также доказательств внесения изменений в заключенные договоры относительно цены либо срока их исполнения не представлено.

28 января 2021 года истцом в адрес ответчика было направлено требование о расторжении в досудебном порядке договоров на изготовление мебели и возврате уплаченных по договору денежных средств в размере 599 270 рублей (т.1 л.д.22-24).

В отзыве на претензию ФИО2 сообщает о готовности возвратить сумму аванса в размере 78 790 рублей и указывает на то, что неисполнении им обязательств по договорам № 12 и № 32 связано с не предоставлением помещения для проведения окончательных замеров, которое было предоставлено только 19 октября 2020 года, а также тем, что на момент проведения окончательных замеров стоимость кухонных фасадов изменилась на 129 376 рублей и в настоящее время цена договора № 32 от 15 февраля 2019 года составила 921 376 рублей. Указал, что в настоящее время им оказана часть услуг и выполнены работы на сумму 338 317 рублей (изготовление и монтаж гарнитура № 1), 68 052 рубля (услуги дизайнера технолога по кухонному гарнитуру № 2) и приобретение материала и фурнитуры на для гарнитура № 2 на сумму 109 841 рубль (т.1 л.д.25-27).

Также, как следует из материалов дела ФИО2 в адрес ФИО1 направлено письмо, в котором он требует о возмещении понесенных убытков в размере 197 000 рублей. В обоснование размера убытков указывает, что им были оказаны услуги на сумму 516 210 рублей (338 317 рублей (изготовление и монтаж гарнитура № 1), 68 052 рубля услуги дизайнера-технолога; 109 841 рубль приобретение материала и фурнитуры), а также им была осуществлена услуга по хранению материалов и фурнитуры в течение 637 дней на общую сумму 318 500 рублей, понесены убытки в связи с арендой производственного помещения в общей сумме 192594 рубля и хищением оборудования для обработки кварцевого агломерата в размере 50 000 рублей (т.1л.д.94-97).

Согласно акту приема-передач выполненных работ по договору № 32 от 15 февраля 2019 года, подписанного сторонами с разногласиями, истец указал, что договор исполнен частично на сумму 258 730 рублей, а не на сумму 338 317 рублей как указано ответчиком (т.1 л.д.99-100).

Обосновывая выполнение своих обязательства по изготовлению гарнитура № 1 на сумму 338 317 рублей ответчиком указано, что указанная сумма сложилась в связи с приобретением строительных материалов и фурнитуры на сумму 169158 рублей 74 копейки, а также оплаты товаров и услуг на сумму 169 158 рублей 74 копейки (приложение № 2 к возражениям ответчика). В обоснование понесенных расходов ответчиком представлены чеки на общую сумму 137608 рублей (приложение № 13 к возражениям ответчика).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что истцом с ответчиком заключено два договора на общую сумму 902 000 рублей, по которым истцом оплачено 704 000 рублей, окончательный результат работ по указанным договорам подряда подрядчиком до настоящего времени не сдан, что не отрицается ответчиком.

При этом доказательств оплаты истцом ответчику 120 000 рублей в счет исполнения договора № 32 от 15 февраля 2019 года в ходе рассмотрения дела не представлено.

Доводы ответчика о том, что обязательства по договору № 32 от 15 февраля 2019 года не были им исполнены по вине истца, не представившего помещение, суд признает несостоятельными.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу, доказывается обязанным лицом (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ).

Так, пунктом 1 статьи 716 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

В силу статьи 719 Гражданского кодекса РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 пункт 1 Гражданского кодекса РФ).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2).

Вместе с тем, ФИО2 не направил в адрес истца ФИО1 уведомление о приостановлении либо односторонний отказ от исполнения работ, уехав с территории Камчатского края 28 мая 2020 года, прекратив в одностороннем порядке работы по договорам подряда. 

Доказательств тому, что на момент прекращения исполнения обязанностей по договорам подряда ФИО2 исполнил обязательства в пределах сумм переданных ему истцом не представлено, также как и доказательств фактического окончания выполнения работ.

С письменными претензиями о расторжении договора подряда ввиду нарушения ФИО1 его условий ответчик к истцу не обращался.

При этом, как следует из материала КУСП № № от 20 сентября 2020 года по заявлению ФИО1, ФИО2 подтвердил заключение договора на изготовление кухонных гарнитуров, указал, что кухонные гарнитуры не были изготовлены по вине ФИО1, впоследствии он потерял контакты ФИО1, и не имел возможности с ней связаться. От договорных обязательств он не отказывается, и вопрос будет решаться.

Таким образом, доводы ответчика о правомерности невыполнения им работ на сумму переданных денежных средств от истца не состоятельны, оснований для расторжения договора в одностороннем порядке со стороны ответчика в ходе рассмотрения дела не установлено.

Из материалов дела следует, что дополнительное соглашение об изменении срока выполнения работ между сторонами не заключалось.

Доводы ответчика о том, что им были понесены убытки в связи с созданием истцом препятствий для исполнения договоров подряда, которые необходимо исключить из суммы внесенных истцом ответчику в счет исполнения договоров, в рамках настоящего спора суд отклоняет.

Так, размер убытков, подлежащих возмещению, определяется по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса.

По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса РФ ответчик обязан доказать не только факт причинения ему убытков, но и их возникновение именно из-за нарушения сроков предоставления помещений, то есть, причинную связь между нарушением обязательства истца и понесенным им убытками, а также размер понесенных убытков.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения настоящего спора ответчиком каких-либо достоверных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о понесенных им убытках, связанных в связи с невозможностью исполнения договоров по вине истца не представлено.

Доводы ответчика о том, что при заключении между сторонами договора № 32 от 15 февраля 2019 года договор № 12 от 22 января 2019 года перестал существовать, и соответственно сумма по договору № 12 в размере 110 000 рублей была учтена при заключении договора № 32, суд признает несостоятельным.

В судебном заседании установлено, что в каждом договоре была определена отдельная цена за исполнение условий договора, при этом договор № 32 от 15 февраля 2019 года не содержит положений о расторжении договора № 12 от 22 января 2019 года, либо включении 110 000 рублей в счет исполнения обязательств по договору № 32 от 15 февраля 2019 года, не представлено также и доказательств о направлении ответчиком в адрес истца сведений об изменений условий договора № 32 от 15февраля 2019 года и о расторжении договора № 12 в связи с заключением договора № 32 от 15 февраля 2019 года.

Разрешая требования о взыскании в пользу истца денежных средств по не выполненным ответчиком договорам, суд приходит к следующему.

Так, по договору № 12 от 22 января 2019 года с ответчика подлежит взысканию сумма в размере 66 000 рублей, поскольку работы по данному договору оплачены истцом в полном объеме на сумму 110 000 рублей, а исполнены частично, из 5 кварцевых слебов (столешниц), истцу доставлены только две, доказательств исполнения обязательств в полном объеме по данному договору ответчиком не представлено.

По договору № 32 от 15 февраля 2019 года с ответчика подлежит взысканию сумма в размере 335 270 рублей (594 000 рублей (сумма, оплаченная по договору)- 258 730 рублей (сумма на который договор частично исполнен), при этом доказательств оплаты истцом ответчику суммы в размере 120 000 рублей в ходе рассмотрения дела стороной истца не представлено.

При этом доказательству тому, что договор № 32 был исполнен на сумму 338 317 рублей, состоящую из 169 158 рублей 74 копеек-оплата труда и услуг и 169 158 рублей 74 копеек оплата строительных материалов ответчиком не представлено.

Ответчиком расчет стоимости гарнитура № 1 не обоснован, из представленных чеков следует, что им были приобретены строительные материалы только на сумму 137608 рублей. Доказательств оплаты труда и услуг на сумму 169 158 рублей 74 копеек не представлено, также как и не представлено доказательств оплаты услуг дизайнера-технолога на сумму 68 052 рубля, в том числе извещение истца ответчиком о необходимости привлечение услуг дизайнера.

Установив ненадлежащее исполнение принятых на себя по договору подряда обязательств в части нарушения срока изготовления мебели, суд приходит к выводу, о наличии оснований для расторжения договора, и взыскания с ответчика уплаченных денежных средств по договору № 12 от 22 января 2019 года в размере 66 000 и по договору № 32 от 15 февраля 2019 года в размере 335 270 рублей.

Доводы ответчика о применении срока исковой давности, предусмотренный частью 1 статьи 725 Гражданского кодекса РФ суд отклоняет, поскольку специальный срок исковой давности, предусмотренный частью 1 статьи 725 Гражданского кодекса, не подлежит применению к спорным правоотношениям, поскольку предметом спора не является ненадлежащее качество работ, выполненных по договору подряда. 

Разрешая требования истца о взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, суд приходит к следующему.

В силу пункта 5 статьи 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Из пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса РФ в редакции Федерального закона от 8 марта 2015 г. № 42-ФЗ следует, что, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» содержатся обязательные разъяснения о том, что применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

В пункте 78 того же Постановления Пленума приведены разъяснения о том, что правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом, например, статьями 23, 23.1, пунктом 5 статьи 28, статьями 30 и 31 Закона о защите прав потребителей.

В судебном заседании установлено, что в настоящее время ФИО2 прекратил предпринимательскую деятельность, по существу иска возражал, просил в удовлетворении требований отказать ввиду их необоснованности.

По смыслу ст. 333 ГК РФ при применении неустойки суд обязан с учетом требований разумности и справедливости установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Проанализировав в совокупности характер возникших между сторонами правоотношений и степень виновности ответчика, принимая во внимание период допущенной ответчиком просрочки окончания работ, последствия нарушения последним обязательств, обстоятельства того, что в настоящее время предпринимательская деятельность ответчика прекращена, длительное не предъявление истцом иска в суд, наличие объективных причин, связанных с ограничительными мерами, обусловленными распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), препятствующими исполнению договоров в срок, исходя из принципа компенсационного характера любых мер ответственности, соразмерности допущенного ответчиком нарушения права истца последствиям нарушения обязательств, суд приходит к выводу о снижении размера неустойки на основании ст. 333 ГПК РФ.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, суд полагает возможным снизить неустойку по договору № 12 от 22 января 2019 года до 20 000 рублей, а по договору № 32 от 15 февраля 2019 года до 100 000 рублей.

В соответствии со статьей 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом в каждом конкретном случае с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с нарушением его прав как потребителя, суд полагает возможным присудить к взысканию в качестве компенсации морального вреда 2 000 рублей в связи с неисполнением договора №12 от 22 января 2019 года и 3 000 рублей в связи с неисполнением договора № 32 от 15 февраля 2019 года, полагая такой размер компенсации соответствующий требованиям разумности и справедливости.

В силу части 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку требования потребителя в добровольном порядке не были удовлетворены ответчиком, с него следует взыскать штраф за неисполнение договора №12 от 22 января 2019 года в размере 44 000 рублей (66000+2000+20000/2) и 219135 рублей (335270+100 000+3000/2) за неисполнение договора № 32 от 15 февраля 2019 года.

Оснований для снижения суммы штрафа суд не усматривает.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат возмещению другой стороной, расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Согласно квитанции истец оплатил за составление искового заявления, за составление претензии о расторжении договора, консультацию 14 000 рублей (т.1.л.д.29), которые подлежат взысканию с ответчика.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец как потребитель был освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, с ответчика в доход Елизовского муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9632 рубля 70 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Расторгнуть договор подряда от № 12 от 22 января 2019 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 66 000 рублей, неустойку в размере 20 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 2 000 рублей, штраф в размере 44 000 рублей.

Расторгнуть договор подряда от № 32 от 15 февраля 2019 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 335270 рублей, неустойку в размере 100 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, штраф в размере 219 135 рублей, судебные расходы в размере 14 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в размере 9632 рублей 70 копеек в доход бюджета Елизовского муниципального района.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 по договору № 12 от 22 января 2019 года неустойки в размере 90 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 28 000 рублей; по договору № 32 от 15 февраля 2019 года денежные средства в размере 198 000 рублей, неустойки в размере 587635 рублей, компенсации морального вреда в размере 47 000 рублей-отказать.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Председательствующий Я.А. Конышева