Дело № 2-600/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 сентября 2018 года г. Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Мурго М.П.,

при секретере ФИО1,

с участием помощника Марксовского межрайонного прокурора Саратовской области Прокофьева А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчикам о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда, причиненного преступлением. В обоснование требований указала, что 13 июля 2016 года около 6:30 часов ФИО4 следуя на автомобиле ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № от с. Орловское в сторону с. Баскатовка Марксовского района Саратовской области на 334 км. автодороги «Самара -Волгоград» в районе с. Александровка Марксовского района Саратовской области превысил разрешенную скорость и допустил опрокидывание автомобиля, в результате чего пассажир транспортного средства ВАЗ 2110 - ее сын ФИО3 получил травмы, от которых скончался 20 августа 2016 года в медицинском учреждении. Приговором Марксовского городского суда Саратовской области от 01 декабря 2017 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Собственником автомобиля ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № является ФИО5 Договор о переоформлении права собственности на указанный автомобиль между ответчиками оформлен не был. В результате действия источника повышенной опасности, под управлением ФИО4 истец лишилась сына, что само по себе является невосполнимой потерей для нее. Поскольку законного права на владение и эксплуатацию автомобиля у ФИО4 не имелось, ФИО5 передал автомобиль ФИО4 без законных оснований, следовательно, ответственность за причинение вреда в результате ДТП, повлекшего гибель ФИО3, должна быть возложена на ответчиков в солидарном порядке. С учетом изложенных обстоятельств просит взыскать с ФИО4, ФИО5 в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, в предоставленном заявлении просила о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании 28 августа 2018 года поддержала заявленные требования и просила их удовлетворить, обосновав доводами, изложенными в иске, дополнительно пояснив, что гибель сынаявляется для нее невосполнимой потерей. ФИО3,проживая с ней совместно, был хорошим сыном, заботился о ней, был во всем поддержкой и опорой. Смертью сына ей причинен невосполнимый моральный вред. До настоящего времени она испытывает нравственные страдания от этой потери. Она гордилась своим сыном, надеялась на его помощь и поддержку в старости.

Представитель истца ФИО6, действующий на основании доверенности от 04 мая 2018 года, в судебное заседание не явился. В поступившей в адрес суда телефонограмме ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, исковые требования ФИО2 просил удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО4, отбывающий наказание в ФКУ КП-20 УФСИН России по Саратовской области, был надлежащим образом уведомлен о месте и времени судебного заседания, возражений по заявленным требованиям не представил, об отложении слушания не ходатайствовал.

Ответчик ФИО5, будучи надлежащим образом, извещенным о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Об уважительных причинах неявки суду не сообщил, рассмотреть дело в свое отсутствие не ходатайствовал. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав заключение прокурора, указавшего на наличие законных оснований для удовлетворения требований истца к ответчику ФИО4 в части, изучив материалы уголовного дела № 1-121/2017 по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, являясь нематериальными благами, охраняются государством, что отражено в ст. ст. 21, 22 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ.

В силу ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По общему правилу, установленному пп. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Приговором Марксовского городского суда Саратовской области от 01 декабря 2017 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 5 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением автомобилями, другими механическими транспортными средствами, а также транспортными средствами, на управление которыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о безопасности дорожного движения предоставляется специальное право сроком на 3 (три) года с отбыванием наказания в колонии-поселении. Приговор вступил в законную силу 12 января 2018 года.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Указанным приговором установлено и нет необходимости доказывать, что в утреннее время 13 июля 2016 года ФИО4, управляя автомобилем ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № от с. Орловское в сторону с. Баскатовка Марксовского района Саратовской области на 334 км автодороги «Самара-Волгоград» в районе с. Александровка Марксовского района Саратовской области, нарушил пункты 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, согласно которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения Правил, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, игнорируя требования дорожной разметки 1.1 Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ, запрещающей ее пересечение, на затяжном повороте влево стал совершать маневр обгона двух попутных транспортных средств на скорости не менее 90 км/ч, не обеспечивающей ему постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения Правил, создав тем самым опасность для движения своего транспортного средства, потерял контроль над управляемым им транспортным средством и допустил съезд на левую по ходу своего движения обочину, смог вернуться на свою полосу движения, где допустил съезд на правую по ходу своего движения обочину, полностью потеряв контроль над управляемым им транспортным средством, допустил его занос на дорожное полотно с выездом на встречную полосу движения, а затем на левую обочину с последующим опрокидыванием управляемого им транспортного средства в левый кювет. 

В результате ДТП находящийся в автомобиле ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № пассажир ФИО3 получил телесные повреждения в виде сочетанной тупой травмы головы и тела с ушибом вещества головного мозга, кровоизлиянием под мягкие оболочки головного мозга, переломами левого поперечного отростка 5 шейного позвонка, оскольчатым переломом тела 6 шейного позвонка с образованием 3 фрагментов по передней поверхности, переломом тела 7 шейного позвонка, переломом поперечного отростка 7 шейного позвонка, очаговым кровоизлиянием под мягкими оболочками спинного мозга по передней поверхности на уровне 6, 7 шейного позвонка, ушибом сердца, разрывами печени, от которых наступила его смерть.

Принимая во внимание, что вина ФИО4 в нарушении 13 июля 2016 года ПДД РФ, что повлекло по неосторожности смерть ФИО3, установлена судебным актом, не оспаривается ответчиком ФИО4, в связи с чем в рамках данного дела доказыванию не подлежит.

Наступление смерти ФИО3 20 августа 2016 года подтверждается заключением эксперта ГУЗ «БСМЭ МЗ СО» № 102 от 20 августа 2016 года (л.д. 21-32), копией свидетельства о смерти III-РУ № (л.д. 50).

Свидетельством о рождении IV-РУ № подтверждается, что истец является матерью погибшего ФИО3 (л.д. 34).

В рамках возбужденного уголовного дела, постановлением от 06 апреля 2017 года ФИО2 признана потерпевшей.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Исходя из приведенных положений закона, суд приходит к выводу, что переживания истца, связанные с гибелью близкого человека - родного сына, являются нравственными страданиями, а сам факт родственных отношений и факт преждевременной гибели близкого родственника подтверждает наличие таких страданий. 

Доказательств наличия непреодолимой силы, либо умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ, п. 1 ст. 1083 ГК РФ), стороной ответчика не представлено.

В ходе рассмотрения заявленных требований, судом установлено, что в утреннее время 13 июля 2016 года владельцем транспортного средства - автомобиля марки ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак №, исходя из положений ст. 1079 ГК РФ являлся ответчик ФИО4, допущенный к управлению транспортным средством с согласия титульного собственника - ФИО5 на основании заключенного 26 ноября 2015 года договора ОСАГО по полису ЕЕЕ № 0714610835, не ограничивающего количество лиц, допущенных к управлению транспортным средством в период с 09:20 час. 26 ноября 2015 года по 24:00 час. 26 ноября 2016 года, что подтверждается материалами исследованного уголовного дела № 1-121/2017 и не оспаривается сторонами.

Таким образом, суд признает факт законной эксплуатации источника повышенной опасности - автомобиля марки ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № водителем ФИО4, в силу чего именно он является субъектом ответственности по ст. 1079 ГК РФ и обязан возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. 

Суд считает возможным освободить от обязанности возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности ответчика ФИО5, поскольку установлено, что ФИО4 в момент ДТП владел автомобилем марки ВАЗ 2110 государственный регистрационный знак № на законных основаниях.

Согласно требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от обстоятельств причинения вреда, степени вины нарушителя, характера физических и нравственных страданий потерпевшего, требований разумности и справедливости.

На основании исследованных судом обстоятельств и положений закона, учитывая установленный факт причинения смертельной травмы сыну истца - ФИО3 источником повышенной опасности, под управлением ответчика ФИО4, суд приходит к выводу о необходимости признания за истцом права на компенсацию морального вреда. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд, исходя из положений ст. 1101ГК РФ учитывает, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи. Утрата истцом родного сына безусловно причиняет ей нравственные страдания.

Нравственные страдания истца являются очевидными: в результате преждевременной смерти сына она лишилась права на общение с близким человеком, его любовь и заботу. Государство обеспечивает защиту и охрану жизни граждан, семейных отношений и устанавливает гражданскую правовую ответственность для лиц, действия которых привели к нарушению этих благ. Размер ответственности должен быть адекватен допущенному нарушению.

При определении размера компенсации морального вреда, судом принимается во внимание, что смертельная травма была получена ФИО3 в результате неосторожных действий причинителя вреда. При этом, суд принимает во внимание обстоятельства его причинения, степень вины ответчика, данные о его личности, семейном, имущественном положении, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, сопровождавшихся тяжелыми эмоциональными переживаниями, чувстве горя, страха, депрессии, а также требования разумности и справедливости. 

С учетом изложенного, суд находит разумным, справедливым и достаточным взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Исковые требования ФИО2 к ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчика ФИО4 в доход бюджета Марксовского муниципального района Саратовской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец был освобожден.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Исковые требования ФИО2 к ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета Марксовского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Марксовский городской суд Саратовской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.П. Мурго