Дело № 2-855/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 сентября 2018 года

Дубненский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Федорчук Е.В.,

при секретаре Карабаза Р.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СорокинаИВ к ФИО1 и Горностаевой НТ о признании договора дарения мнимой сделкой, о признании договора купли-продажи недействительным в части, о применении последствий недействительности сделок,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 и ФИО5 о признании договора дарения недействительным, о применении последствий недействительности сделки.

Свои исковые требования истец, ссылаясь на ст. 170 ГК РФ, обосновывает тем, что вступившим в законную силу апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО3 признано право собственности на 95/100 долей, за ФИО4 признано право собственности на 5/100 долей на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> В настоящее время в производстве Дубненского городского суда находится гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании 5/100 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> малозначительной. Свои требования истец основывал на том, что принадлежащая ФИО4 доля в указанной квартире является малозначительной и не может быть использована по назначению; совместное проживание двух собственников на жилой площади невозможно, из-за взаимной неприязни; проживание в указанной квартире ФИО4 нарушает права ФИО3 При подаче данного иска истец исходил из того, что у ответчика ФИО4 имеется в собственности № доля в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>. Однако в ходе судебного разбирательства выяснилось, что указанная доля в квартире была подарена ответчиком ФИО4 своей матери - ФИО6 Истец полагает, что злоупотребляя правом, ответчик ФИО4 произвела дарение с целью создания препятствий для признания, принадлежащей ей 5/100 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> – малозначительной. Данная сделка была совершена в период длительных конфликтов между истцом и ответчиком ФИО4, совершение ими действий по разделу совместно нажитого имущества, а также когда им подавался иск о признании регистрации ответчицы ФИО4 в квартире недействительной по делу №. Фактически оспариваемый договор дарения является мнимой сделкой, поскольку договор дарения не выражает волю ФИО4 на утрату права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: 

<

адрес>, так как сделка совершена между близкими родственниками, в период судебных споров между истцом и ответчиком ФИО4 Таким образом, ФИО3 находит свои права нарушенными, считая, что в результате действий ответчиков по заключению оспариваемой сделки он лишается возможности стать единственным собственником в 

<

адрес>. В связи с чем, просит суд, ссылаясь на ст. 170 ГК РФ, признать недействительным договор дарения 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> от 17.05.2016 г., заключенного между ФИО4 и ФИО2 Н.В и применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании истец ФИО3 и его представитель ФИО7, действующая на основании доверенности, первоначальные исковые требования поддержали, дали объяснения аналогичные доводам иска, а также дополнили исковые требования, и просили суд признать недействительным договора купли-продажи в части продажи 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> от 10.03.2018 г., заключенного между Горностаевой НТ, ГНВ и КИВ, КАА и применить последствия его недействительности, путем признания права собственности 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> за ФИО4 и обязании ФИО6 возвратить полученную ею стоимость 1/3 незаконно отчужденной доли указанной квартиры КИВ и КАА В обоснование данных требований истец и его представитель ссылались на то, что в ходе судебного разбирательства выяснилось, что одаряемая – ответчик ФИО6 и сособственник квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>, продали указанную квартиру КИВ и КАА на основании договора купли-продажи от 10.03.2018 г. При этом, по мнению истца, поскольку ФИО6 право собственности на принадлежащую ФИО4 1/3 долю спорной квартиры перешло в результате ничтожной сделки, то у нее не возникло право на распоряжение и отчуждение указанной доли в праве собственности, следовательно, спорная доля приобретена у продавца, не имеющего права на ее отчуждение. При заключении договора купли продажи указанной квартиры К не проявили должную осторожность и осмотрительность, в связи с тем, что заключенный между ФИО1 и ФИО8 договор дарения явно свидетельствует о незаключенности, поскольку в нем имеется несогласованность практически всех существенных условий, а именно: в договоре отсутствуют индивидуализированные признаки недвижимого объекта, позволяющее определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче одаряемому; отсутствует акт передачи спорной доли от дарителя к одаряемому; договор дарения не прошел нотариального удостоверения, а регистрация сделки была произведена лишь спустя семь месяцев после заключения договора дарения; у ФИО4 отсутствовало иное, пригодное для проживания жилое помещение, и поэтому дарение ущемляющее ее права, не могла быть нотариально удостоверено; в договоре дарения отсутствует срок, в течение которого даритель обязан передать, а одаряемый принять в дар долю недвижимости; на момент совершения сделки в Дубненском городском суде проходили судебные разбирательства между ФИО3 и ФИО4, где ФИО3 ссылался на наличие у ФИО3 1/3 доли в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>. При таких, обстоятельствах, истец считает, что договор купли-продажи в части продажи 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> от 10.03.2018 г., заключенный между ФИО6, ГНВ и КИВ, КАА должен быть признан недействительным, в связи с чем применены последствия недействительности сделки.

Ответчик ФИО4 и ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, в их интересах на основании доверенности выступала ФИО9, представила письменные возражения относительно исковых требований, согласно которым исковые требования не признала, по тем основаниям, что дарение 1/3 доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> было совершено ФИО4 в соответствии с предоставленными ей гражданскими правами; данный договор дарения и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке; ФИО3 не являлся стороной оспариваемой им сделки; у истца отсутствует нарушенное сделкой по дарению доли в квартире субъективное право, подлежащее судебной защите; признание договора дарения, заключенного 17.05.2016 между ответчиками недействительным и применение последствий его недействительности в соответствии с законом приведет только к восстановлению сторон сделки в первоначальное состояние, и при этом не повлечет за собой восстановление каких-либо прав на этот объект недвижимости за ФИО3 Каких-либо доказательств совершения ответчиками действий в нарушение закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав, не представлено. Доводы истца о том, оспариваемая сделка дарения нарушает его права, поскольку создает препятствия для признания доли ответчицы ФИО4 малозначительной и вследствие этого обретения единоличной собственности в 

<

адрес> являются необоснованными, поскольку наличие или отсутствие в собственности у ответчика ФИО4 1/3 доли в праве собственности на квартиру, не имеет какого-либо правового значения. Кроме того, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, однако, представленные и собранные по делу доказательства свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка содержит ясное и четкое волеизъявление ответчиков, направленное в соответствии с требованиями статьи 153 ГК РФ как на изменение, так и на установление гражданских прав и обязанностей.

В судебном заседании третьи лица КИА и КАА исковые требования не признали, пояснили, что на основании договора купли-продажи от 10.03.2018 г., заключенного между ними (покупателями) и Горностаевой НТ, ГНВ (продавцами), ими была приобретена

квартира расположенная по адресу: 

<

адрес>. Данная квартира была приобретена на средства от ипотечного кредита и средства материнского капитала. Данная сделка была проверена банком. Данная сделка и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке. 

Выслушав объяснения сторон, их представителей, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований по следующим обстоятельствам.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления.

Статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирует, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Судом установлено, что на основании договора на передачу жилого помещения в общую долевую собственность граждан 17.09.2012 г., квартира расположенная по адресу 

<

адрес> принадлежала на праве собственности ГНВ и ответчикам ФИО4 и ФИО6 по 1/3 доле вправе общей долевой собственности. Государственная регистрация права произведена регистрирующим органом ДД.ММ.ГГГГ.

17.05.2016 г. между ФИО4 и ее матерью ФИО6 был заключен договор дарения, на основании которого ФИО4 подарила своей матери ФИО6 1/3 долю в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

22.12.2016 г. ответчики обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области с соответствующими заявлениями для осуществления государственной регистрация перехода права собственности на основании указанного договора дарения.

22.12.2018 г. в ЕГРН была внесена запись о государственной регистрации права ФИО6 на 2/3 доли в квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на основании указанного договора дарения от 17.05.2016 г.

В силу ст. 572 ГК РФ договор дарения является безвозмездной сделкой.

Согласно п. 2 ст. 423 ГК РФ безвозмездным является договор, по которому одна сторона обязуется предоставить другой стороне без получения от нее платы или иного встречного требования.

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Положениями ч. 2, 3 ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

Разрешая требования истца о признании недействительным договора дарения 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> от 17.05.2016 г., заключенного между ФИО4 и ФИО5 как мнимой сделки и применении последствий недействительности сделки, суд приходит к следующему.

Рассматривая данные требования, суд исходил из заявленных истцом оснований, которые сводятся к тому, что указанная сделка является мнимой.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

Исходя из положений вышеуказанной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из представленного в деле договора дарения, заключенному 17 мая 2016 года между ответчиками, ФИО4 безвозмездно передала, а одаряемая ФИО6 приняла в дар 1/3 долю в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>

То обстоятельство, что сделка совершена между близкими родственниками, не может являться основанием для признании указанной сделки мнимой, поскольку при заключении договора дарения квартиры, присутствовало ясно выраженное намерение дарителя безвозмездно передать указанное имущество конкретному лицу (матери) в дар, и одаряемой принять это имущество в собственность, в связи с чем имело место обращение ответчиков в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области с соответствующими заявлениями, а также осуществлена государственная регистрация перехода права собственности.

Доводы истца о том, что злоупотребляя правом, ответчик ФИО4 произвела дарение с целью создания препятствий для признания, принадлежащей ей 5/100 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> – малозначительной, данная сделка была совершена в период судебных разбирательств между истцом и ответчиком ФИО4, сделка дарения нарушает права истца, поскольку создает препятствия для признания доли ответчицы ФИО4 малозначительной и вследствие этого обретения единоличной собственности в 

<

адрес>, суд не может принять во внимание, поскольку они опровергаются следующими, установленными по делу обстоятельствами.

Как следует из апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 обращаясь с иском в суд к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества, просил суд, в том числе, исключить долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, составляющую 91,1954% из имущества нажитого истцом и ответчиком в период брака, разделить долю в праве собственности на спорную квартиру, составляющую 8,8045%, выделив ее в его собственность, взыскать с него в пользу ФИО4 денежную компенсацию, причитающейся ей доле в праве собственности на квартиру в размере 164845,2 рублей. Решением Дубненского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении требований ФИО3 было отказано.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение суда было отменено в части определения долей в праве собственности ФИО3 и ФИО4 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, за ФИО3 признано право собственности на 95/100 долей, за ФИО4 признано право собственности на 5/100 долей на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>

В вышеуказанном апелляционном определении изложено, что отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о выделении в собственность истца всей квартиры; взыскании с него в пользу ответчицы денежной компенсации причитающейся ей доли в праве собственности на спорную квартиру, суд первой инстанции обоснованно исходил из наличия существенного интереса ответчицы в пользовании имуществом, учтено, что квартира является единственным местом жительства несовершеннолетних детей. 

То есть, несмотря на наличие в собственности ответчика 1/3 доли в собственности на квартиру, расположенной по адресу: 

<

адрес>, суд в удовлетворении требований ФИО3 о выделении в собственность истца всей квартиры; взыскании с него в пользу ответчицы денежной компенсации причитающейся ей доли в праве собственности на спорную квартиру отказал.

Как установлено судом, спорный договор дарения был заключен ответчиками 17.05.2016 г., то есть на момент вынесения решения суда о разделе совместно нажитого имущества, о выделении в собственность ФИО3 всей квартиры; взыскании с него в пользу ответчицы ФИО4 денежной компенсации причитающейся ей доли в праве собственности на спорную квартиру - ДД.ММ.ГГГГ и вступления его в законную силу – ДД.ММ.ГГГГ, ответчику ФИО4 принадлежала на праве собственности 1/3 доля в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, судом установлено, что спорный договор был заключен ответчиками спустя полтора года с момента наступления вышеуказанных событий, что не может свидетельствовать о злоупотреблении правом ответчика ФИО4 при осуществлении дарение, принадлежащей ей на праве собственности 1/3 квартиры, с целью создания препятствий для признания, принадлежащей ей 5/100 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> – малозначительной, то есть доказательств совершения ответчиками действий в нарушение закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав, истцом не представлено.

Как и не представлено доказательств, подтверждающих, что в момент подписания договора стороны не имели намерений исполнять его условия, что стороны имели при подписании спорного договора иные намерения кроме тех, что изложены в нем, то есть не представлено доказательств мнимости, оспариваемой сделки.

Кроме того, ссылка ФИО3 на то, что оспариваемая им сделка была совершена в период, когда им подавался иск о признании регистрации ответчицы ФИО4 в квартире недействительной, не соответствует действительности, так как договор дарения и переход права собственности произошли еще до обращения истца в суд с вышеуказанным иском, с которым он обратился 24.01.2017 г., что подтверждается карточкой на дело №.

Кроме того, в соответствии с пунктом 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Применительно к норме абз. 2 ч. 2 ст. 166 ГК РФ субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной (недействительной), следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность, и интерес которого состоит в устранении этой неопределенности. Иными словами, это лицо, правовое положение которого претерпело бы те или иные изменения, если бы сделка на самом деле была действительной.

При таком положении дела, исходя из предмета и оснований заявленного спора, обстоятельством, имеющим значение для дела, является выяснение того, является ли ФИО3, требующий судебной защиты имущественного права, субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять.

Вместе с тем, признание договора дарения, заключенного 17.05.2016 г. между ответчиками недействительным и применение последствий его недействительности в соответствии с законом приведет только к восстановлению сторон сделки в первоначальное положение (ч. 2 ст. 167 ГК РФ), и при этом не повлечет за собой восстановление каких-либо прав на этот объект недвижимости за ФИО3

Разрешая исковые требования истца о признании недействительным договора купли-продажи в части продажи 1/3 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> от 10.03.2018 г., заключенного между ФИО6, ГНВ и КИВ, КАА и применении последствий его недействительности, путем признания права собственности 1/3 доле в вправе собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> за ФИО4 и обязании ФИО6 возвратить полученную ею стоимость 1/3 незаконно отчужденной доли указанной квартиры КИВ и КАА, суд считает их неподлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Как следует из материалов дела 10.03.2018 г. между ГНВ, Горностаевой НТ, с одной стороны и КИВ, КАА, с другой стороны был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

Указанная квартира КИВ и КАА была приобретена с использованием кредитных средств, с целевым использованием – приобретение недвижимости: квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании указанного договора купли-продажи.

На основании указанного договора купли-продажи за КИВ, КАА было зарегистрировано право общей совместной собственности на указанную квартиру.

При этом, доводы истца о том, что поскольку ФИО6 право собственности на принадлежащую ФИО4 1/3 долю спорной квартиры перешло в результате ничтожной сделки, то у нее не возникло право на распоряжение и отчуждение указанной доли в праве собственности, следовательно, спорная доля приобретена у продавца, не имеющего права на ее отчуждение, суд не принимает во внимание, поскольку данная сделка не признана судом ничтожной.

Кроме того, доводы истца о том, что при заключении договора купли продажи указанной квартиры К не проявили должную осторожность и осмотрительность, в связи с тем, что заключенный между ФИО4 и ФИО8 договор дарения явно свидетельствует о незаключенности, поскольку в нем имеется несогласованность практически всех существенных условий, а именно: в договоре отсутствуют индивидуализированные признаки недвижимого объекта, позволяющее определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче одаряемому; отсутствует акт передачи спорной доли от дарителя к одаряемому; договор дарения не прошел нотариального удостоверения, а регистрация сделки была произведена лишь спустя семь месяцев после заключения договора дарения; у ФИО4 отсутствовало иное, пригодное для проживания жилое помещение, и поэтому дарение ущемляющее ее права, не могла быть нотариально удостоверено; в договоре дарения отсутствует срок, в течение которого даритель обязан передать, а одаряемый принять в дар долю недвижимости; на момент совершения сделки в Дубненском городском суде проходили судебные разбирательства между ФИО3 и ФИО4, где ФИО3 ссылался на наличие у ФИО3 1/3 доли в квартире расположенной по адресу: 

<

адрес>, суд считает необоснованными, поскольку как установлено судом, договор дарения оформлен с соблюдений всех требований законодательства, зарегистрирован, как и переход права собственности на указанную долю в квартире, в установленном законом порядке, в момент заключения обременение на объект недвижимости зарегистрировано не было, данное имущество не было предметом спора или рассмотрения судом, в связи с чем, ФИО6, будучи собственником, распорядилась данным имуществом по своему усмотрению, что не может являться основанием полагать, что покупателями данного имущества не проявлена должная осторожность и осмотрительность, а поэтому оснований для признания договора купли-продажи в указанной части недействительным и применении последствий недействительности указанной сделки не имеется. 

Учитывая, что истцом не представлено доказательств в обоснование заявленных требований, суд не находит оснований для их удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований СорокинаИВ к ФИО1 и Горностаевой НТ о признании договора дарения мнимой сделкой, о признании договора купли-продажи недействительным в части, о применении последствий недействительности сделок – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Дубненский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: подпись

Решение в окончательной форме изготовлено 18 сентября 2018 года.

Судья: подпись