Дело № 2-59/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 мая 2017 года с. Каракулино

Сарапульский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Заварзина П.А., 

при секретаре Коробейниковой Т.А., 

с участием:

истца ФИО4 Е.Ю.;

представителя истца ФИО4 Е.Ю. – ФИО4, 

представителей ответчика ООО «Прикамье»: ФИО2, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «Прикамье» о возмещении материального ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов, 

установил:

ФИО4 Е.Ю. обратилась в суд с иском к ООО «Прикамье» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Свои требования истец мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 45 мин. на 14 км. автодороги с. ФИО4 произошло столкновение автомобиля ГАЗ-САЗ-3507, г/н № под управлением ФИО3 и автомобиля Форд, г/н № под управлением ФИО4 Д.А.. В результате ДТП автомобиль Форд принадлежащий ФИО4 Е.Ю. получил механические повреждения. В отношении водителя автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 было вынесено постановление по делу об административном правонарушении за нарушение требований п.8.1 ПДД РФ, назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей. С целью установления причиненного ущерба собственник автомобиля ФИО4 Е.Ю. обратилась в ООО «ЭПА «Восточное». Согласно отчету №-а-16 об определении величины затрат для восстановления ремонта годных остатков автомобиля Форд, ущерба составил 223000 рублей. Расходы за оценку составили 12000 рублей. Водитель ФИО3 управлял транспортным средством на основании трудового договора, следовательно ООО «Прикамье» как работодатель ФИО3 является надлежащим ответчиком. 

Просила взыскать с ответчика ООО «Прикамье»:

- в счёт возмещения материального ущерба 223000 рублей;

- расходы за проведение оценки в размере 12000 рублей;

- расходы за удостоверение нотариальной доверенности в размере 1000 рублей;

- расходы по оплате госпошлины в размере 5430 рублей;

- расходы за услуги представителя в размере 15000 рублей. 

Истец ФИО4 Е.Ю. в судебном заседании требования, изложенные в исковом заявлении, поддержала. Просила удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании требования, изложенные в исковом заявлении, поддержал. Указал, что материалами дела подтверждается факт исполнения ФИО3 трудовых обязанностей в момент ДТП.

Представитель ответчика - ФИО2 в судебном заседании требования, изложенные в исковом заявлении, не признал. Пояснил, что на момент ДТП ФИО3 не был при исполнении трудовых обязанностей, а находился в отпуске и самовольно использовал автомобиль ответчика. 

Кроме того судом учтены письменные возражения ООО «Прикамье» сводящиеся к тому что, исковые требование не признают в полном объеме. ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ на момент совершения ДТП находился в отпуске без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно на момент причинения материального ущерба истцу ФИО3 не исполнял свои трудовые обязанности в ООО «Прикамье». Из пояснений ФИО3 следует, что автомобиль был взят им самовольно из гаража ООО «Прикамье». По штатной расстановке ООО «Прикамье» водитель ФИО3 должен был согласовать данный вопрос с главным инженером либо генеральным директором ООО «Прикамье», в компетенции которых находится вопрос о предоставлении служебного транспортного средства исполняющим трудовые обязанности. Однако данного согласования ФИО3 не осуществил, автомобиль находился в свободном доступе для ФИО3, чем он воспользовался и эксплуатировал данное транспортное средство по своему усмотрению и в своих личных целях. Считают, что ООО «Прикамье» является ненадлежащим ответчиком. 

Представитель ответчика - ФИО6 в судебном заседании поддержала доводы представителя ответчика - ФИО2. 

Кроме того, судом учтены дополнительные возражения представителя ответчика ООО «Прикамье», сводящиеся к тому, что ФИО3 являясь участником указанного ДТП, управлял служебным автомобилем не на законных основаниях, о чем свидетельствуют следующие доказательства: письменные объяснения ФИО3; пояснения генерального директора ООО «Прикамье», заявление ФИО3 о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; приказ о предоставлении ФИО3 отпуска без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; должностная инструкция главного инженера ООО «Прикамье». Считает, что путевой лист выданный якобы ООО «Прикамье» не может являться доказательством в силу того, что подписан неустановленным лицом. Согласно должностных инструкций право подписи на указанные бланки строгой отчетности – путевые листы имеют только генеральный директор, исполнительный директор, главный инженер. О том, что ФИО3 противоправно завладел служебным автомобилем ООО «Прикамье» стало известно уже после совершения ДТП. В результате чего у Общества не имелась возможность сообщить в полицию о пропаже автомобиля. Со своей стороны ООО «Прикамье» предприняло все необходимые меры по обеспечению надлежащего хранения автомобиля который находился в гараже д. Усть-Сакла, куда прямого доступа у ФИО3 не было. Каким образом ФИО3 удалось завладеть ключами от автомобиля и путевым листом не известно. Общество предприняло меры дисциплинарного взыскания к ФИО3, объявив ему выговор, который, впоследствии, им обжалован не был, что свидетельствует о признании ФИО3 своих противоправных действий. Просит в удовлетворении иска отказать в полном объеме. 

В судебное заседание третье лицо ФИО3, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания, в суд не явился. 

Судом учтены письменные пояснения третьего лица, сводящиеся к тому что, ДД.ММ.ГГГГ в свой выходной день он (ФИО3) находился в отпуске без сохранения заработной платы по семейным причинам. На автодороге с. ФИО4 произошло ДТП. В отношении него было вынесено постановление о привлечении к административной ответственности за нарушение п. 8.1. ПДД и привлечен к административной ответственности по ст. 12.14.1 КоАП РФ. Свою вину в совершении административного правонарушения не признал, считает, что в ДТП виноват водитель ФИО4 Д.А.. В момент управления автомобилем ГАЗ-САЗ-3507, г\Н А379УР/18 он (ФИО3) находился в отпуске без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ автомобиль ФИО3 был взят самовольно из гаража ООО «Прикамье». Автомобиль использовал в личных целях. 

Третье лицо ФИО4 Д.А., будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, причину неявки суду не сообщил.

В судебных заседаниях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ автомобилем управлял он. Впереди ехал автомобиль ГАЗ-САЗ-3507, он (ФИО4) начал его обгонять, однако водитель ГАЗ, не убедившись, что его не обгоняют начал поворачивать. Сотрудникам ГИБДД ФИО3 пояснил, что перевозил сено, свою вину не отрицал. На момент ДТП ФИО3 ехал пустой. Кроме того, в момент поворота, ФИО3 не включал сигнал поворота, он резко ушел налево. Пояснил, что после ДТП через час приехали представители ООО «Прикамье», так как им позвонил ФИО3. 

Суд, согласно ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Свидетель ФИО7, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что истца, ответчика не знает. Знает ФИО4 Д.А. в связи с произошедшим ДТП. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ ехал на смену на автомобиле Ниссан. Впереди шла грузовая старенькая машина, за ней ехала иномарка темного цвета. ГАЗ ехал очень медленно, дорога была в гору. Он (ФИО1) решил обогнать оба автомобиля, однако при приближении к автомобилю Форд, тот показал левый поворот и начал обгонять ГАЗ. Как только Форд поравнялся с автомобилем ГАЗ, водитель ГАЗа резко повернул налево, хотя там не было перекрестка. В результате произошло столкновение. Автомобиль ГАЗ съехал вниз, от обочины уехал метров на 30-40. Он (ФИО1) сразу же остановился, подошел к водителю Форд, тот пояснил, что потерпевших нет, и вызвал сотрудников ГИБДД. Пояснил, что его автомобиль не оборудован видеорегистратором. Указал, что он (ФИО1) двигался с допустимой скоростью примерно 90 км/ч. Дорога была свободной. Водитель Форд перед столкновением применил экстренное торможение. Почему водитель грузового автомобиля свернул – непонятно. Тот не показал сигнал поворота. Обгон был разрешен. Подворотник водитель ГАЗа не включал, зеркала у грузовика были. Водитель Форда тормозил, он видел красные сигналы. По этому поводу он приезжал и давал показания в полиции.

Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что является инспектором ДПС. ДД.ММ.ГГГГ его и инспектора ФИО5 вызвали по факту ДТП. На месте ДТП взяли объяснения с ФИО4 и ФИО3. Кроме того взяли объяснения с ФИО1, который ехал за автомобилем Форд. Водитель ГАЗ пояснил, что выехал на основании путевого листа, совершил поворот налево, пояснял, что левый поворот у него был включен. Пояснил, что у водителя ГАЗ какого-либо груза не было. Указал, что ФИО3 сам пояснял, о том, что совершил съезд налево в поле. Действительно на том участке дороги имеется неорганизованный съезд в поле. Пояснил, что ФИО3 сам предоставил путевой лист и документы на автомобиль. Копию путевого листа не снимали, однако в сведениях о водителях указанный путевой лист был указан. Указал, что на место ДТП также приехали представителя ООО «Прикамье», скорее всего их вызывал ФИО3. Сомнений о том, что путевой лист оформлен в связи с исполнением водителем своих обязанностей у него (ФИО12) не возникало, так как все было заполнено, стояли печати. 

Свидетель ФИО9, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что является генеральным директором ООО «Прикамье». Указал, что ФИО3 являлся сотрудником предприятия. ДД.ММ.ГГГГ поступил звонок от инженера-механика, и он (ФИО13) выехал на место ДТП. ФИО3 ему пояснил, что двигался по дороге, посмотрел в зеркало заднего вида, убедился, что никого нет, и совершил разворот. В тот день ФИО3 не мог работать, так как имеется внутренний приказ, считает, что ФИО3 самовольно взял автомобиль, так как хотел перевезти какой-то свой материал. ФИО3 объявили выговор. Путевые листы выписывает главный инженер, такое право есть у него (ФИО13) и у исполнительного директора. Каждый путевой лист имеет номер, однако данные бланки не являются строгой отчетности, в сейфе не хранятся. В правоохранительные органы по поводу самовольного захвата автомобиля не обращались. На фото, имеющемся в деле, путевой лист не оформлен надлежащим образом.

Свидетель ФИО10, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ показал, что является инженером-механиком ООО «Прикамье». Ему позвонила жена и сообщила, что произошло ДТП, а жене сообщил бригадир ФИО14. Выехал на место ДТП, увидел что на левой стороне обочины стоял автомобиль Форд, автомобиль ГАЗ стоял под дорогой. Действительной, не доезжая поворота, имеется съезд в поле, однако сотрудники ООО «Прикамье» им не пользуются. У автомобиля ГАЗ были исправны оба «поворотника». Путевые листы выдают бригадиры, незаполненные бланки хранятся также у бригадира. Заранее путевые листы не подписываются. 

Свидетель ФИО11, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что является бригадиром ООО «Прикамье». В день ДТП делал разнарядку, однако на автомобиль ГАЗ наряда не было, выезд не разрешали, так как с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у водителя был отг

<

адрес> расследование проводилось, какое-либо объяснение от ФИО3 не отбиралось. Указал, что путевые листы выписывает главный инженер, хранятся в диспетчерской в 

<

адрес>. У него (ФИО14) доступа к путевым листам нет. Кроме того указал, что табель рабочего времени подписывает он (ФИО14). Считает, что ФИО3 сам себе выписал путевой лист. На месте ДТП путевой лист не смотрел. Указал, что ключи от автомобилей хранятся в гараже, гараж охраняют два сторожа. ФИО3 говорил, что хотел заработать денег, поэтому вышел на работу, хотя был в отгуле. Путевые листы выписывал главный инженер. У него самого доступа к путевым листам нет. Учет рабочего времени вел он сам. Табель учета рабочего времени он подписывает, в т.ч. подписал те, которые представлены в дело. Исправления в табель за июль не вносил и табель не пересоставлял. Переписывать табель ему не предлагали. Почему в копии табеля за июль и представленном оригинале есть расхождения - не знает. Почему он ранее показал, что у ФИО3 был какой-то «левый» путевой лист – пояснить не может. Участок дороги, на котором произошло ДТП ему знаком, а кому принадлежат поля у дороги – не знает. Для чего ФИО3 были нужны отгулы – не знает. На фото путевого листа, имеющемся в деле, - не его подпись. 

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив все доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлены следующие фактические обстоятельства дела.

Как усматривается из материалов дела ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 45 минут на 14 км. автодороги с. ФИО4 произошло ДТП с участием автомобиля Форд, г/н №, находящегося под управлением ФИО4 Д.А. и принадлежащего на праве собственности истцу, и автомобиля ГАЗ-САЗ-3507, г/н № (под управлением ФИО3) принадлежащего на праве собственности ООО «Прикамье». Указанные обстоятельства участниками судебного разбирательства не оспариваются и подтверждаются материалами проверки ГИБДД (Т.1 л.д. 8-11, 169-179).

Одной из составляющих предмета спора являются разногласия сторон относительно того, - управлял ли ФИО3 (третье лицо) в момент ДТП автомобилем, исполняя свои служебные обязанности, будучи работником ООО «Прикамье» (ответчик).

По мнению суда утверждение стороны истца о том, что ФИО3 в момент ДТП управлял автомобилем, исполняя свои служебные обязанности, будучи работником ООО «Прикамье» являются обоснованными. Данный вывод суд считает доказанным следующими фактами.

Из письменных объяснений ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он получил наряд возить рулоны сена с поля на Комплекс. Ехал по трассе ФИО4, на 14 км. стал совершать разворот, убедившись что позади едущих автомобилей нет, заблаговременно включил сигнал поворота (левый). Приступил к развороту, в этот момент почувствовал удар в левую сторону автомобиля, после съехал в кювет. Данные объяснения отобраны сотрудниками полиции в установленном порядке в день ДТП, написаны и подписаны собственноручно ФИО3.

Представленными в дело: трудовым договором, приказами табелями учета рабочего времени и должностной инструкцией (Т.1 л.д.69-82) подтверждается факт того, что ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ находился в трудовых отношениях с ООО «Прикамье», а именно работал в должности водителя.

Указанные обстоятельства подтверждаются и свидетельскими показаниями ФИО12.

Доводы ответчика о том, что ООО «Прикамье» не отвечает за вред, причинённый в результате вышеуказанного ДТП, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился в отпуске и не исполнял служебные обязанности, а завладел автомобилем, принадлежащим ООО «Прикамье» самовольно, - суд расценивает как защитную позицию, направленную на избежание ответственности перед истцом, и отвергает их.

В обоснование своих доводов в этой части ответчиком представлены: копия заявления ФИО3 о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы по семейным обстоятельствам с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ о разрешении отпуска в данные период времени; табели учета рабочего времени за июнь и июль 2016 года (Т.1 л.д. 75-78); журналы регистрации приказов, служебные записки; карточки счета и квитанции по заправкам ГСМ, (Т.2 л.д.28-45). Кроме того, стороной ответчика представлены свидетельские показания ФИО13, ФИО15, ФИО14.

Свидетельские показания ФИО13 суд ставит под сомнение, поскольку тот является руководителем ООО «Прикамье», заинтересованным в благоприятном для ответчика исходе дела. При этом, суд учитывает, что данный свидетель после допроса выступил в качестве представителя ответчика в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. 

Свидетельские показания ФИО15 и ФИО14 суд, также, ставит под сомнение, поскольку данные свидетели являются действующими сотрудниками ООО «Прикамье», работают под руководством ФИО13 и заинтересованы в благоприятном для ответчика исходе дела. При этом, суд учитывает, что показания данных свидетелей противоречат как вышеуказанным доказательствам, так и нелогичны непоследовательны сами по себе. Свидетель ФИО15 не дал, вообще, каких-либо конкретных показаний относительно нахождения или не нахождения ФИО3 в отпуске. Свидетель ФИО14 показал, что ФИО3 был не в отпуске, а в отгулах. Кроме того, указанный свидетель в противоречие письменным объяснениям самого ФИО3, представленным тем в дело, а также показаниям ФИО13 пояснил, что ФИО3 самовольно взял автомобиль не для личных семейных нужд, а в целях заработать в период отпуска, выйдя на работу (что не согласуется с необходимостью взять отпуск, тем более в сезон сельскохозяйственных работ). Помимо этого, Свидетель ФИО14 показал, что путевые листы хранятся в диспетчерской в 

<

адрес>, а у него (ФИО14) доступа к ним нет, в то время, как свидетель ФИО15 показал, что путевые листы выдают бригадиры, незаполненные бланки хранятся также у бригадира. Также, свидетель ФИО14 пояснил, что учет рабочего времени вел он сам. Табель учета рабочего времени он подписывает, в т.ч. подписал те, которые представлены в дело. Исправления в табель за июль не вносил и табель не пересоставлял. Переписывать табель ему не предлагали. Однако, стороной ответчика сначала представлена заваренная ответчиком копия табеля учета рабочего времени за июль 2016 года (Т.1 л.д. 78), а затем представлен оригинал табеля за июль 2016 года, копия с которого приобщена (Т. 2 л.д.51-52). При сличении судом установлено наличие расхождений в указанных документах, которые свидетельствуют о переписывании такого табеля. Вдобавок, свидетель ФИО14, несмотря на значительный период времени работы в ООО «Прикамье» в должности бригадира уклонился от дачи однозначных показаний относительно принадлежности сельхоз. Полей, несмотря на то, что предприятие занимается, в т.ч. выращиванием сельхоз. продукции. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о намерении ответчика ввести суд в заблуждение с целью ухода от ответственности.

Доводы ответчика о том, что представленная в дело фотография путевого листа (Т. 1 л.д. 102) указывает на неправильность его составления, подписание неуполномоченными лицами и, как следствие недостоверное доказательство, - по мнению суда, сами по себе не свидетельствуют о том, что ФИО3 работодателем не был выпущен в рейс со служебным заданием, а указывают, лишь на надлежащее оформление путевой документации. При этом, суд учитывает, что доказательств, подтверждающих факт оформления такого путевого листа самим ФИО3, а также указывающих на подложность фотографии - не представлено.

В связи с изложенным, суд полагает, что представленные в дело письменные доказательства: копия заявления ФИО3 о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы по семейным обстоятельствам с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; копия приказа от ДД.ММ.ГГГГ о разрешении отпуска в данные период времени; табели учета рабочего времени за июнь и июль 2016 года (Т.1 л.д. 75-78); журналы регистрации приказов, служебные записки, также, составлены (оформлены) в целях ухода ООО «Прикамье» от ответственности. По мнению суда, данные доказательства, при установленных обстоятельствах, являются подложными.

В связи с приведенными рассуждениями, судом отвергаются и письменные объяснения ФИО3, представленные в дело.

Таким образом, суд считает установленным факт нахождения ФИО3 в момент указанного в иске ДТП при исполнении служебных обязанностей. 

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и (или) имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац 2 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).

Так, пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрено, что если вред причинен работником юридического лица при исполнении им трудовых обязанностей, то он возмещается этим юридическим лицом.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

Обязанность возмещения вреда причиненного источником повышенной опасности (транспортным средством) возлагается на лицо, которое владеет этим источником повышенной опасности на праве собственности либо ином законном основании (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых обязанностей на основании трудового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абз. 2 п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что согласно ст. ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых обязанностей на основании трудового договора или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 597-О-О признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, необходимо исходить не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ.

Гражданская ответственность владельца автомобиля ГАЗ-САЗ-3507, г/н № и лиц, использующих данный автомобиль, на момент ДТП, не была застрахована в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ООО «Прикамье» является надлежащим ответчиком по делу.

Разрешая вопрос о наличии/отсутствии вины ФИО3 ДТП и причинении материального вреда истцу, суд исходит из следующего.

В пункте 8.1 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О правилах дорожного движения (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) определено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 11.3 Правил дорожного движения определено, что водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт нарушения ФИО3 п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, следствием чего стал наезд на автомобиль истца и причинение ему механических повреждений.

Из письменных объяснений ФИО4 Д.А. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он управлял автомобилем Форд Фокус, двигался по автодороге ФИО4. На 14 км. начал совершать обгон, включив левый указатель поворота и убедившись, что его никто не обгоняет и впереди его никто не совершает какие-либо маневры, выехал на полосу встречного движения. Однако впереди идущий ГАЗ не включив сигнал поворота начал разворачиваться, в результате чего произошло ДТП.

Из письменных объяснений ФИО4 Е.Ю. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что она с мужем ФИО4 Д.А., который управлял автомобилем Форд Фокус двигались по автодороге ФИО4. Двигались со скоростью 90 км/ч. На 14 км. автодороги ФИО4 убедившись, что никто не совершает какие-либо маневры начал совершать обгон, включив левый сигнал поворота. Выехав на встречную полосу, внезапно впереди едущий ГАЗ начал поворачивать на лево, в результате чего произошло ДТП.

Указанные объяснения подтверждены свидетельскими показаниями ФИО1, сомневаться в которых суд причин не усматривает.

По делу была назначена судебная автотехническая экспертиза. 

Из экспертного заключения ООО «Республиканский экспертно-правовой центр» №-РПР-17 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что исходя из длины зафиксированных на схеме места совершения административного правонарушения следов торможения, скорость движения автомобиля Форд Фокус, г/н № под управлением водителя ФИО4 Д.А. в момент принятия водителем экстренного торможения составляла не менее 71 км/ч. Данное рассчитанное значение скорости автомобиля Форд Фокус в момент принятия его водителем экстренного торможения является минимальным, так как при расчете не учтены затраты кинетической энергии на деформацию деталей во время столкновения. Учесть последнее не представляется возможным, ввиду отсутствия научно обоснованной и достаточной апробированной методики исследований. То есть фактическая скорость движения автомобиля Форд Фокус, в момент принятия его водителем экстренного торможения была больше рассчитанной величины. В том числе скорость движения автомобиля Форд Фокус, могла составлять – 80…90 км/ч, которая указывается в представленных материалах дела в показаниях ФИО4 Д.А. и ФИО4 Е.Ю.

При условии движения автомобиля Форд Фокус, перед началом торможения с указанной в материалах дела скоростью движения 80…90 км\ч, скорость движения данного автомобиля с учетом его движения перед столкновением в заторможенном состоянии, непосредственно к моменту столкновения транспортных средств составляла 36…54 км/ч.

В данной дорожной ситуации при указанных в материалах дела и принятых исходных данных величина остановочного пути автомобиля Форд Фокус в зависимости от скорости его движения 80…90 км/ч составит 60,1…72,7 м.

Водитель автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 своим маневром поворота налево с технической точки зрения создавал помеху для движения водителю Форд Фокус, осуществляющему обгон автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 вынуждая его изменять скорость и направление движения своего транспортного средства, в частности применять экстренное торможение. 

В данной дорожной ситуации при указанных в представленных материалах дела и принятых исходных водитель автомобиля Форд Фокус не располагал технической возможность предотвратить столкновение с автомобилем ГАЗ-САЗ-3507, приняв меры к торможению с момента выезда автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 на полосу встречного движения. 

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 для обеспечения безопасности дорожного движения в своих действиях с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1 ч. 1 и 8.2 ч. 2 Правил дорожного движения, в соответствии с которыми, при выполнении маневра поворота (разворота) он не должен был создавать опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, в том числе и водителю автомобиля Форд Фокус, осуществляющему маневр обгона; подача сигнала поворота не давала водителю автомобиля ГАЗ-САЗ-3507 преимущества и не освобождала его от принятия мер предосторожности. 

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Форд Фокус, при обнаружении опасности для движения в своих действиях с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения в соответствии с которыми, при возникновении опасности для движения он должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При этом наличие следов торможения на участке ДТП свидетельствует о принятии мер экстренного торможения водителем автомобиля Форд Фокус перед столкновением транспортных средств. Кроме этого, при указанных в представленных материалах дела и принятых исходных данных водитель автомобиля Форд Фокус не располагал технической возможностью путем применения торможения в опасный момент предотвратить столкновение с автомобилем ГАЗ-САЗ-3507. 

Совокупность данных доказательств свидетельствуют о том, что при управлении транспортным средством ГАЗ-САЗ ФИО3 были нарушены п.п.8.1, 11.3 Правил дорожного движения, что явилось причиной ДТП и причинения повреждений автомобилю истца.

По этой причине суд отвергает доводы ответчика и письменные объяснения ФИО3, в т.ч. от ДД.ММ.ГГГГ.

Каких-либо достаточных достоверных доказательств тому, что ФИО3 Правила дорожного движения нарушены не были либо такие Правила нарушил водитель ФИО4, - суду не представлено.

Доказательств отсутствия вины ФИО3 в причинении материального ущерба истцу – не представлено.

Разрешая вопрос о размере подлежащих взысканию в счёт возмещения материального ущерба денежных сумм, суд исходит из следующего.

В обоснование заявленных требований, истец представила Отчет оценщика (Т.1 л.д.17-48), из которого следует, что 

- стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Форд Фокус необходимого в целях устранения повреждений образовавшихся в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ составляет, с учетом износа № руб.

- средняя рыночная стоимость автомобиля Форд Фокус на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет 291000 руб.;

- стоимость годных остатков автомобиля Форд Фокус, после ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет 67000 рублей. 

По делу была назначена судебная оценочная экспертиза.

Из экспертного заключения ООО «ЭКСО-ГБЭТ» №э от ДД.ММ.ГГГГ следует, что:

- стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Форд Фокус необходимого в целях устранения повреждений образовавшихся в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ определенная исходя из объективных данных, имеющихся в материалах гражданского дела, в частности в актах осмотра ЭПА «Восточное» содержащихся в отчете и материалах проверки по факту ДТП составляет: без учета износа № руб., с учетом износа № руб.

- средняя рыночная стоимость автомобиля Форд Фокус на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет 255000 руб.;

- стоимость годных остатков автомобиля Форд Фокус, после ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет 61000 рублей. 

Заключение судебной оценочной экспертизы представляет собой полные и последовательные ответы на поставленные перед экспертом вопросы, неясностей и противоречий не содержит, исполнено лицом, имеющим соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данного вида работ, оснований не доверять указанным исследованиям не имеется. При этом, суд учитывает, что такое заключение дано экспертом под страхом уголовной ответственности с учетом анализа объективных данных содержащихся в материалах настоящего дела.

В связи с изложенным, суд принимает заключение судебной оценочной экспертизы как более достоверное объективное доказательство размера причиненного материального ущерба.

Учитывая соотношение затрат на ремонт и стоимости автомобиля истца, проведение ремонта не является целесообразным, соответственно, с учетом позиции истца, определяющей размер ущерба за вычетом стоимости годных остатков, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в счёт возмещения материального ущерба денежную сумму в размере (255000 - 61000) 194000 рублей.

В оставшейся части в удовлетворении требований о возмещении материального ущерба надлежит отказать.

Разрешая требования истца о возмещении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом понесены судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5430 рублей. Поскольку судом удовлетворены требования имущественного характера на общую сумму 194000 руб., то подлежащие взысканию с ответчика расходы по оплате государственной пошлины должны составить 5080 рублей. 

Также в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по плате оценочных услуг, пропорционально (87% от заявленных) удовлетворённым исковым требованиям 10440 рублей.

Истец понес расходы за составление доверенности в размере 1000 руб., что подтверждается справкой нотариуса от ДД.ММ.ГГГГ 

Таким образом, в пользу истца подлежат взысканию расходы за составление доверенности пропорционально удовлетворённым исковым требованиям в размере 870 рублей. 

Согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Республиканский экспертно-правовой центр» приняло от ФИО4 Е.Ю. оплату за проведение судебной экспертизы в размере 14000 рублей. 

Учитывая, что данное заключение экспертизы является надлежащим доказательством и оно положено в основу решения суда, материальные исковые требования истца удовлетворены частично, то с ответчика ООО «Прикамье» в пользу истца подлежат расходы за проведение экспертизы (пропорционально удовлетворённым требованиям) в размере 12180 рублей. 

На основании квитанции от ДД.ММ.ГГГГ на оказание юридических услуг ФИО4 Е.Ю. было уплачено за участие представителя 15000 рублей. Из квитанции от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 Е.Ю. было уплачено за участие представителя ещё 10000 рублей. Всего - 25000 рублей. 

Учитывая обстоятельства дела и характер спорных правоотношений, размер удовлетворённых исковых требований, исходя из роли представителя истца, занимавшего активную позицию в судебных заседаниях, с учетом требований разумности, с ООО «Прикамье» в пользу ФИО4 Е.Ю. подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя, в общей сумме 15000 рублей. 

В удовлетворении требований о возмещении судебных расходов, в оставшейся части, надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО2 к ООО «Прикамье» о возмещении материального ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Прикамье» в пользу ФИО2:

- в счёт возмещения материального ущерба, причинённого ДТП 194000 рублей;

- в счёт возмещения судебных расходов по оценке 10440 рублей;

- в счёт возмещения судебных расходов по оплате за удостоверение доверенности 870 рублей;

- в счёт возмещения судебных расходов по оплате госпошлины 5080 рублей;

- в счёт возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя 15000 рублей;

- в счёт возмещения судебных расходов по оплате автотехнической экспертизы 12180 рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО2 к ООО «Прикамье» о возмещении материального ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Апелляционная жалоба подается через Сарапульский районный суд. 

В окончательной форме решение принято 25 мая 2017 года. 

Судья Заварзин П.А.