Дело № 2- 521/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Славгород

20 сентября 2018 года Славгородский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Е.Н. Нелиной,

при секретаре Т.Н. Мезенцевой,

с участием прокурора С.А. Минаевой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению М.Н.И. к муниципальному унитарному предприятию «Водоканал 

<

адрес>» и муниципальному образованию 

<

адрес> края о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

М.Н.И. обратилась в суд с вышеуказанным иском к МУП «Водоканал 

<

адрес>» и МО 

<

адрес> края, в обоснование указав, что Г.А.Н., являясь директором МУП «Водоканал 

<

адрес>», является должностным лицом, наделенным на постоянной основе организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями. В МУП «Водоканал 

<

адрес>» в течение последних 14 лет работал родной брат истца - Г.В.И., в последнее время он работал машинистом канализационно-насосной станции. Должностные обязанности исполнял исправно, нарушений трудовой дисциплины и внутреннего распорядка не допускал, к работе относился ответственно и выполнял её добросовестно.

Г.А.Н., являясь руководителем предприятия и, исполняя обязанности по обеспечению безопасности работников МУП «Водоканал 

<

адрес>» при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, организации контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также обеспечению безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда и обеспечению работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, созданию надлежащих условий для выполнения правил и норм охраны труда и осуществлению надлежащего контроля за их соблюдением, в нарушение установленных требований нормативно-правовых и ведомственных актов в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории 

<

адрес>, в том числе 

<

адрес>, ненадлежащим образом исполнял свои обязанности. Вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе он не принял мер к устранению нарушений правил безопасности и требований охраны труда, о которых ему было достоверно известно, не принял должных мер по созданию условий для выполнения правил и норм охраны труда и осуществлению надлежащего контроля за их соблюдением, не принял мер по обеспечению работников необходимыми средствами индивидуальной защиты, а также не принял мер по разработке соответствующих требованиям нормативно-правовых актов должностной инструкции и инструкции по охране труда и технике безопасности машиниста канализационно-насосной станции очистных сооружений МУП «Водоканал 

<

адрес>».

В МУП «Водоканал 

<

адрес>» в указанный период времени машинисты очистных сооружений спускались на нижний уровень приемной ямы очистных сооружений МУП «Водоканал 

<

адрес>» по адресу: 

<

адрес>, для очистки датчиков уровня сточных вод от бытового мусора, а также для уборки помещения приемной ямы, то есть фактически выполняли указанную работу в помещении приемной ямы канализационно-насосной станции МУП «Водоканал 

<

адрес>». При этом в указанный выше период времени в помещении вышеназванной приемной ямы отсутствовали приточно-вытяжная и вытяжная вентиляция с расчетным воздухообменом. Более того, необходимыми средствами индивидуальной защиты работники, вопреки установленным нормативным требованиям, обеспечены не были.

11.07.2016г. с 08час.00мин. часов Г.В.И. заступил на смену в качестве машиниста канализационно-насосной станции очистных сооружений МУП «Водоканал 

<

адрес>» по вышеназванному адресу. Затем, в период с 12часов 45минут до 14 часов 06 минут Г.В.И., не прошедший в установленном порядке инструктаж по охране труда, не имея средств индивидуальной защиты, направился в помещение приемной ямы (помещение решеток, грабельную) канализационно-насосной станции, не оборудованную приточно-вытяжной и вытяжной вентиляцией, где потерял сознание.

В дальнейшем, Г.В.И. был извлечен из помещения приемной ямы и доставлен в КГБУЗ «Славгородская ЦРБ», где 14.07.2016г. скончался от отравления сероводородом.

Таким образом, Г.А.Н., имея достаточные профессиональные знания и опыт, стаж работы в сфере производственно-хозяйственной деятельности и эксплуатации водопроводно-канализационного хозяйства, в нарушение требований нормативно-правовых и ведомственных актов, не принял мер к устранению вышеуказанных нарушений правил безопасности и требований охраны труда, о которых ему было достоверно известно, не принял мер по созданию надлежащих условий для выполнения правил и норм охраны труда и осуществлению надлежащего контроля за их соблюдением, не принял мер по разработке соответствующих требованиям нормативно-правовых актов должностной инструкции машиниста канализационно-насосной станции очистных сооружений МУП «Водоканал 

<

адрес>» и инструкции по охране труда и технике безопасности для машиниста канализационно-насосной станции очистных сооружений МУП «Водоканал 

<

адрес>», а именно: не обеспечил изготовление, установку и надлежащее функционирование приточно-вытяжной и вытяжной вентиляции с расчетным воздухообменом, допустил к работе Г.В.И., не прошедшего в установленном порядке инструктаж по охране труда, не обеспечил работников очистных сооружений надлежащими средствами индивидуальной защиты, в результате чего при описанных выше обстоятельствах наступила смерть Г.В.И.

Приговором Славгородского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ Г.А.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ. По уголовному делу истец была признана потерпевшей и пользовалась правами, предусмотренными ст. 42 УПК РФ. В рамках уголовного дела истцом заявлялся иск к Г.А.Н., однако он оставлен без рассмотрения в связи с предъявлением иска к ненадлежащему ответчику.

М.Н.И. указывает, что на протяжении жизни Г.В.И. был для нее опорой, настоящим братом и верным другом. Утрата родного брата причинила истцу глубокие душевные и нравственные страдания, от которых она не может отойти до настоящего времени. Размер морального вреда истец оценивает в 1000000 рублей.

Истец просит взыскать с МУП «Водоканал 

<

адрес>» и МО 

<

адрес> края в солидарном порядке в счет компенсации морального вреда, причиненного виновными действиями Г.А.Н. и повлекшие смерть брата Г.В.И., в сумме 1000000 (один миллион) рублей (л.д.4). 

В судебное заседание истец М.Н.И. не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в ее отсутствие.

В судебном заседании представитель истца М.О.Н. поддержал требования в полном объеме по указанным в исковом заявлении основаниям, пояснил, что для истца утрата брата – это страдания, осознание, что близкого человека больше нет и никогда не будет, это длительный стресс. Внешне - это внутренние переживания, слезы, расстройство психики, отсутствие возможности общения, отсутствие помощи в советах, поддержке. Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания. Физические - это плач, бессонница. Нравственные - это утрата близкого человека. Проявлением любви сестры к брату является то, что именно истица добивалась того, чтобы виновные лица были привлечены к уголовной ответственности, она была признана потерпевшей по уголовному делу. МУП «Водоканал» является работодателем, а администрация является учредителем данной организации, собственником имущества, следовательно, степень вины ответчиков равная. Полагал, что сумма компенсации является объективной и соответствует тем моральным, нравственным и физическим страданиям, которые претерпела истец. 

В судебном заседании представитель ответчика МУП «Водоканал 

<

адрес>» К.Е.А. (по доверенности) исковые требования не признала в полном объеме, пояснила, что погибший Г.В.И., с целью очистки датчиков, спустился в приемную яму КНС, при этом пренебрег имеющимися в наличии средствами защиты. Кроме того, Г.В.И. нарушил свою должностную инструкцию, он не должен был спускаться в эту приемную яму без средств защиты и аварийной бригады. Должностная инструкция находилась на рабочем месте, все с ней знакомились. К.Е.А. считает, что наличие факта родственных отношений само по себе не является основанием для компенсации морального вреда. Истица не являлась членом семьи погибшего, она даже не проживала в 

<

адрес>. Потеря брата, конечно, могла причинить истцу нравственные страдания, но не настолько, чтобы это выразилось в 1 000 000 руб. Доходы у предприятия небольшие. Согласно коллективного договора членам семьи, именно жене погибшего Г.В.И., выплатили 60 000 руб. Кроме того, предприятие все затраты по похоронам взяло на себя, это расходы на сумму 74 579 руб. Фонд социального страхования выплатил членам семьи страховую выплату 1 000 000 руб., эта сумма будет также взыскана с предприятия. Поэтому данное предприятие уже понесло убытки. Для предприятия заявленная сумма возмещения морального вреда несоразмерна. 

В судебном заседании представитель ответчика МО 

<

адрес> в лице администрации 

<

адрес> К.Т.Г. (по доверенности) исковые требования не признала в полном объеме, пояснила, что истица не является наследником первой очереди, у погибшего имеются более близкие родственники (наследники первой очереди). Родная сестра имеет право на возмещение морального вреда при отсутствии более близких людей, которыми являются наследники первой очереди. Наследникам первой очереди выплачена компенсация из средств ФСС в размере 1 миллион рублей. Следовательно, не имеется правовых оснований для взыскания в пользу М.Н.И. компенсации морального вреда. Истица не находилась на иждивении у погибшего, как и тот не находился у неё. Кроме того, истцом не представлено никаких доказательств нравственных страданий, имеющих причинно-следственную связь со смертью брата от несчастного случая. К.Т.Г. полагала, что МО 

<

адрес> в лице администрации 

<

адрес> является ненадлежащим ответчиком по данному делу. Кроме того, заявленная сумма о возмещении морального вреда не отвечает требованиям разумности и справедливости и приведет к нарушению баланса деятельности МУП, что может привести к банкротству данного предприятия.

В судебном заседании третье лицо Г.А.Н. полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению, пояснил, что компенсацию морального вреда он родственникам не выплачивал, личных затрат не нес, но, как руководитель, оказал всевозможную помощь, приезжал к супруге погибшего, изначально претензий у неё не было. Приезжал к брату погибшего, вроде бы было понимание. Но в какой-то момент появилась М.Н.И. 

Представитель третьего лица Н.А.З. в судебном заседании полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме, пояснил, что истцом не приведены доказательства причиненного ей морального вреда, нет каких-то конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что истцу смертью Г.В.И. были причинены физические и нравственные страдания. Это, в свою очередь, не позволяет определить их степень. А поскольку степень физических и нравственных страданий не определена, то невозможно определить размер компенсации. Н.А.З. полагал, что целью предъявления данного иска со стороны М.Н.И. явилось её стремление возместить себе расходы, которые она понесла по уголовному делу.

В судебном заседании свидетель П.О.В., которая является дочерью погибшего, пояснила, что ее тетя М.Н.И. всегда присутствовала в жизни семьи, каждое лето она проводила здесь. Отец постоянно ездил к ней в гости, они вместе хоронили родителей. Тетя останавливалась у младшего брата, у родителей свидетеля, у своих родителей. Когда у неё случалось несчастье в семье - дом горел, то отец (погибший Г.В.И.) ездил, помогал восстанавливать, а когда ее муж погиб на работе - отец ездил, поддерживал. У М.Н.И. и погибшим отцом П.О.В. никогда не было конфликтов, были близкие отношения, привязанность. 

В судебном заседании свидетель Г.В.И., который является погибшему Г.В.И. и М.Н.И. родным братом, пояснил, что сестра подала на возмещение морального ущерба, она много ездила на суды. Пояснил, что у брата и сестры были близкие отношения, они общались, звонили друг другу, в гости ездили, никогда не ссорились. 13-го она здесь была в 6 утра, брат еще живой был. Пояснил, что они поехали в больницу, там сказали, что неприемный день, в реанимацию не пустили. Тогда поехали в администрацию города, глава не принял, принял зам. главы ФИО1. Сестра просила его отправить брата в 

<

адрес>, Затем с сестрой поехали в "Водоканал", она хотела поговорить с директором, узнать, почему так случилось. Она плакала по поводу смерти брата, стресс у нее был большой.

В судебном заседании помощник прокурора Минаева С.А., в заключении указала на то, что истец приходится погибшему близким родственником. Родственная связь, общение, наличие доверительных и близких отношений, а также факт принадлежности погибшего и истицы членами одной семьи нашли свое подтверждение в рамках рассмотрения настоящего искового заявления. Доказательств обратного в материалах дела не имеется. Смерть члена семьи, безусловно, влечет причинение нравственных страданий близким родственникам, поскольку этот вред является опосредованным, вызванным переживаниями в связи с невосполнимой утратой. Помощник прокурора Минаева С.А. полагает, что требования к МО 

<

адрес> являются незаконными и необоснованными. Считает, что иные требования подлежат частичному удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда с МУП «Водоканал». Полагает, что сумма данного морального вреда является завышенной.

Выслушав пояснения представителя истца, представителей ответчика, прокурора, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизнью или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствии причинения вреда жизнью или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется вне зависимости от вины причинителя вреда, если вред причинен жизни или здоровью гражданина.

Из материалов дела следует, что 11.07.2016г. Г.В.И., выполняя свои трудовые обязанности в помещении приемной ямы КНС, не оборудованную приточно-вытяжной и вытяжной вентиляцией, потерял сознание. В дальнейшем прибывшими сотрудниками 57 ПСЧ ФПС ГПС ФГКУ «9 отряд ФПС по 

<

адрес>» Г.В.И. был извлечен из помещения приемной ямы и доставлен в КГБУЗ «Славгородская ЦРБ», где ДД.ММ.ГГГГ скончался от отравления сероводородом. 

Г.В.И., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 14.07.2016г., что подтверждается свидетельством о смерти № №, актовая запись № от 15.07.2016г. (л.д.8).

Из материалов дела следует, что родителями Г.Н.И. и Г.В.И. являются Г.И.И. и Г.С.Д., что подтверждается свидетельством о рождении Г.Н.И. (л.д.7), свидетельством о рождении Г.В.И. (л.д.9). 

Следовательно, Г.Н.И. и умерший Г.В.И. являются родными сестрой и братом. 

В соответствии со свидетельством о заключении брака № № Г.Н.И. и М.В.Л., 26.02.1982г. заключили брак, после чего жене присвоена фамилия М.Н.И. (л.д.10). 

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из вышеприведенной правовой нормы следует, что преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора суда по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они определенным лицом. Другие факты, содержащиеся в приговоре, преюдициального значения для суда, рассматривающего гражданское дело, не имеют.

Установлено, что приговором Славгородского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ Г.А.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст.143 УК РФ и ему назначено наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных функций в предприятиях жилищно-коммунального хозяйства сроком на 1 год 6 месяцев. Назначенное Г.А.Н. основное наказание в виде лишения свободы, считать условным с испытательным сроком 2 (два) года (л.л.д.12-35). 

Апелляционным определением 

<

адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Славгородского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Г.А.Н. по уголовному делу 2-19/2018 оставлен в силе.

Таким образом, приговор Славгородского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. 

Распоряжением администрации 

<

адрес> от 15.08.2018г. Г.А.Н. уволен по собственному желанию 15.08.2018г.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется в том числе путем компенсации морального вреда.

Ст. 151 ГК РФ предусмотрено: если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, cуд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Доводы истца о том, что она с братом Г.В.И. находились не только в близких родственных отношениях но и очень близких в фактических отношениях, что на протяжении всей их жизни он был её опорой, настоящим братом и верным другом, что утрата родного брата причинила истцу глубокие душевные и нравственные страдания, от которых я она до настоящего времени претерпевает моральный вред, нашли свои подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Судом установлено, что истец с братом регулярно перезванивались, общались по скайпу, ежегодно встречались в 

<

адрес> или в 

<

адрес> по постоянному месту жительства истца, подтверждаются пояснениями свидетелей П.О.В. и Г.В.И.

Судом установлено, что М.Н.И. из - за гибели (смерти) брата Г.В.И. испытала стресс, шок, волновалась, переживала, плакала, принимала валокордин. До смерти брата, принимала все меры для его спасения. Очень активно искала способы помощи брата, оперативно приехав из 

<

адрес> в 

<

адрес>, она посещала многочисленные инстанции: больницу, администрацию, МУП «Водоканал» для выяснения обстоятельств произошедшего случая с братом, его возможного транспортирования в краевую больницу.

Доводы представителя ответчика Н.А.З. о том, что М.Н.И. не находилась на иждивении у погибшего, не вела совместного хозяйства и не проживала в одном городе с родным братом, суд не принимает во внимание, поскольку в ходе рассмотрения установлено, что между истцом и её погибшем братом были близкие, родственные отношения, основанные на глубокой любви, привязанности, взаимопомощи и уважения.

Пояснения брата погибшего свидетеля Г.В.И. о том, что истец хотела компенсировать свои расходы на проезд в Славгород на похороны брата и на судебные заседания не могут служить основанием для отказа в иске. При этом суд принимает во внимание, что свидетелем не указано, каким именно иском истец хотела возместить свои затраты на проезд, подачей иска о взыскании морального вреда или иным иском, который она, возможно, готовит в суд. Кроме того, свидетель Г.В.И. в судебном заседании подтвердил суду, что для М.Н.И. гибель родного брата была стрессом и шоком, в результате чего она испытывал сильно нервничала («сестра стала психованная»).

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

М.Н.И. признана потерпевшей, что подтверждается материалами уголовного дела в отношении Г.А.Н. и приговором Славгородского городского суда по вышеуказанному делу (л.д.20). 

У суда не вызывает сомнений, что М.Н.И. после смерти родного брата испытывала стресс, волнения, шок, отчаяние. Потеря брата для сестры является большим потрясением, невосполнимой утратой. До настоящего времени истец вспоминает брата. 

Факт причинения истцу морального вреда (нравственных страданий) в связи со смертью близкого человека является очевидным и в силу части 1 статьи 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании.

Кроме того, нравственные страдания, причиненные истцу в результате утраты близкого человека, реальны, что подтверждается пояснениями М.Н.И., глубоко переживающей утрату Г.В.И., который является истцу братом. 

Учитывая, что доказательства, подтверждающие вину бывшего руководителя МУП «Водоканал 

<

адрес>» Г.А.Н. в причинении смерти Г.В.И. установлены приговором Славгородского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, суд пришел к выводу о возложении на МУП «Водоканал 

<

адрес>» обязанности возместить моральный вред, причиненный истцу, получившему нравственные страдания после смерти брата.

Суд полагает, что истец М.Н.И. имеет право на компенсацию морального вреда.

В п.2. ст. 113 «Основные положения об унитарном предприятии» (Федеральный закон от 05.05.2014 № 99-ФЗ) ГК РФ указано, что имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Права унитарного предприятия на закрепленное за ним имущество определяются в соответствии с настоящим Кодексом и законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях.

Пунктом 3 вышеназванной статьи предусмотрено, что учредительным документом унитарного предприятия является его устав, утверждаемый уполномоченным государственным органом или органом местного самоуправления, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии с п.5.4. Устава МУП «Водоканал 

<

адрес>» предприятие обязано (в том числе) возмещать ущерб, причиненный нарушением правил безопасности производства, санитарно-гигиенических норм и требований по защите здоровья работников; обеспечивать своим работникам безопасные условия труда. 

Статьей 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 161-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" предусмотрено, что унитарное предприятие несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Российская Федерация, субъекты Российской Федерации или муниципальные образования несут субсидиарную ответственность по обязательствам своих казенных предприятий при недостаточности их имущества.

В суде представитель МУП «Водоканал 

<

адрес>» заявлял, что для предприятия заявленная сумма возмещения морального вреда несоразмерна. А представитель МО 

<

адрес> (в лице администрации 

<

адрес>) указал, что заявленная сумма компенсации приведет к нарушению баланса деятельности МУП, что может привести к банкротству данного предприятия.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, с учетом требований разумности и справедливости, взыскивает с ответчика - МУП «Водоканал 

<

адрес>» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. 

Вышеуказанная сумма компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумной и справедливой, отражающей глубину, степень, продолжительность и характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, все обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большом размере суд не усматривает. В остальной части иска суд отказывает.

Требования в отношении администрации МО 

<

адрес> следует оставить без удовлетворения.

Кроме того, с ответчика МУП «Водоканал 

<

адрес>» следует взыскать в доход бюджета МО 

<

адрес> края государственную пошлину в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Иск М.Н.И. к муниципальному унитарному предприятию «Водоканал 

<

адрес>» удовлетворить частично.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Водоканал 

<

адрес>» в пользу М.Н.И. в счет возмещения компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 200 000 руб.

В остальной части М.Н.И. в иске к муниципальному унитарному предприятию «Водоканал 

<

адрес>» - отказать.

В иске М.Н.И. к муниципальному образованию 

<

адрес> края в лице администрации 

<

адрес> края отказать. 

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Водоканал 

<

адрес>» в доход бюджета МО 

<

адрес> края государственную пошлину в сумме 300 руб. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Славгородский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения. 

Дата составления мотивированного решения 25 сентября 2018года. 

Председательствующий Е.Н. Нелина