Дело 2-3103/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 августа 2019 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Федоренко Л.В.,

при секретаре Андреасян К.Г.,

с участием ст. помощника прокурора Октябрьского района г. Красноярска Романчук О.П., представителя истца ФИО1 ФИО2, представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» в лице Восточно-Сибирского банка Головного отделения по Красноярскому краю ПАО «Сбербанк России», ПАО «Сбербанк России» в лице Красноярского отделения № 8646 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя требования тем, что с 11 марта 2013 года он состоял в браке с ФИО4. 9 июля 2015 года ФИО1 покончила жизнь самоубийством, по его мнению из-за того, что в ее адрес поступали письма, требования и угрозы по телефону об увеличении суммы задолженности за счет штрафных санкций и судебных издержек, в том числе из ПАО «Сбербанк России». После ее смерти, продолжали поступать письма на ее имя с требованием о досрочном возврате кредита, в том числе и на его имя, не смотря на то, что 21 июля 2015 года он нотариально отказался от причитающейся ему доли наследственного имущества своей супруги и 22 сентября 2015 года в адрес ответчика предоставил сведения о ее смерти. Неоднократно он обращался к ответчику с требованиями прекратить предъявлять незаконные требования. В ответ на его обращения, ему сообщалось, что указанные требования были направлены ошибочно в автоматическом режиме с проставлением клеше начальника ОУПЗ ПАО «Сбербанк России». Кроме того, 17 января 2017 года ответчик предъявил к нему иск о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом, уплате неустойки по кредитному договору в сумме 391600,87 рублей. 6 июня 2017 года Тасеевским районным судом Красноярского края в удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк России» отказано, поскольку он не вступал в наследство после умершей супруги ФИО1. 21 августа 2017 года судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда решение Тасеевского районного суда красноярского края от 06.06.2017 года оставила без изменения, а апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк России» без удовлетворения. Указанные требования ПАО «Сбербанк России» к нему вызвали у него недоумение и раздражение. Их частое повторение с 26 октября 2015 года по 6 июня 2017 года с настойчивыми требованиями вернуть долг умершей супруги, в том числе и спор в судах между ним и ПАО «Сбербанк России» о взыскании с него в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженности по кредитному договору 

<

***> от 24.06.2015 года, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 в размере 437190,70 рублей, который длился около семи месяцев, приводили к нервным срывам, что подтверждается его обращениями в поликлинику. Указанные стрессовые ситуации отрицательно отразились на его здоровье и он по сегодняшний день вынужден обращаться к врачам. Состояние его здоровья еще не восстановилось после смерти супруги, в то же время, ответчик, несмотря на представленные в ПАО «Сбербанк России» свидетельства о смерти супруги и заявление об отказе от наследственного имущества, в котором указано, что он нотариально отказался от причитающейся ему доли наследственного имущества, требовали от него и от умершей досрочного возврата суммы кредита, процентов за пользование кредитом и уплаты неустоек. Указанными действиями банки довели ФИО1 до самоубийства, а ему причинили моральный вред. В связи с чем, просит взыскать с ответчиков ГО по Красноярскому краю ПАО «Сбербанк России» и отделения № 8646 ПАО «Сбербанк России» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 250000 с каждого; государственную пошлину в размере 300 рублей, судебные расходы в размере 1278 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 27000 рублей. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен заказанной корреспонденцией, предоставил право представлять свои интересы по нотариально удостоверенной доверенности ФИО2.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в исковом заявлении. Дополнительно указал, что ввиду действий ответчика, состояние здоровья его доверителя ухудшилось, развилась гипертония. 

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, по основаниям, изложенным в отзыве, согласно которому указала, что в ходе работы с просроченной задолженностью по кредитному договору, заключенному между ответчиком и ФИО1, ПАО «Сбербанк России» был получен ответ из нотариальной палаты Красноярского края за № 1309 от 23.11.2016 года, содержащий в себе информацию о том, что после смерти ФИО1 заведено наследственное дело нотариусом Тасеевского нотариального округа. Вопрос об установлении круга наследников рассматривался в суде, в ходе рассмотрения искового заявления банка к ФИО1. Как установлено вступившим в законную силу решением Тасеевского районного суда Красноярского края ПАО «Сбербанк России» отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности с ФИО1 по причине того, что ФИО1 в наследство не вступал. Факт того, что ФИО1 не является наследником ФИО1 банку стало известно только в результате рассмотрения гражданского дела, после получения судом всех ответов на запросы, направленные в рамках установления круга наследников и наследственного имущества. Исходя из материалов дела, установить причинно-следственную связь между направлением банком требования ФИО1 о погашении задолженности по кредитному договору, предъявлением банком иска к ФИО1 о взыскании задолженности (реализации своего права на погашение просроченной задолженности) и наступившими последствиями (исходя из слов истца, не подтвержденные документально) – нервными срывами и обращениями в поликлинику не представляется возможным. Таким образом, истцом не доказан факт наличия нравственных и физических страданий, произошедших в результате действий ПАО «Сбербанк». Учитывая, что требования о взыскании судебных расходов являются производными от основного требования о взыскании компенсации морального вреда, в удовлетворении которого надлежит отказать, правовых оснований для удовлетворения указанных требований также не имеется. 

Выслушав объяснения представителей1 сторон, исследовав материалы дела, заключение прокурора, полагавшей требования не подлежащими удовлетворению, поскольку невозможно установить прямую причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими негативными для истца последствиями, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с 11 марта 2013 года состоял в браке с ФИО4 (л.д. 17), которая 9 июля 2015 года умерла, ввиду преднамеренного самоповреждения путем повешения (л.д. 25-26).

Судом также установлено, что на имя Шкутан (после заключения брака ФИО5) С.П. ПАО «Сбербанк России» направлялись уведомления о наличии просроченной задолженности по кредитным договорам 

<

***>; 0279/158057 в сумме 4784,31 рубль и 9764,24 рублей от 23 октября 2015 года (л.д. 29-30); от 18 ноября 2015 года на сумму 4065,98 рублей, 10755,96 рублей (л.д.35-37); от 14 ноября 2015 года уведомление о наличии просроченной задолженности в размере 8061,36 рублей (л.д. 38-39); от 9 декабря 2015 года ФИО1 направлено требование о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом и уплате неустойки по кредитной карте № 4276013101816991 в сумме 10999,91 рубль (л.д. 41-42); от 7 декабря 2015 года направлено уведомление о наличии просроченной задолженности в сумме 18958 рублей (л.д. 43-44).

Кроме того, ФИО1 22 сентября 2015 года обратился с заявлением в ПАО «Сбербанк России», в котором сообщил о смерти его супруги ФИО1, указав, что нотариально отказался от причитающейся ему доли наследственного имущества, с приложением заявления об отказе от наследства (л.д. 27, 28).

На неоднократные обращения истца с ПАО «Сбербанк России», а также в прокуратуру, проведены проверки по факту направления требований в адрес его умершей супруги. В ходе проведения которых установлено, что ПАО «Сбербанк России» указанные требования направлены ошибочно, в автоматическом режиме с проставлением клеше подписи начальника отдела урегулирования проблемной задолженности Сибирского банка ПАО «Сбербанка России».

Кроме того, 23 мая 2016 года в адрес истца ФИО1 ПАО «Сбербанк России» направлено требование о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом, уплате неустойки по кредитному договору 

<

***> от 06.04.2015 года в сумме 69595 рублей 52 коп. (л.д. 99). 

Также судом установлено, что в период жизни, между ОАО «Сбербанк России» (в настоящее время ПАО «Сбербанк России») и ФИО1 24 июня 2015 года заключен кредитный договор 155574, задолженность по которому по состоянию на 9 декабря 2016 года составила 437190 рублей 70 коп., что установлено вступившим в силу решением Тасеевского районного суда Красноярского края от 6 июня 2017 года, а также апелляционным определением Красноярского краевого суда от 21 августа 2017 года (л.д. 98-103).

Указанным решением ПАО «Сбербанк России» отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО1 о взыскании кредитной задолженности ФИО1 перед ПАО «Сбербанк России», поскольку ответчик ФИО1 ни юридически, ни фактически не вступал в наследство умершей супруги ФИО1.

При этом, суд отмечает, что отсутствие правовых оснований для взыскания с ФИО1 кредитной задолженности его супруги ФИО1 в пользу ПАО «Сбербанк России» были установлены указанными решением и апелляционным определением.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывает, что ответчик ПАО «Сбербанк России» предъявил к нему необоснованные исковые требования о взыскании суммы задолженности по кредитному договору, заключенному с его супругой, а также незаконно направил в его адрес требование о досрочном возврате задолженности по указанному кредитному договору, чем причинил ему моральный вред, в результате указанных действий его состояние здоровья ухудшилось, ему был установлен диагноз: гипертония. 

Вместе с тем, обращаясь в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, заключенному между ФИО1 и ПАО «Сбербанк России», последнее реализовывало свое право на обращение в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов и не может свидетельствовать о нарушении каких-либо прав второй стороны по делу.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя в причинении вреда.

Вместе с тем, достаточными достоверными доказательствами факт причинения вреда здоровью истца действиями ответчика не подтвержден, наличие причинно-следственной связи между наличием у истца такого заболевания как гипертонический синдром, а также депрессивного невроза и действиями ответчика также не установлено, равно как и не представлены доказательства причинения истцу нравственных страданий.

Также не представлено доказательств того, что неправомерными действиями ответчика супруга истца ФИО1 была доведена до самоубийства, как на то указано истцом. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств причинения истцу морального вреда вследствие виновных действий ответчика. Истцом доказательства совершения ответчиком действий, нарушающих личные неимущественные права истца либо посягающих на принадлежащие ему другие нематериальные блага, суду не представлены. 

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 являются необоснованными, в их удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» в лице Восточно-Сибирского банка Головного отделения по Красноярскому краю ПАО «Сбербанк России», ПАО «Сбербанк России» в лице Красноярского отделения № 8646 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.В. Федоренко