№ 2-250/2018 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июля 2018 года с. Нерчинский Завод

Нерчинско-Заводский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Былковой В.А.,

при секретаре Доржиевой М.В.,

с участием истца ФИО1, 

ответчиков ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи ? доли нежилого здания недействительным, применении последствий недействительности сделки,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО2, ФИО3, мотивируя следующим.

С 12 января 2010 года по настоящее время он состоит в браке с ФИО2, которая без его согласия и ведома продала ФИО3, приобретенное в период брака ? доли нежилого здания площадью 77,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Просил признать сделку между ФИО2 и ФИО3 по продаже ? доли в праве собственности на нежилое здание площадью 77,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, недействительной; применить последствия недействительности сделки, вернув ФИО2 ? доли в праве собственности на нежилое здание расположенное по адресу: 

<

адрес>; признать недействительной запись о регистрации права ФИО3 на ? доли в праве собственности на нежилое здание расположенное по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании ФИО1 заявленные исковые требования поддержал полностью. В дополнение пояснил, что магазин куплен на денежные средства его родителей и на их с женой накопления. О сделке купли-продажи магазина он не знал, так как с 07 мая 2018 года не проживает совместно с ФИО4, которая живет с детьми у родителей. В июне 2018 года он узнал о том, что магазин продан, и ФИО5 стал возводить к этому магазину пристройку. Он позвонил ФИО5, попросил не продолжать строительство, на что тот ответил, чтобы он сам разбирался со своей супругой. Строительство у ФИО5 продолжилось. По возвращению из г.Чита он обратился с данным иском в суд. О поданных в феврале 2018 года объявлениях в газету «Советское Приаргунье» он не знал. В декабре 2017 года с супругой они были намерены сдать магазин в аренду ФИО9, но она отказалась. Долги за товар, взятый для реализации, ФИО1 отдала с проданных холодильников и товара из другого магазина-вагончика.

Ответчик ФИО2 с иском не согласилась, мотивируя тем, что магазин, приобретенный в браке с ФИО1, они были намерены продать уже давно. В 2015 году в результате прекращения долевой собственности, она оформила помещение магазина площадью 38,5 кв.м. в собственность. Вторая часть здания таким же образом была оформлена в собственность ФИО8, которая, по прежнему данным помещением владеет. С апреля 2018 года совместно с мужем она не проживает. Сделка купли-продажи нежилого помещения магазина с ФИО3 совершена в отсутствии ФИО1. С ФИО3 она договаривалась о продаже магазина одна, так как ей необходимо было вернуть долги, накопившееся за время осуществления предпринимательской деятельности. Долги были отданы с вырученных за магазин средств. Она посчитала, что раз регистрирующий орган не просит согласия второго супруга, она не стала ставить ФИО1 в известность о продаже магазина, который был куплен ими в период брака. Брак между ней и ФИО1 до сих пор не расторгнут, имущество не разделено. Доводы отзыва на исковое заявление поддержала, уточнив, что при решении вопроса продать магазин ФИО3 ФИО1 не участвовал, согласие нотариальное не давал, так как часто находился в состоянии алкогольного опьянения, на переговоры о разделе совместно нажитого имущества идти отказывался. Она ему о намерении продать магазин ни по телефону, ни в СМС-извещении не сообщала. В газете номер телефона указала свой.

Из отзыва на исковое заявление ФИО2 следует, что право собственности на спорное недвижимое имущество за ней было зарегистрировано не в виде ? доли в праве общей долевой собственности. А в виде индивидуальной собственности. Помещение магазина было приобретено ФИО2 и ФИО1 в браке для осуществления предпринимательской деятельности. В ходе которой, образовалась задолженность за приобретаемый под реализацию товар. Чтобы рассчитаться с долгами супругами совместно были взяты в долг у ФИО11 

<

данные изъяты>, а помещение магазина решено продать, с целью погасить текущие платежи и накопившиеся долги. Для этого в газете «Советское Приаргунье» в выпусках №5, 6, 7 за 2018 год даны объявления. ФИО9 была очевидцем того, что вопрос о сдаче ей в аренду спорного имущества с последующей продажей велся ими совместно с ФИО1.

Ответчик ФИО3 с иском также не согласился, мотивируя тем, что о наличии у ФИО2 супруга ФИО1 знал. ФИО1 при заключении договора купли-продажи спорного магазина не участвовал. Сам он договор не читал, так как доверился ФИО2. После заключения сделки он стал возводить около магазина пристройку, и тогда ФИО1 ему позвонил, и попросил прекратить строительство, так как согласие на продажу магазина он не давал. ФИО1 приезжал к магазину, и работавшим там строителям предлагал приостановить стройку, так как он против продажи магазина. Об этом ему стало известно от строителей. Так как он являлся уже собственником данного магазина, строительство приостанавливать отказался, предложив ФИО1 самому разбираться со своей женой. О том, что необходимо было согласие ФИО1, он не задумывался, так как целью было купить магазин, а отсутствие согласия второго супруга продавца его не интересовало. Идею купить магазин ему подсказали в администрации сельского поселения «Нерчинско-Заводское», когда он находился в поисках подходящего земельного участка для строительства. В газете ранее он видел объявления о продаже магазинов, в том числе спорного. В мае ему стало известно, что ФИО2 по прежнему продает магазин, поэтому сделка состоялась тогда же. 

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснила, что спорное здание магазина приобретено 

<

данные изъяты> ФИО1 и 

<

данные изъяты> ФИО2 в период брака. Супруги совместно не проживают, брак не расторгли, совместно нажитое имущество не делили. В июне 2018 года ФИО1 стало известно о том, что ФИО2 продала ФИО3 магазин. Для него это было неожиданностью. Год или полтора года назад они планировали продать этот магазин, но после передумали, так как ФИО1 хотел заняться продажей автозапчастей. 

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что в марте 2018 года 

<

данные изъяты> ФИО2, которая с апреля 2018 года проживает совместно с ним и родителями, попросила занять ей 30 000 рублей для погашения долгов. После продажи магазина 28 мая 2018 года она долг вернула. 

Разрешая вопрос о необходимости допроса в качестве свидетеля ФИО9, не извещенную о времени и месту слушания дела, суд с учетом мнения сторон, счел возможным рассмотреть дело без допроса указанного свидетеля, от которого ФИО2 в ходе судебного следствия отказалась.

Заслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд пришёл к следующему. 

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что 06 июня 2014 года между ФИО2 и ФИО12 заключен договор купли-продажи ? доли в праве собственности на нежилое здание, расположенное по адресу: 

<

адрес> общей площадью 77,8 кв.м.. о чем в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ внесены сведения за № о ФИО2, как о собственнике данного недвижимого имущества. Указанная сделка купли-продажи состоялась в период заключенного между ФИО2 и ФИО1 брака (запись акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ). В результате реального раздела 17 апреля 2015 года нежилого здания и прекращения долевой собственности, 09 декабря 2015 года за ФИО2 в установленном законом порядке зарегистрировано право собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 38,5 кв.м.. 26 мая 2018 года ФИО2 заключила договор купли-продажи вышеназванного недвижимого имущества с ФИО3, о чем в ЕГРН внесена запись о государственной регистрации за ФИО3 права собственности на помещение здание магазина за №, что также подтверждено выпиской из ЕГРН от 05 июля 2018 года.

Статьей 10 ГК РФ установлено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34 СК РФ).

В соответствии со ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

В соответствии с п. 2 ст. 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Исключение из данного правила содержится в п.3 ст.35 СК РФ, согласно которому необходимость получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга требуется для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Таким образом, при признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, закон не возлагает на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказывать факт того, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке.

По правилам п. 1 ст. 551 ГК РФ государственной регистрации подлежит переход права собственности на недвижимое имущество при совершении сделки купли-продажи с ним.

В соответствии со статьей 164 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Согласно пункту 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащей государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В случае оспаривания действий, совершенных одним из супругов по распоряжению общим имуществом, применительно к положениям пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания обстоятельств распоряжения имуществом без согласия другого супруга лежит на стороне, оспаривающей сделку.

При признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации закон не возлагает на супруга, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение сделки не было получено, обязанность доказывать факт того, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.

Из представленных ФИО2 и ФИО3 на государственную регистрацию права на спорное имущество документов не следует, что сторонами сделки соблюдены требования статьи 35 СК РФ (получено нотариально удостоверенное согласие другого супруга), о чем свидетельствует выписка из ЕГРН от 05 июля 2018 года.

В силу ч.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу ст.173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Лицо, давшее необходимое в силу закона согласие на совершение оспоримой сделки, не вправе оспаривать ее по основанию, о котором это лицо знало или должно было знать в момент выражения согласия.

Пунктом 1 ст. 33 СК РФ определено, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Из пункта 1 статьи 36 СК РФ, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 4 пункта 15 постановления от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака" следует, что для определения режима совместной собственности супругов на имущество необходимо установить, в частности, на какие средства (личные или общие) оно приобреталось во время брака.

Материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 знал о состоявшейся сделке купли-продажи недвижимости между его супругой ФИО2 и покупателем ФИО3. Нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации ФИО1 не давал. Спорное недвижимое имущество было приобретено в период брака на предоставленные супругам денежные средства родителей истца и собственные сбережения супругов, что сторонами не оспаривалось. Таким образом, в судебном заседании установлено, что спорное нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, приобретено ФИО2 в собственность в период нахождения в браке с ФИО1, а потому являлось совместной собственностью супругов.

Оценивая показания допрошенных свидетелей, суд пришел к выводу о том, что они не подтверждают факт того, что ФИО1 было известно об оспариваемой сделке. Сам по себе факт дачи ФИО2 объявления в местной газете о продаже магазина в феврале 2018 года, то есть в период совместного проживания супругов, не свидетельствует о том, что истец дал согласие ФИО2 на отчуждение спорного помещения магазина ФИО3. Довод ФИО2 относительно достижения с ФИО1 взаимной договоренности занять у её родственника 30000 рублей для возвращения долгов за ранее приобретенный под реализацию товар с условием вернуть указанную сумму долга с вырученных после продажи магазина средств, противоречит установленным по делу обстоятельствам, и не может являться уважительной причиной для не соблюдения положений ст.35 СК РФ при распоряжении совместно недвижимым имуществом супругов. Так как в ходе рассмотрения дела установлено, что с апреля 2018 года супруги совместного хозяйства не ведут, проживают раздельно, при заключении оспариваемой сделки ФИО1 не участвовал, денежные средства за помещение магазина не получал, следовательно ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 не мог получить от ФИО1 30 000 рублей. Поэтому в данной части показания свидетеля ФИО11, истца ФИО1 не согласуются с указанной распиской от 30 мая 2018 года, данной ФИО11, находящимся в близком родстве с ответчиком ФИО2, о возвращении долга, к которой суд относится критически. 

Таким образом, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания спорной сделки с недвижимостью недействительной, а иск подлежащим удовлетворению только в части признания сделки купли-продажи ФИО2 нежилого помещения площадью 38,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, ФИО3, недействительной. При этом в части признания недействительной сделки по продаже ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание общей площадью 77,8 кв.м., иск удовлетворен быть не может, поскольку вторая часть здания принадлежит иному лицу (ФИО8), что подтверждено заявлением последней в орган кадастрового учета о внесении сведений о ранее учтенном объекте недвижимости, и не опровергнуто сторонами.

Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из п.52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРН.

В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРН.

В случаях, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Поскольку сделка купли-продажи, заключенная между ФИО2 и ФИО3 признана судом недействительной, следует применить последствия недействительности сделки: признав за ФИО2 право собственности на спорное нежилое помещение площадью 38,5 кв.м., а не как того ошибочно просит истец ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание общей площадью 77,8 кв.м., а запись о государственной регистрации права ФИО3 на указанное нежилое помещение недействительной. Соответственно иск в данной части подлежит частичному удовлетворению.

В силу ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

При предъявлении иска к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

Учитывая, что ФИО2 и ФИО3, не в пользу которых принят судебный акт, не являются солидарными должниками, судебные издержки возмещаются указанными лицами истцу в долевом порядке, то есть по 1600 рублей, каждым.

Мера по обеспечению иска – наложению ареста на ? доли нежилого здания площадью 77,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, находящуюся в праве общей долевой собственности, подлежит отмене по вступлению решения суда в законную силу в соответствии с положениями ст.144 ГПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 195-198 ГПК РФ, суд 

Решил:

Иск ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи ? доли нежилого здания недействительным, применении последствий недействительности сделки, удовлетворить частично.

Признать сделку между ФИО2 и ФИО3 по продаже нежилого помещения площадью 38,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, недействительной; применить последствия недействительности сделки – признав за ФИО2 право собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>; признать недействительной запись о регистрации права ФИО3 на нежилое помещение площадью 38,5 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО2, ФИО3 государственную пошлину в пользу ФИО1 по 1600 (Одна тысяча шестьсот) рублей, с каждого. 

По вступлению решения суда в законную силу меру по обеспечению иска – наложению ареста на ? доли нежилого здания площадью 77,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, находящуюся в праве общей долевой собственности, отменить.

Решение суда может быть обжаловано в коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Нерчинско-Заводский районный суд Забайкальского края.

Копия верна: Председательствующий В.А. Былкова 

В окончательной форме

Решение изготовлено

06 июля 2018 года